Русская линия
Гудок Валерий Ганичев29.08.2005 

Архангельский форпост

Есть в России немало заповедных земель и мест, сохранивших русскость, ее потаенный смысл, тайну и слово.

Архангельский Север принадлежит к русскому Лукоморью, где чудеса и леший соседствовали, но возобладал над этим краем русский дух, ибо не осилили его оккупант и иностранный вражина. Невиданной пытливости и созидательной упругости пружина толкала отсюда «встречь солнцу» умелых, опытных, закаленных, храбрых христиан-поморов по дуге севера к Ямалу, Таймыру, Якутии, Чукотке, Аляске, Сан-Франциско. Они и шли, неся с собой заповедное русское слово, умение налаживать отношения с коренными жителями тех мест, строить, земледельствовать и управлять крепким морским судном.

Их путь был отмечен крестами и часовнями. Вера православная возвышала их, а память о Родине укрепляла. Да и тут, на Севере, Русь утвердилась как земля «Светлым светло украшенная», земля многих изумительных деревянных церквей и всероссийских монастырей, с яркой звездой Соловецкой, как земля сельского христианско-крестьянского люда, как место избы-крепости и опоры для большой семьи и хозяйства, место истовых священников и монахов, спасительных для нас всех святых. Новая Россия (вернее, ее власти), изменив социальный строй, изменила свои границы и очертания. Она добровольно отказалась от исторических выходов на Балтику и Черное море. Казалось, что и Русскому Северу несдобровать — он попадал в сферу американских «стратегических интересов». Вот так, Сан-Франциско, основанный русскими, не сфера российских интересов, а Архангельск вполне может быть заманчив для американских глобалистов. И если будем зевать, верить «демократическим» и либеральным златоустам, если будут множить в эфире, кинотеатрах, издательствах, школах клетки чужебесия, то «сфера интересов» может довольно быстро превратиться если не в военную, то в духовно-культурную базу глобалистов, представляющих интерес одной страны.

Север внутри России приобретает все большее и большее значение. Уже сегодня он приносит 25 процентов национального дохода и 60 процентов валютных поступлений. Всероссийский и всесоюзный лесозавод и поставщик древесины, архангельский край тоже приобретает новое лицо и предназначение. Сюда перемещается стратегический центр тяжести России, сюда смещаются грузопоток и морская мощь. Да, тут у нас самый современный флот, наш щит, наша опора. Тут сейчас, после потери мощнейших Николаевских заводов, серьезная судостроительная база — Северодвинск. Тут на собственной территории России возник космодром в Плесецке, где с нас не «сдирают» территориальную пошлину. Только что торжественно объявлено, что в области начинается промышленное производство алмазов. Архангельск — алмазодобывающий центр! Якутия, Ангола, ЮАР! Дух захватывает. И действительно, это надо осознать да еще суметь извлечь из этого свою областную прибыль. Как сделали это при президенте Якутии Михаиле Николаеве, сумевшем поднять культуру республики, создать детские школы, поддержать национальные театры, художественные коллективы, музеи народного творчества, издательства, выпускающие книги якутских писателей. Надо, чтоб и алмазы архангельской земли тоже помогли поднять благосостояние и культуру архангелогородцев. Хватит обогащать гранильщиков алмазов за дальними морями.

Губернатор Николай Иванович Киселев со сдержанной радостью и гордостью сказал нам в беседе, что скоро нефтяные платформы шагнут от побережья в глубь моря. Новая нефтедобывающая Норвегия! Этот бурно развивающийся промышленно-экономический узел Севера России становится практической реальностью, требует осмысления и духовного оформления. Ведь если будут строиться только многоэтажные ячейки для жизни, модой города станет изломанный постмодерн, а не чистая северная линия, корневое слово предков, а в эфир на нефтяные платформы, в космические общежития, каюты моряков будут устремляться только всепобеждающие шварценеггеры, крепкие американские десантники, косящие направо и налево лазерными лучами иракских, вьетнамских, сербских «недочеловеков», а с детьми будут вести разговор только Гарри Поттер и черепашки ниндзя, то скоро дикий американский Запад станет нашим диким Севером.

Бывший барачный невзрачный Остяко-Вогульск, он же Ханты-Мансийск, стал важнейшим культурно-духовным центром не только Приполярной, но и всей России. Мощный университет, плывущий над всем городом белый храм, оснащенная первоклассным оборудованием краевая библиотека, мировой биатлонный центр с пятизвездочными отелями и изумительным биатлонным стадионом — гордость России. А замечательный Дом искусств для юных хантымансийцев, обучающихся игре на фортепьяно, скрипке, виолончели, баяне, овладевающих искусством графики и живописи, и, конечно, художественная галерея…

Я был ошеломлен, когда под полярным сиянием, нередко украшающим город, побывал в светоносном царстве русской иконы XV, XVI, XVII, XVIII веков. Мастера Новгорода, Суздаля, Твери, Москвы, Архангельска, божественные лики, созданные ими, вошли в наше время. А рядом в зале картины и рисунки Репина, Архипова, Айвазовского, Боголюбова, Врубеля, Касаткина, Сурикова, Пластова.

Откуда такое богатство? Губернатор округа, размеренный и спокойный Александр Филипенко, не скрывал: «Это плод наших усилий с теми, кто добывает здесь нефть и газ, и нашего фонда, который мы создали, чтобы поддерживать и укреплять культуру, духовную жизнь и общественное гражданское самочувствие наших людей, живущих и работающих в нелегких природных условиях. Мы выделяем средства из этого фонда и закупаем иконы, картины на международных аукционах у нас в стране с помощью петербургских специалистов. Восстанавливаем их и представляем нашему зрителю».

Мы чаще видели, как национальные ценности уплывали из России за рубеж. И вот развернут тот поток. Нас убеждает этот пример, что можно добиться высочайших образцов создания культурных очагов. Ничего не хочу сказать плохого в адрес руководителей нефтеносной Тюменской области. Но вот не стала Тюмень культурной столицей Западной Сибири, имея не меньший потенциал, чем Ханты-Мансийск. Ну не столицей, так центром, как стал Иркутск с его Днями русской духовности и культуры. Архангельску предназначено стать форпостом духовной и культурной жизни на Севере России.

Православие утвердилось на северных землях дыханием Андрея Первозванного с ладожского Валаама, сотнями с любовью рубленых церквей, десятками известных на всю Русь монастырей. Но теперь тут далеко не все в порядке. Воспользовавшись ослаблением роли церкви, хлынули в щели сознания разного рода сектанты, оккультные группы. Только что Архангельскому отделению Всемирного Русского Народного Собора вместе с писателями пришлось даже протестное обращение принять против проведения съезда иеговистов в Архангельске. Ничего себе! Где этот центр Иеговы — в Айове, что его связывает с Архангельском? А ничего, просто надо форпостик основать. На Белом море. Вот это заботка о передовых рубежах и щупальцах!

Или вот провели очень неплохо во всей стране дни памяти 60-летия Победы. И в Архангельске тоже. Пример. Журнал «Двина» прекрасные материалы — и художественные, и документальные — посвятил Великой Отечественной. Главный редактор «Двины» Михаил Попов, награжденный премией «Хранитель памяти народной» имени Бориса Шергина, поместил замечательную передовую «Небесные зовы» из писем, пришедших с фронта в Мезень, Архангельск, в двинские города и села в 1941 — 1945 годах.

Какие люди отдали жизнь за нас, за страну, за край родной! Какое мужество, надежда, свет были у этих воинов, бойцов, любимых и любящих (почти все они погибли). Да, вот это и есть кирпичи в здание форпоста. Есть, есть этот незримый строительный материал на Архангелогородчине для утверждения духа наших людей. А в миллионной области в войну погибли 113 тысяч человек. Одна десятая! В хорошем холмогорском районном музее много исторических экспонатов, диаграмм, последний зал посвящен холокосту. Понятно человеческое сочувствие русских людей к погибшим всех национальностей. Но спрашиваю: сколько погибло на войне людей из района? Не знают. Как отражена их память? Молчат. А это уже беспамятство, разрушающее уважение к прошлому, не позволяющее относиться с самоуважением к себе.

Великая незамутненная культура создавалась, выстраивалась здесь. Возьмите песню. Когда в Москве выступал Северный народный хор под руководством Лидии Константиновны Мешко, все знали, что это эталон народной песни без подлаживания под модные ритмы, под агитпроповские идеи, под интуристовский стиль «а ля рюс», под этот «бабкинизм». Испортили мы нашу публику. Надо возвращать русскую песню людям. Может, архангельцы осуществят это?

Когда шла пресс-конференция о нашем секретариате-пленуме с повесткой дня «Архангельский север — форпост духовной и культурной жизни России», одна журналистка задала вопрос: «Повестка хорошая, мои друзья очень доброжелательно отнеслись к задаче, но какой же Архангельск форпост? В городе полно хулиганья, молодежь на каждом углу сосет пиво, задрав голову. Какой форпост?»

Да, есть над чем задуматься. Форпост-то возводить надо всем миром. Город имеет немало исторических памятников, их надо оберегать, облик города, конечно, должен соответствовать северному русскому городу. Если говорить откровенно, то Петр I тут в конце XVII века задумался о северной столице России, он почувствовал, что Архангельск — город державного устремления и смысла. И думаю, что в нем, построив верфи, оградив торговый флот, он создал модель Санкт-Петербурга. Именно тут он спустил на воду, сам подрубив опоры, корабль «Святой Павел», а затем всю компанию корабельщиков под звуки выстрелов угощал. Тут впервые был поднят русский торговый флаг. Россия замыслила стать океанической, мировой державой. И вот это державное, российско-устойчивое устремление края надо сохранить, не дав превратиться ему в захолустный глобалистский городок.

Форпост — это укрепление духовных основ края. Архангельск один из немногих городов страны, который сохранил свое историческое и духовное название. Как это произошло, какие попытки были стереть с лица земли ангельский город, предстоит еще исследовать и рассказать архангельским историкам и краеведам, но факт, что город имеет ограждение сил небесных.

Да, создание форпоста требует усилий. Повсеместных, общих, гражданских, церковных, властных, человеческих. Скажем, не главная, конечно, черта города, заросшие лебедой и крапивой не самые, конечно, центральные, но проезжие улицы города. Удивительно, конечно, почему улицы Орла, Белгорода в цветах, вычищены, деревья подбелены, города — загляденье. А я уверен, что дворникам и там, и там платят одинаково, администраторы районов Архангельска зарплаты имеют почти такие же. Но привыкли, по-видимому, внимания не обращают, подумаешь травка, а это облик города. А что касается «сосущих вместе» пиво, то их занять надо, соединить, дать дело.

В общем, дел у архангелогородцев и у нас у всех немало. И форпост в белых перчатках не сотворишь. Нужны волевые, мозговые, физические, психологические, нравственные усилия, чтобы эта цель стала явью. И тут уж ничего не остается, как сказать: «За работу, товарищи! С Богом».

Валерий ГАНИЧЕВ,
председатель правления Союза писателей России

http://www.gudok.ru/index.php/27 734


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru