Русская линия
Православный Санкт-ПетербургСвященник Николай Зайцев24.08.2005 

Твердыня

Мимо заграждений из колючей проволоки, мимо пограничных постов идем мы с отцом Николаем Зайцевым по узенькой тропинке среди кустов калины — пробираемся в Ивангородскую крепость. Впереди виднеются с детства мне знакомые силуэты Нарвы — город моих летних каникул теперь заграница, Запад, НАТО! Иваногородская крепость с виду могуча и неприступна — настоящий пограничный бастион, но за стенами ее не военный гарнизон, а две древние церкви — Успенская и Никольская. Пречистая Богородица и Святитель Николай одни стоят на страже западной границы.

— А как же военные? Разве их нет в Ивангороде?

— Нет, военных у нас, конечно, много, — рассказывает о. Николай, настоятель крепостных храмов. — Я с ними стараюсь поддерживать добрые отношения, и это, как правило, получается… Такова уж традиция в Ивангороде: здешние батюшки всегда были отчасти военными священниками — не по должности, но скорее по велению сердца. И я служу молебны в частях, беседую с солдатами — ну, и военные помогают мне, чем могут… Вы бы знали, как сильна в армии потребность в полковых батюшках! Сколько тут работы для добросовестного священника!.. Но только обязательно нужно, чтобы батюшка был в полку штатной единицей — тогда от него будет толк. А так, на общественных началах… Ну приеду я раз в месяц… Ведь с этими ребятами нужно жить под одной крышей, есть из одного котла, все их беды своей шкурой чувствовать — вот тогда получится настоящая катехизация, не для галочки! А сейчас я, в сущности, вынужден напрашиваться со своей проповедью. Да не только с проповедью — с подарками! Однажды мне захотелось устроить экскурсию в крепость для солдат-первогодков, — но куда там! Всколыхнулась такая бюрократическая буря, столько потребовалось бумаг, прошений, ходатайств… Вот так походишь по инстанциям ради пустякового дела и поймешь, почему наша армия распадается, а солдаты бегут.

Тропинка наша круто пошла вверх: крепость стоит на холме, на Девичьей горе, где испокон веку собирались местные жители на торг и на праздник…

— Тяжело, наверное сюда подниматься зимой?

— Кто захочет, тот поднимется… Но старикам, конечно, тяжело. И не только подъем крут, но дорога далека: смотрите, ведь мы практически за городом находимся. Давно пора новый храм строить — в центре города. Обещали нам местные власти помочь, обещали — особенно перед выборами… Выборы те давно в прошлом, а с ними и обещания. Сейчас речь идет только о часовне, — но и ее пока нет. А ведь нам не только новый храм нужен. Когда-то в Ивангороде была женская Иверская монашеская община. Тот дом, где она помещалась, куплен протестантами, но мы не теряем надежды на возрождение общины. В крепости есть здание бывшей казармы — оно, правда, сильно разрушено, но восстановить его можно. Я постоянно обращаюсь к различным предпринимателям: помогите, возродите монастырь! Сколько я знаю женщин — и у нас, и в Петербурге, которые уже готовы вступить в общину, но не могут этого сделать, пока не готово здание. А ведь ремонт должен обойтись не так уж и дорого… Но — довольно об этом: мы уже пришли. Смотрите, слева — это Никольская церковь, самая древняя в Прибалтике, ее еще Иван III строил; а справа — это Успенская, ее возвели по приказу Ивана Грозного. Прекрасные, древние храмы — в Ленинградской области таких не много! А вот, видите — возле Никольского храма — колодец? Это наша гордость, наше чудо. Сколько раз на территории крепости искали воду, бурили во многих местах, специальный институт занимался этим — все без толку. А мы отслужили молебен Святителю Николаю, попросили бурильщиков попробовать еще раз — и на том месте, где мы молились, была найдена вода. Вода отличная, чистая, и много ее — на Крещенье хватает для всего города.

— Мне говорили, что скоро в Успенскую церковь перенесут останки ивангородского священномученика о. Александра Волкова…

— Вернее будет сказать: мы очень хотим, чтобы это случилось поскорее. Однако к тому есть много препон… В Ивангороде было двое священномучеников: о. Александр Волков и о. Димитрий Чистосердов; их расстреляли по приказу властей Эстонской трудовой коммуны, а тела выбросили на свалку нечистот. Когда же красные ушли, местные жители поспешили скорее похоронить своих пастырей, и могила одного из них — о. Александра — сохранилась до нынешних дней. Вот его прах мы и хотели бы перенести в крипту Успенской церкви, но сами понимаете — сделать это своими силами мы вряд ли сможем: требуется создать достойную усыпальницу для святых останков, а где же взять деньги на это? Есть и другие трудности: отца Иоанна похоронили практически в одной могиле с другим ивангородским священником — о. Павлом Добронравовым. Теперь специалисты боятся: как бы не получилось путаницы при эксгумации… Словом, без предварительной работы перезахоронение провести невозможно. Если же говорить о других святынях, то у нас хранится древнейший список с Нарвской иконы Пресвятой Богородицы, — той самой, что Иван Грозный нашел на пепелище сожженной Нарвы. Он тогда принес ее в наш храм, украсил ризами и оставил здесь. А в ХХ веке всю церковную утварь из храма и эту икону увезли в Пюхтицу, но список остался у нас…

— Отец Николай, вам довелось служить в таком месте, где все связано с именем Грозного царя. Скажите, каково ваше отношение к этому неоднозначному персонажу русской истории?

— Конечно, сейчас споры об Иване Грозном — канонизировать его или нет — уже поутихли. Верх взяла та точка зрения, что святым его признать никак невозможно. И это, видимо, правильно. Но я хочу сказать вот что: если человек недостоин называться святым, это еще не значит, что его сразу нужно записывать в злодеи. Если на совести у Иоанна Васильевича и есть какие-то поступки, которые мы никак не можем простить, то это отнюдь не значит, что мы должны признать его роль в русской истории в целом отрицательной. Нет, с этим я не соглашусь. Он так укрепил Россию: и на юге, и на востоке, — и здесь на западе! Он выстроил нашу крепость, которая сыграла немалую роль в обороне русских рубежей. Он взял Нарву… Думаю, со временем, когда страсти поутихнут, мы сможем спокойно рассмотреть эпоху правления Иоанна IV, и тогда не понадобится навешивать ярлыки — «святой» или «душегуб». А наша задача: свято беречь храмы — памятники того бурного времени — и заботиться о том, чтобы храмы эти не остались только памятниками истории, чтобы они и сегодня были центром духовной жизни на Ивангородской земле, охраняя твердыню православия, как эта крепость охраняла когда-то русскую границу.

Вопросы задавал Алексей БАКУЛИН

http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n163/ta002.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru