Русская линия
Итоги Денис Бабиченко22.08.2005 

Дворцы — дворянам
С 2006 года любой желающий сможет купить великокняжеский дворец или, на худой конец, — графскую усадьбу

Как стало известно «Итогам», правительство России по поручению президента подготовило законопроект, отменяющий мораторий на приватизацию памятников истории и культуры, введенный в 2002 году. Ожидалось, что передача дворцов и усадеб в частные руки может стартовать уже в 2005 году, но власти, как всегда, не поспели. В итоге после межведомственных согласований соответствующий правительственный документ поступит в Госдуму в конце сентября и начнет действовать с 2006 года. Как уверяют в правительстве, «теперь уже стопроцентно».

Регионы просят дворцов

Потенциальные владельцы памятников истории и культуры должны благодарить прежде всего власти Северной столицы. Это их усилиями в ближайшее время правительство издаст новый «манифест вольности дворянства». Губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко, в чьем хозяйстве насчитывается несколько тысяч памятников, с 2004 года стала активно пропагандировать идею отмены моратория на приватизацию культурного наследия. Мол, если бы дворцы были в собственности бизнесменов, они бы не боялись вкладывать деньги в их реставрацию.

Глава комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры администрации Санкт-Петербурга Вера Дементьева пошла еще дальше, предложив приватизировать памятники на открытых торгах за 50 процентов от рыночной стоимости! Правда, как организовать такой аукцион наоборот, чиновница не пояснила. Еще Вера Анатольевна рассказывала, что для приватизации ценных объектов недвижимости в городе законодательная база существует, но местным властям не дает развернуться мораторий. По ее словам, прежде чем торговать имуществом, необходимо принять на уровне правительства РФ подзаконные акты об историко-культурной экспертизе, льготах арендаторам и собственникам памятников за проведенные ремонтно-реставрационные работы.

И вот проекты документов готовы, а в скором времени падет последний бастион — мораторий. Дождались. Но это отнюдь не означает, что свободная приватизация дворцов и усадеб начнется по всей стране. Регион региону в этом плане рознь. В случае с Петербургом вопрос упирается в формальность — отмену временного запрета. Заместитель начальника юридического управления комитета по управлению госимуществом Санкт-Петербурга Игорь Пачосик считает, что «по большому счету все объекты культурного наследия, которые находятся на территории Петербурга, уже разграничены. Петербург и Федерация стали собственниками тех или иных объектов культурного наследия, и никакого нового разграничения этих памятников не будет. Город как собственник может самостоятельно распоряжаться памятниками, в том числе приватизировать». В Питере уже подготовили списки более чем из двадцати памятников архитектуры, предназначенных для продажи. Восемь банков и других коммерческих структур ждут отмашки на приобретение дворца великого князя Алексея Александровича по адресу Набережная реки Мойки, 122 (федеральный памятник). Вне списков продается дворец по адресу Шкиперский, 21, площадью тысяча квадратных метров по цене 2,5 миллиона долларов. Так что процесс в Северной столице уже пошел.

Другое дело — столица официальная. Пресловутая статья 63 закона «Об объектах культурного наследия», вводящая мораторий, как раз и появилась по причине острого конфликта между федеральным центром и Москвой. Они до сих пор не могут поделить историческую недвижимость в городе. Начальник отдела охраны объектов культурного наследия Росохранкультуры Александр Работкевич пояснил «Итогам», что закон подразумевает ограничение только в отношении спорных памятников, подавляющее большинство которых находится как раз в Москве. При обсуждении законопроекта «Об объектах культурного наследия» в Думе моратория не было предусмотрено вовсе. Статья возникла лишь после создания согласительной комиссии, так как члены Совета Федерации усмотрели в законе нарушение прав субъектов РФ. То есть фактически введение моратория стало результатом спора нескольких федеральных министров с правительством Москвы. Герман Греф, например, упрекает московские власти в незаконном присвоении 1,5 тысячи федеральных памятников. Совсем недавно разгорелась очередная бюрократическая война за московские исторические здания. Юрий Лужков выразил категорическое несогласие с требованиями ряда министерств передать в госсобственность более двух миллионов квадратных метров площадей, занимаемых федеральными учреждениями. Некоторые спорные здания имеют статус памятников истории и культуры. Юрий Михайлович обратился к истории вопроса, заявив, что конфликты «вокруг собственности многократно становились причиной различных катастроф. Вы помните, что произошло, когда большевики начали перераспределять собственность». Мэр Москвы также пригрозил обратиться с открытым письмом к президенту Путину. Хотя вряд ли это поможет: все здания, где располагаются федеральные органы власти, должны быть безвозмездно переданы в госсобственность в соответствии с законом. Так что дорога для градоначальника одна — в Конституционный суд, а он с вердиктом не торопится.

Памятник бюрократии

Идея введения в рыночный оборот барских усадеб и дворцов посещает российские власти с начала 1990-х годов уже в шестой раз. Этим вопросом трижды занимался Борис Ельцин. Именно он в 1994 году разрешил в теории приватизацию памятников истории и культуры местного значения. Сам процесс пошел через год после вступления в силу другого указа главы государства, где был опубликован перечень объектов общероссийского значения, не подлежащих продаже. С этого времени чиновники тщетно пытаются выяснить, сколько всего в стране памятников. Но полной картины того, что принадлежит Центру, а что местным и региональным властям, до сих пор нет. В 1997 году из перечня объектов местного значения президент России исключил культовые здания с прилегающими к ним территориями. Эстафету наведения порядка в заметно пообветшавшем дворцовом хозяйстве принял Владимир Путин. При нем было принято целых два закона: в 2002 году вступили в силу законы «О приватизации государственного и муниципального имущества», где прописывались особенности приватизации памятников, и «Об объектах культурного наследия». Первый приватизацию памятников разрешал, второй тут же налагал на сделки с такой недвижимостью временный запрет. Цель отсрочки — разграничить полномочия и права собственности на объекты недвижимости, принять нормативные документы о едином госреестре памятников, об историко-культурной экспертизе, об установлении льготной арендной платы и ряд других.

Обстоятельства дворцовой реформы обсуждались на правительстве и на двух заседаниях Госсовета — в Костроме и Калининграде. На родине династии Романовых Владимир Путин подчеркнул непреходящее значение культурного наследия и резко поднял цену вопроса: «Для нашей страны это не только богатство, но и огромный ресурс, ничуть не меньший, чем золото, нефть и газ». С этим в правительстве решили не спорить и дружно взялись за сочинение шестого «памятного» акта.

В общем, вопрос перезрел, и теперь решено поступить мудро. Не дожидаясь окончания, судя по всему, бесконечного спора между Центром и Москвой о судьбе столичной недвижимости, Кремль, отменяя мораторий, развязывает руки всем другим регионам в деле спасения исторического имущества за счет новых русских. Любопытно, что федералов активно забрасывали соответствующими просьбами не только чиновники из Санкт-Петербурга, но и, например, товарищи из Томска и Новгорода, которые тоже хотят спасать шедевры и участвовать в написании ежегодных планов приватизации объектов культуры. Возможно, очередная попытка сохранить культурное наследие с помощью частника будет более успешной, чем все предыдущие. Во всяком случае, в плане массовости распродажи памятников новый этап приватизации не с чем сравнить. За все то время, когда исторические здания можно было продавать, не опасаясь нарушения закона, было с горем пополам реализовано всего несколько сотен объектов. В Москве — несколько десятков домов и квартир в памятниках истории и культуры. Теперь же на торги может быть выставлено до 60 тысяч зданий регионального подчинения и около 25 тысяч памятников, принадлежащих Центру.

Конечно, до начала массовой дворцовой распродажи потребуется время на подготовку этого этапа приватизации. Пока чиновники выяснят между собой, кто будет торговать имуществом, пока правительство выпустит подзаконные акты… Не меньшим препятствием на пути осуществления мечты стать владельцем дворца станут жесткие требования охраны памятников. Никаких тебе подземных стоянок или саун строить на месте исторических зданий не разрешат. Сплошное меценатство.

Туристическая усадьба

Отмена моратория диктуется еще одним соображением: эта норма закона окончательно запутала ответ на вопрос, можно ли продавать хоть какие-то памятники истории и культуры? Чиновники в правительстве РФ давали «Итогам» прямо противоположные комментарии на сей счет. Дело в том, что в конце июля потомок генералиссимуса Александра Суворова московский бизнесмен Сергей Леонтьев стал ярославским помещиком, выкупив у Ростовского муниципального округа свое родовое гнездо, являющееся местным памятником истории и культуры. Как говорят специалисты, это первый пример, когда потомок прямых владельцев выкупает загородную собственность предков. Вот только в юридической чистоте сделки у некоторых федеральных чиновников существуют сомнения. Хотя, по словам специалистов, действующий мораторий не распространяется на памятники местного значения, на которые Центр не претендует. Тем не менее новое «дворянство» возродится в России как класс лишь после того, как все юридические ловушки будут устранены. Иначе слишком велик риск пересмотра итогов дворцовой приватизации.

Возникает также вопрос с определением справедливой цены родовых гнезд. Так, удовольствие стать владельцем усадьбы, превращенной во времена СССР в пионерский лагерь, обошлось предпринимателю Леонтьеву примерно в 45 тысяч долларов. Имущество к тому же продали в отсутствие какой-либо конкуренции. Однако возмущаться фактом распродажи «народного» добра за бесценок не стоит — помещиком в современной России быть весьма накладно. «Барину» Леонтьеву выдали охранное обязательство, которое определяет порядок и сроки проведения ремонтно-реставрационных работ, условия доступности памятника для граждан и т. д. Бетонных заборов вокруг усадьбы возводить никто не собирается. Теперь бизнесмену осталось выкупить 4,5 гектара земли еще где-то за 15 тысяч долларов и заняться ремонтом. По оценке владельца только на реставрацию самой усадьбы потребуется около 350 тысяч долларов. Не меньшая сумма уйдет на ландшафтные работы, воссоздание конюшни, псарни, скотного двора. Новый хозяин намерен также завести натуральное хозяйство. Причем не единолично, а в рамках управляющей компании, которая создаст инфраструктуру, способную окупить эксплуатационные расходы усадьбы. Половина барского дома будет восстанавливаться как музей, вторая часть — как гостиница, возможно, с VIP-номерами. Так что о быстром извлечении прибыли говорить не приходится.

Надо сказать, что общая ситуация с усадьбами в России довольно печальна. Из 70 тысяч барских построек, существовавших до революции, в настоящее время сохранилась только десятая часть. «Сохранилась» — это, конечно, громко сказано. В более или менее приличном состоянии находится около двухсот объектов. Другое дело — городские дворцы и особняки. Здесь счет идет на тысячи весьма инвестиционно привлекательных объектов, за которые новоявленным «дворянам» придется выложить миллионы долларов. И, как показывает питерский опыт, недостатка в желающих стать собственниками культурной недвижимости, даже при всех налагаемых обременениях, нет.

У дела, правда, существует не очень приятный моральный аспект. Нередко у дворцовой недвижимости, в свое время конфискованной государством, имеются наследники. Случай с покупкой родовой усадьбы Сергеем Леонтьевым подтвердил, что власти не готовы идти на реституцию, то есть безвозмездное возвращение имущества «старым» русским. У последних даже нет приоритетного права на выкуп своей бывшей собственности. Леонтьеву просто повезло в том, что усадьбу его предков, во-первых, выставили на продажу, а во-вторых, у покупателя не нашлось соперников.

В случае с дворцами в Санкт-Петербурге, Москве или других крупных городах все будет по-другому. Не исключено, что «старые» и новые русские сойдутся в непримиримой схватке за культурное наследие. На стороне вторых — подавляющий финансовый перевес и буква закона. Но за душой у наследников «бывших» тоже кое-что имеется. К примеру, конституционная норма о неприкосновенности частной собственности, что дает небольшой, но повод обратиться в Конституционный суд на предмет соответствия законодательства о приватизации дворцов Основному закону.

http://www.itogi.ru/Paper2005.nsf/Article/Itogi_200508_2022_0822.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru