Русская линия
Правая.Ru Олег Попов05.08.2005 

Еврейский этнос, иудаизм и этническая конкуренция

В действительности иудаизм — это не «просто» и не только религия, а способ жизни и культурно-духовная основа этнического еврея. Сущность иудаизма, определяемая самими иудеями, заключается в том, что евреи — это Богом избранный из всего множества племен и народов один народ, с которым он, Бог, заключил Договор, дав ему свой Закон

Еврей и иудей

В современном русском языке используются два различных слова для определения двух, якобы различных и «самодостаточных» социальных характеристик личности: еврей и иудей. Первая характеристика — чисто этническая («национальная»), указывающая на принадлежность лица к еврейскому этносу; вторая — чисто религиозная характеристика, говорящая нам о том, что этот человек исповедует религию иудаизма.

В дореволюционной России все ее граждане «делились», как правило, по конфессиональному признаку, поэтому любой этнический еврей считался иудеем уже «фактом своего рождения», если только он не принадлежал к какой-либо иной конфессии — православию, католичеству, исламу. Соответственно, слова «еврей», «иудей» были практически синонимами и имели одинаковый смысл и значение в русской речи, как и «равноправное» употребление в официальных документах. Этническое же происхождение верующего — православный, католик, иудей — не имело ровным счетом для русского человека никакого значения, поскольку для христианского сознания «во Христе нет ни эллина, ни иудея».

Показательно, что в языках многих (если не большинства) европейских и северо-американских христианских народов существует лишь одно слово для дефиниции еврея/иудея — Jew, Jude и т. д. Это указывает на то, что евреем в Европе/Америке считался каждый этнический еврей, если только он не заявлял о себе, как об атеисте, христианине, мусульманине, буддисте и т. д. С точки же зрения доминирующей в иудаизме и еврейском сообществе установки — любой человек, родившийся от еврейки, является иудеем/евреем, даже если он не принадлежит к какой-либо из иудейской конфессии — реформистской, консервативной, ортодоксальной, хасидской.

Официальная советского идеология «отделила» иудаизм от еврейской этнической «национальности» и представила его, иудаизм — лишь религией, наравне с другими конфессиями — православием, католицизмом, исламом, буддизмом и т. д. Эта чисто идеологическая «операция» разделила единое еврейское религиозно-этническое «бытие и сознание» на две якобы отдельные и самостоятельные сущности: безрелигиозную этническую еврейскую культуру (язык, быт, менталитет, искусство, мораль, поведенческие установки и т. д.) и внеэтнический иудаизм-религию. То есть дело было представлено так, будто бы еврейская культура и быт, мироощущение и психология еврея, его отношения с не-евреями и т. д. — имеют собственное, автономное от иудаизма происхождение (генезис) и не сводимое к иудаизму этническое содержание. Иудаизм же представлялся лишь как религия («опиум для еврейского народа»), мало связанная с этническим, якобы внерелигиозным по своей природе еврейским менталитетом, с моралью еврея, его психологией, установками и т. д.

В действительности же иудаизм — это не «просто» и не только религия, а способ жизни и культурно-духовная основа этнического еврея. Сущность иудаизма, определяемая самими иудеями, заключается в том, что евреи — это Богом избранный из всего множества племен и народов один народ, с которым он, Бог, заключил Договор, дав ему свой Закон.

Но вот что чрезвычайно важно: избранность эта, в соответствии с религией иудаизма, передается по наследству, по материнской линии. Таким образом, еврейство-иудаизм с момента своего возникновения имело не только «духовную», но и биологическую природу, что принципиально отличает его от остальных монотеистических религий — христианства, ислама, буддизма (К этой стороне иудаизма мы вернемся ниже).

В реальной жизни знание или незнание этническим евреем Моисеева Закона, как и переход его в другую религию, не отнимает у него «привилегии» считаться евреем. Например, значительное большинство советских евреев не были знакомы ни с иудаизмом, ни с его законами, а многие — и с еврейскими обычаями. И тем не менее, большинство (если не подавляющее) из них считало себя евреями, хотя многие евреи записывались в паспорте русскими или украинцам. Это делалось из чисто практических соображений: в послевоенное время еврею было значительно труднее поступить в вуз и продвигаться по карьерной лестнице, чем, скажем, русскому или украинцу. А в некоторые государственные организации и институты евреям (если только они не были детьми крупных партийных работников или академиков) вход практически был закрыт.

Существенно то, что, как минимум, в своем сознании евреи всегда «отделяли» и продолжают «отделяют» себя от остального нееврейского населения нашей планеты. Можно привести сотни высказываний известных своей «ассимилированностью» и атеизмом евреев, которые выделяли еврейский народ из числа остальных народов, наделяя его «особой судьбой», «избранностью», а некоторые — даже «особой природой».

При переходе еврея в христианство ожидается, что коренным образом меняется его мировоззрение, мораль, отношение его к не-евреям, к понятию греха, святости и т. д. Однако, всегда остается возможность «возврата» еврея в иудаизм, как это произошло в 15−16 веках, когда значительная часть вынужденно крестившихся испанских и португальских евреев («марраны») при первом же удобном случае вернулась в иудейскую веру. Если же еврей становился действительно убежденным христианином, то он переставал быть евреем/иудеем, поскольку факт его рождения от матери-еврейки уже не имел для него сакрального значения.

Для верующего же иудея еврей перестает быть «настоящим» евреем, как только он переходит в другую веру, хотя в «биологическом» отношении — ЛЮБОЙ этнический еврей всегда остается для иудаизма «потенциальным» евреем, поскольку рожден этнической еврейкой.

Разумеется, для воинствующего язычника, каким был, скажем, Адольф Гитлер, такая «мелочь», как «крещен, не крещен» — не имеет никакого значения. Для него — любой человек, в жилах которого течет еврейская кровь — «дьявольское племя». Что же касается христиан, то они «по определению» не могут иметь «анти-этническую» установку, то есть, они не могут быть антисемитами. Но они должны быть анти-иудаистами, то есть противниками, оппонентами ложной с их точки зрения иудейской веры, независимо от того, кто ее носитель — «этнический» еврей, или принявший иудаизм этнический русский.

Иудаизм как эволюционная стратегия этнической группы

Мы будем говорить об иудаизме в «узком» и «широком» смысле слова. Иудаизм в «узком» смысле — это монотеистическая религия с своими запретами, предписаниями, верованиями, религиозными обрядами, пророками, и т. д. Среди иудеев есть и не этнические евреи, как фаллаши (негры из Эфиопии), есть станица на Дону и русская деревня в Липецкой области, жители которых когда-то приняли иудаизм. И хотя есть существенные различия в этнических характеристиках между, скажем, европейскими и марроканскими евреями, то, что их объединяет, как показал опыт совместного проживания в государстве Израиль, более существенно, чем-то, что их разъединяет.

Для живущих в галуте (изгнании) евреев, характерно особое мироощущение и особая социально-психологическая установка, весьма отличающиеся от таковых у «коренных» жителей страны проживания. Они складывались веками и были следствием укорененной в еврейском сознании «отчужденности» от культурно-исторических корней и традиций того народа, в стране которой евреи жили, и особым социально-экономическим статусом еврейской общины. Эта отчужденность была заложена в иудаизме, как религии, определяющей и контролирующей все аспекты жизни еврея и делящего все человечество на две неравные по численности группы: евреев и не-евреев («джентиле»).

Как ислам в мусульманском мире, так и иудаизм в еврейском — это не только религия, не только отношения человека с Богом. Иудаизм в «широком» смысле этого слова — это совокупность идеологических и социальных структур и поведенческих норм, обеспечивающих реализацию «эволюционной стратегии группы» [1,2], в данном случае — еврейского сообщества. В эту «стратегию» входят:

— генетическая и культурная самосегрегации еврейской общины от не-еврейского мира;

— успешная конкуренция за естественные ресурсы с различными сегментами не-еврейских сообществ.

— более высокое, чем у не-евреев («джентиле») воспроизводство еврейского населения;

— интеллектуальная защита доктрин и идеологий иудаизма и еврейских теорий антисемитизма;

Такой «стратегии» еврейское сообщество придерживается, как минимум две с половиной тысяч лет, со времени Вавилонского пленения. Ее реализация происходила «экспериментально», то есть методом исторических проб и ошибок, путем создания целой системы мер и структур, обеспечивающих выживание, воспроизводство и успешное развитие еврейского религиозно-культурного этноса. Велась она в следующих областях и направлениях [1,2]:

— создание и поддержание идеологических и социальных механизмов,

обеспечивающих «чистоту» еврейской крови и сегрегацию еврейского

генетического пула, отличного от такового у не-еврейских сообществ;

— евгеническая политика, направленная на воспроизводство потомства с высоким

уровнем интеллекта;

— создание и своевременная корректировка идеологических и социальных

механизмов и структур, обеспечивающих внутри-групповую кооперацию и

взаимную бескорыстную поддержку (альтруизм);

— создание идеологических и социальных институтов, обеспечивающих приоритет

групповых целей и интересов еврейской общины над индивидуальными

интересами и целями.

— разработка и проведение политики, противодействующей антисемитизму и в то

же время стимулирующей его у не-еврейского населения (джентиле), как

психологический и идеологический барьер для смешанных браков и как

мотивация для самосегрегации еврейского сообщества.

Результатом следования этой стратегии стало формирование в европейской «Ойкумене» уникальной еврейской диаспоры-суперэтноса со следующими чертами и характеристиками [1,2,3]:

— абсолютная лояльность и преданность «народу Израиля», как глобальной

еврейской религиозно-этнической общности;

— высокая степень отождествления евреев с членами своей общины и

со всемирным еврейским религиозно-культурным суперэтносом

(«гиперэтноцентризм»);

— высокий уровень сплоченности, координированности и согласованности между

еврейскими общинами;

— приоритет обще-еврейских и общинных интересов над личными интересами

членов общины;

— бескорыстная помощь (альтруизм) членам местной еврейской общины, равно как

и любому еврею;

— чрезвычайно высокий процент внутриобщинных браков;

— общая (или очень близкая) для всех евреев, но отличная от остальных этнических

групп комбинация «еврейских» генов (genetic pool);

— высокая психологическая «интенсивность» и «агрессивность»;

— высокий уровень интеллекта (высокий IQ), превышающий средне-европейский;

— ориентация на профессиональную деятельность, дающую максимальную выгоду

как члену общины, так и самой еврейской общине;

— «глобалистское» восприятие человеческих (еврейских и «гойских»)

проблем;

— слабая психологическая и эмоциональная привязанность к стране проживания и к

«коренному» народу, к его ценностям и традициям;

— культурная и бытовая самосегрегация от не-еврейских сообществ;

— менталитет «особости», «избранности» еврейского народа;

— ксенофобия, проистекающая из галахических законов;

— различные моральные установки и критерии поведения — одни для евреев,

другие — для джентиле и «прозелитов»;

— моральный партикуляризм, выражаемый в известной фразе: «хорошо то, что

хорошо для евреев»;

— постоянное чувство опасности и ожидания враждебных действий со стороны

джентиле;

— мифилогема о «вечном антисемитизме», как фундаментальной компоненте

мироощущения евреев, «оправдывающей» их противопоставление остальному

не-еврейскому миру и способствующей объединению евреев в сплоченную

гиперэтноцентристскую группу [2,3].

Разумеется, все эти черты еврейского этноса отнюдь не распределены «равномерно» между членами даже одной еврейской общины. В ходе исторического процесса и изменений в политическом и гражданском статусе евреев, характера их отношений с «коренным» населением — одни из психологических черт и установок усиливались, другие ослабевали. Начиная с ХVIII века еврейские общины Западной Европы претерпели серьезные изменения, связанные с эмансипацией и ассимиляцией евреев. Возрос процент смешанных браков, что вело к выходу евреев из общины и даже потери части из них религиозной и этнической идентичности. Однако, практически во всех этих странах оставалась значительная часть еврейства, соблюдающая традиции иудаизма и, главное — сохраняющая свою этническую природу.

Чрезвычайно важно то, что практически во все времена существования еврейского этноса его гиперэтноцентрическое крыло — было наиболее активной группой, определявшей национально-культурную политику еврейского этноса.

«Свет для всех народов»

С XVII века в Европе начался процесс ломки феодальных и становления капиталистических социально-экономических систем. Старые идеологические и социальные механизмы, скрепляющие еврейскую общину в единую, сегрегированную и самоподдерживающуюся структуру уже не работали в условиях гражданского общества Франции, Германии и других стран Западной и Северной Европы. Традиционная система социального и идеологического контроля, существовавшая внутри еврейской общины (кагал-«кехилла»), стала постепенно заменяться на «свободные» ассоциации, формирующиеся вокруг синагог, на еврейские культурные и благотворительные организации. Все они были объединены в сплоченную, работоспособную и эффективную национальную сеть еврейских общин, куда входило практически все еврейское население данной страны. (Для справки: уже к 1900 году в Германии было 5 тыс. еврейских ассоциаций).

К концу ХIХ века «скрепляющим» механизмом членов большинства западно-европейских и северо-американских еврейских общин вместо ортодоксального иудаизма стала «светская» идеология. В ее основе лежал т.н. «реформистский» иудаизм, который декларировался, как универсалистская и мессианская религия. Мессианство иудаизма заключалось в том, чтобы являть себя не-еврейскому миру (миру «джентиле») «истинной» религией и вести этот мир к высшим универсальным этическим нормам и стандартам, якобы заложенным в иудаизме. При этом реформисты ссылались (и до сих пор ссылаются) на ветхозаветный ортодоксальный иудаизм, в частности, на тексты Танаха (книга пророка Исайи), где было «сказано», что «Иудаизм — это «свет для всех народов». Мессианством обосновывалась и необходимость сохранения этнического сепаратизма евреев, как особой группы, способной «обеспечить» выполнение этой общечеловеческой миссии.

Как говорил один из основоположников реформистского Иудаизма Нахман Крохмаль (Nachman Krochmal): «Иудаизм выжил, чтобы стать Царством священиков, проповедующих человеческой расе открывшуюся им (священикам — О.П.) абсолютную правду» (цит.по [4]). И еще одно высказывание Крохмаля: Иудаизм — это «наиболее истинная монотеистическая религия, идентичная гегелевскому универсальному Абсолютному Духу. А все остальные религии -партикулярные, а не мировые» (цит. по [5]).

Себя же евреи объявили «особой» группой, предназначенной Богом для просвещения остального человечества. Как писал еврейский историк Рафаель Патаи «евреи представали перед Господом в качестве членов самоназначенной делегации, передающей Ему петиции от всего человечества» [6]

Таким образом, идя в русле тогдашнего прогрессистского мировоззрения, коренящегося в идеологии универсалистского Просвещения, евреи-реформисты преподносили западному обществу иудаизм не как «партикулярную» идеологию для избранных этнических евреев, а как универсальную религию, данную евреям Всевышним в качестве «морального образца» для всего человечества. Последнее утверждение проистекает из веры в «избранничество» еврейства, которое «вдохновило"не только Крохмаля, но и многих последующих еврейских идеологов — от основателя социалистичского сионизма Мозеса Гесса до лидеров русской и немецкой компартий, вроде Григория Зиновьева и Густава Ландауера. Именно Густаву Ландауэру принадлежат слова, что «преданность еврейскому делу — есть дело всего человечества» (цит. по [7]).

И хотя в своих открытых декларациях евреи-реформисты называли еврейское сообщество чисто религиозной группой, на практике они продолжали проводить политику этнической самосегрегации. И как в прежние времена, главным «фактором» поддержания гомогенности и единства еврейского этнического сообщества был внутри-групповой брак, сохраняющий генетическую и расовую чистоту еврейского этноса. Так, что, видимо, прав был исследователь еврейского реформистского движения Джекоб Кац когда уверял, что «определение еврейского сообщества, как чисто религиозной группы, с самого начала задумывалось как обманный трюк» [8].

Как свидетельствуют еврейские и не-еврейские источники, большая часть «коренного» не-еврейского населения видело «обман» со стороны еврейского сообщества и потому не верило ни в универсалистский характер реформистского иудаизма, ни в искренность намерений большинства евреев-реформистов «покончить» с еврейским этническим сепаратизмом.

Однако к началу ХХ века пропаганда «универсальной» природы иудаизма все же дала свои плоды: значительная часть европейского (а затем и американского) образованного сословия приняла тезис, что евреи это не этническая группа, не нация, а чисто религиозная конфессия, такая же, как и другие религиозные группы христианского вероисповедания — протестанты, католики, лютеране и т. д. И самое главное достижение двухвековой пропаганды либералов — это принятие большинством европейского и американского обществ тезиса о т.н. «иудeо-христианской цивилизации». Одновременно как-то само собой в «западном» мире утвердилось мнение, что иудейская религия такая же «универсальная», то есть мировая, как и христианство, и ислам.

Биологическая и «мирская» природа иудаизма

На протяжении многих десятилетий еврейские организации, а вместе с ними и либералы-джентиле приложили много сил (и денег), чтобы буквально «заставить» христианскую Америку принять этнический по своей природе иудаизм в качестве универсалистской «мировой» религии, а критику еврейского гиперэтноцентризма представить как проявление… расизма.

Однако иудаизм никак не может считаться мировой универсалистской религией. Хорошо известно, что иудаизм — это одна из немногих религий, где духовность, то есть приближенность к Богу, «исключительность» и «избранность» («Договор с Богом») передается по наследству, по материнской линии. Биологическая природа иудейского Бога «закреплена» в книгах Танах (иудейский «Ветхий Завет»), Талмуд, Мишна. Например, в книге Эзры (Танах), которого в иудаизме часто называют «виртуальным вторым Моисеем», утверждается, что Бог Израиля — это «священное семя», и что брак с джентиле — это «большой грех против Бога Израилева» (цит. по [9]). Такое же «этническое» понимание еврейского Бога можно найти и в других книгах Танаха: «Бог существует до тех пор, пока существует народ Израиля» (цит. по [10]).

Соблюдение чистоты еврейской крови и недопущение (или минимизация) смешанных браков освящается религией иудаизма, как самый важный ее канон. Именно в этой — биологической и этнической природе иудаизма — его фундаментальное отличие от действительно мировых монотеистических религий — христианства, ислама, буддизма, которые не имеют биологической «основы» и природы, но лишь духовную. Обожествление биологии и этнический характер иудаизма выводит его из круга мировых религий и переводит ее в разряд местных, племенных.

Таким образом, иудаизм с самого начала своего возникновения определяет свое «избранничество» не только в духовной сфере, но в «материальной», биологической [6,8]. В этом смысле все верующие в иудаизм евреи и все те неверующие евреи, которые не отказались от еврейского самосознания, как «избранного» народа, являются язычниками. Действительно, «устранение» Бога и религии, как идеологии и миропонимания отнюдь не устранило в еврее самосознания и психологии своей избранности, особенности. Несоблюдение законов Талмуда, Мишны, Шулхан-Аруха — субботы, кашрута и других чисто религиозных, обрядовых элементов иудаизма, мало что меняет в менталитете и морали светского секулярного еврея.

Более того, иудаизм определяет себя, как земную религию, в соответствии с которой «удачная» земная жизнь имеет «сакральное» значение, ибо это угодно иудейскому Богу, чтобы еврей «жил хорошо». Фактически, иудаизм стимулирует и направляет еврея на достижения «мирских» радостей, богатства, власти. В нем отсутствует ценностное различение, разделение божественного и земного, духовного и материального.

И, наконец, если в христианстве, особенно, в православии, «материя» — вещи, быт, природа, человеческое тело, сама «земная жизнь» — есть средство, «материал» для воплощения божественного, духовного, то в «практическом иудаизме» — материальная жизнь, успех, богатство, власть — есть смысл и цель человеческой жизни, освященные религией иудаизма. Отсюда и проистекает помещение еврейского Божьего Царства на Землю, ибо эсхатология иудаизма — земная, а не небесная, потусторонняя, как в христианстве. Ибо сказано в Евангелии о евреях: «Они служат князю мира сего».

Как можно видеть из сопоставления иудаизма и христианства, обе религии являются отрицанием друг друга и, как писал русский религиозный философ С.Н. Булгаков, стали идеологической основой совершенно различных цивилизаций.

Еврейский этнос в «плюралистических» обществах

Особенно значительного успеха евреи добились в США, где процесс «принятия» американским обществом еврейской общины, как исключительно религиозной группы, проходил одновременно с процессом «плюрализации» и «поликультуризации» американского общества. Дело в том, что как показывает исторический опыт, этнически и религиозно плюралистические общества — гораздо более «благоприятная среда» для «адаптации» в ней еврейского сообщества и для достижения последним своих целей, нежели общества, характеризующиеся этнической и религиозной однородностью не-еврейского населения. На фоне этнического и религиозного «плюрализма» евреи выглядят лишь как одна из многих «допускаемых» и равноправных в этом обществе групп. В силу раздробленности общества на множество конкурирующих между собой этнических и религиозных групп, возможности их координированных совместных действий против чрезвычайно организованного и сплоченного еврейского сообщества [1,2,3,11,12] имеющего многовековой опыт межэтнической конкуренции, весьма невелики.

Это обстоятельство значительно увеличивает возможности продвижения и укрепления положения еврейского этноса практически во всех сферах общества, бизнеса и государства в стране с поли-этническим населением. Именно поэтому на протяжении ХIХ и ХХ веков еврейские организации и еврейские финансовые, культурные и политические круги пропагандировали в средствах массовой информации и внедряли в систему обучения идеи и установки, в соответствии с которыми США должны быть этнически и культурно «плюралистическим» обществом, с равными для всех этнических меньшинств правами [3,11].

Хорошо известным для русского читателя примером такой деятельности было движение за гражданские права негров в 50−60-х годах, где подавляющее большинство руководителей «правозащитных» организаций были евреями (а не неграми, как это может думаться «непосвященному»). Однако, далеко не всем русским читателям известно о борьбе, которую американские евреи вели на протяжении всей первой половины ХХ века за свободу иммиграции в Америку ВСЕХ желающих (а не только евреев), включая латиноамериканцев, индусов, арабов [1,11].

Большого успеха достигают еврейские сообщества и в индивидуалистических «атомизированных» обществах, часто называемых «либеральными». В этих обществах не придается большого значения какой этнической или религиозной группе принадлежит индивидуум. В публичной жизни — общественной, государственной, призводственной и т. д. — его профессиональные успехи (или неудачи), личные качества, политические пристрастия и даже личные связи — не связывают с членством в какой-либо этнической общине. И даже в тех случаях, когда лица одной и той же этнической группы совершают какие-то схожие поступки, граждане «либерального» общества не склонны «обобщать» и создавать стереотипы по этническому (или религиозному) принципу.

Атомизированному человеку либерального общества вообще не свойственно рассматривать взаимоотношения в обществе сквозь «призму» отношений между различными этническими группами. Он не замечает (или старается не замечать) ни эти группы, ни согласованность в действиях представителей этнических групп. Более того, попытки указать «обычному» гражданину либерального общества на очевидные факты групповой этнической солидарности расцениваются им как расизм, как «огульное» осуждение всей этнической группы.

Именно в либеральном, «атомизированном» обществе, где еврейский этнос просто «не замечают», как «особую» группу со своим отличным от «коренного» населения этосом (а если и замечают, то не придают этому серьезного значения), еврейский этнос и члены его общин чувствуют себя наиболее «свободно» и достигают максимальных результатов в достижении своих целей.

Хорошо известно, что в либеральных индивидуалистических обществах со множеством этнических групп границы между этими группами — нечеткие, размытые, так что в сознании атомизированного человека часто даже не возникает представления о таком общественном «субъекте», как еврейское сообщество. Это обстоятельство уменьшает остроту и даже саму вероятность не только межэтнических конфликтов между евреями и джентиле, но и возникновение антисемитизма. В результате, понижается уровень распространения стереотипного восприятия всего еврейского сообщества, что также расширяет карьерные возможности евреев.

Классическим образцом такого сообщества служат Соединенные Штаты Америки, где на индивидуалистический менталитет англо-саксонского большинства граждан «накладывается» этнический и религиозный плюрализм («мульти-культуризм») «меньшинств». В таком внешне атомизированном обществе политические и гражданские права «без-этнического индивидуума» имеют «легитимизированный» приоритет над всеми остальными правами — социальными, общественными, этническими.

Более того, на любые публичные дискуссии о роли этничности в общественной и государственной жизни практически наложено табу и они квалифицируются «либеральным» обществом, как расистские. Например, если какой-то автор свяжет поддержку Израиля т.н. «неоконсерваторами» с их еврейским происхождением, то этому автору будет навешен ярлык «антисемита» и ему будет закрыта дорога в центральные средства массовой информации, а его профессиональная карьера окажется под угрозой.

Почему евреи «побеждают» в этнической конкуренции?

Чтобы ответить на поставленный вопрос, вглянем на те характеристики еврейского религиозно-культурного этноса, которые дают основание считать его особой глобалистской цивилизацией, фундаментально отличной от остальных человеческих культур и цивилизаций:

— Иудаизм, как идеология «избранного» Богом еврейского народа, разделяющая

все человечество на две группы, евреев («божьих людей) и джентиле («гоев»).

— Биологическая основа Иудаизма: «Бог Израиля — это святое семя» (Книга Эзры)

— Мессианство, как сущностная характеристика еврейского народа, включающая

его «освободительную» миссию.

— Имманентная способность Иудаизма приспосабливаться к изменяющимся

условиям и принимать оболочку универсалистской «мировой» религии, сохраняя

при этом свой этнический характер.

— Ориентированность Иудаизма на «земную» (а не загробную) жизнь.

— Космополитический (глобалистский) характер еврейского религиозно-

этнического сообщества, имеющего общины практически во всех странах нашей

планеты, но не имевшего вплоть до середины ХХ века своего Отечества.

— Финансово-ростовщическая основа «экономики» еврейского суперэтноса.

Когда евреи в европейских странах — Франции, Германии, Австро-Венгрии. Голландии — были вынуждены эмансипироваться, выйти из многовековой изоляции и стать членом «гражданского общества», они оказались в ситуации, где должны были стать конкурентами местному французскому (немецкому, австрийскому и т. д.) населению. Как писал в те годы выдающийся немецкий философ Иоган Готлиб Фихте, «Есть одно гигантское государство, которое простирается на территориях почти всех стран Европы и которое ведет с ниmи извечную войну. Это государство — мировое еврейство» (цит. по [8]).

В результате 200 летней борьбы за «интеграцию» в современное западное сообщество евреи, составляя малый процент населения в таких основных странах Запада, как Германия, Франция, Австрия, США, Великобритания добились к 30-м годам ХХ века лидирующих позиций в ключевых областях финансовой экономики, банковского дела, страхования, в науке, в средствах массовой информации, кино-индустрии. То есть, в тех областях, где находятся источники контроля над людьми, над их материальным положением, идеологией, сознанием и эстетическими и литературными вкусами.

В современных западно-европейских обществах, где христианский принцип морального равенства всех людей перед Богом «усилен» универсалистским принципом «гражданского равенства», этнический фактор оттеснен на периферию общественного сознания. В этих условиях, «отягощенных» к тому же плюрализмом политических, профессиональных и социальных организаций, создать массовое анти-еврейское движение практически невозможно. То есть, в т.н. демократических, а по существу, либерально-индивидуалистических странах анти-еврейская национальная мобилизация — практически неосуществима.

Со своей стороны, коллективистское по своей природе и идеологии еврейское сообщество легко справлялось (и поныне справляется) на национальном (американском, английском, канадском, французском и т. д.) уровне с задачей нейтрализации или существенного ослабления любого анти-еврейского массового движения. Это достигается систематической и последовательной реализацией долгосрочных программ, включающих финансирование соответствующих политических акций и обработку населения средствами массовой информации, подконтрольными еврейскому сообществу, с целью моральной и политической дискредитации любой не-еврейской национальной идеологии, представляя ее как шовинистическую и даже расистскую [3,11].

Проблема «облегчается» еще и тем, что индивидуалистические общества, ориентированные на достижение личного, а не национального успеха не могут создать атмосферы мобилизации «титульной» нации против сплоченной еврейской общины, способной и всегда готовой пожертвовать интересами отдельных членов своей общины во имя общих еврейских интересов. Как показывает история, все наиболее значительные «прорывы» еврейские сообщества достигали в результате упорных согласованных «коллективных» действий на национальном и даже на «планетарном» уровне.

Достигалось это либо в результате активности «открытых» — религиозных, политических, культурных — еврейских организаций, либо через «не-этнические» организации — политические партии, благотворительные фонды, частные негосударственные организации, включая правозащитные. В последнем случае евреи добивались либо «контрольного пакета», то есть, составляли относительное большинство в руководстве организации (партии), либо влияли на стратегию и тактику организации через ее финансирование [13].

Но наиболее успешным является подход, который еврейские организации и ассоциации применяют на протяжении последних 200 лет, представляя еврейские интересы в форме национальных (немецких, французских т т.д.) или даже «универсальных» интересов и ценностей. При этом, защита еврейских интересов и целей происходит завуалированно, поскольку они представлены, как общечеловеческие ценности и прикрыты «универсалистскими» одеждами и идеалами, которые разделяются и защищаются либералами-джентиле [3,11,13].



Литература

[1] MacDonald, K.B., «A People that Shall Dwell Alone: Judaism As a Group

Evolutionary Strategy with Diaspora Peoples», Praeger, Westport, CT 1994;

[2] O.A. Попов, «Универсальное и этническое в еврействе»,

[3] MacDonald, K.B., «Separation and Its Discontents: Toward an Evolutionary Theory

of Anti-Semitism», Praeger, Westport, CT 1998.

[4] M.A. Meyer, «Response to Modernity: A History of the Reform Movement in

Judaism», New York, Oxford University Press, 1988.

[5] P.L. Rose, «Revolutionary Antisemitismin Germany from Kant to Wagner»,

Princeton, NJ, Prinseton University Press, 1990.

[6] R. Patai, «Tents of Jacob: Diaspora Yesterday and Today», Engelwood Cliffs, NJ,

Prentice-Hall, 1971

[7] G. L Mosse, «Germans and Jews», New York, Howard Fertig, 1970.

[8] J. Katz, «Jewish Emancipation and Self-Emancipation», Philadelphia, Jewish

Publication Society of America, 1986.

[9] McCullough W.S., «The History and Literature of Palestinian Jews from

Cyrus to Herod», Toronto: University of Toronto Press, 1975

[10] Baron, S.W., «A Social and Religious History of the Jews»: Vol. XV. The Jewish

Publication Society of America, Philadelphia, 1973.

[11] MacDonald, K.B., «The Culture of Critique: An Evolutionary Analysis of Jewish

Involvement in Twentieth-Century Intellectual and Political Movements», Praeger,

Westport, CT 1998.

[12] O.A. Попов, «Еврейский этнос и мировое коммунистическое движение»,

альманах «Лебедь» (www.lebed.com)

[13] О.А. Попов, «Хьюман Райтс Вотч как политический инструмент либерально-

космополитической элиты США», «Москва», N 8, 2004 г. (www.moskvam.ru);

Альманах «Лебедь» (www.lebed.com).

http://www.pravaya.ru/faith/13/4317


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru