Русская линия
Россiя Ольга Быстрова26.07.2005 

Патриарх Никон — разрушение мифов

6 июня 2005 года в России отмечался 400-летний юбилей Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Никона. Многовековая история породила множество мифов об этом человеке, которые пришло время разрушить. И даже не потому, что ХХI век отчасти унаследовал дух разрушения века ХХ и продолжает его. Здесь другая причина: будущее российской государственности зависит напрямую от того, сумеем ли мы вспомнить уроки нашей истории и восстановить духовную и историческую преемственность русской жизни.

К 400-летнему юбилею Святейшего Патриарха
Московского и всея Руси Никона

В настоящее время образ шестого патриарха предельно упрощен, более того, можно сказать, что вся его духовная жизнь и служение Отечеству, по сути своей, представляет огромное «белое пятно». В том-то и состоит особенность настоящего юбилея, что он позволяет увидеть этого человека во всем величии и разобраться с мифами вокруг его имени.

Миф первый

«Социальное происхождение: из крестьян-мужиков».

Из справочников можно узнать, что будущий патриарх родился в 1605 г. в селе Вельдеманово под Нижним Новгородом от простых, но благочестивых родителей: отца Мины и матери Мариамы. Сына нарекли Никитой в честь преподобного Никиты, Переяславского чудотворца. В переписной книге 1621 г. в Вельдеманове значатся 22 двора, среди которых Минка Савельев — кузнец, т. е. отец Никиты, имя же его деда — Савелий.

Не останавливаясь подробно на биографии Никона, следует только заметить, что он был человеком удивительных творческих способностей и возможностей: церковно-государственный деятель, богослов, монах-подвижник, иконописец, зодчий-архитектор, духовный писатель и, наконец, врач духовный и телесный.

Миф второй

«Время управления Никоном Русской Церковью ознаменовалось возникновением раскола, причиной которого считается предпринятое Никоном исправление церковных книг».

Вторая половина XVII века связывает особыми отношениями патриарха Никона (принял патриаршество 25 июля 1652 года) и царя Алексея Михайловича (взошел на престол 13 июля 1645 года).

История избрания Никона на первосвятительский престол такова: он долго не соглашался принять патриаршество и уступил слезным мольбам царя и народа и только после того, как было обещано исполнять его условия. В Успенском соборе Московского Кремля государь, духовенство и народ дали обещание: содержать Евангельские догматы; соблюдать апостольские и святоотеческие правила; исполнять законы благочестивых царей; слушаться патриарха во всем, что касается церковных правил.

По словам митрополита Антония (Храповицкого): «Дружба Царя и патриарха возстановила благообразие общественной молитвы… политически возродила Московию на степень величия III Рима в Царстве Божием». Первые годы их совместного служения благу государства воплощало собой византийский принцип симфонии властей (т.е. гармоничного соотношения государства и Церкви). Никоном идея симфонии понималась как идея разграничения мирской и духовной сфер жизни, при этом он осознавал исходящую опасность от безграничности царской власти. Свои отношения с государем он строил по образцу строго-каноническому, т. е. указывая те пределы, переступать которые было нельзя. 1658 год знаменуется отступлением царя от сложившегося принципа симфонии. Боярство, сумев вовлечь царя в свои планы, четко заявляло о своих намерениях усилить влияние светской власти в церковной жизни и одновременно значительно сократить влияние Церкви на государственную. Никон, как никто другой, хорошо понимал губительность подобного и в то же время ясно осознавал, что открытое противостояние вызовет в стране очередную смуту.

И… он оставляет первосвятительскую кафедру и удаляется в Воскресенский монастырь. Это был уход от зла и крайняя мера воздействия пастыря на общество. Кстати, здесь уместно вспомнить о патриарших стрельцах: на случай войны патриарх мог выставить десять тысяч ратников, к которым, несомненно, присоединились бы и другие, выставляемые монастырями. Обвинение патриарха во властолюбии как-то само собой при этом упоминании отпадает; если бы он действительно был властолюбив, то нашел бы применение этой армии…

Никон хотел жить в покое в своем Воскресенском монастыре и заниматься зодчеством и духовным творчеством. Но этого не хотела светская власть. Собор 1666 года, прозванный в народе «волчьим собором», под председательством двух патриархов — Макария Антиохийского и Паисия Александрийского (низложенных со своих престолов!), в присутствии десяти митрополитов, восьми архиепископов и пяти епископов, а также сонма духовенства черного и белого осудил первосвятителя: он был лишен патриаршего сана и простым монахом отправлен на покаяние в Ферапонтов-Белозерский монастырь. Патриарх Никон воспринял этот приговор как неправедный, что, кстати сказать, было доказано после его смерти (1681); в 1682 году в Москву были привезены грамоты Вселенских патриархов о восстановлении схимника Никона в патриаршем достоинстве.

Главным устроителем судебной расправы выступил Газский митрополит Паисий Лигарид (правда, он состоял под запрещением!), но светскую власть это не смутило — ей нужна была покорная Церковь.

Главной причиной удаления Никона с патриаршего престола послужило якобы исправление (точнее, редактирование) богослужебных книг. Но Церковный собор 1656 года, на котором присутствовали два патриарха — Антиохийский Макарий и Сербский Гавриил, — утвердил, что весь процесс исправления происходил в полном соответствии с канонами Церкви. Это было внешним проявлением внутренней сложной ситуации: происходило разрушение гармоничного сочетания власти государя и власти патриарха.

Чем закончилось эта история, мы хорошо знаем: в 1723 году Петр I с успехом завершил дело, начатое его отцом Алексеем Михайловичем, и Церковь была встроена в государственный аппарат, став одним из многочисленных департаментов.

Миф третий

«Никон окружил себя необычайной пышностью как в церковно-служебной обстановке, так и в домашней жизни».

Великолепие и пышность патриарших богослужений не имеют ничего общего с честолюбивыми устремлениями, в которых до сегодняшнего дня обвиняют святейшего. Вся эта пышность и великолепие никоим образом не простирались на личную жизнь, которая отличалась суровой аскезой. А в этом убедиться проще простого, достаточно приехать в Ново-Иерусалимский монастырь и посетить Богоявленскую пустынь, в которой находилась келья патриарха Никона. Увиденное один раз скромное убранство не позволит сотни раз повторять оговоры, идущие из глубины веков.

Миф четвертый

«Глумление над священными названиями, а также хищническое величание себя патриархом Нового Иерусалима».

Это цитата второго пункта — из тех печально известных десяти обвинений Собора 1666 года, низложившего патриарха. Никон пытался разъяснить на Соборе, что стоит за словами «Новый Иерусалим», его не стали слушать. России потребовалось 400 лет, чтобы в полной мере понять смысловое и символическое значение этих слов.

История Римской империи свидетельствует, что человечество созрело для приятия Благовестия. Империя стала местом воплощения в ней Сына Божия, который самим фактом своего существования придал этой государственности меру достоинства («…отдавайте кесарю кесарево, а Божие Богу» (Мф. 22:21). Но Первый (Ветхий) Рим стал исходным пунктом Отступления от Христа и Его Церкви, и потому был разрушен.

Римскую империю сменила Византийская, которая выполняет свою миссию, пока не падает под ударами с двух сторон: магометанства (т.е. ислама) и латинства, чья разрушительная ненависть превосходила даже злобу мусульман. Второй Рим повержен, но рождается новый центр христианской жизни — Третий Рим. Промыслом Божиим Россия готовилась для служения Третьим Римом.

Новая вселенская империя определила место России в истории. Старец Трехсвятительского Псковского Елиазарова монастыря Филофей писал великому князю Василию III, отвергшему папскую унию: «Третьего нового Рима — державного твоего царствования — Святая Соборная Апостольская Церковь — во всей поднебесной паче солнца светится. И да ведает твоя держава, благочестивый царь, что все царства православной веры сошлись в твое царство. Один ты во всей поднебесной Христианам царь… Два Рима пали, третий — Москва стоит, а четвертому не быть».

История вселенского православия продолжилась на подмосковных землях села Воскресенское (в настоящее время — город Истра по рижскому направлению ж/д.). Замысел о Российской Палестине опирался на святоотеческое учение о Святой Земле, которая была оставлена как благодатное наследство самим Господом для спасения. Патриарх Никон был идейным вдохновителем этого проекта, он стремился донести до сознания людей, что подмосковная Палестина есть наглядное подтверждение заветов Третьего Рима (Святая Русь — охранительница «слова» Господня). Новый Иерусалим, по его замыслу, воспроизводил историческую Палестину в преображенном виде, т. е. очищенную от всего нехристианского; именно этим должна была отличаться Российская Палестина от ее прародительницы.

Центр Нового Иерусалима — Воскресенский монастырь с одноименным храмом, который был сооружен как подобие храма Гроба Господня в Иерусалиме. Монастырь находился в излучине реки Истры, которая была переименована патриархом Никоном в Иордан. Сам монастырь строился на холме, получившем название Сион. К востоку от Сиона возвышался холм, который наименовали Елеон. На нем в 1658 г. был воздвигнут каменный Крест с резной надписью в честь Лавры Святого Живоноснаго Воскресения на Святом Сионе: «Водрузися Святый Божественный Крест Господа нашего Иисуса Христа на сей горе Елеоне, от востока прямо Лавры святаго Живоноснаго Воскресения на Святом Сионе…»

В соответствии с первообразом — в Новом Иерусалиме к югу от Елеонского Креста в деревне Котельниково на берегу Истры была возведена церковь в честь Вознесения Господня; село было переименовано в Вознесенское (в настоящее время это центральная часть города Истры).

И вновь, подобно первообразу, Новый Иерусалим подвергся беспощадному истреблению. В 1918 году мученические венцы принимают государь Николай II со всей семьей, а в Воскресенске, названном Истрой, создается Совет рабочих и крестьянских депутатов. В 1919 году закрывается Воскресенский ставропигиальный монастырь, братия изгоняется, и год спустя на его территории образовывается государственный музей. В 1930-е годы уничтожаются все памятные приделы Воскресенского собора, в ротонде монастыря устраивается постоянно действующая антирелигиозная выставка. Великая Отечественная война напомнила, что, как и во времена Израиля Ветхого, за пленением духовным всегда следует пленение иноплеменное, только в роли Вавилона теперь выступила фашистская Германия. И как тысячи лет назад, вновь стали рушиться стены Иерусалима. 26 ноября 1941 года Истра была захвачена оккупантами. За две недели пребывания немцев в Новом Иерусалиме хранилища музея подверглись разграблению и уничтожению. 10 декабря того же года в день празднования иконы Божией Матери «Знамение» отступающие под натиском советских войск инженерные подразделения дивизии СС «Райх» заминировали центральную часть храма. Все должно было быть уничтожено согласно нацистской доктрине Розенберга: народ, потерявший памятники своей культуры, через два поколения перестает существовать как нация.

Очередное созидание Нового Иерусалима началось в 1942 году с разбора завалов. И было явлено чудо: все, что было заложено и освящено самим Патриархом Никоном, уцелело. Это относится к Голгофской церкви с местом погребения патриарха, церкви Успения Пресвятой Богородицы, где состоялось его отпевание, Камню повития, узилища Христова и, наконец, главной святыни храма — Кувуклии Живоносного Гроба Господня, которая после расчистки завалов предстала в том виде, в каком святейший Патриарх воссоздал ее в XVII веке, следуя палестинскому первообразу. Кстати, увидеть, как выглядел Гроб Господень изначально, можно теперь только в России, поскольку в Палестине Кувуклия была существенно перестроена.

В 1994 г. был возобновлен Ставропигиальный Воскресенский Ново-Иерусалимский мужской монастырь, через год ему возвратили Воскресенский собор с подземною церковью святых Константина и Елены, храм Рождества Христова, скит патриарха Никона, восточный братский корпус.

Миф пятый и последний

Он связан не столько с жизнью и судьбой Патриарха Никона, сколько с теми непонятными явлениями в нашей современной жизни, когда речь заходит о восстановлении исторической справедливости, он выражается просто: «Не стоит ворошить прошлого».
Нет, стоит…

В декабре 1882 года богомольцу из города Красноуфимска Пермской губернии семидесятилетнему старцу Емельяну Иванову, который был на богомолье в Новом Иерусалиме, было видение: «Вдруг вижу духа наяву, облаченного во святительские одежды, идущего ко мне навстречу. Я и говорю ему: „Что ты, батюшко мой, архиерею Божий Димитрие (Ростовский. — О.Б.), затрудняешь себя встречею меня, недостойного?“ Явившийся же святитель говорит мне: „Я не Димитрий, я патриарх Никон. Вчинен в соборе преподобных, от Бога оправдан, а людьми оклеветанный“. Тем видение и кончилось». Подлинник этого заявления, удостоверенный архимандритом Вениамином и иеромонахами Парфением и Антонием, хранится в архивах монастыря. Там же в архивах хранятся записи о многочисленных чудесах врачевания по молитвам к патриарху Никону.

Наша задача состоит именно в том, чтобы реабилитировать оклеветанного молвой человека, способствовать восстановлению исторической справедливости. И для этого у нас есть главное — желание разобраться и понять нашу далекую историю.

Созданная в 1656 году обитель Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря патриархом Никоном была одним из духовных центров Святой Руси. Лихолетье ХХ века на долгие годы прервало духовное общение всех желающих приобщиться к христианским святыням. В 1994 г. возобновленный Ставропигиальный Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь широко распахнул двери всем жаждущим и страждущим. Сюда пришло новое поколение исследователей самых разных специальностей — историков, филологов, искусствоведов, архитекторов, музееведов, которых объединила исполинская фигура человека, создавшего великую святыню православия. Родившаяся в 1998 году идея «Никоновских чтений» нашла свое воплощение в выпуске сборников, посвященных уникальному явлению отечественной истории, культуры и архитектуры. Им можно только желать творческой и плодотворной работы.

Понятие «Российская Палестина» в наши дни как никогда актуально. Уже не подвергается сомнению выстраданное знание: то, что было разрушено, должно быть восстановлено; замыслы предков не всегда идейно ветхи, к некоторым стоит не только прислушаться, но и воплотить.

17 апреля 2005 года митрополитом Ювеналием была произведена закладка храма-часовни Вознесения Господня и храма Святых жен-Мироносиц на земле Русской Палестины. Обе площадки были выбраны в соответствии с замыслами патриарха Никона. В своем обращении к истринцам Владыка Ювеналий напомнил: «Не забывайте о великом подвиге патриарха Никона, который вот так же много столетий тому назад возводил святыни. Нам выпала большая честь продолжить дело Святейшего Патриарха».

К событиям юбилея патриарха Никона приурочено и восстановление памятного Креста, вызывающее интерес не только у историков и искусствоведов, но и всех, кому дорога память времен. Поклонный Крест должен быть установлен на месте Елеонской часовни, сооруженной в 1657 году по образцу Палестинской Елеонской часовни VII века на месте Вознесения Господня. Каменный Крест на подмосковной земле не только напоминал о Вознесении Господнем, он отмечал место, где царь Алексей Михайлович «нарече имя монастырю Новый Иерусалим».

И последнее, что хочется вспомнить. Это слова А.Н. Муравьева, внимание которого на долгие годы было привлечено к патриарху и судьбе его детища. В 1846 году он написал книгу «Путешествие по святым местам русским». Эти слова оттуда: «…оставил я Москву, желая посетить еще однажды Новый Иерусалим, столько близкий моему сердцу с тех пор, как поклонился древнему образцу его».

Добавить нечего.

http://www.rgz.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=830&Itemid=72


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru