Русская линия
МиК — маркетинг и консалтинг Валентин Федоров,
Анатолий Цыганок
21.07.2005 

Умеем ли мы отстаивать наши национальные интересы?

В ходе саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества, проходившего в минувшем ноябре в Сантьяго, премьер-министр Дзюнъитиро Коидзуми и президент России Владимир Путин обсуждали проблему спорных территорий. Коидзуми тогда отметил, что подписание двустороннего мирного договора имеет огромное значение для «интенсивного развития наших отношений». Путин парировал, что «мирный договор необходимо подписать, решив территориальную проблему».

Накануне саммита, 15 ноября 2004 года, российский президент заявил, что Москва готова выполнить советско-японскую совместную декларацию 1956 года, в которой Советский Союз обещал вернуть Японии два из четырех спорных островов, расположенных на севере от Хоккайдо, но только после заключения мирного договора. Дзюнъитиро Коидзуми отклонил это предложение, заявив, что Япония настаивает на возвращении всех четырех островов.

В предстоящем ноябре два лидера планируют встретиться вновь, чтобы в очередной раз обсудить проблемы спорных территорий, на этот раз в Токио, в ходе визита в Японию Владимира Путина, который откладывается вот уже второй год.

7 июля с.г. в территориальный спор вмешался Европарламент, приняв резолюцию «Отношения между ЕС, Китаем и Тайванем и безопасность на Дальнем Востоке», в которой, в том числе, содержится призыв вернуть Японии «северные территории, оккупированные бывшим Советским Союзом в конце Второй мировой войны и в настоящее время находящиеся под оккупацией России».

Как долго будем мы ждать разрешения территориальной проблемы, и вообще, каким-либо образом она может быть решена? Ответить на этот вопрос МиК попросил Валентина Федорова, профессора, заместителя директора Института Европы РАН:

— Эта проблема, конечно же, может быть решена. Надо просто твердо заявить: никакой территориальной проблемы между Россией и Японией не существует! Вот так надо поставить вопрос. И тогда все эти сомнения и всякие нападки на нас прекратятся. А когда мы выражаем готовность уступить, когда мы подлаживаемся под их интересы, это только разжигает их аппетиты.

Теперь, о Европейском парламенте. Вообще то, это не его дело. Европейский парламент — само его название говорит о том, что он должен заниматься Европой, а не Дальним Востоком. А в Европе этих самых территориальных проблем, причем признанных, много. Вот их он и должен решать.

Ну, например, проблема разделенного Кипра. Вот самое подходящее занятие для европейцев. Или взять проблему Гибралтара. То же самое, пожалуйста, занимайтесь, никто вам ничего не скажет.

А что касается визита Путина в Японию, то к этому не надо и особенно стремиться. Пока мы не выработаем четкую позицию. А у нас, как я вижу по деятельности и по заявлениям наших высокопоставленных чиновников, есть готовность отдать два острова. Немедленно отдать. Ну, посмотрим что из этого будет…

А надо, между прочим, учиться на чужих примерах. Вот существует остров Токто. Я летал в свое время над ним, посмотрел на него. Вот там действительно необитаемые скалы, это не Курилы, которые покрыты зеленью. Да и по объему тоже не чета Курилам. Ну и на этот остров Токто тоже претендует Япония, хочет отобрать его у Южной Кореи (об этом также идет речь в резолюции Европарламента — Пункт «15. b» касается «спора о принадлежности островов Токто/Такесима между Южной Кореей и Японией» — ред.), при этом лидер Северной Кореи Ким Чен Ир, отложив в сторону свои идеологические разногласия и антагонизм, клеймит Японию за попытку прибрать к рукам Токто.

А смотрите, какие бурные демонстрации южных корейцев проходят в Сеуле! Некоторые люди пытались даже покончить самоубийством в знак протеста, харакири себе сделать на японский манер, они отрубали мизинцы, это все показывали… Вот с кого надо брать пример того, как надо отстаивать свои национальные интересы.

Я помню, что бедовал как-то с губернатором Хоккайдо, а у меня с ним были хорошие отношения (Валентин Федоров — первый губернатор Сахалинской области — ред.), и он мне рассказывал такую историю. Говорит: «Я приехал в семидесятых годах в СССР, и меня принял председатель Совета министров РСФСР. И я начал говорить о Курилах, о территориальной проблеме. И ваш начальник ладонью — не кулаком, а ладонью, ударил по столу и заявил: «Территориальной проблемы между нами не существует! И все. Какие у вас другие вопросы?». И когда мне это все японец рассказывал, то в его глазах я даже увидел какое-то восхищение. Ну, а после наши проявили слабину, и этим воспользовались японцы, и не только….

— Ну, а все-таки, с этими двумя островами, которые Путин пообещал отдать Японии, как обстоят дела?

Это тоже не оправданно. Вот почему-то говорят о декларации 1956 года, в соответствии с которой Советский союз должен был отдать два острова. Но, во-первых, там речь шла о том, что сначала надо подписать мирный договор. Но мирный договор же не подписан! И стремиться к подписанию мирного договора тоже не следует. Потому что у нас с Германией никогда не было мирного договора, а сейчас — вон, самые лучшие друзья. Так что это никакой не аргумент.

А потом, они не спросили ни о чем РСФСР. Если вы уже такие демократы в Европе и в Японии, то давайте, соблюдите все инстанции. А там говорится: СССР решил…, и даже РСФСР никак не участвовала.

И, наконец, в принципе, по содержанию эта декларация устарела. Там же указано на два острова и три мили вокруг них. А сейчас речь идет о 200 милях, то есть совершенно другой территории! Вот об этом наши политики забывают и делают вид, что этой проблемы не существует, и разницы в территории нет. А я говорю — она существует! И если мы пойдем на то, чтобы отдать эти острова, то наш Дальний Восток будет искалечен. Поэтому надо отказать Японии раз и навсегда! И я заверяю — положение улучшится и отношения между нашими странами тоже.

И вообще, это миф — что вот Япония с нами не сотрудничает, потому что мы не отдаем ей острова. Миф! Я все время это подчеркиваю. Когда я был на Сахалине, то остров аж дрожал от наплыва туда японских бизнесменов по освоению шельфа. Они ко мне приходили и простаивали очереди в приемной — ведущие компании, которых все знают в мире. И они ждали моего благоволения, чтобы я их принял и побеседовал с ними, допускать их или не допускать к шельфу. Экономика заставляет их идти в Россию!

Или сейчас, «Тойота» будет строить в Петербурге свой завод — это разве не показывает, что экономические отношения как были между нами, так и будут, и территориальные претензии тут не причем?

Спорные территории. Военно-политический аспект

Об этом МиК рассказал Анатолий Цыганок, полковник, кандидат военных наук, профессор Академии военных наук:

— Япония приобрела право на эти острова согласно условиям двух договоров с Российской империей — 1855-го и 1875 годов. Южный Сахалин отошел к Японии по условиям Портсмутского (1905) мирного договора после Русско-Японской войны. В 1924 году Япония предлагала России выкупить северную часть Сахалина, но сделка не состоялась. Повторно к этому вопросу дальневосточный сосед вернулся в апреле 1941 года при подписании пакта о нейтралитете, но Москва отказалась даже обсуждать это предложение.

По завершению второй мировой войны согласно Сан-францисскому мирному договору Япония официально признала, что у нее нет прав на владение Южным Сахалином и Курильскими островами. Однако японская сторона считает, что острова Южных Курил (Минами Тисима) не входят в Курильские острова (Тисима), поэтому и должны отойти обратно к Японии, хотя на картах, изданных МВД Японии в 1930 году, эти острова изображены в составе Курильских островов.

В середине пятидесятых годов, после подписания советско-японской декларации, СССР обещал передать Японии часть островов (Хабомаи и Шикотан) после подписания мирного договора. Эти договоренности впоследствии были нивелированы.

В начале 2004 года японское правительство подготовило новый, неожиданный вариант урегулирования территориального спора — вариант Акихиро Ивасита, суть которого состояла в том, что у России остается самый большой и стратегически важный остров Итуруп, на который приходится около 60% всей спорной территории, а три остальных острова (Шикотан, Кунашир и Хабомаи) передаются Японии. Спустя полгода — в ноябре 2004 г. — президент В. Путин подтвердил, что Москва готова выполнить обещание, данное еще в 1956 году. Однако Япония прореагировала на намеки Москвы сдержанно — как заявил премьер-министр Японии Д. Коидзуми: «Япония не изменит свою позицию в отношении территориального вопроса, согласно которой подписание мирного договора с Россией последует лишь за определением принадлежности всех четырех южно-курильских островов».

Вне зависимости от политической и экономической составляющей переговоров в тени от общественности остается военно-стратегическая сторона передачи части островов и те проблемами, с которыми могут быть увязаны вопросы взаимных компромиссов и уступок.

Как может измениться стратегическая география? Во-первых, по мнению многих японских экспертов, через два-три года возможен пересмотр «мирной Конституции» 1947 года, и тогда Япония получит юридические основания для преобразования «сил обороны» в «армию». Однако, по нашему мнению, этот процесс не повлечет перехода Японии к силовой политике и не создаст проблемы противостояния с Россией. Япония как минимум на двадцать лет попала в энергетическую зависимость от России, другими словами, она «подсела» на сахалинскую нефтяную иглу и ей нет резона портить с Россией отношения.

Во-вторых, следующим шагом будет пересмотр японо-американского договора о безопасности, который обязывает США защищать Японию. Можно предположить, что в новом договоре останутся формулировки, которые позволят американским войскам находиться на японских островах.

В-третьих, в ходе будущего визита В. Путина в Японию возможны и неудобные вопросы от японской стороны по поводу поддержки Россией позиций Северной Кореей на переговорах, связанных с проблемой наличия у Северной Кореи баллистических ракет, представляющей одну из двух угроз безопасности Японии — возможность нанесения ядерного удара.

В-четвертых, изменение статуса японской армии может ухудшить, как ни странно, обстановку на российских дальневосточных сухопутных границах, поскольку реакция Китая может быть двоякой. С одной стороны, видя рост военной машины Японии, Китай ускорит перевооружение своей армии, и расчеты российского министерства обороны на 10−15-летнее превосходство над китайской армией в силах и технологиях могут быть сокращены в два раза. Поэтому вызывает сомнение выгода для России участвовать в предстоящих совместных китайско-российских военных учениях, на которые в свое время так демонстративно поспешно согласился министр обороны России. Япония и США могут посчитать, что учения направлены против них.

Не следует забывать и о территориальном споре между Китаем и Японией из-за архипелага Сенкаку и проектов разработки нефтегазовых месторождений в Восточно-Китайском море.

С другой стороны, воспользовавшись удачным моментом частичного ослабления США в АТР при выводе части сил американских войск, Китай постарается решить свою основную цель объединения страны (присоединить Тайвань), и не исключено, что из-за этого возможно нарушение баланса сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе. По информации гонконгских СМИ — газеты «Сянган Вень-хуейбао» от 16 июля 2004 года, глава КНР Цзян Цземинь поставил задачу: до 2020 года вернуть под юрисдикцию Китая Тайвань. По словам председателя военного совета, Пекин не остановится даже перед военным конфликтом с США.

А сил в этом регионе немало. Только личного состава в группировках США, Японии и Южной Кореи около одного миллиона. Танков около 3,5 тысяч; боевых самолетов около тысячи; более 200 вертолетов; надводных кораблей -102; подводных лодок -14. Непосредственно на острове Хоккайдо, к которому примыкают спорные острова, дислоцируется японская Северная армия в составе трех пехотных и одной танковой дивизии, в которых насчитывается: личного состава 45 300 человек; 558 танков; 489 танков и бронетранспортеров. Группировку авиации и ПВО на острове составляют части Северного авиационного направления — около 80 боевых самолетов и два зенитно-ракетных дивизиона.

Российская группировка включает силы Дальневосточного военного округа и Тихоокеанского флота. На острове Сахалин дислоцируется одна дивизия, отдельный вертолетный полк, полк связи и отдельный инженерно- саперный полк. Группировка КНДР насчитывает 847 тыс. личного состава, 2770 танков; 2440 бронетранспортеров; 646 боевых самолетов; 86 боевых кораблей, в том числе, 51 подводная лодка. На территории Шеньянского военного округа КНР размещаются 4 полевых армии в составе 10 пехотных и двух танковых дивизий, которые насчитывают 250 тыс. человек. Эта гремучая смесь в совокупности является крупнейшей воинской группировкой в мире и соблюдение равновесия в ней является равноважной задачей для всех стран в регионе!

России в этой ситуации следует определиться со стратегической географией. Сегодня позиция России на Дальнем Востоке достаточно выдержанная. К сожалению, создав прецедент, и отдав Китаю два острова, Россия в переговорном процессе с Японией поставила себя в сложное положение. Поэтому придется выбирать, что более привлекательно — иметь на границах соседа, который во внутреннем пользовании притязает на соседние страны, или иметь соседа, занимающего сейчас второе место в экономической иерархии и возможного партнера или союзника для совместного сдерживания будущих притязаний?

Думается, что предпочтительнее второй вариант. Япония тоже в последние годы находится в поиске своего места на политической карте. Это стало заметным в последние 2−3 года — может быть, в связи с приходом нового правительства, а может быть, в связи с обострением ситуации в Северной Корее и угрозы пуска ракет — старается дистанцироваться от американцев и прилагает максимум усилий для того, чтобы уменьшить их войсковую составляющуюся на своих островах. Поэтому и передислокацию американских войск с Окинавы на Гуам и частичную передислокацию войск США из Южной Кореи надо рассматривать в этом ключе.

http://www.iamik.ru/?op=full&what=content&ident=520&issue=1&topic=Main.News.Cool


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru