Русская линия
Фома16.06.2005 

Почему люди не ходят в церковь?
Что думают священники

Священник Михаил ВАСИЛЬЕВ,
настоятель Патриарших подворий при штабе ВДВ и РВСМ

Во-первых, потому, что это трудно. Во-вторых, потому что для современного, весьма прагматичного по своему мировосприятию человека это невыгодно. Приходится тратить свое время — у современного человека иллюзия, что времени ему не хватает, хотя это не мешает впустую тратить его, например, у телевизора. И человек все время живет тем временем, которое он на самом деле часто бездарно тратит. Он стоит в храме — и ему кажется, что у него много неотложных дел, что надо куда-то бежать. И действительно — это известно еще древним подвижникам благочестия — побыть наедине с собой уже бывает непривычно и трудно, а тем более придти к Богу и быть с тем Богом, в Которого хотя ты и веруешь, но еще не видишь достаточно. Наверное, все это в комплексе приводит к тому, что современный человек, бесцельно проводя значительную часть своей жизни, не может найти времени, чтобы побывать, или постоять, или даже, не побоюсь этого слова, помолиться за богослужением.

Игумен ПЕТР (Мещеринов),
Свято-Данилов монастырь, г. Москва

Одна из причин того, что люди не понимают христианство и отталкиваются от Церкви — это подмена Евангелия — в буквальном переводе «благой вести», «благовествования» — неким зловествованием. Основание нашей веры — Воскресший Христос, пасхальная радость, которую может почувствовать любой человек, — подменяется проповедью о мировом масонском заговоре, о скором пришествии антихриста, о бесах, аде и вечных муках. Христос же является только средством, чтобы всего этого избежать. Причем даже не Христос, а внешняя церковность, исполнение обрядов, механическое выстаивание воскресных богослужений.

В итоге религиозные запросы души не удовлетворяются. И поэтому многие искренне ищущие Бога люди стараются держаться подальше от такой Церкви. Она кажется им каким-то странным заведением, где люди помешаны на тайном масонстве и бесах. Безусловно, существуют и бесы, и «тайна беззакония», и антихрист, который в итоге явится. Но страшно не это, а то, что все сие служит основанием проповеди и почему-то называется Православием.

Священник Александр ЛАВРИН,
клирик храма Иконы Божией Матери «Живоносный Источник»
в Царицыно

Думаю, причина здесь не в атеизме. Атеистов сейчас мало, убежденных же и раньше было немного. Людям, как правило, более свойственно религиозное равнодушие. И когда после падения атеистической идеологии оказалось, что многие не чужды признания духовного мира, — всплыла серьезная причина, почему люди не ходят в храм: само по себе признание «потустороннего» ничего не меняет в жизни человека. Настоящая религиозная жизнь начинается тогда, когда человек захочет, чтобы Бог стал в его жизни главным. А это всегда непросто, требует от человека напряжения: поиска, труда.

Нельзя обойти стороной и горькую для нас, церковных людей, правду. Многие люди не ходят в храм, потому что мы, христиане, сами подаем к этому повод. В религиозной жизни был очень большой перерыв, многие традиции утеряны, прежде всего — традиции терпения и смирения. И, к сожалению, люди часто не находят в христианах примера евангельской жизни.

Не последняя причина и в нас, священниках, пастырях. Мы вышли из той же среды «религиозного забвения» и так же учимся христианской жизни. Но цена наших ошибок гораздо выше, чем у прихожан, когда мы не являем сердечной теплоты и понимания. Я это хорошо знаю, замечая, порой, в себе небратское и лицеприятное отношение — при исповеди, в беседе с людьми…

Поэтому сегодня Церковь видится не столько местом духовного подвижничества, сколько больницей, принимающей и целящей больных и инвалидов. Значит, и входят в нее те, кто признал свою болезнь и захотел лечиться.

Священник Николай ЕМЕЛЬЯНОВ,
заместитель декана Богословского факультета
Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета

Самое удивительное, что люди в Церковь ходят. Это удивительно, потому что в России после целой эпохи гонений, религиозного бескультурья и безграмотности современному человеку казалось бы невозможно обрести традиционную духовную культуру и веру. Современная мода, массовая культура, жесткая пропаганда, иногда даже сегодняшняя государственная политика препятствуют этому. Однако вопреки всему многие эту духовную культуру обретают или хотя бы очень к ней стремятся.

Это всегда процесс очень личный и очень трудный. Он требует работы над собой, много смирения и покаяния, что никому и никогда не было просто. В Евангелии Господь, обращаясь к ученикам, называет их «солью земли». Соль — это замечательный и очень древний религиозный символ. Кроме прочих, в нем есть и очень простой, можно сказать, бытовой смысл. Соли кладут в пищу всегда очень мало — одну ложку на большую кастрюлю, но без нее пища бывает безвкусной. Этой «соли» — тех, кто не просто «глядит издалека» или даже «заходит в Церковь», но живет по вере церковной жизнью, — всегда было и будет немного.

С другой стороны, от самого общества и даже во многом от государства зависит, будет ли оно хотя бы обращено лицом к высокой духовной культуре — или его жизнь потеряет свою «соль», станет «безвкусной» и бессмысленной.

Иеромонах МАКАРИЙ (Маркиш),
Свято-Введенский монастырь, г. Иваново

Мне пришлось пятнадцать лет жить и работать вдали от России, в американском штате Массачусетс. В Соединенных Штатах вряд ли можно представить себе, чтобы человек, называя себя православным, не был регулярно в церкви. Это относится в равной мере и к тем, кто унаследовал Православие, и к тем, кто уже в сознательном возрасте вернулся к своим национальным и культурным корням. И, конечно же, к тем, кто подобно евангельскому купцу, нашедшему жемчужину несравненной ценности, пришел в Православие «извне». Заметьте, что и для тех, и для других, и для третьих характерен интерес к религии вообще и Православию в особенности. Пускай невежество и доминирует на культурно-общественной сцене, но преодолевая его, люди приходят в Церковь.

А если отвечать более обще… Применительно к человеческой жизни, вопрос «Почему» дает колоссальный простор для ответа, и что ни ответить — всё будет в той или иной мере верно: потому что не хотят, потому что не привыкли, потому что нет времени, потому что не видят нужды, потому что им там тесно, холодно, жарко, душно, скучно и проч. Коренная причина — наша слабость, несобранность, расхлябанность, безответственность, равнодушие. Наш грех. Если позволите уточнить вопрос таким образом: «Укажите причину, устранение которой на сегодняшний день наиболее реально и действенно», то я отвечу одним словом: невежество. Устранить ее, соответственно, позволит школьное просвещение и миссионерская проповедь на местах и в СМИ, в чем да поможет нам Господь.

Священник Иоанн ОХЛОБЫСТИН,
клирик храма святителя Николая в Заяицкой слободе

Когда только начиналось возрождение Православия, то сами верующие люди и священники невольно делали многое, чтобы отвратить людей от Церкви. Все эти старушки, шипящие на молодых девчонок, которые впервые зашли в храм в брюках. Все эти младостарцы и младостарицы, их «пророчества» и дикие полуязыческие «наставления». И странная кликушеская литература, называвшаяся «православной». Все эти запугивания в проповедях священников, что вы, мол, жуткие грешники, мерзавцы. Срочно раздайте все свое имущество, а сами — на колени, на горох. И все равно нет вам прощения… Как вспомню, просто дрожь берет. Дошло дело до того, что пришлось вмешаться самому Святейшему Патриарху.

Многие, впервые зайдя в храм и столкнувшись с таким к себе отношением, подумали: а пойду-ка я лучше куда-нибудь в буддизм, там все не так мрачно. Ну и, конечно, с годами добавились темы для критики, среди них сотовые телефоны и машины у священников (интересно, а как без этого быть на связи, если понадобится, и посещать больных прихожан?) и так далее.

К счастью, постепенно все эти перекосы в отношениях светских людей и Церкви сглаживаются. Народ перестали запугивать, в храм приходит все больше людей. Теперь мы можем лучше донести до прихожан, что главное в Православии не строгость, а любовь. Ведь Бог есть Любовь.

Священник Дионисий ПОЗДНЯЕВ,
Гонконг, Китайская народная республика,
Русская Православная Церковь Московского Патриархата

Думаю, причины разные. Есть просто люди, не верующие в Бога — тут и спроса нет. Помню, одна пожилая дама, говоря о церковной службе, приводила сравнение с театром: «Можно раза два-три сходить на спектакль, но не более… а одинаковые службы изо дня в день — это же ужасно, должно быть, однообразно и скучно!». Тут очевидно неумение молиться храмовой молитвой, незнание службы, непонимание смысла происходящего. Для многих этот язык, богатейший и красивейший, совершенно недоступен. Больше нужно говорить о смысле богослужения, давать людям понять, что в храме можно приобщиться небесному, уже на земле можно стать причастным к Небу.

На самом деле люди не умеют в Церкви находить и обретать главное — опыт Неба. Отчего? Оттого, что порой ищут чего-то другого. Не находят — и разочаровываются. Может, им и не нужен этот опыт Неба… Но ведь остальное все так второстепенно.

Многие не могут заставить себя, понудить в практике духовной жизни — как Господь сказал, «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11:12) — а лень ведь молиться, трудно поститься, ум не привык сосредотачиваться, стыдно исповедоваться! Это — основные причины.

А если говорить о причинах более внешнего порядка, то это — занятость священников, их торопливая невнимательность, порой холодная… Иногда — грубость прихожан, вообще распространенное ныне хамство… Это — большая проблема для тех, кто стоит у порога Церкви и надеется видеть в ее чадах Образ.

Протоиерей Игорь ПЧЕЛИНЦЕВ,
пресс-секретарь Нижегородской епархии

Беда, наверное, в том, в народе существует определенная религиозная самодостаточность — почти 80% россиян считают себя православными христианами. «Мы крещеные…», «мы же ничего не отрицаем…», а также «ну, наверное, что-то там есть…» Если к этим утверждениям добавить то, что многие люди действительно приходят в храм хотя бы один-два раза в год (на Пасху, поставить свечку…), то получается, что в какой-то мере церковная жизнь в народе существует. Некоторые даже причащаются (от одного раза в год до одного раза в несколько лет), не отдавая себе отчета, в каком великом Таинстве они принимают участие. Реальной церковной жизнью стараются жить всего лишь 1−3% россиян.

Соответственно, наш православный народ и является главным потребителем массовой «духовной» культуры — активно возрождаемого язычества с его обычными атрибутами — гороскопами, гаданиями, целителями и религиозным безразличием и всеядностью. Церковная жизнь не развлекает так, как современный «мистицизм на диване» — и поэтому она не востребована. Церковности надо учиться, но это не находит отклика в душе современного человека, привыкшего потреблять «духовный фаст-фуд».

С другой стороны, видимо, наша дорогая и многострадальная Церковь еще не находит в себе сил идти навстречу народу. Некоторые священнослужители и некоторые миряне из числа новообращенных считают, что Церковь должна не нисходить до современного человека, а поднимать его над погибающим миром. Это верно по смыслу, но неверно по тактике. Эти люди считают, что не надо ни к кому идти — кому надо, придут в церковь сами, и мы их всему научим (кстати, под «всем» нередко подразумеваются внешние вещи — как креститься, как стоять на службе и т. п., а богословие — оно для богословов).

Также надо сказать и о православном «фаст-фуде». Существуют общины, спекулирующие на мистических чувствах современного человека, зачастую отравленного неоязычеством, и взамен настоящей духовной пищи они дают своим новым членам пищу сомнительную. Обобщенное название таких общин: «Как избежать конца света и остаться при своих». Путь таких общин явно сектантский и идет врозь со Священноначалием Церкви и здравым смыслом, но некоторых он очень привлекает, отвращая от настоящей православной церковности.

Большую роль в расцерковлении невоцерковленных играют, конечно, и СМИ. Одной рукой насаждая новые (на самом деле — старые) языческие ценности, СМИ другой рукой поливают грязью возрождающееся Православие, создавая в обществе крайне отрицательный образ Церкви и Ее служителей.

И в результате — народ робко топчется в церковном дворе и проходит мимо, а священнослужители с верными прихожанами выглядывают из церковных дверей в надежде на то, что кто-то еще заглянет к ним на огонек. В надежде всему их научить.

Иеромонах СЕРГИЙ (Рыбко),
настоятель храма Сошествия Святаго Духа на апостолов
на Лазаревском кладбище г. Москвы

Подлинная причина в том, что у человека просто нет особого желания ходить в церковь. Когда он молод, преисполнен оптимизма — ему не до того. Он смотрит на жизнь сквозь розовые очки, кует свое светлое будущее… И только повзрослев, столкнувшись с реалиями жизни, он начинает задумываться, начинает знакомиться с христианскими ценностями — и в итоге нередко приходит в храм. Это обычно люди зрелого возраста, за сорок лет. Тем не менее, встречаются и молодые люди, которые с юности посвятили себя Богу. Либо они рано пережили какие-то трагедии, разочаровались в земных ценностях, либо это чистые души, призванные Богом. Я их достаточно часто встречал, хотя по нашим временам такой человек — просто чудо. Бывает, что и в тридцать лет воцерковляются, и в двадцать, хотя какой-то видимой причины — несчастной любви, жизненных трагедий и т. п. — нет. Кто имеет открытое сердце — к тому Бог приходит раньше.

Протоиерей Александр СОРОКИН,
настоятель храма Феодоровской иконы Божией Матери
и часовни свв. Новомучеников и Исповедников Российских,
председатель Издательского отдела Санкт-Петербургской епархии

Вообще-то ходят. Хотя мало. Если ответить коротко, причина, конечно, в самих людях. Причем, как в тех, кто туда не ходит, так и в тех, кто там уже находится. Не нужно доказывать, что каждый человек религиозен по своей природе, и эту свою религиозность каждый выражает по-разному и в разной мере. Но процент тех, кто свою веру показывает явно и осознанно как веру в Бога, о Котором учит Библия, — совсем не так уж велик. А тех из них, кто ходит в церковь — еще меньше.

Наверное, это потому, что для многих до сих пор не совсем ясно, что такое Церковь и почему без нее человеку трудно и плохо. Общепринятое мнение о Церкви так укоренилось в сознании большинства людей, что им в голову не приходит, что Церковь — это нечто совсем иное, нежели загруженные заботами священники и унылые миряне. Многие вообще отождествляют Церковь только с иерархией священников, то есть воспринимают ее как некую организацию, выполняющую определенные функции. А новозаветное учение о Церкви как о христианской общине, собравшейся вокруг воскресшего Христа, мало понятно массовому человеку. И беда в том, что в самой Церкви многие люди не сразу до этого доходят — а потому не способствуют приходу других людей, которые поэтому и не ходят в церковь.

Протоиерей Аркадий Шатов,
председатель епархиальной комиссии
по церковной социальной деятельности Москвы

Люди не ходят в Церковь по разным причинам. Некоторые — потому, что думают, что Бог христиан такой же, как сами недостойные христиане. Некоторые не ходят потому, что их привлекает этот мир, и внешняя мишура для них важнее, как для дикарей стеклянные бусы важнее, чем слиток золота. Некоторые не ходят по лени, а некоторые — потому что Бог их еще не призвал. Некоторые из тех, что не ходят в Церковь, бывают одержимы, некоторые — глупы…

Некоторые не ходят в Церковь потому, что они предали Бога.

Люди не ходят в Церковь, потому что, как говорится в Евангелии, один купил поле, за которым нужно смотреть, другой приобрел волов, которых надо испытать, третий недавно женился. Поэтому они не идут на брачный пир (Лк. 14:1).

Иеромонах КАЛЛИСТРАТ (Романенко),
настоятель храма во имя Святой Живоначальной Троицы в Антарктиде

Во-первых, люди в храм все-таки ходят. Даже в мой. Пусть не все и не часто. Но за тот год, что я здесь, нет ни одного человека из экипажа станции, который хотя бы один раз не пришел в храм. И не на экскурсию, а именно на службу, на Божественную Литургию.

Есть люди, которые ходят в храм, но нечасто. Они все равно верующие и православные. Я не могу сказать, что их вера хуже моей, хотя я священник и регулярно совершаю Божественную Литургию. Другие не ходят в храм, потому что не знают, что здесь дом Божий. Это просто непросвещенные люди, не понимающие, зачем надо стоять по два часа на службе и слушать непонятные песнопения и молитвы. Но обычно это до тех пор, пока жареный петух не клюнет. Тогда начинают спрашивать: «Что я могу сделать, чтобы Бог услышал меня?»

А некоторые не приходят, потому что видят, как живет священник — злее, корыстнее и похотливее иных неверующих. Я знал одного человека, который во многом исполнял заповеди Евангелия (ни разу при этом не читав самого Евангелия), но не стал ходить в храм, потому что там не самым лучшим образом вел себя священник.

От священников сегодня требуется спокойно, шаг за шагом воспитывать и тех, кто приходит пусть и нечасто, показывая им жизнь в Боге. Надо проповедовать, и, прежде всего, не на словах, а в себе, в своей жизни, исполняя слова Писания: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

Материал опубликован в 3(26)-м номере «Фомы» 2005 г.

http://www.fomacenter.ru/index.php?issue=1§ion=3&article=1007


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru