Русская линия
Псковское агентство информацииПротодиакон Андрей Кураев30.05.2005 

«А если я в прошлой жизни был слоном, то какие у меня слоновьи грехи были?»

Информационная служба Псковской епархии продолжает публикацию выступлений в Пскове диакона Андрея Кураева. Представляем размышления отца диакона.

О мужском начале

Когда я начал преподавать в Свято — Тихоновском институте, спросил у проректора: «У вас учатся девочки. Как устроена девушка, изучающая богословие?» И в ответ проректор мне молвил: «Лексикон Эллочки Людоедки состоял из двенадцати слов, а наших студенток — из четырех: смирение, искушение, кротость, послушание». Это, может, замечательно, но я точно знаю, что настоящего мужика на этом лексиконе не воспитаешь. У них же все в сопоставлении, все в конкуренции, кто первый добежит, кто первый тарелку супа съест, кто первый построит, кто первый разрушит. Если мальчишкам давать по рукам: не бегай, не соревнуйся, то кого вы вырастите? Того, от кого никому радости нет, даже вам самим, в конце концов. И это огромная проблема: как в наших мальчиках воспитать мужское начало. Православное, но мужское, воинское. Нашей Церкви нужны мужики, защитники. Когда меня спрашивают журналисты по поводу погромов в Сахаровском Центре, я все время говорю: я рад, что есть еще и не женщины в русских селеньях. Каждый современный родитель, православный педагог обязан быть новатором. Как совместить традиционную историческую этику, аскетику с современной психологией, педагогикой? Но я верую в Руку Божью, которая помогает нам сейчас, и появляются у нас молодые батюшки, а иначе откуда?

О Толкиене

В книге Толкиена «Властелин колец» есть деталь: Толкиен четко называет дату падения Черной башни, гибель кольца всевластия — 25 марта, Благовещение. Более того, в ранней Средневековой английской традиции всегда была Кириопасха. Англичане ее иначе праздновали, чем в Риме. Благовещение и Пасха у них всегда были 25 марта. И Толкиен ориентирован на эту традицию и пишет для людей, у которых был Закон Божий в школе. А у наших оболтусов не было Закона Божьего в школе, и они не видят евангельских ассоциаций в этой книге. И если ребята увлекаются Толкиеным, надо им рассказывать про христианский контекст этой книги.

О Догмате Церкви. Известный режиссер Андрей Кончаловский в телевизионной передаче выдал набор интеллигентских благоглупостей, касающихся православия. И слово «догма» для него что-то страшное и колючее, не нужное православию.

Что же такое Догмат в православии? По моему убеждению, освободить православие от Догмата сродни призыву освободить человека от скелета. Ничего хорошего из этого не получится. Сколько догматов есть в Церкви? Догмат понимается очень широко, но в строго техническом смысле в православии Догматом считается все же вероучительные определения Вселенского собора. Вселенских соборов в Православной церкви было семь. Не каждый из них решал вероучительные проблемы. И мы сейчас по-детски попробуем рассмотреть догматы Символа Веры — самый простой церковный текст, и будем учиться его читать. Читать будем медленно, и поэтому весь Символ Веры изучить сегодня не успеем. Но я не ставлю такой задачи: что успеем, то успеем, потому что я убежден, что вкус источника можно познать по одной капельке. Поговорим о некоторых православных догмах. И начнем по порядку, слово за словом. Первое слово: Верую!

Позвольте заметить, если наши мировоззренческие принципы православия начинаются с этого слова — это признак высокой философской культуры тех людей, которые стоят у истоков данного текста. Только философски образованный человек свои убеждения выразит через слово: Верю. Все колдуны во всех селах и городах это знают. Они все всё знают. Какой вопрос не поднимешь, они все «знают»: шаманы знают, буддисты знают, и только христиане верят. Да и в Пятикнижии Моисеевом — Торе слово «Вера» не употребляется. Впервые это слово встречается только в седьмой по счету книге Ветхого Завета — Книге Судей. Я Верю, и знаю, что я Верю, и это означает, что я понимаю, что предмет моей веры не очевиден для другого человека. И это трудно человеку — понять неизбежную субъективность своей позиции, хотя кажется, что вижу я — видят и все остальные. Можно часто слышать «философия Вед», «философия Корана», «философия Библии» — да нет там никакой философии. Философия есть там, где начинается дискуссия. Два совершенно разных регистра работы человеческого сознания: слово Пророка и слово философа. Пророк говорит от имени Высшего священного авторитета. Пророк не ищет аргументы, он убеждает не аргументами, а авторитетом того Источника, от имени Которого он говорит. А философ — человек, который вышел на площадь и заранее знает: со мной не согласятся. И поэтому он начинает думать и искать рациональные аргументы. Философия и рождается там, где рождается свобода общественной дискуссии, где человек знает — со мной не согласятся, и нужно искать аргументы. Мы знаем то, что видим мы, пережили мы — не очевидно для других людей. В этом очень мощный тормоз против осуждения людей, не согласных со мной. Если с тобой не согласны, это еще не означает, что не согласный подлец, идиот и т. д. Он просто другой человек. И то, что наш Символ Веры, начался со слова «Верую» — это тормоз на пути превращения христианства в тоталитарную секту. Тоталитарная идеология, тоталитарное мышление — это непризнание за другим человеком права на другое мнение. Вот если вы читали письма Рерихов, книги Рерихов, обратите внимание: вроде бы рафинированные культурнейшие люди, но все кто, хотя бы в мелочах не согласны с ними — сразу враги, одержимый, темный враг. Всюду враги. Но в Догмате христианства именно в Символе Веры изначально действует ограничение. Один из парадоксов христианской веры состоит в том, что мы знаем, что мы — верим. И когда нам говорят саентологи, муниты и всякие другие ребята, что если бы Христос пришел сейчас на землю, вы бы, христиане, опять распяли Его, а я говорю: как вы догадались? Христос на землю пришел таясь, в зраке раба. Он пришел на землю ради распятия, ради того, чтобы искупить нас своей голгофской жертвой, и поэтому, таясь. Если бы Он пришел в сиянии Фаворской Преображенной Славы, ни у кого бы не поднялась рука прибить Его к кресту. Он прячется под своей завесой, завесой плоти, а то, что спрятано Богом, человек открыть не может.

Мне очень дорог рассказ батюшки из Вятской епархии, который рассказал: когда он был мальчиком и учился в первом — втором классе, бабушка его болела и не могла на Страстной седмице пойти в храм на службу, попросила внучка почитать ей Евангелие. И когда мальчик доходит до слов, где толпа жителей Иерусалима кричит: «Распни Его! Распни! Кровь Его на нас и детях наших!», то эта бабушка поворачивается к иконам, креститься и говорит: «Господи, спасибо Тебе, что Ты не к нам, русским, пришел, а то ведь какой позор на весь мир был бы». Вот я считаю, что это очень христианское и правильное переживание Евангелия. У нас нет права показывать пальцем на кого-то, дескать, уж мы-то с нашей Синодальной богословской комиссией, с нашими старцами разобрались бы… Да не разобрались! Потому что никакое богословское знание, никакие свои подвиги и заслуги не могут открыть этот парадокс: вот в этом человеке Иешуа га Ноцри, в этом человеке, говорящем с галилейским акцентом на еврейском языке, увидеть в нем Творца всех галактик — невозможно. Это возможно, если Сам Господь открывает кому-то тайну о Себе. «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал». Апостол Павел поясняет: «Нельзя увидеть Господа, кроме как Духом Святым». Второй раз Иисус Христос придет на землю в Славном виде, Преображенном. Поясню, в церковном языке термин «слава» и «славный» имеет другой смысл: «слава» не означает популярный, растиражированный, известный. На языке богословия это означает энергийное, благодатное присутствие Бога в тварном мире. Слава Божия — проявление Бога в мире людей. Так вот второе пришествие Христа будет Славное, очевидное, и не надо об этом гадать. В Евангелии от Матфея об этом сказано: «Когда вам скажут Христос вот там или вот там, не ходите и не гоняйтесь, ибо будет знамение пришествия как молния от края и да края». То есть очевидным для всех. Мы верим не потому, что не знаем, что нет аргументов. Дело в том, что Богу от нас нужно не знание о том, что Бог существует. Бог — есть любовь. И Ему нужна наша любовь. Доказательства бытия Бога — в любви, она и рождает это доказательство. Доказательствами-клещами любовь из сердца человека не вынешь. Я верую не потому, что я знаю. Вера моя личностная реакция на это знание, которое у меня есть. Мы же много знаем такого, что знаем, но не верим в это. Вера — это поступок, а не пассивное плавание по течению. Я волевым своим поступком знание о Боге ставлю в центр своей жизни и разрешаю влиять этому знанию на всю свою жизнь. Я делаю выбор. Вера — это знание, которое стало убеждением. Вот и все.

Во что же Верую? Далее читаем в Символе Веры: Верую во Единаго. Вот это тот момент, в котором все религиозные люди будут согласны. Все понимают, что есть единый источник первобытия, единое первоначало. Но в словах Символа «Верую во Единаго…» каждое следующее слово будет уточнять, вести к христианскому лику Бога, предмету именно нашей христианской веры. И так далее: «Верую во Единаго Бога» — вот так мы прошли границу, отличающую нас от разнообразия религиозного мира. В чем эта граница? Для многих религиозных традиций высшим источником является божество, но не Бог. То есть для них Бог не есть личность, это может быть закон Дао, энергия космическая брахманов, это не личность, а Бог Библии — это Личность. Быть личностью — обладать самосознанием. Не просто излучать из себя бесконтрольно какие-то энергии. Это где-нибудь в индийских текстах сон Брахмы, где мы — персонажи чужого сна. Для нас не божество, а Бог как личность, который создает наш мир и управляет им.

Верую во Единаго Бога Отца.

Следующее слово «Отец». Привычное, затертое слово, смысл которого мы утратили. Отец всегда ищет оправданий своему сыну, дает ему шанс. Святитель Феофан Затворник удивительно говорил в 19 веке: «У Бога одна забота: миловать и миловать». И даже на Страшном Суде Бог будет искать не то, за что нас судить, а то, за что нас спасти. Как в притче о луковке в «Братьях Карамазовых» у Достоевского. Или как рассказывал один православный о своей матери, которая пережила чудо. Она копала картошку, но сил было мало, а день короток, и видит солнце уже низко, взмолилась: «Господи, помоги успеть! Хоть и не читаю я Тебе акафистов, некогда, но дай картошку выкопать». И так она успела до заката огород выкопать. Это очень православное переживание чуда: не обязательно голос с небес, явление ангелов, а вот в такой обыденности происходит постоянное чудо. Обычно о чудесах в православном мире не принято рассказывать, чтобы не искушать слушателей. И люди образованные, интеллигентные сразу поморщатся: как можно к Богу, нравственному Императиву Вселенной обращаться с молитвой о картошке. Бог есть Дух, и к Нему можно с духовным обращаться: «дай мне большую терпимость своих взглядов, Господи; пошли мне толерантное отношение к гомосексуалистам» — вот об этом можно молиться, а тут о картошке. Вот здесь есть странный скандальный пафос нашей веры. А надо Бога по — детски просить обо всем. Как отца родного. Такая святая наглость детей. И с точки зрения язычников, христиане кажутся наглецами: как вы смеете, высшее начало «Отцом» называть, беспокоить по мелочам, а божества язычников нельзя беспокоить по мелочам. Есть у нас такая фамильярность, у христиан. Тертуллиан так и говорил: семейственная близость с Богом. И это для нас очень дорого. Поэтому: Верую во Единаго Бога Отца.

Следующее: Отца Вседержителя. Английский философ Клайв Льюис однажды справедливо заметил, что все религии пришли в мир, когда еще не были изобретены анальгетики. Помните, была формула «Религия — это опиум для народа». Здесь необходимо несколько комментариев: в 19 веке, когда Маркс писал эти слова, опий в Европе считался не наркотиком, а лекарством. Опий то, что помогает пережить болевой шок и остаться человеком. И религия помогает это сделать: сохранить человеку его человеческое лицо, утешить, обезболить, дает смысл переживанию. Человек такое странное существо: мы готовы пережить боль, но при условии, что она осмысленна. И, напротив, если боль бессмысленна, то невмоготу. Вот если вспомнить советские времена, которые многие из нас тяжело переживали. Если бы мы знали то, что знаем сейчас, мы бы смогли пережить более спокойно ситуацию, и не ждали бы помощи от «друзей» за океаном, которые блага нам желают. Иногда человеку кажется, что его несправедливо притесняют, бессмысленная боль возмущает, и также мы знаем, что женщина претерпевает сильные муки, чтобы родить ребенка. И эта боль осмысленна, а, значит, свята, и эта боль приемлемая. Назначение разных религий мира — помогать людям по-человечески переживать боль. Есть такая книга 1985 года издания «Психология переживания». Удивительно христианская книга. В ней слово «переживание» понимается, как умение перейти через кризис, пережить неудачу, боль. Но решают задачу переживания боли все религии по-разному. Сегодня у нас почему-то популярная кармическая идеология, дескать, все твои беды сегодня объясняются прошлыми твоими грехами, и, в общем, это правильная идея. Другое дело, что кармисты говорят, что это грехи твоих прошлых жизней. Про прошлые свои жизни я ничего не знаю, а вижу только свою нынешнюю жизнь, и я удивляюсь другому, что живу не по грехам своим хорошо, а что касается прошлых жизней, меня они нисколько не интересуют. И если мы не знаем своих прошлых жизней, как мы можем понять, за что нас наказывают? А по-славянски «наказание» — наказ, объяснение. За что. Вот карма наказывает, а за что — не говорит. А если я в прошлой жизни был слоном, то какие у меня слоновьи грехи были? Для любого взрослого человека, конечно, понятно все, что мы имеем, и плохое и хорошее, порождено и нашим прошлым. И потому «Верую в Бога Вседержителя», оказывается многое из того, что составляет мое настоящее, пришло не из прошлого, а из будущего. Опять же батюшка из Вятской епархии рассказывал, как мама взяла его малого в магазин, и вдруг какой-то мужчина зашатался, стал падать. И женщина начала протискиваться к упавшему, просить нож, но, увидев, пустую пивную бутылку, разбила ее и осколком ударила в горло мужчине. Потом, оказывается, что она его спасла. Мать будущего священника была военным хирургом, и по-окопному, моментально, могла ставить диагноз: есть люди, у которых бывает, как у этого упавшего человека, аллергия на укус осы, и человек не может дышать ни горлом, ни носом, нужно срочно пробить горло, сделать трахеотомию, чтобы он мог дышать. И женщина ради будущей его жизни совершила этот поступок: она разрезала ему горло, чтобы он дышал и жил. И так мы, люди, просчитываем некое будущее, видим что-то впереди, и ради некоего будущего, чтобы чего-то избежать, дойти до цели, мы просчитываем свои поступки, предпринимаем какие-то поступки сегодня, чтобы это все произошло. Вот так и Господь Вседержитель. Иногда Он нам что-то дает, или от чего-то нас отталкивает. Потому что знает наше будущее и готовит к хорошему будущему. И иногда Он нам дает боль, чтобы наша душа стала вместительнее, больше. Традиционный образ, пожалуйста: лен надо измять, чтобы сделать мягкую нить, одежду. Так и Господь теребит нас, мнет в жизненных обстоятельствах, чтобы сделать полезными. А иногда иначе: Он дает боль не ради нас, а ради тех, кто рядом с нами. Например, в Крыму служит протодиакон Василий Марущак — мы вместе учились. Детишек у него много, семейный человек, но третий ребенок — даун. Еще о. Иоанн Крестьянкин, у которого Василий с невестой благословлялись на брак, предупредил, что благословляет на этот брак, но имейте в виду, что один ребенок будет больным с рождения, но вы его любить будете. Больной ребенок — тяжелый крест, дауненок в семье, но это пока его не видишь, а как познакомишься — это чудо, которому всегда 2 годика, чистое и доброе. И этот малыш учит их всех христианской любви и открытости. Совсем другой пример. Однажды я разговаривал об эвтаназии с одной женщиной, и она мне сказала, что против эвтаназии. По опыту своей семьи: ее мама прожила тяжелейший год, обездвиженная после инсульта, в «овощном» состоянии, когда все функционировало, но никаких человеческих реакций. И дети ухаживали за ней целый год, до ее смерти. Женщина сказала, что мама ради нас осталась, а мы, ухаживая за ней, стали за этот год другими. Когда Господь такие тяжкие вещи попустительствует, то ради будущего не только самого страдающего, но и тех, кто рядом с ним. Иногда, напротив, Он нас по рукам бьет, чтобы мы не вляпались в то будущее, в которое мы триумфально шествуем, которого вожделеем. Как с тем ребенком, который бесконечно просит мороженого, чипсов, а ему не покупают. Но христианство это еще и этика с двойным дном: «я не имею права относится к другим так, как отношусь к самому себе». Я обязан оправдывать поступки других людей, искать повода их оправдать. При встрече с другим человеком, я должен искать возможность оправдать в лучшую сторону его поступки и слова. Но не по отношению к себе. Надо искать путь к самоукорению себя и оправдания другого человека. Надо прощать других, нельзя прощать себя. Надо развивать в себе любовь к другим, но нельзя культивировать любовь к себе. Вот это христианская этика. Вот, если я заболею, и в минуту своей боли, смогу сказать: «Господи, достойно по делам своим приемлю». Это будет хорошо. По мысли Иоанна Златоуста тот, кто научился благодарить Бога за свои болезни, тот недалек от святости. К о. Иоанну Крестьянкину обратились с вопросом, как принимать болезнь. Он ответил: если это грипп, ангина, надо как-то скорее избавиться от болезни, чтобы работать, но если болезнь вошла в тебя навсегда, то вот здесь одно из двух — или я начинаю проклинать себя, судьбу, Бога и все-все, и усугубляю свое состояние или же я понимаю, Господи, это воля Твоя, Твой дар, и пока он мне не понятен. В тайной молитве священник молится в храме Богу и благодарит: «за благодеяния Твои, явленные и неявленные». То есть бывает такое вторжение Бога в нашу жизнь, на которое мы обижаемся и считаем это несправедливым. Но есть Промысел Божий, и надо уметь посланную тебе болезнь полюбить. Надо пробовать принять ее, если это твоя болезнь, и Господь ожогом входит в твою жизнь. Но если это болезнь ближнего твоего, твоих знакомых, упаси Господь, говорить «ты знаешь, почему ногу сломала, потому что вчера со мной в церкву не пошла». Вот это пошлость, а не духовность. И так ведь тошно, и так больно. Редкой душе это на пользу: «обличи мудрого, и благодать тебе будет» — это редкость. Но, возможно, Господь в такой боли тебя к чему-то готовит.

Одна из проблем христианства есть переживание взаимоотношений Бога и человека. Бог Вседержитель и человек — как это соотносится? С одной стороны Бог Вседержитель: «без воли Отца вашего волос ни один с головы не упадет». А с другой стороны, человек свободен. Как это совместить? Как пел Высоцкий: «А мы все ставим каверзный ответ, и не находим нужного вопроса». Бывает вопрос, в котором важнее вопрос, чем ответ. Есть вопросы, которыми душа и ум должны болеть все время. Бывают разные противоречия от тупости, а в православии есть принципиальные четко осознанные нами противоречия -антиномии, и обнажить их, увидеть, принять вместе с их несовместимостью, есть признак философской культуры. В какой песни Бутусова формулируется тезис о Боге Вседержителе, все происходит по воле Бога? «Падает снег, значит небу так надо». А в какой его песне формулируется христианский Догмат о свободе и ответственности человека? В «Фараон Тутанхамон». «Твоя голова всегда в ответе за то, куда сядет твой зад». Очень христианские слова. Я на сто процентов завишу от Бога и на 100 процентов сам выбираю свой путь. Без Его воли не упадет волос с твоей головы. Но есть и слова Макария Египетского: как свободен Бог, так свободен и ты, человек. Если человек захочет — становится сыном Божиим, а если захочет — становится сыном погибели. Пафос библейских пророков: Бог создал все, все, что означает — и наших врагов. И поэтому надо понять — Бог Вседержитель, значит, Он управляет не только моей судьбой, но и судьбами моих врагов. А если я хочу избавиться от своих врагов, я не шашку должен затачивать, а исправить свои отношения с моим Богом. Если Бог на меня наслал моих врагов, беды и т. п. значит, я согрешил, я испортил свои отношения с Богом, и Господь таким путем решил меня вразумить.

«Верую во Единаго Бога Отца Вседержителя, Творца…»

В греческом варианте слово «творец» — поэт. А у поэта какое дело? Он сочиняет стихи. И когда произносится молебен при водосвятии, там есть такие слова: «Ты, Господи, от все четырех стихий, все тварь сочинивый». В русском языке слово «стихия» равно противоположно по смыслу греческому: стихия для русского уха то, что не подчиняется министру Шойгу. Что-то разрушительное, ужасное. А для грека совершенно обратное: идти стройными рядами, упорядоченность. От четырех стихий всю тварь соЧИНивый — чин, ряд, сочинять — находить нужную меру, сопрягать, подчинять. Ты, Господи, от четырех стихий всю тварь сочинивый. В Символе Веры Творец — это антоним слова Отец. И то, что Бог для нас является Отцом, это не по естеству, а по благодати Божьей, по милосердию Его, а не по законам естества. Так вот, Бог — Творец, что это означает? Дело в том, что мир язычества знал только одну форму появления чего — то нового в мире. Это форма сексуальная. Можно вспомнить греческую мифологию. Но Бог Библии творит Разум, Логос — Слово. Это совершенно другие отношения. Отношения Бога Библии и мира подобны отношениям автора и книги. И когда вы встречаете где-то сочетания Бог то есть Космос, Природа то есть Бог, осторожно — это язычество, это не христианство. Бог и Космос соотносятся как автор и созданная им книга. Бог не космос, и, возможно, действие Бога выше всех законов, выше космоса. Но самое высшее чудо, что однажды Бог Сам вошел в наш мир. Он свободен во всем, даже в отказе от Своего всемогущества.

Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым…

У язычников за каждым природным феноменом, процессом стоит отдельный дух, отдельное божество. Вот нам сейчас часто говорят: Ватикан, Ватикан, новости из Ватикана. А кто знает, что означает слово Ватикан? Ватиканский холм так назван в честь древнего божка дохристианской мифологии, в древнеримской мифологии бог Ватикан отвечал за первый крик новорожденного младенца. Это был бог очень узкой специализации. Может, вы помните рекламу «либера лучшая»? Но понять настоящий ее смысл может только специалист по древнеримской религиозности. В древнеримском пантеоне был бог по имени Либер, у него была супруга по имени Либера. Так вот бог Либер отвечал за освобождение мужского семени при зачатии, богиня Либера за такую же женскую функцию. У нас Бог — Творец неба и земли, и все огромное разнообразие мира имеет одного Автора.

Какой из разобранных христианских догматов носит антигуманный характер? Унижает достоинство человека, сковывает его свободу и прочее? Легко обвинять христианство, если его не знать. Все православные догмы православия признаются Ватиканом, но у нас есть другие противоречия, не в догматике. И у них больше догматов, чем у нас. Хотя кто-то считает, что католицизм более свободная религия, а когда начинаешь выяснять, что под этим подразумевается, то дело оказывается в удобных скамейках в католических храмах.

То, что я сейчас здесь говорю, это простой урок основ православной культуры. Но Закон Божий и урок православной культуры имеют различие, как различие между двумя типами мыслей. Один тип называется — объяснить, а другой — доказать. Если доказывать детям правоту православия, это будет религиозная проповедь в государственной школе, но объяснять можно. В православии есть много недоказуемого, но нет ничего бессмысленного. Вот о смысле православных догм я и говорю. Человек, который живет православием, каждая подробность обряда, символа, детали веры для него полна смысла Я могу объяснить, почему икона пишется в обратной перспективе, но не доказать. Доказать — это обязать вас согласиться со мною. Вот так я сейчас и объясняю, что в Символе Веры, в нашей Догматике нет ничего бессмысленного, тупого, навязанного церковным людям. Каждое слово здесь пережито и осмыслено.

Продолжение следует.

http://informpskov.ru/church/20 978.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru