Русская линия
Северный благовестПротоиерей Орест Червинский11.05.2005 

Интервью с протоиереем Орестом (Червинским), священником Никольского прихода г. Хельсинки

— Здравствуйте, батюшка, недавно настоятель Никольского храма прот. Николай (Воскобойников) поздравил вас с 26-летием священства. Это значительный срок, расскажите, пожалуйста, немного, как вы стали батюшкой, где служили?

— Дело в том, что поначалу я совсем не думал, кем я буду. Мой старший брат Владимир мечтал стать священником с самого раннего детства. Мы жили тогда на Западной Украине, во Львове. И вот один раз нас не пустили в школу из-за пионерских галстуков, которые мы часто «забывали», и мы пошли в кино. Утром мать и отец предупредили: приснился страшный сон, будьте осторожны. После кино, по дороге домой, на троллейбусной остановке мы повстречали бабушку с внучкой. Эта незнакомая старушка попросила нас с братом натрусить ей каштанов. Брат с радостью откликнулся, залез на дерево и натряс ей целую кошелку. Надо сказать, что во Львове очень много каштанов, а была как раз ранняя осень, канун праздника Рождества Пресвятой Богородицы. Довольная бабушка села в троллейбус и уехала, а у моего брата, пока он спускался, под ногой подломилась ветка, он упал вниз, стукнулся затылком об асфальт и проломил себе череп. В больнице, когда он пришел в себя, его заставили принять душ и увидели нательный крестик. Медсестры стали упрекать: «Как, ты пионер, и тебе не стыдно носить крестик?» — и велели немедленно снять, но он крепко зажал его в ладони и сказал: «Крест не отдам». В тот же вечер он умер, но с крестом своим не расстался. Мне тогда было двенадцать лет, и я дал себе обещание, что стану священником вместо брата.

Мы всегда посещали Никольский храм: главные богослужения — в субботу, в воскресенье и в праздничные дни. Сначала я пел в хоре, вскоре замещал регента, а после армии поступил в Ленинградскую духовную семинарию. В день Покрова Пресвятой Богородицы в 1978 году в Александро-Невской лавре ныне правящим нашим архиереем митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом посвящен в иереи. Весной 1979 года прибыл в Хельсинки. Постоянное место моего служения это Никольский храм. По благословению владыки Кирилла нес также послушание в Никольском и Покровском храме одновременно — четыре года, в Свято-Троицком храме — один год и в храме Ксении Петербургской — с 2000 года.

— На протяжении более четырех лет вы служите в храме св. блаженной Ксении в Хельсинки. Кому пришла мысль организовывать здесь еще одну церковь Московского Патриархата в дополнение к имеющимся Никольской и Покровской?

— Однажды, в приходском зале на Унионской улице, женщина-финка по имени Хели Уиттинг пожаловалась, что она искала подходящее помещение для работы с прихожанами в районе Восточного Хельсинки, но оказалось, что это никому не нужно. Я попросил ее принести все документы. На следующий день она пришла без документов. После краткого расспроса я узнал, кто из руководства Финской православной церкви запретил передать их мне. Десять лет, как распался Советский Союз и народ активно переселялся в разные страны, в том числе и в Финляндию. Плохое и холодное отношение к русским, среди финнов и православных, заставило меня принять решение о необходимости взять инициативу для обеспечения духовной жизни в этой части города, тем более что я двадцать лет являюсь гражданином Финляндии. Милостью Божией, очень легко удалось отыскать подходящую площадь. Поначалу речь шла только о часовне, точнее даже, зале, где читались бы акафисты и служились молебны, а также не исключалась возможность проводить разные кружки и беседы. Как раз тогда, когда мы готовились к освящению часовни — 11 ноября 2000 года — приехал из Дюссельдорфа архиепископ Лонгин и освятил наше помещение как храм, что было и есть по сегодняшний день великой радостью для всех прихожан. От нашего правящего владыки митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла мы получили в подарок Евхаристические сосуды. После освящения у нас начались регулярные богослужения.

— Как отнеслись к этой идее финские власти, Финская православная церковь?

— Финские власти — очень положительно. В то время было модно говорить о великой преступности среди русских. Проблемы воспитания молодежи: наркомания и другие пороки заставляли задумываться. При каждой встрече с властями мы напоминали им, что если сегодня не строить церкви, то в будущем придется строить тюрьмы: «Что украсит ваш город лучше — выбирайте сами».

С Финской православной церковью сложнее: существование наших приходов замалчивалось, заинтересованности в открытии нового храма не было.

— Расскажите об истории храма — кто принимал участие в его обустройстве?

— Как я уже сказал, поначалу здесь планировалась часовня. Когда мы с отцом-настоятелем Никольского храма протоиереем Николаем Воскобойниковым приехали посмотреть это помещение, оно нам сразу понравилось. Во-первых, здесь прекрасная вентиляция. Помещение небольшое — 72 квадратных метра. Кадильный дым, копоть от горящих свечей, дыхание множества людей — при отсутствии вентиляции все это создало бы тяжелую атмосферу. В праздник святой блаженной Ксении более ста прихожан участвует в богослужении. Далее, здесь прекрасная звукоизоляция, а это значит, что наше пение не будет мешать тем, кто живет по соседству. Затем, помещение развернуто входом на запад, а именно той частью, где должен быть размещен алтарь — на восток, как и положено по православной традиции. Кроме того, метро близко. И последнее, что нас окончательно убедило, так это название улицы: Аартеенетсиянтие (Aarteenetsijantie), которое переводится на русский примерно как «улица тех, кто ищет сокровища», а ведь Царство Небесное, как мы помним по Евангелию, это и есть главное сокровище, церковь — врата к нему!

Обустраивать было легко и просто, Господь помогал непрестанно и зримо. Часть строительного материала получил от Александра Дудина. Пришла пора расписывать иконостас, а оказалось, что художник Александр Зайчиков живет на соседней улице и рад поработать во славу Божию. Благодаря его инициативе сделаны на окна витражи. Вот звонит мне из Ярвенпяя отец Виктор Порокара, говорит: «Мы купили в Эстонии новую ризу на престол, а вот что сделать со старой не знаем. Возьмете?» — «Конечно», — говорю я и еду в Ярвенпяя за ризой на престол. Из Успенского собора звонит староста Тимо Лепистё: «У нас два десятка старых стульев, которые будем выбрасывать. Возьмете?» — «Да». С благодарностью принимаем их дар. Кто-то приносит иконы, кто посуду для кухни — и так до самого освящения. Примеров очень много. Тут и пожертвования, участие в уборке храма, приготовление разных угощений, проведение кружков: все это делалось и продолжает делаться на добровольных началах, бесплатно, во славу Божию. С благодарностью вспоминаю труды Татьяны Миковой, которая три года была свечницей и исполняла разные послушания. В настоящее время уже более года это послушание исполняет Ксения Рахикка.

— Как регулярно и какие проходят здесь богослужения?

— Литургии служим регулярно: каждое второе воскресенье, а также на буднях. Акафисты чередуются с молебнами по понедельникам. Совершаем таинство Елеопомазания, крестим, венчаем, служим панихиды. Правда, отпеваний еще не совершали. По статистике сто тридцать — сто сорок служб и треб совершаем в год.

— Вам, уважаемый батюшка, приходится после воскресной литургии здесь спешить еще на службу в Никольский, старостой которого вы являетесь, а вашей матушке Елене в Вознесенскую церковь в Тиккурила, где она служит регентом. Не тяжело это?

— Нет. Вовсе нет. Дело в том, что еще во Львове, в Никольском храме, я замещал регента. У нас служили каждый день две литургии: раннюю — в девять и позднюю — в одиннадцать. В ранней службе была своя прелесть: божественную литургию пели всем храмом. Проводилась она в основном для молодежи и рабочего класса — всех тех, для кого подниматься рано было обычным делом. На позднюю приходили профессиональные певцы. В этом случае собирались интеллигенция, знатоки церковного песнопения и те, кто любил побольше поспать. Поэтому, когда надо было решать, в какое время служить здесь, в храме св. Ксении, чтобы это не мешало службам в Никольской церкви, я предложил: «давайте утром». Это тем более интересно потому, что нигде больше в Хельсинки не служат так рано, а ведь для многих это выход — кто-то работает, кто-то собирается поехать в Петербург, кто-то в лес, на дачу. И поют у нас, кстати, как и там, во Львове, на литургии — всем храмом. Многим это нравится. Мне просто повезло, что матушка моя Елена регент и активно мне помогает. Приятно служить, когда не надо думать о порядке службы, с тем. кто понимает всю красоту богослужения. У нас с ней все проходит все очень слаженно, чтобы ничего не растягивать — без двадцати восемь начинаем читать часы, в восемь ровно: «Благословенно царство…». Мало остается времени на общение с прихожанами после службы, но как раз для этого мы и собираемся затем по понедельникам вечером.

— Какие ваши планы на будущее? Я знаю, что Никольский приход собирается строить новый храм в районе Восточного Хельсинки, расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

— Дело в том, что Никольский приход (к которому относится и церковь св. блаж. Ксении), наверное, единственный в Финляндии, у которого нет нормальных приходских помещений. У нас ведь и канцелярия, и библиотека, спевки, кружки, праздники, свадьбы — все проходит в подвальном помещении, под храмом. В воскресные дни на литургии более ста человек, и поместить их потом в 25 квадратных метров, чтобы устроить хотя бы чаепитие для всех, стало невозможным. Особенно хочу отметить количество детей, постоянно участвующих в богослужениях. Легко собирается три десятка. Мы просили место для приходских помещений около нашего храма и получили отказ. Зато нам предоставили возможность построить комплекс нужных для прихода помещений с храмом, который должен украсить эту часть города. Приход увеличивается в год на сто двадцать — сто пятьдесят человек. Мы обязаны сделать все возможное для нормального существования прихода.

— При вашем храме вот уже скоро год работает русский Православно-культурный центр. Что это такое, какая проводится в нем работа?

— Когда храмовый комплекс в районе Восточного Хельсинки будет построен, нельзя, чтобы все эти помещения стояли пустыми. Нужно вести всю эту работу уже сейчас. Церковь Ксении Петербургской также расположена в районе Восточного Хельсинки, и хотелось, чтобы люди, проживающие здесь, могли бы посещать какие-то кружки, приобщаться к церкви — «пути Господни неисповедимы». Поэтому прошлой весной мы решили здесь, при храме святой блаженной Ксении организовать такую работу. Назвали всю эту деятельность Православный культурный центр и, с Божьей помощью, начали. У нас проводятся занятия по церковнославянскому языку, обучение церковному пению и чтению. По субботам собирается детская студия, где под началом рабы Божией Людмилы наши детишки учатся рисовать, лепить, «работать руками», как это называется здесь в Финляндии. В планах открыть кружок иконописи, организовать цикл лекций по истории православия.

— В заключение позвольте поблагодарить вас за интервью нашему журналу и традиционно попросить сказать пастырские слова напутствия нашим читателям, многие из которых вас хорошо знают и любят.

— Людям, которые приехали сюда в Финляндию, напутствие такое: храните веру своих отцов и прадедов — православную. Не забывайте свой язык, культуру, где бы вы ни были, не поддавайтесь на соблазны мира сего, достатков или карьеры. Благодать Божия да пребывает со всеми вами!

Николай Рисак

http://severny-blagovest.org/s18.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru