Русская линия
Фонд «Русская Цивилизация» Василий Ансимов10.05.2005 

Победа, которая нам нужна

День Победы.

Для одних — святой праздник, для других — повод еще раз бросить грязью в святое. Благо, что сегодня за это не расстреливают и не сажают в тюрьму или дурдом. А зря.

60 лет назад мы одержали великую победу. В последнем страшном натиске усталые воины Российской Империи — пусть и под красными знаменами — взяли штурмом логово германского зверя. Германского, немецкого, но не фашистского, как его называли тогда и с особенной страстью называют сегодня. Фашизм есть способ организации народа, и ничего более. Форма, которая только кристаллизует дух нации, таким, какой он есть — величественный или подлый, миролюбивый или агрессивный, добрый или злой.

О, если бы можно было остановить время в тот блистательный момент, когда советский воин поднял наш флаг на высоте покоренного рейхстага. Если бы история закончилась в тот сияющий момент, превратившись в черно-белую фотографию. Ей не нужны были бы цвета. Хватило бы той вечности, отблески которой падали из глаз наших солдат.

Но жизнь не стоит на месте. Жизнь есть островок-мгновение, текущий по реке времени, и не остановить его, не удержать. С мгновения, когда над парламентом германской нации заалел, зарделся багряный стяг, минул год, за ним два, пять, десять, двадцать, пятьдесят, шестьдесят. Та Победа ушла в прошлое. И уходит все дальше. Вечно ли будем питаться ее светом? Нет. Время прошло. Недобитые враги окрепли и подтянулись. На смену старым пришли новые.

Спустя шестьдесят лет мы, победители той великой войны, находимся в худшем положении, нежели после ее завершения. Численность населения быстро снижается сама, без бомбардировок и нацистских зверств. Без всякого сопротивления отданы Белоруссия, Прибалтика, Украина, Средняя Азия, Грузия, Армения и Азербайджан. Экономика находится под внешним управлением.

Война продолжается. И она тем сложнее, чем тише и незаметнее. И значит, нам опять нужна Победа, живая и настоящая, а не одна лишь память о ней.

И прежде всего нам надо избавиться от навязанных извне комплексов и стереотипов.

Врагом России и виновником страшной войны был не фашизм, а германская нация, дух которой с младенчества жил кровавыми баснями о сигурдах и валькириях, мечтой о господстве над миром. Поэтому с искоренением фашизма угроза для России не исчезла. В переносе акцента с немецкой нации на способ ее организации выразилось лишь отсутствие правильного понимания истории, присущее мышлению советских руководителей. Позавчерашние добродушные бюргеры, пожиратели сосисок и пива, ставшие вчера кровавыми мясниками и палачами, опять превратились для них в добродушных бюргеров, да еще к тому же пострадавших, обездоленных и нуждающихся в защите и помощи. Вместо того, чтобы стереть с лица земли тысячелетнее гнездо ненависти и враждебности к славянам, как планировал еще Царь-мученик Николай Второй, советское руководство попыталось привить немцам коммунизм, наивно надеясь, что смена формы приведет к изменению содержания. И даже восстание 1953-го года не открыло им глаза. Впрочем, можно ли было ожидать дальнозоркости от людей, смотрящих на мир сквозь марксистско-ленинские очки?

Другой ложный стереотип — считать, будто поход Гитлера был каким-то несвойственным Европе следствием нацистских идей, а не выражением сути ее взглядов на Россию.

Германия была не выродком в «цивилизованной европейской семье», а лишь ее наиболее последовательным и энергичным представителем. Странное заблуждение — считать немцев народом иной крови и культуры, нежели французы, англичане, итальянцы, бельгийцы, датчане. Разница между ними гораздо меньше, чем между русскими и сербами, например. Чем подвиги немецких национал-социалистов на территории оккупированной Восточной Европы отличались от зверств германских добровольцев в Намибии, англичан в Индии, французов в Марокко, испанцев и португальцев в Южной Америке, итальянцев в Греции, наконец, американцев времен индейских резерваций, Линча и Ку-Клукс-Клана? Разве что степенью популярности.

Объединив Европу в 1941-м, Гитлер исполнил ее заветное желание — но исполнил топорно, в немецком духе насилия и гордости. Возникший катаклизм, обернувшийся походом на Восток, был недоразумением только в той части, что не был согласован с остальными членами европейской семьи — Францией, Англией и ее молоденькой, но амбициозной североамериканской дочкой. Конечно, к тому времени между сестрами накопилось множество взаимных обид, вызванных предыдущим германским эксцессом — первой мировой войной. Но договориться можно было — Гитлер просто не захотел этого сделать, и снова изменил европейской идее, вознамерившись натянуть одеяло нового мира исключительно на немцев. Не захотел делиться — за что и пострадал. Иначе не было бы нашего триумфа в 45-м. Да, возможно, и нас самих тоже. Но сегодня эту ошибку немцы, похоже, наконец осознали.

Но главной причиной, которая привела нас к сегодняшнему поражению, заключается в том, что все здание страны советов было построено на гнилом фундаменте. Дело начинается с мысли, мысль — с образа и идеи. Не может быть успешным дело, родившееся в безвкусной и плоской абстракции воинствующего атеизма, фетишизации экономических законов, отвержения всего нематериального, отрыва от национальных корней и традиций. Без веры в бессмертие подвиг становится самоубийством, самопожертвование — безумием. И если поколение, чье детство прошло в православной Империи, еще находило в себе силы работать и жить вопреки этому, то новые люди, лишенные мечты, стали сеятелями нового урожая разрушений российской истории, горькие плоды которого мы пожинаем сегодня.

Кто знает, как повернулась бы история, если бы вожди России не были связаны комплексами интернационализма и атеизма, не были одержимы страхом перед признанием великой роли русского народа — не только в войне против Германии, но и в организации государственной жизни вообще? Может быть, они бы увидели путь к тому, чтобы навсегда утвердить могущество и господство России как в самой себе, так и в Европе, так и во всем мире — господство христианского служения, которым послужил человечеству сам Царь царей, Христос.

История не знает сослагательного наклонения — его знает только будущее, которое творится сегодня нашими руками.

Но несмотря на все, мы победили тогда. А это значит, что есть в нас что-то такое, что сильнее даже наших слабостей, наших ошибок. Есть некое предназначение, которое мы должны исполнить, и исполним. И солнце по-прежнему светит над нашими головами в эти светлые весенние дни. Не увядает подвиг, которому суждено сохраниться в веках, без памяти о котором мы не будем сами собой. Помянем его и тех, кто его совершил. И не только словом, не только чарой, хотя и это — надо. Помянем и делом. Повторим. Исправим ошибки. Навсегда.

08.05.2005

http://www.rustrana.ru/article.php?nid=9004


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru