Русская линия
Новая политика Александр Крылов06.05.2005 

Великая Отечественная война: кавказский фактор — 2
Итоги Второй мировой

В современных условиях тема Кавказа в Великой отечественной войне приобретает особенную актуальность в связи с кардинально изменившейся после распада СССР ситуацией в регионе, да и в мире в целом. Поэтому сейчас особенно необходима кропотливая работа по изучению этого драматического периода истории Кавказа. Без объективного представления о происходивших в 1941—1945 гг. на Кавказе событиях сложно найти ответ на самые актуальные и болезненные для российского общества вопросы.

Почему во время войны была проведена массовая, практически поголовная депортация народов с Северного Кавказа, причем эта мера распространялась на одни народы, но не затрагивала другие? Были ли у властей СССР какие-либо основания для проведения подобной акции или она была вызвана исключительно эмоциональными факторами: симпатией Сталина к одним народам и его неприязнью и даже ненавистью к другим?

В настоящее время совершенно очевидно, что большие надежды гитлеровцев на национальную рознь и на активизацию местного антисоветского движения по мере приближения фашистских войск к предгорьям Кавказа, в значительной степени оправдались. И во многом потому, что в 1930-х гг. И. Сталину так и не удалось добиться полного контроля над многими горными районами Кавказа. Политика советской власти, прежде всего коллективизация сельского хозяйства, вызывала массовое недовольство на Северном Кавказе, которое неоднократно выливалось в вооруженные восстания. С момента установления советской власти на Северном Кавказе и до начала Великой отечественной войны только на территории Чечено-Ингушетии произошло 12 крупных антисоветских вооруженных выступлений, в которых участвовало от 500 до 5000 человек.

После подавления массовых бунтов против коллективизации в 1930-х гг. сопротивление приняло форму партизанской борьбы. Руководство и рядовые члены антисоветского подполья на Кавказе смотрели на Гитлера как на своего союзника и освободителя. Противники советской власти создавали вооруженные отряды численностью до 100 человек, которые действовали в труднодоступных горных районах до самого начала Великой Отечественной войны. После нападения фашистской Германии на СССР эти разрозненные отряды пополнились многими тысячами дезертиров, которые стремились избежать отправки на фронт. Попробуем оценить, масштаб этого явления во время Великой отечественной войны.

Официальные советские источники военного времени однозначно свидетельствуют о массовом характере антисоветского движения на Северном Кавказе. Согласно поступавшим в Москву донесениям, после нападения гитлеровцев на Советский Союз в регионе наблюдалось массовое уклонение от призыва в армию. Так, в Чечено-Ингушетии при первой мобилизации в августе 1941 г. из 8000 человек, подлежащих призыву, дезертировало 719 человек. В октябре 1941 г. из 4733 человек 362 уклонилось от призыва. В январе 1942 г. при комплектовании национальной дивизии удалось призвать лишь 50 процентов личного состава. В марте 1942 г. дезертирство стало практически поголовным: из 14 576 человек уклонилось от службы 13 560 человек, которые перешли на нелегальное положение и ушли в горы.

На начало войны численность чеченцев и ингушей составляла приблизительно 460 тысяч человек, что после мобилизации должно было дать примерно 80 тысяч военнослужащих. В 1941—1945 гг. в РККА служило около 10 тысяч чеченцев и ингушей, т. е. меньше чем 1/8 призывного контингента. Остальные же 7/8 от мобилизации уклонились или дезертировали. Из числа находившихся в рядах РККА погибло и пропало без вести 2,3 тысячи чеченцев и ингушей. Для сравнения: вдвое меньший по численности бурятский народ потерял на фронте 13 тысяч человек, осетины (в полтора раза уступавшие чеченцам и ингушам) — 10,7 тысяч.

Дезертиры уходили в горы и вливались в ряды антисоветского подполья, либо создавали собственные уголовные банды, которые промышляли грабительскими набегами. С июля 1941 по 1944 г. только на той территории ЧИ АССР, которая впоследствии была преобразована в Грозненскую область, органами госбезопасности было уничтожено 197 вооруженных банд. При этом общие безвозвратные потери бандитов составили 4532 человек: 657 убито, 2762 захвачено, 1113 явились с повинной. Таким образом, в рядах уголовных банд и формирований, воевавших на Северном Кавказе против Красной Армии, погибло и попало в плен почти вдвое больше чеченцев и ингушей, чем на фронте.

Наиболее известным из руководителей антисоветской борьбы на Северном Кавказе во время Великой Отечественной Войны был Хасан Исраилов, известный также под псевдонимом «Терлоев» (по названию своего тейпа). Сразу после начала войны Х. Исраилов вместе со своим братом Хусейном перешел на нелегальное положение и начал подготовку всеобщего восстания на Северном Кавказе. Исраилову подчинялись боевые группы в Галанчожском и Итум-Калинском районах, а также в Борзое, Харсиное, Даги-Борзой, Ачехне и других населенных пунктах. Для координации деятельности со своими единомышленниками направлялись специальные уполномоченные в соседние северокавказские республики. Каждый из подчинявшихся Исраилову вооруженных отрядов действовал в определенном районе, были созданы собственные аулкомы, проводившие антисоветскую работу на местах.

В январе 1942 г. Исраилов провел в Орджоникидзе (ныне Владикавказ) подпольное собрание, на котором была создана «Особая партия кавказских братьев» (ОПКБ), объединявшая представителей 11 народов Кавказа (но действовавшая преимущественно в Чечено-Ингушетии). В программных документах ОПКБ ставилась цель борьбы «с большевистским варварством и русским деспотизмом». ОКПБ выдвинула лозунг «Кавказ — кавказцам!» (что предусматривало уничтожение либо выселение русских, евреев и других «пришлых» народов) и поставила перед собой следующие задачи:

обеспечить полную дезорганизацию тыла и остатков советской военщины на Кавказе;

ускорить гибель большевизма на Кавказе;

активно содействовать поражению России в войне с Германией;

после победы Германии создать на Кавказе свободную братскую Федеративную республику — государство братских народов Кавказа по мандату Германской империи.

На гербе ОПКБ были изображены борцы за освобождение Кавказа, один из которых поражал ядовитую змею (т.е. большевизм), а другой — шашкой перерезал горло свинье (т.е. русскому «варвару»). Позднее Исраилов переименовал свою организацию в «Национал-социалистическую партию кавказских братьев» (НСПКБ). По данным НКВД, численность данной организации достигала пяти тысяч человек.

Другой крупной антисоветской группировкой на территории Чечено-Ингушетии была созданная в ноябре 1941 г. Чечено-горская национал-социалистическая подпольная организация (ЧГНСПО) под руководством Майрбека Шерипова. До войны Шерипов был председателем Леспромсовета ЧИ АССР, осенью 1941 г. он выступил против Советской власти и сумел объединить под своим командованием отряды, действовавшие на территории Шатоевского, Чеберлоевского и части Итум-Калинского районов.

В первом полугодии 1942 года М. Шерипов написал программу ЧГНСПО, в которой изложил свою идеологическую платформу, цели и задачи. М. Шерипов, подобно Исраилову, провозглашал себя идейным борцом против советской власти и русского деспотизма. Но в кругу своих близких он не скрывал, что им движет прагматический расчет, а идеалы борьбы за свободу Кавказа имеют лишь декларативный характер. Перед своим уходом в горы М. Шарипов откровенно заявил своим сторонникам: «Мой брат, Шерипов Асланбек, в 1917 году предвидел свержение царя, поэтому стал бороться на стороне большевиков. Я тоже знаю, что Советской власти пришел конец, поэтому хочу идти навстречу Германии».

Особенно усилилось повстанческое движение летом 1942 г., с приближением к Главному Кавказскому хребту немецких войск. В конце сентября — начале октября вспыхнуло крупное восстание в Веденском и Чеберлоевском районах, в подготовке которого участвовали немецкие парашютисты. Всего на территории Чечено-Ингушской АССР, по данным НКВД, действовало до 25 тысяч повстанцев.

В расположенных к западу от Чечено-Ингушетии районах Кавказа Красная армия также не имела надежного тыла. Как свидетельствуют официальные документы, антисоветски настроенные балкарцы начали создавать повстанческие группы, численность которых увеличивалась по мере приближения немцев.

Мятежники использовались немцами как проводники в горах, для диверсий против отступавших частей Красной армии и для борьбы с партизанами. В октябре 1942 г. во время отступления советских частей к перевалам Главного Кавказского хребта через Балкарию действовавшие в горах вооруженные отряды нападали на воинские части и захватывали транспорт, оружие и продовольствие. Наиболее многочисленные антисоветские формирования действовали в Черекском и Чегемском ущельях. В Черекском районе Кабардино-Балкарии ими было разоружено воинское подразделение Красной Армии, весь командный состав был расстрелян. Характерно и то, что один из отрядов этого района возглавил бывший председатель райисполкома Мечукаев. В 1942—1943 гг. из более чем 1200 человек, арестованных за антисоветскую деятельность и бандитизм в Кабардино-Балкарии, свыше 200 оказались бывшими коммунистами и комсомольцами.

Действовавшие на Кавказе антисоветские группировки получали от немцев оружие, которое сбрасывалось в районы их базирования с транспортных самолетов на парашютах. Уже к декабрю 1941 г. эти группировки стали настолько многочисленными, что для борьбы с ними был сформирован специальный 178-й мотострелковый батальон оперативных войск НКВД. В январе 1942 г. его развернули в 141-й горнострелковый полк, предназначенный исключительно для операций против антисоветского подполья и многочисленных уголовных банд.

http://www.novopol.ru/material2324.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru