Русская линия
Русская линия Максим Жих13.08.2009 

О хронологии христианизации прикарпатских славян
Доклад на конференции «Прикарпатская Русь и Русская цивилизация»

С середины I тыс. н. э. и вплоть до древнерусских времён основным населением Прикарпатья были хорваты[1]. Об этом мы знаем как из Повести временных лет[2], фиксирующей хорватов Х в. в Прикарпатье так и из рассказа в сочинении византийского императора Константина Багрянородного (945−959) «Об управлении империей» (948−952), в котором довольно подробно описано расселение хорватов[3]. В середине VI в. хорваты создали значительный этнополитический союз, который Константин Багрянородный называет Великая Хорватия[4]. Эти его данные в историографии неоднократно подвергались критике[5], которая, однако, лишена каких бы то ни было серьёзных оснований[6]. В середине VI в. в результате аварского нашествия[7] Великая Хорватия распалась. Часть хорватов мигрирует в Далмацию, где создаёт впоследствии государство Хорватия, другая часть — в Польшу и Чехию[8], где хорваты не смогли сохранить своё этнокультурное единство и вошли со временем в состав древнечешской и древнепольской народностей, а третья часть остаётся на месте в Прикарпатье, где смогла сохранить своё доминирование вплоть до конца I тыс. н. э.[9]

Как стало известно благодаря археологическим раскопкам, в Прикарпатье существовал крупный языческий славянский религиозный центр с городищами-святилищами Богит, Звенигород и Говда[10], с которым есть основания[11] связывать знаменитый рассказ ал-Масуди о славянских языческих храмах:

Описание храмов, почитаемых ас-сакалиба.

Первый храм. В странах ас-сакалиба были храмы, которые они почитали. Из них был один храм на горе, о которой философы говорили, что она считается одной из высоких гор мира. И есть упоминания о системе строения этого храма, и системе расположения видов его камней и различных его цветах, и идолах, сделанных для этого храма (в нем на высоте, и видны эти сделанные идолы с восхода солнца), и что есть в нем из драгоценностей и нарисованных следов в нем, которые указывают на идущие существа, и эти драгоценности символизировали предсказания каких-то событий до их свершения. А с высоты его слышали посетители звуки и что с ними случалось во время прослушивания этого.

Второй храм. И храм, который построили некоторые их цари на черной горе, которую окружает удивительная вода, обладающая разными цветами и вкусом, приносящим пользу. И был у них огромный идол, изображающий (стоящего) преклоненного человека, и он старик, и в руке его палка, которой он двигает кости мертвых из гробниц. И под правой ногой его изображения различных муравьев, а под второй черные вороны, похожие на гудаф (разновидность воронов, похожая на орла) и другие, и удивительное изображение различные виды негров (Ахабиш и Зундж).

Третий храм. И другой храм на горе у них, окруженной заливом моря. Он построен из камней красного жемчуга и из камней зеленого изумруда. В его центре огромный куб, под которым огромный идол, и его тело построено из четырех драгоценностей: зеленый изумруд, красный якут, халцедон желтый и белое стекло. И его голова из красного золота. И рядом с ним другой идол, изображающий рабыню. И люди приносили ему жертвы и курили дым. И этот храм относят к одному мудрому человеку, который у них был в древности. И мы упомянули его и что с ним случилось в земле ас-сакалиба и что у них сделал из изобретений и фокусов и сверхъестественных вещей, с помощью которых он привлекал их сердца и владел их душами и господствовал над их умами, хотя ас-сакалиба были известными жестоким поведением и переменчивостью настроений, как мы упомянули об этом в наших книгах[12].

Первый этап проникновения в регион Христианства связан с Великой Моравией, влияние которой распространялось на западную часть Прикарпатья. В историографии распространена точка зрения, основанная на русинской традиции[13], согласно которой Христианство было принесено сюда святым Мефодием[14], для чего, однако нет достаточных оснований, так как ни в его житии, ни в каких-либо других аутентичных источниках сведений об этом нет[15]. Но, тем не менее, археология свидетельствует о том, что первый этап проникновения Христианства в Прикарпатье связан именно с моравским влиянием — во второй половине IX в. здесь появляются христианские погребения, аналогичные моравским[16]. Это, видимо, и объясняет отмеченную выше традицию, связывавшую христианизацию Прикарпатья с деятельностью святого Мефодия, проповедовавшего в Моравии. Возможно его ученики и принесли сюда Христианство.

В этой связи привлекает к себе внимание датируемая 967 г. булла римского папы Иоанна XIII об утверждении пражского епископства при церкви св. Вита и монастыря бенедиктинок при церкви св. Георгия, в которой содержится указание на то, что богослужение ни в коем случае не должно осуществляться «по обряду болгарского народа, либо русского или на славянском языке, но в соответствии с папскими установлениями и распоряжениями… клириком, хорошо обученным в латинском языке»[17]. По мнению Б. Я. Рамма «в этих слова нашла отражение враждебная Болгарии и Руси политика римской курии. Создание пражского епископства и насаждение монастырей с латинским духовенством понималось в Риме как важный шаг в борьбе за утверждение папства в славянских странах и окончательное уничтожение местных особенностей богослужения, сохранившихся от времён кирилло-мефодиевской традиции. Вместе с тем эта булла служит и прямым свидетельством существования христианства на Руси и богослужения на русском языке за 20 лет до официального принятия христианства при Владимире. Это обстоятельство лишний раз подтверждает, что распространение христианства на Руси являлось длительным процессом»[18]. М. К. Юрасов, развивая эти наблюдения Б. Я. Рамма, полагает, что «если признать подлинность рассматриваемой буллы, то комментарий Б. Я. Рамма в целом верен, однако историк не обратил внимания на один важный момент: римский папа опасался богослужения по русскому обряду в Праге (!). То, что оно уже существовало в Киеве вряд ли могло беспокоить Иоанна XIII, поскольку духовной власти над „матерью городов русских“ у него не было. Никакого политического влияния Руси на Чехию в то время также не было, а сама верховная власть в Киеве, за исключением небольшого круга последователей княгини Ольги, оставалась языческой. Поэтому страхи Иоанна XIII по поводу распространения в Чехии богослужения по русскому обряду выглядят по меньшей мере странными и непонятными»[19]. Далее учёный высказывает предположение, согласно которому «всё это рассеивается, если предположить, что опасность для „латинян“ в данном случае исходила не из Киева, а от предков современных русинов, которые были крещены св. Мефодием или его учениками и успели к середине Х в. разработать собственный обряд богослужения на родном языке. Помимо того, что они проживали внутри карпатского бассейна и непосредственно соседствовали с чехами, их основной ареал расселения в период деятельности св. Мефодия находился в зависимости от Великоморавской державы»[20]. Но как верно подмечает историк, в таком случае надо признать тот факт, что «и на это население (население Прикарпатья — М. Ж.) распространялось название „Русь“»[21] и старается в дальнейшем обосновать такой вывод[22]. Вопрос о времени распространения на этот регион имени «Русь» очень сложен. С одной стороны Хорватия, о чём ниже у нас ещё пойдёт речь, только в конце Х в. попадает под власть Киева, поэтому было бы логичным полагать, что именно с этого времени на него и распространилось имя «Русь», тем более что все источники, описывающие этот регион в IX — X вв. никакой Руси здесь не знают и называют его население хорватами. Тем не менее, косвенные данные, позволяющие предполагать более ранее проникновение этого имени в регион существуют. Речь идёт об открытых А. В. Назаренко в немецких источниках связанных с Русью топонимов, личных имён и упоминаний Руси, локализуемых на территории Австрии и Баварии, самым ранним из которых является упоминание в 863 г. топонима Ruzaramarcha («Русская марка») в грамоте восточнофранкского короля Людовика Немецкого[23]. В историографии было предложено три объяснения этим фактам. По мнению самого А. В. Назаренко они связаны с купцами из Руси, активно торговавшими с Баварией. Иное объяснение предложил В. В. Седов. Учёный считает, что все эти названия связаны со славянским «племенем» русов, жившем в Среднем Поднепровье (сам этноним русь В. В. Седов считает иранским по происхождению и относит его восприятие славянами ко временам славяно-иранского симбиоза в рамках Черняховской культуры II—IV вв.), часть которого в ходе аварского нашествия переместилось на запад (как хорваты и дулебы)[24]. Наконец, по мнению А. Г. Кузьмина все эти «русские» названия связаны с именем некогда проживавших в регионе ругов[25], часть из которых после падения гуннской державы ушла, по мнению учёного, в Среднее Поднепровье[26]. Какое из этих объяснений соответствует истине — вопрос пока открытый, однако, что важно для нашей темы все они прекрасно объясняют проникновение этнонима «Русь» в Прикарпатье до его подчинения Киеву, так как и путь русских купцов в Баварию лежал через этот регион, и пути вероятных миграций «антских русов» и ругов. Эти вопросы нуждаются в дальнейшем серьёзнейшем изучении.

Итак, подытоживая сказанное, можно уверенно утверждать, что первая волна проникновения в Прикарпатье Христианства связана с влиянием Великой Моравии. Однако она носила ограниченный и кратковременный характер и не привела к радикальной смене религиозного лица региона[27].

В 992 г. Хорватия была завоёвана князем Владимиром[28]. Волынь и Хорватия стали последними крупными восточнославянскими регионами, попавшими под власть Киева. Вероятно, первое время после завоевания они были административно объединены под властью основанного князем города Владимира-Волынского[29]. О последнем событии прямое известие есть лишь в «истории Российской» В. Н. Татищева, описывающего поход Владимира на Волынь и в Хорватию с рядом уникальных подробностей, отсутствующих в других источниках: «Владимир ходил по Днестру со двумя епископы, много людей научая, крести, и построил в земле Червенской град во имя своё Владимирь и церковь пресвятыя Богородицы созда, оставя ту епископа Степана и возвратися с радостию»[30]. О поставлении в 6500 (992) г. киевским митрополитом Леонтом во Владимир-Волынский епископа Стефана говорится и в Никоновской летописи[31]. В Повести временных лет этот город впервые упоминается в рассказе о наделении Владимиром своих сыновей княжениями, где говорится о том, что в начале XI в.[32] князь посадил в этом городе сына Всеволода, но ни об основании города Владимиром, ни о создании там епископства она ничего не говорит. Факт основания Владимира-Волынского князем Владимиром подтверждается как самим названием города[33], так и археологическими материалами, свидетельствующими о его возникновении именно в конце Х в.[34] Его основание прекрасно вписывается в традиционную политику киевских князей, со времён Ольги создававших в покорённых восточнославянских землях свои опорные пункты в противовес древним местным центрам[35]. Аналогична была ситуация и с Владимиром, созданным как опорный пункт власти Киева в пику местному политическому центру городу Волыни.

В эту же политику прекрасно вписывается и создание в этом городе епископства. Конец Х в. — это время традиционно называемое периодом Крещения Руси. О политических причинах принятия Владимиром новой религии было сказано немало. В советской историографии господствовало представление, согласно которому его основной причиной было бурное развитие феодализма, требовавшее внедрения новой идеологии, освящающей новое общественное устройство, каковой и стало Христианство[36]. После того, как в работах И. Я. Фроянова и его учеников взгляд на Древнюю Русь как на феодальное общество, оформленное в виде феодального государства был опровергнут[37], стала невозможной и такая трактовка основной причины Крещения Руси[38]. И. Я. Фроянов взглянул на дело иначе и предположил, что принятие Владимиром Христианства находилось в контексте проводимой им централизаторской политики. Для того чтобы добиться прочного политического единства Руси, необходимо было обеспечить её религиозное единство, что могло обеспечить только создание централизованной церковной организации. Именно в этом и состояла главная политическая цель принятия Христианства — добиться большей централизации Руси и подавить региональный сепаратизм отдельных славиний[39]. В этом плане создание в только что покорённых землях епископства[40] выглядит вполне логичным[41].

В историографии нередко христианизаторская деятельность Владимира описывается, как нечто грандиозное и охватывающее собой всю Русь, приведшее к радикальной трансформации её религиозно-культурного лица[42], для чего, однако, нет достаточных оснований. У Владимира не было ни достаточного количества духовенства (Византия не могла обеспечить им всю Русь, а на подготовку собственного духовенства в подобающем количестве было необходимо много времени), ни технических возможностей для этого. Вероятно, при Владимире была крещена лишь социально-политическая верхушка Руси плюс население крупнейших городов (при этом надо отметить, что в этой среде Христианство начало распространяться задолго до Владимира)[43]. Процесс христианизации русских земель (особенно сельских районов) растянулся на столетия, о чём говорят как письменные источники (в первую очередь — разнообразные поучения против язычества), так и археологические материалы, позволяющие утверждать, что вплоть до XIII—XIV вв. целые области Древней Руси были заселены язычниками[44]. Аналогична была ситуация и в Прикарпатье. Не смотря на то, что, судя по появлению в конце Х в. в регионе бескурганных погребений[45] можно говорить о начале распространения здесь Христианства[46], язычество также продолжало играть важную роль в религиозной жизни Прикарпатья. Те слаявянские языческие храмы, о которых говорилось выше, полноценно существовали вплоть до XIII в.[47] и прекратили свою жизнь лишь после монгольского нашествия. Таким образом, распространение Христианства в Прикарпатье было процессом длительным, как и во-многих регионах Древней Руси, растянувшемся на столетия.


[1] О происхождении хорватов и их ранней истории см.: Войтович Л. В. 1) Князiвства карпатських хорватiв // Етногенез та рання iсторiя слов’ян: новi науковi концепцiї на зламi тисячолiть. Мат-ли Міжнар. наук. археологiч. конф-цiї. Львiв, 30 — 31 березня 2001 р. Львiв, 2001; 2) Карпатські хорвати в етнополітичному розвитку Центрально-Східної Європи раннього середньовіччя // Україна в Центрально-Східній Європі (з найдавніших часів до ХVIII ст.). Київ, 2004. Вип. 4; 3) Карпатские хорваты // Вестник СПбГУ. Сер. 2. 2005. Вып. 1; 4) Восточное Прикарпатье во второй половине І тыс. н. э. Начальные этапы формирования государственности // Rossica antiqua: Исследования и материалы. 2006 / Отв. ред. А. Ю. Дворниченко, А. В. Майоров. СПб., 2006; Майоров А. В. 1) Константин Багрянородный о происхождении и ранней истории хорватов: Великая Хорватия и белые хорваты // Rossica antiqua: Исследования и материалы. 2006; 2) Великая Хорватия: Этногенез и ранняя история славян Прикарпатского региона / Отв. ред. А. Ю. Дворниченко. СПб., 2006; Жих М. И. К проблеме ранней истории славян Прикарпатского региона (середина — вторая половина I тыс. н. э.) // Международный исторический журнал «Русин» [Кишинёв]. 2009. № 1 (15).

[2] Повесть временных лет. Подготовка текста, перевод, статьи и комментарии Д. С. Лихачёва / Под реакцией В. П. Адриановой-Перетц. 3-е изд. / Подготовка издания и дополнения М. Б. Свердлова. СПб., 2007. С. 16, 54.

[3] Константин Багрянородный. Об управлении Империей. М., 1989. С. 131, 135−136.

[4] Там же. С. 141.

[5] См.: Rački Fr. Biela Hrvatska i biela Srbija // Rad Jugoslovenske Akademije Znatnosti i Umjetnosti. Zagreb, 1880. Т. 52; Jagič V. Ein Kapitel aus der Geschichte der südslawichen Sprachen // Archiv für slavische Philologie. Bd. XVII. Berlin, 1895. S. 47−48; Brückner A. Wzory etymologii i krytyki źródłowej // Slavia. Praha. T. 3. 1924−1925. S. 209−211; Седов В. В. 1) Славяне в раннем средневековье. М., 1995. С. 326; 2) Славяне. Историко-археологическое исследование // Седов В. В. Избранные труды. М., 2005. С. 488−490.

[6] Нидерле Л. Славянские древности. М., 2000. С. 77−78; Майоров А. В. 1) Константин Багрянородный…; 2) Великая Хорватия… С. 11−48; Жих М. И. К проблеме ранней истории… С. 26−30.

[7] Обычно нашествие аваров на Великую Хорватию датируется временем ок. 560 г.: Войтович Л. В. Восточное Прикарпатье… С. 22.

[8] О ней см.: Флоря Б. Н. Формирование чешской раннефеодальной государственности и судьбы самосознания славянских племён чешской долины // Формирование раннефеодальных славянских народностей. М., 1981.

[9] Во второй половине Х в. спасаясь от натиска печенегов в Верхнее Поднестровье, принадлежавшее хорватам переселяется часть уличей и тиверцев (Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. М., 1982. С. 128). Хорваты вместе с этими переселенцами и станут основой населения формирующейся Галицкой земли.

[10] Русанова И. П., Тимощук Б. А. Языческие святилища древних славян. М., 2007.

[11] Ал-Масуди описывал в своём «славянском рассказе» преимущественно Центрально-Восточную Европу (Жих М. И. О предыстории Волынской земли (VI — начало X века) // Международный исторический журнал «Русин» [Кишинёв]. 2008. № 3−4 (13−14). С. 38−41) и ничего не знал о балтийском побережье. Поэтому связывать этот рассказ с храмами балтийских славян нет достаточных оснований. Гораздо логичнее связать его со славянским языческим центром Прикарпатья.

[12] Я пользуюсь его неопубликованным ещё переводом, выполненным д. и. н., профессором кафедры истории факультета социологии, экономики и права Московского Педагогического Государственного Университета Еленой Сергеевной Галкиной, которая любезно мне его предоставила ещё до публикации. Пользуясь случаем, выражаю ей за это свою глубочайшую благодарность.

[13] О ней см.: Кузьмин А. Г. Спорное и бесспорное в крещении Руси // Молодёжь, религия, атеизм. М., 1986. С. 207−208; Рапов О. М. Русская церковь в IX — первой трети XII в. Принятие христианства. М., 1988. С. 115−116; Юрасов М. К. Новые данные о крещении предков русинов св. Мефодием или его учениками // Международный исторический журнал «Русин» [Кишинёв]. 2005. № 2 (2). С. 47.

[14] Юрасов М. К. Новые данные о крещении… С. 46−47.

[15] Там же. С. 47. Хотя, надо отметить, что, не смотря на то, что житие Мефодия не содержит данных о его непосредственной миссионерской деятельности в Прикарпатье, в нём отмечено, что вся территория подвластная Святополку Моравскому входила в сферу его миссионерской деятельности: «…И когда приял его (Мефодия — М. Ж.) князь Святополк со всеми мораванами, поручил ему все церкви и духовных во всех градах. С этого же дня начало сильно расти учение Божие, а язычники — верить в истинного Бога, отрекаясь от своих заблуждений. Тем более и моравская страна начала рсширять свои границы во все стороны и побеждать своих врагов, не терпя неудач…» — говорится в Х главе «Жития» (Флоря Б. Н. Сказания о начале славянской письменности. М., 1981. С. 99).

[16] Датированная Х в. ротонда в Перемышлое также имеет явные черты моравского влияния. За указание на эти обстоятельства выражаю огромную искреннюю благодарность к. и. н., доценту исторического факультета Ивано-Франковского Университета Мирославу Михайловичу Волощуку.

[17] Рамм Б. Я. Папство и Русь в Х-XV вв. М.; Л., 1959. С. 21 («veruntatem non secundum ritus aut sectam Bulgariae gentis vel Ruzie aut Slavonice lingue, sed magis sequens institute et decreta apostolica, unum potiorem tocius ecclesie ad placitum eligas in hoc opus clericum latinis dprime litteris eruditum»: Monumenta Germaniae Historica. Scriptores. Nova series. T. II. Berlin, 1955. P. 44).

[18] Рамм Б. Я. Папство и Русь. С. 21. Примеч. 32.

[19] Юрасов М. К. Новые данные о крещении… С. 48.

[20] Там же. С. 48−49.

[21] Там же. С. 49.

[22] Там же. С. 49−52.

[23] Назаренко А. В. 1) О «Русской марке» в средневековой Венгрии // Восточная Европа в древности и средневековье. М., 1978; 2) Об имени «Русь» в немецких источниках IX—X вв. // Вопросы языкознания. 1980. № 5; 3) Имя «Русь» и его производные в немецких средневековых актах (IX-XIV вв.) // Древнейшие государства на территории СССР. 1982. М., 1984; 4) Русь и Германия в IX—X вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. 1991. М., 1994; 5) Древняя Русь на международных путях: Междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей. М., 2001. С. 11−50.

[24] Седов В. В. Славяне в раннем средневековье. С. 124−125.

[25] Кузьмин А. Г. Руги и русы на Дунае // Средневековая и новая Россия. Сборник научных статей к 60-летию профессора Игоря Яковлевича Фроянова / Отв. ред. В. М. Воробьёв, А. Ю. Дворниченко. СПб., 1996.

[26] Там же. С. 133−134.

[27] Не исключено, впрочем, что проникновение в Прикарпатье моравского христианства связано не только с её влиянием на регион, но и с волной переселенцев оттуда, покинувших свои дома в связи с нашествием венгров. Часть из них добралась до Среднего Поднепровья, где археологами выявлены их следы (Ширинский С. С. Археологические параллели к истории христианства на Руси и в Великой Моравии // Древняя Русь и славяне. М., 1987).

[28] Повесть временных лет. С. 54. Для 907 г. мы имеем в «Повести временных лет» указание на участие хорватов в походе Олега на Константинополь (ПВЛ. С. 16). Исходя из этого Б. А. Тимощук (Тимощук Б. О. Давньоруська Буковина. Киiв, 1982) полагает, что хорваты уже в это время входили в состав Киевской Руси (потом, правда, по мнению учёного, они восстановили свою независимость и были вновь завоеваны Владимиром). Такой вывод представляется хотя и заманчивым, но слишком прямолинейным: во-первых, сам список восточнославянских участвовавших в походе может быть и недостоверен, а во-вторых, само по себе участие в походе не говорит о зависимости Хорватии от Киева — хорваты вполне могли принимать участие в выгодном походе как союзники Руси, рассчитывая на часть богатой добычи. С уверенностью можно говорить о подчинении хорватов Руси только после похода Владимира в 992 г.

[29] Грушевский М. С. Iстория Украïни-Руси. Львiв, 1905. Вид. 2. Т II. C. 362, 363, 390; Стефанович П. С. Отношения князя и знати в Галицком и Волынском княжествах до конца XII в. // Средневековая Русь. Вып. 7 // Отв. ред. А. А. Горский. М., 2007. С. 121−122.

[30] Татищев В. Н. История Российская. Т. II. М.; Л., 1963. С. 64.

[31] ПСРЛ. Т. IX. С. 65.

[32] После смерти княжившего в Новгороде Вышеслава, которая в «Истории Российской» В. Н. Татищева датируется 1110 годом (Т. II. С. 70).

[33] Владимир любил называть основанные им города своим именем. Вспомним основанные им Владимир в Ростово-Суздальской земле и названный по его христианскому имени Василёв.

[34] Кучинко М. М. 1) Средневековые города Побужья в свете летописных и археологических источников // Советское славяноведение. 1978. № 4. С. 23; 2) Древний город Владимир на Волыни // Древнерусский город. Материалы всесоюзной археологической конференции, посвящённой 1500-летию города Киева. Киев, 1984. С. 68.

[35] Жих М. И. 1) О некоторых аспектах «переноса» древнерусских городов // Новый взгляд. Лаборатория социальной истории Тамбовского Государственного Университета им. Г. Р. Державина. Международный сборник работ молодых историков. Т. 1 / Редакционный совет: Р. Б. Кончаков (председатель) и др. Тамбов, 2007; 2) К проблеме происхождения древнерусских городов // Прошлое Новгорода и Новгородской земли: Материалы научных конференций 2006−2007 годов / Составитель В. Ф. Андреев; НовГУ им. Ярослава Мудрого. Великий Новгород, 2007.

[36] Рапов О. М. Русская церковь… С. 42−58; Фроянов И. Я. Об историческом значении «крещения Руси» // Фроянов И. Я. Начала русской истории. Избранное. М., 2001. С. 764−769.

[37] Фроянов И. Я. 1) Киевская Русь: Очерки социально-экономической истории. Л., 1974; 2) Киевская Русь: Очерки социально-политической истории. Л., 1980; 3) Мятежный Новгород: Очерки истории государственности, социальной и политической борьбы конца IX — начала XIII столетия. СПб., 1992; 4) Древняя Русь: Опыт исследования истории социальной и политической борьбы. М.; СПб., 1995; 5) Рабство и данничество у восточных славян. VI—IX вв. СПб., 1996; 6) Киевская Русь. Главные черты социально-экономического строя. СПб., 1999; Фроянов И. Я., Дворниченко А. Ю. Города-государства Древней Руси. Л., 1988; Дворниченко А. Ю. Русские земли Великого княжества Литовского: Очерки истории общины, сословий, государственности (до начала XVI в.). СПб., 1993; Пузанов В. В. 1) Княжеское и государственное хозяйство на Руси X-XII вв. в отечественной историографии XVIII — начала ХХ в. Ижевск, 1995; 2) Древнерусская государственность: генезис, этнокультурная среда, идеологические конструкты. Ижевск, 2007; Кривошеев Ю.В. Русь и монголы: Исследование по истории Северо-Восточной Руси XII—XIV вв. СПб., 2003; Майоров А. В. Галицко-Волынская Русь: Очерки социально-политических отношений в домонгольский период. Князь, бояре и городская община. СПб., 2001; Михайлова И. Б. Служилые люди Северо-Восточной Руси в XIV — первой половине XVI века: Очерки социальной истории. СПб., 2003; Петров А. В. От язычества к Святой Руси. Новгородские усобицы (к изучению древнерусского вечевого уклада). СПб., 2003.

[38] Пашуто В. Т. По поводу книги И. Я. Фроянова «Киевская Русь: Очерки социально-политической истории» // Средневековая и новая Россия (впервые статья вышла: Вопросы истории. 1982. № 9). С. 768.

[39] Фроянов И. Я. 1) Об историческом значении… С. 784−788; 2) Начало Христианства на Руси. Ижевск, 2003; Дворниченко А. Ю. Древнерусское общество и церковь. Л., 1988.

[40] В его состав первоначально, вероятно, входили как Волынь, так и Хорватия, составлявшие, как было отмечено выше, на рубеже Х-ХI вв. единое административное целое.

[41] Новейшие попытки показать полную недостоверность всех оригинальных известий «Истории Российской» (Толочко А. П. «История Российская» Василия Татищева: Источники и известия. М.; Киев, 2005; Свердлов М. Б. Василий Никитич Татищев — автор и редактор «Истории Российской». СПб., 2009) выглядят, на наш взгляд, неубедительными: Журавель А. В. Новый Герострат или У истоков «модерной истории» // Сборник Русского исторического Общества. Т. 10 (158). М., 2006; Стефанович П. С. «История Российская» В. Н. Татищева: споры продолжаются // Отечественная история. 2007. № 3.

[42] При этом, в зависимости от мировоззрения того или иного автора христианизация описывается от самых позитвных тонов (например, К. С. Аксаков писал в своё время: «Когда вспоминаешь, как крестился русский народ, невольно умиляешься душою. Русский народ крестился легко и без борьбы, как младенец» (цит. по: Прозоров Л. Р. Русь языческая. Сумерки русских богов. М., 2009. С. 22)) до самых негативных (см. например: Прозоров Л. Р. Русь языческая. С. 338−411).

[43] Ср.: Фроянов И. Я. Об историческом значении… С. 785.

[44] Гальковский Н. М. Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси. Т. I. Харьков, 1916. Т. II. М., 1913; Аничков Е. В. Язычество и Древняя Русь. СПб., 1914. С. 306; Рапов О. М. Русская церковь…; Гордиенко Н. С. Крещение Руси: факты против легенд и мифов. Полемические заметки. Л., 1984; Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. М., 1987; Фроянов И. Я. 1) Об историческом значении… С. 786−788; 2) Начало Христианства на Руси; Русанова И. П., Тимощук Б. А. Языческие святилища… С. 171−173; Прозоров Л. Р. Русь Языческая. С. 338−501 и др.

[45] Седов В. В. Восточные славяне. С. 126−128.

[46] Рапов О. М. Русская церковь… С. 365−366.

[47] Русанова И. П., Тимощук Б. А. Языческие святилища… С. 98−113, 159−177.

http://rusk.ru/st.php?idar=114414

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru