Русская линия
РПМонитор Александр Сотниченко18.06.2009 

Россия: варианты кризисных сценариев
Трудности в экономике поставят вопрос о поиске новых идеологических приоритетов

КРИЗИС ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ

Как утверждают многочисленные эксперты в нашей стране и за рубежом, экономический кризис пока еще не вступил в полную силу. По крайней мере, мы можем с уверенностью утверждать, что он еще не затронул Россию в полной мере. Спад производства в нашей стране продолжается, и полностью мы ощутим его последствия не только в текущем 2009-м, но и в последующие годы. Эксперты заявляют также о том, что нынешний кризис станет самым серьезным испытанием для мировой экономики с 1929 года и повлечет за собой непредсказуемые политические последствия.

В данном исследовании мы проведем анализ возможных сценариев реакции основных отечественных политических сил на кризис в России, насколько нам позволит это сделать формат небольшого исследования. Экономические трудности для нашей страны могут иметь как ограниченный характер, так и всеобъемлющий. В условиях глобальной экономики слишком многое зависит от мировой конъюнктуры: цен на энергоносители, продовольствие, недвижимость и т. п. В настоящее время можно с уверенностью констатировать факт прямой зависимости глубины кризиса для России от уровня мировых цен на нефть.

В том случае, если кризисные явления затронут Россию в щадящем режиме (то есть основные статьи бюджета все же будут исполнены, рост ВНП снизится незначительно, безработица не достигнет критического уровня, цены на нефть и спрос на нее на мировом рынке позволят финансировать основные социальные программы), властным элитам не придется идти на серьезную коррекцию курса. Скорее всего, вертикаль власти справится с глобальным вызовом, не прибегая к суровым мерам, а протесты населения не превысят допустимого уровня. Именно к такому развитию событий готовится федеральный центр, рассчитывая преодолеть кризис паллиативными методами: увеличением социальных гарантий, повышением пошлин на ввоз иностранной продукции для стимуляции местного производства и т. п. Как нам кажется, изучать данный вариант развития событий стоит с позиции прогнозирования направлений эволюции идеологии российской политической элиты.

Однако ожидаемые последствия кризиса могут оказаться значительно более серьезными, чем предполагается, тем более, для этого есть некоторые основания — ведь бюджет на 2009 год дефицитен на треть ВВП, а это очень значительная сумма. Мы предпринимаем попытку изучить возможности развития нестандартных направлений, к которым власть, оппозиция и народ могут обратиться в том случае, если кризис все же окажется сильнее, чем предполагает политическая элита страны.

За прошедшие 20 лет России не удалось достигнуть европейского уровня производительности труда или американских гарантий на частную собственность. Однако, что абсолютно невозможно отрицать, наша страна активно включилась в международные интеграционные процессы и стала неотъемлемой частью глобальной экономической системы. В условиях роста мировой экономики даже в слаборазвитой стране, включенной в глобальный рынок, происходит подъем. Однако в случае наступления глобального кризиса, который в нашем случае носит еще и системный характер, национальная экономическая система не может оказаться в стороне от воздействия глобальных негативных последствий. Тем более, если наполнение бюджета страны находится в такой зависимости от мировой энергетической конъюнктуры, как у нас.

Спад мировых цен на энергоносители уже самым серьезным образом затрагивает экономическое благосостояние России, бюджет которой в значительной степени состоит из поступлений от экспорта нефти и газа. Уже к концу 2008 года это осознали все, не исключая политического руководства страны, которое при помощи СМИ готовит нас к будущим негативным изменениям. Стоит только догадываться и строить прогнозы, насколько эти изменения могут затронуть российскую экономику, а значит, и политическую сферу, которая непременно отреагирует на кризис.

В первую очередь следует изучить три источника реакции на кризис: политическая элита, народ и оппозиция. От политической элиты население России будет ожидать принятия неких мер по успешному преодолению негативных явлений. Правительство будет отвлекать внимание народа от экономического кризиса созданием неких политических симулякров. В то же самое время различные оппозиционные группировки попытаются использовать частные и общие случаи снижения уровня жизни в качестве доказательства объективной неспособности правительства обеспечить надежный выход из кризиса и предлагать свои варианты решения проблемы. В зависимости от накала политических событий в России, амбиций лидеров стран и организаций, внутренней экономической и политической обстановки в различных странах мира, будет меняться и роль Москвы на международной арене. В любом случае на политическом горизонте Россию ожидают серьезные изменения, которые затронут каждого из нас.

ВЛАСТНЫЕ ЭЛИТЫ: ПОПЫТКА СОВМЕСТИТЬ НЕСОВМЕСТИМОЕ

С первого взгляда кажется, что федеральная власть довольно хорошо подготовлена к борьбе с кризисом и его негативными последствиями. Накоплены значительные средства, которые могут использоваться для смягчения кризисных явлений. За последние четыре года значительно укреплена вертикаль власти, и даже многие бывшие оппозиционеры успешно встроились в нее, занимая высокие государственные должности. В стране на данном этапе практически преодолены сепаратистские тенденции, отсутствует реальная оппозиция как на федеральном, так и на региональном уровне. Власть заработала солидный авторитет, уровень которого является наивысшим в истории новой России.

Особенно значим тот факт, что политическая элита России обеспечила себе достаточную свободу маневра отсутствием какой-либо официальной идеологической линии как во внешней, так и во внутренней политике. Федеральной власти за счет привлечения значительных финансовых ресурсов удалось консолидировать самые различные социальные слои российского общества, выступить в роли защитника интересов как лояльного крупного капитала, так и трудящихся, а также служащих, армии, науки и культуры. Долгое время нефтедолларов хватало всем, однако в условиях кризиса властям придется избирательно распределять доходы среди населения, а значит, показать, наконец, свои социальные предпочтения. Фактически, сокращение бюджетных средств поставит перед политической элитой вопрос об идеологии, который удавалось довольно успешно обходить стороной последние годы.

На самом деле, идеология, мировоззрение у политической элиты России, конечно, есть. Из официальных документов партии Единая Россия, правительства, выступлений политических лидеров, опыта личных встреч и бесед с руководителями администрации президента можно сделать вывод, что идеологией правящей элиты России является все же либерализм, понятый в рамках экономического детерминизма с поправкой на территориальную целостность Российской Федерации. В конце 2008 года ЦИК партии Единая Россия создал схематическую структуру партийной идеологии, в которой удалось обойти все острые моменты, связанные с вопросами неприкосновенности частной собственности, формулировкой понятий «нация», «народ», «успех», «консенсус», взаимоотношениями между обществом и государством [1]. Очевидно, однако, что целостной и непротиворечивой эту схему назвать нельзя. Скорее это еще одна попытка совместить несовместимое — либеральную модель, основанную на примате частной собственности и приоритете прав личности, с необходимостью поддержания территориальной целостности России, расширения геополитического присутствия в СНГ, сдерживания экспансии НАТО.

В данном случае мы имеем дело с той разницей, которая существует между идеалом и реальностью, желаемым и действительным. Большинство в политической элите согласны с либеральными ценностными установками, однако в России они оказываются несовместимы с политической независимостью страны, ее безопасностью и геополитическими интересами. Как и прежде, «единственным европейцем» в России остается государство, население же пребывает в состоянии тихого протеста против либеральных преобразований. С целью нивелирования этих разногласий и создаются идеологические схемы, наподобие вышеупомянутой «структуры партийной идеологии», выдержанной едва ли не в духе евразийства [2].

Подобная риторика имеет своей целью удовлетворение запросов большинства населения, которое, согласно статистике, не считает нашу страну частью европейского цивилизационного ареала. Исходя из опыта реформ 90-х годов ХХ века, власть осознала невозможность прямого реформирования России по западным стандартам — согласно опросам общественного мнения, лишь 15% граждан считают нашу страну частью европейской цивилизации, в то время как 75% уверены в ее самобытности. Именно поэтому политическая элита активно использует патриотическую, евразийскую, социальную риторику.

Однако именно такая дилемма: реальная либеральная экономика vs. антизападная консервативная риторика — порождает идеологический вакуум между ними, который может быть легко заполнен легко воспринимаемыми населением антигосударственными популистскими лозунгами, под какими происходят все мощные кратковременные выбросы политической энергии народа, называемые ныне «цветными революциями».

НУЖНЫ НОВЫЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОРИЕНТИРЫ

Идеология власти представляет собой алгоритм функционирования государства, механизм, вырабатывающий блага, столь ценимые народом. Горюче-смазочными веществами для функционирования этого механизма являются деньги. Чем более совершенной является идеология — тем выше КПД государственной машины, но и чем больше денег — тем менее необходимым является наличие отрегулированной машины, системы ценностей, отвечающей запросам основной массы населения страны. Пока денег было достаточно, власть не особенно заботилась о выработке стройной идеологической линии. Население, в свою очередь, голосовало за Путина и Медведева как за источник авторитета и гарантов стабильного роста благосостояния. К сожалению, именно последний фактор определил положительное отношение населения России к президенту, премьеру и прочим политическим институтам. Представители государственной власти также однозначно ассоциировали свой авторитет в первую очередь с экономическими показателями. Получается, что политическая элита сама настаивает на развитии у населения стойких ассоциаций: лидеры страны = благосостояние, что делает ее положение чрезвычайно зависимым от столь изменчивой мировой экономической конъюнктуры.

В новых условиях экономии средств восполнить негатив нынешняя политическая элита страны может только четким обозначением своих политических ориентиров и предпочтений, то есть созданием четкой идеологии, доступной пониманию каждого гражданина России. Фактически, речь идет о преодолении того разрыва, вакуума между условно либеральной властной верхушкой и традиционными, консервативными настроениями населения.

Помимо идеологической несостоятельности у нынешней государственной машины есть еще ряд недостатков, которые затруднят работу Кремля в условиях мирового экономического кризиса. Современная политическая элита, пришедшая к власти в России на рубеже тысячелетий, не имеет практического опыта антикризисного государственного управления (по крайней мере, в экономической сфере). Фактически, последние несколько лет задачи правительства сводились к рациональному распределению средств, поступавших от продажи энергоносителей за рубеж. Попутно проводились реформы в самых различных отраслях, однако никто не сталкивался с дефицитом денежной массы. Политическая элита не привыкла экономить сама и приучила отказаться от этого ее электорат, которому, кажется, придется менять свои привычки.

Население, в свою очередь, создало себе образ власти, главным качеством которой является стабильность. От Ельцина, Черномырдина, Чубайса постоянно ожидали то безудержной инфляции, то многомесячных невыплат заработной платы, были готовы к резкой девальвации национальной валюты, проигранным войнам и провалам во внешней политике. От Путина и Медведева привыкли слышать лишь отчеты о достигнутых успехах, поэтому негативные и, особенно, длительные проявления кризиса могут резко подорвать авторитет власти.

Что бы ни говорили сейчас политические маргиналы справа и слева, в российском обществе существует значительный уровень свободы слова и политических организаций. Конечно, непарламентской оппозиции вряд ли дадут эфир на центральном канале, однако уже никто не разгоняет многотысячные демонстрации с применением спецтехники, и уж тем более, никак не может произойти расстрела парламента из танков, как это было в первой половине 90-х годов. Конечно, в первую очередь это связано с абсолютным отсутствием возможности собрать под антикремлевскими лозунгами достаточное количество людей и умеренной позицией Государственной Думы. Однако следует признать факт того, что у властей нет опыта подавления массовых политических беспорядков. История показывает, что этот опыт власть способна очень быстро набрать, но иногда цейтнот оказывается роковым.

Таким нам видится современное статичное состояние российской политической элиты. Она готова к битве с кризисом, пока расклад сил безусловно в пользу Кремля. Однако существуют и значимые недостатки, пробелы, упущения, которыми не преминут воспользоваться оппоненты. В условиях экономического кризиса от власти стоит ожидать шагов, способных завладеть вниманием населения и направить его негативную энергию на борьбу с персонифицированной причиной рецессии, инфляции, безработицы. В продолжении статьи мы подробно рассмотрим основные направления развития реакции политической элиты России на кризис.

ОБРАЗ ВНЕШНЕГО ВРАГА

Образ внешнего врага всегда консолидирует нацию в кризисные периоды. Для России эта ниша традиционно заполняется Соединенными Штатами Америками. Однако представляется маловероятным перенос негативной энергии населения с внутренних кризисных явлений на далекую зарубежную страну, которая, по всей видимости, сама в условиях кризиса может отказаться от проведения наступательной внешней политики вблизи наших границ.

Первые шаги новой администрации в Вашингтоне обещают достаточно миролюбивую тенденцию. Обама позиционирует себя в качестве альтернативы воинственному Бушу. Новые агрессивные шаги, которые могли бы стимулировать антиамериканские настроения, такие как, например, поддержка планов Украины и Грузии по вступлению в НАТО, агрессия против Ирана, активное участие во внутренних политических процессах в странах Центральной Азии, не согласуются с пацифистской риторикой, при помощи которой новому президенту удалось очаровать избирателя. По нашей информации [3], напротив, уже достигнута договоренность об открытии дипломатической службы США в Иране, в течение двух лет последует вывод американских войск из Ирака; ни Украина, ни Грузия в ближайшее время не получат приглашение в НАТО. Белый Дом занят решением накопившихся внутренних проблем, для чего необходима стабильная международная обстановка.

Отношения между нашими странами, скорее всего, будут оставаться напряженными, но вряд ли произойдет обострение, в результате которого демонизированный образ США сможет успешно сыграть роль фактора негативной консолидации российского общества. США — это не враг, не террористы, с которыми нельзя вести диалог, а скорее конкурент, с которым вполне можно заключать соглашения. Для того чтобы успешно консолидировать общество на основе антиамериканской угрозы, политической и экономической элите нужно было бы, в первую очередь, перестать отождествлять себя с Западом и его институтами, подобно тому, как это сделали наши стратегические партнеры в странах Латинской Америки или в Иране. Но правящий класс России едва ли пойдет на такой шаг.

БОРЬБА С КОРРУПЦИЕЙ: ОГОНЬ ПО ШТАБАМ

Коррупция стала не только бичом современного российского общества, но и объектом пристального внимания властей. Редко какое заседание правительства обходится без проклятий в адрес коррупции, однако сама политическая и экономическая система России способствует ее развитию. Лицом, от которого зависит принятие решений в нашей стране, является чиновник. Жестких мер по пресечению коррупции, как в Китае, например, у нас не принимают. Ресурсная экономика и стабильный экономический рост способствовали «легкому» отношению к деньгам у чиновников, к тому же, отсутствие идеологии, построенной на идеалистических принципах, не ставит на пути взяточничества морально-этических или религиозных препон.

Проблема не нова, с ней сталкивались государства со сходной моделью экономики, например Иран в годы шахского режима [4]. В современной России редкие паллиативные мероприятия по борьбе с этим злом не приносят значительного результата. В случае усугубления кризисных явлений в российской политике политическая элита может объявить настоящую войну коррупции как одной из главных причин экономического спада.

Само слово «коррупция» в России является довольно раскрученным брэндом. Согласно опросу ВЦИОМ, проведенному в сентябре 2008 года, 74% россиян считают уровень коррупции в стране высоким или очень высоким, а 75% не видят особых достижений в борьбе властей с коррупцией [5]. К такому же мнению приходит и международная организация Transparency International, которая посчитала нынешний уровень коррупции в России самым высоким за последние 8 лет [6]. Население России, согласно тому же ВЦИОМ, считает борьбу с этим явлением первейшей задачей правительства. Следующим пунктом, что характерно, стоит преодоление кризиса [7], значит, население уже готово тесно связать между собой эти две проблемы.

С нарастанием кризисных явлений лидеры России могут на всю страну объявить войну коррупции, принося в жертву настроениям населения неугодных чиновников. Эта акция при надлежащей информационной поддержке может принести значительные политические дивиденды Кремлю: еще в 90-е была поговорка, что национальным лидером России станет тот, кто посадит Чубайса. Ради сохранения власти политическая элита готова пожертвовать десятком-другим одиозных чиновников, публично осудив их на большие сроки заключения и оздоровив, таким образом, политический климат в стране. Заодно Кремль приобретет незаменимый опыт проведения репрессий, лишний раз показывая неконструктивной оппозиции свою способность к решительным действиям. В свою очередь, будут проведены и освещены в СМИ акции передачи изъятых средств на социальные нужды с конкретным результатом: осуществлена дорогостоящая операция, завершено строительство больницы, конкретные пенсионеры получили бесплатные лекарства.

Активная борьба с коррупцией способна улучшить политическую и экономическую ситуацию в обществе, вывести из тени часть средств, которые могут быть использованы для нивелирования последствий мирового кризиса. Однако, с другой стороны, представляется сомнительным успех этого мероприятия: ведь бороться с коррупцией придется тем же чиновникам-коррупционерам. Если же привлечь к этому вопросу молодежь из прокремлевских политических движений (то есть перенять в некоторой степени китайский опыт), то процесс может принять неконтролируемый характер, чего правящий класс, очевидно, едва ли допустит. Кроме того, мероприятия по оздоровлению бюрократического аппарата лишь отчасти смогут отвлечь население от негативных последствий кризиса, а полученные средства — временно заткнуть бреши в финансировании социальных программ. Сама система государственного аппарата окажется неизменной.

ВОЗВРАЩЕНИЕ «ЗОЛОТОГО ВЕКА»: ДЕКОРАТИВНАЯ РЕСТАВРАЦИЯ МОНАРХИИ

Вернемся к идеологии современной российской политической элиты. Процесс выработки политической альтернативы, без всякого сомнения, происходит. Может быть, власть и рада бы просто скопировать европейские рецепты, да народ против, и реализация дает несколько иные, чем в развитых демократиях, результаты. 90-е годы показали всю бесперспективность подобного точного копирования.

В начале XXI века стало предельно ясно, что Россию не будут воспринимать как равноправного партнера ни в НАТО, ни в ЕС, ни в других международных организациях западного типа. Чтобы не остаться в положении «вечного просителя у европейского порога», Москва вынуждена разрабатывать свою собственную идеологическую линию, которая должна устраивать и население, и элиту, и заграницу. Как нам видится, на протяжении вот уже более 20 лет со стороны СМИ и деятелей культуры существует и пестуется лишь один образ России, устраивающий абсолютно всех — это Российская империя до 1917 года.

«Россия, которую мы потеряли» — это симулякр, исторический образ святого прошлого, языческая Германия Вагнера, халифат праведных халифов для талибов, Османская империя времен Сулеймана Великолепного для турок, Речь Посполитая для поляков, образ утраченного рая. Виднейшие историки, культурологи, писатели, режиссеры начиная с С. Говорухина и его фильма «Россия, которую мы потеряли» и закачивая А. Кравчуком — создателем блокбастера «Адмирал» и Н. Михалковым, апологетом П.А. Столыпина как символа России, создавали в сознании населения идеальную картину «Золотого века», великого прошлого, которую разрушили невесть откуда взявшиеся террористы-большевики.

Не стоит недооценивать живучесть мифа. На основе древнегерманских и древнеславянских мифов создавались национальные государства Европы, пестовались элиты, затевались войны. Миф о международном терроризме как глобальном зле, заменившем собою Evil Empire СССР, позволил военным корпорациям США значительно увеличить свои доходы, а Вашингтону — создать антитеррористическую коалицию и безнаказанно вторгнуться в Афганистан и Ирак. Вполне вероятно, что на основе легенды о «России, которую мы потеряли» будет создаваться новая российская государственность XXI века.

Миф о «процветающей России 1913 года» настолько ярок и многогранен, что каждый сможет найти в нем частичку своего. Он полностью устраивает политическую элиту, так как зародившаяся во второй половине XIX века капиталистическая система обеспечивала неприкосновенность частной собственности, при этом не подвергая сомнению привилегии приближенных ко двору. Наследственная передача власти и должностей делала элиту достаточно закрытой от конкуренции снизу, что также не может не привлекать нынешних чиновников, готовых переквалифицироваться в сановников. Служба персонифицированному царю отодвигала на второй план ответственность перед обществом или законом, что также подходит сложившемуся в условиях суверенной демократии правящему классу распределителей. Монархия, созданная на основе мифа, делает власть сакральной, а значит, и меньше остается поводов для развенчания как конкретного ее представителя, так и всей системы в целом. Кроме того, наконец, будет заполнен идеологический вакуум, являющийся одним из главных недостатков режима.

Следует заметить, в качестве «проекта будущего» совершенно не подразумевается русское традиционное самодержавие. Политическая элита, привыкшая самостоятельно регулировать все вопросы, связанные с принятием важных решений, не согласится с передачей даже части полномочий в руки монарха. Для сложившейся политической элиты монархия — всего лишь институт, который своей популярностью среди населения и при этом абсолютной лояльностью призван поддержать авторитет власти.

Не в меньшей степени проект устроит Европу и США. Реставрация монархии образца 1913 года, только в конституционном варианте — процесс, который обращен в не последнюю очередь на Запад. В современной Европе едва ли не половина государств являются монархиями, короли являются популярными символами наций, возглавляют благотворительные фонды, участвуют в статусных мероприятиях. Скандалы в королевских семьях — излюбленный информационный продукт для потребителя. Все это призвано сплотить население вокруг правящей элиты, которая, таким образом, сакрализируется королевской властью. Разумеется, монархи не имеют права серьезно вмешиваться в жизнь страны, что позволяет реальной власти, с одной стороны, пользоваться авторитетом монарха как консолидационного символа, с другой — не опасаться за возможную политическую конкуренцию с его стороны. Эта система категорически отличается от русского традиционного самодержавия, но только в таком виде может быть и воспринята на Западе, что совпадает с мнением российской политической элиты. Основным претендентом на российский престол является потомок Романовых Георгий, проживающий в ЕС, имеющий опыт работы в его структурах, выпускник Оксфорда. Вряд ли можно ожидать от него каких-то шагов в сторону смены европейской идентичности в России.

Большинство населения нашей страны, скорее всего, положительно отнесется к преобразованию России из республики в конституционную монархию. В случае, если эта идея будет поддержана популярными национальными лидерами, итоги всенародного референдума можно предсказывать уже сегодня. Больших изменений в экономической ситуации в России это нововведение, конечно, не принесет. Однако, возрождение духа священного прошлого, возвращение к образу «золотого века» России, воспетого СМИ, без всякого сомнения, отвлечет народ от негативных последствий кризиса.

К сожалению, среди сторонников введения в России монархического правления чрезвычайно мало тех, кто, подобно русским людям середины IX столетия или 1612 года, жаждал найти в монархе консолидационную фигуру, предоставив ей и Божьей воле право на принятие важнейших политических решений. Сейчас в монархии ищут скорее институциональный симулякр, угодный и Западу, и населению, техническое решение проблемы недостатка легитимности и информационного обеспечения процесса выхода из кризиса. И вполне вероятно, что это направление политического развития будет активно использовано политической элитой.

Какой же вариант выхода из кризиса из вышеперечисленных будет использован политической элитой Российской Федерации? В случае если социально-экономическая обстановка в стране в результате кризиса ухудшится настолько, что властные элиты будут готовы к нетривиальным шагам, скорее всего так или иначе будут опробоваться все четыре варианта. Другое дело, какой путь будет избран в качестве основного и будут ли они доведены до конца? Предполагается, что власть, так или иначе, будет держать руку на пульсе народа, тщательно следить за реакцией населения, чтобы радость от обретения нового не сменилась бурной реакцией отторжения, которая как для правящей элиты, так и для России может закончиться плачевно.
(Продолжение следует)


[1] ЦИК «Единой России» разработал Структуру идеологии партии «Единая Россия»

[2] А.Г. Дугин позиционирует новую российскую идеологию — евразийство — в качестве антитезы либерализму, а также подвергает серьезной критике коммунизм и национализм (См. Дугин А.Г. Философия политики. М., 2004. С. 464). Согласно предложенной идеологами Единой России схеме, коммунизм, фашизм и либерализм также являются прямыми оппонентами государственному мейнстриму

[3] Из личной беседы автора с Д. Флахерти, сотрудником аналитического отдела по исследованию России и Евразии государственного департамента США.

[4] См. подробнее Сотниченко А.А. Великие реформаторы // Мохаммед Реза Пехлеви // Казак на персидском троне. — «Дело», 28.04.2008.

[5] См. Причины коррупции и как с ними бороться? Пресс-выпуск № 1048

[6] Уровень восприятия коррупции в 180 странах мира — исследование Transparency International; Индекс восприятия коррупции в России хуже, чем в Грузии, считают в Transparency International

[7] Общественная повестка дня: борьба с коррупцией и преодоление кризиса

http://www.rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID=14 351

http://www.rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID=14 304


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru