Русская линия
Русская линия Ирина Комарова20.02.2009 

Благотворительное участие научных обществ в России до 17-го года по сохранению церковных памятников и культурного наследия России

От редакции: 12 февраля в Святодуховском центре Александро-Невской Лавры в Санкт-Петербурге состоялась конференция «Благотворительность — лучшие традиции российского общества». Информационную поддержку организации и проведению конференции оказывала «Русская линия». Сегодня мы предлагаем читателю очередной доклад, прозвучавший на конференции.


Истоки традиции российского благотворения лежат в глубине веков. Эти традиции зародились задолго до того, как получили общественное, религиозное и философское осмысление и задолго до того как появились первые благотворительные общественные организации.

Благотворительность, как функция, явилась одной из основных прерогатив верховной власти и зарождение этой функции имеет глубокие исторические корни, гораздо более глубокие, чем эпоха появления, развития, процветания и падения династии Романовых.

Начиная с правления Екатерины II, функции благотворительности постепенно начинают перекладываться на плечи общества. Впрочем эта тем достаточно хорошо представлена в научной литературе. В частности в мае 2008 года ей была посвящена конференция в Мещовске Калужской губернии.

К началу XX века благотворительная деятельность общества развилась в сеть благотворительных обществ и организаций, существовавшей наряду с государственными благотворительными учреждениями.

Если рассматривать благотворительность в узком смысле слова — как систему призрения, то, конечно ставить вопрос о благотворительной роли научных обществ не приходится. В том случае, если мы рассматриваем благотворительность в том смысле, в каком её понимали во времена В.И. Даля — «Благотворить — делать добро; благотворение — делание добра», то в этом случае говорить о благотворительной деятельности научных обществ не только можно, но и должно. Так как это — ярчайший пример служения Отечеству.

***

Известно, что охрана наследия России была сосредоточена, начиная с первой половины XIX века в научных обществах. В то время к наследию относились памятники древности. Памятники древности стали объектом изучения научной общественности с открытием для исследований области Причерноморья (конец XVIII в.). В это время к древним зданиям начали проявлять интерес не только как к географическим ориентирам, но и как к свидетелям истории [1].

Этот интерес был закреплён серией указов и мероприятий государства. Так, в 1805 г. вышел указ о сохранении памятников старины Причерноморья. Целенаправленные археологические раскопки в Керчи начались в 1811 г. (Л.А. Дюбрюкс, И.А. Стемпковский), которые увенчались открытием кургана Куль-оба. Эти работы легли в основу развития классической археологии [2].

Затем внимание исследователей привлекли славянские древности. Изучение Киева (1830-е гг.), осуществляемое Комитетом по изысканию древностей — государственной организацией, раскопки зданий, известных только по летописям, способствовали небывалой активности местных историков-любителей. Находки сооружений, подтверждавших факты, упоминавшиеся в летописных свидетельствах и легендах, побудили правительство принять меры по сохранению памятников и, в первую очередь, их выявлению [3].

Первым указом, посвященным сбору сведений о замечательных сооружениях, было постановление 1826 г., повторенное в 1827, 1837 и 1848 гг. [4] Работу по выполнению этих постановлений должны были осуществлять губернские (ГСК) и областные (ОСК) статистические комитеты [5].

Последние были созданы в первой половине XIX в. для сбора статистических сведений по губернии. Информация, поступавшая в комитеты была двух родов. Первая — относилась к «обязательной», т. е. собиралась для отчета губернатора и направлялась в Министерство внутренних дел в виде «Обзоров губернии». Структура этой информации регламентировалась Министерством внутренних дел, которому подчинялись комитеты. Сбор сведений второго рода — информации по истории губернии — являлся «необязательным» и определялся исключительно интересами т. н. «необязательных» членов комитетов, т. е. тех, кто осуществлял «необязательные» исследования [6]. Те и другие сведения собирались при помощи приходских священников и народных учителей. Этот контингент не имел специальной подготовки, поэтому для обеспечения достоверности результатов рассылались программы, разработанные специалистами. Так, в качестве универсальной схемы описания памятников была выбрана работа И.П. Сахарова «Записки для обозрения русских древностей» [7]. По этой схеме составлялись описания памятников членами ГСК и провинциальных обществ вплоть до XX в. Значительная часть описаний была опубликована и представила собой первичный, говоря современным языком, свод памятников архитектуры. Сеть статистических комитетов в силу своего государственно-общественного статуса положила начало формированию системы научных обществ.

Внимание к национальной истории в начале XIX века способствовало бурному развитию археографии, археологии и истории, вызвало к жизни многочисленные научные общества, объединившие местные силы. Мысль привлечь духовенство к сбору сведений о памятниках древности с целью их охраны высказывалась ещё в начале XIX века: «Приведение в известность памятников всего ближе и удобнее произвесть чрез почтеннейшее духовенство. Каждый из священников совершенно ознакомлен с своим приходом: он известен всем обывателям, знает всех владельцев и всех жительствующих; почтен ими и пользуется должным уважением и доверенностью; ведает все места, все урочища земли. Первые на вопросы его скажут ему, ежели что имеют у себя в сём роде достойного любопытства, и не откажутся снабдить тем; удовольствием почтут поведать и указать, что есть у другого, неизвестного ему, и что могли слышать вероятного от старожилов» [8].

Приходские священники, как и епархиальные власти, были вовлечены в работу по изучению памятников через губернские и областные статистические комитеты ещё в 1834 году [9].: Однако изучение памятников вообще и церковных в частности лежало на периферии деятельности ГСК, тогда как потребность в такой работе осознавалась всё больше и больше.

Подольский епархиальный историко-статистический комитет (1863) возник первым. С течением времени количество организаций возрастало, и среди археологических обществ церковно-археологические составили особую группу. Надо отметить, что отнесение ЦАО и ЦАК в одну группу достаточно произвольное на первый взгляд обусловлено единством организационных форм существования тех и других, зафиксированное уставами.

В эту группу вошли следующие организации:

1). Подольский епархиальный историко-статистический комитет. Каменец-Подольский (1863−1903) [10]. С 1903 г. реорганизован в общество. Музей (1890).
2) Церковно-археологическое общество при Киевской духовной академии. Киев (1872) [11]. Музей (1872);
3) Нижегородская церковно-археологическая комиссия. Нижний Новгород (1887). Музей.
4) Могилевский археологический историко-статистический комитет, но описанию церквей и приходов епархии. Могилев (1888). Музей;
5) Новгородское церковно-археологическое общество. Новгород (1890). Древлехранилище (1913);
6) Воронежское церковно-археологическое общество. Воронеж (1890) [12];
7) Сухумская церковно-археологическая комиссия. Сухуми (1893);
8) Орловское церковно-археологическое общество. Орел (1893) [13]. Музей;
9) Астраханский церковно-археологический комитет. Астрахань (1894);
10) Ставропольское церковно-археологическое общество. Ставрополь (1894);
11) Волынское церковно-археологическое общество. Почаев (1894). Отделения в Луцке и Владимире-Волынском [14];
12) Историческое общество св. Олега. Брянск (1895);
13) Постоянная Вологодская церковно-археологическая комиссия. Вологда (1896). Отделение в Сольвычегодске. Музей;
14) Смоленский церковно-археологический комитет. Смоленск (1896). Музей;
15) Архангельский епархиальный церковно-археологический комитет. Архангельск (1896) (с 1887 г. существовал как Совет попечительства по собиранию и хранению памятников церковной древности). Музей с 1896 г.;
16) Тульская епархиальная палата древностей. Тула (1898) [15];
17) Калужское церковно-археологическое общество. Калуга (1900)[16];
18) Воронежский церковный историко-археологический комитет. Воронеж (1901). Музей;
19) Тверской епархиальный историко-археологический комитет. Тверь (1902). Музей;
20) Донской епархиальный церковно-исторический комитет. Новочеркасск (1904). Музей;
21) Бессарабское церковно-историко-археологическое общество. Кишинев (1904) [17]. Музей;
22) Херсонское церковно-археологическое общество. Херсон (1904);
23) Брянская церковно-историческая комиссия. Брянск (1905);
24) Гродненский историко-церковно-археологический комитет. Гродно (1905). Музей;
25) Полтавский церковно-археологический комитет. Полтава (1906). Древлехранилище с 1907 г.;
26) Казанское епархиальное церковно-археологическое общество [18]. Казань (1906);
27) Черниговский церковно-археологический комитет. Чернигов (1906);
28) Минский церковно-археологический комитет. Минск (1901). Музей;
29) Псковский церковно-археологический комитет. Псков (1908). Музей [19];
30) Екатеринбургское церковно-археологическое общество. Екатеринбург (1911);
31) Курское епархиальное историко-археологическое общество. Курск (1911);
32) Харьковское иерковно-археологическое общество. Харьков (1912);
33) Пермское церковно-археологическое общество. Пермь (1912);
34) Ярославский церковно-археологический комитет. Ярославль (1913);
35) Уфимский церковно-археологический комитет. Уфа (1913);
36) Иркутское церкопно-историческое и археологическое общество. Иркутск (1913);
37) Саратовское церковно-археологическое общество. Саратов (1913). Древлехранилище;
38) Варшавский церковно-археологический комитет. Варшава (1913);
39) Таврическое церковно-археологическое общество. Симферополь (1913);
40) Самарский церковно-археологический комитет. Самара (1913);
41) Симбирский церковно-археологический комитет. Симбирск (1913);
42) Харьковское церковно-археологическое общество. Харьков (1913). Устав утвержден в 1912 г.;
43) Симферопольский церковно-археологический комитет. Симферополь (1914);
44) Петербургское центральное церковно-археологическое общество. Петербург (1914);
45) Церковно-археологическое общество в Симбирске (1914);
46) Томское церковно-историко-археологическое общество (1916);
47) Костромское церковно-археологическое общество (после 1908 г.);
48) Вятский кружок любителей церковной старины (после 1908 г.);
49) Пензенский церковно-археологический комитет. Пенза (до 1911 г.). Музей;
50) Витебский церковно-археологический комитет (до 1911 г.). Музей;
51) Рижский церковно-археологический комитет. Рига (до 1911 г.). Музей;
52) Холмский церковно-археологический комитет. Холм (до 1911 г.). Музей.
ЦАО и ПАК создавались «с целью собрания местных исторических памятников и развития в местном обществе и особенно в среде духовенства и духовных воспитанников археологического интереса и знаний» [20]. Наряду с крупными учреждениями [21], сотрудничавшими напрямую с ведущими археологическими обществами (МАО, ОЛДП, ОИДР) и Академией наук, существовали маленькие объединения полусемейного, частного типа.

Как правило, ЦАО и ЦАК состояли из почётных, действительных членов и членов-сотрудников. После избрания на собрании общества они утверждались председателем, которым являлся епархиальный преосвященный. Финансирование и комитетов и обществ осуществлялось из членских взносов, пожертвований епархиальной власти и доходов от изданий. Лица, выполняющие исследования, не причислялись к государственным служащим и не получали доходов за эту деятельность. Таким образом, церковно-археологические комитеты и общества являлись общественными организациями и от большинства научных обществ отличались большей подчинённостью председателю [22].

Формы деятельности научных обществ ко времени массового создания ЦАО и ЦАК (1890−1910-е годы) были хорошо отработаны, различались только масштабом и состояли в проведении заседаний, сборе материалов, подготовке их к изданию, ответах на запросы правительственных учреждений и других научных обществ. С возникновением большого числа церковно-археологических учреждений возникла потребность в координации их работ.

Управляющий архивом Синода подал записку с предложением «в каждой епархии по примеру губернских учёных архивных комиссий постепенно образовывать при духовных семинариях церковно-археологические комитеты, которые будут иметь своею задачею наблюдение, изучение, регистрирование и по возможности научное исследование вещественных и письменных памятников своей епархии» [23]. После долгих блужданий по инстанциям, обрастая новыми предложениями, записка эта способствовала созданию в 1914 году Архивно-археологической комиссии при Синоде. Она подготовила постановление об открытии таких обществ во всех епархиях. Над постановлением работали крупнейшие специалисты в области охраны памятников древности и русской культуры: Н.П. Кондаков, Н.В. Покровский. Н.В. Султанов, Д.В. Айналов, А.II. Померанцев, М.Т. Преображенский, Г. И. Котов и др.

Комиссия имела два отделения — архивное и археологическое. Целью её было усиление интереса к церковной старине, а также охрана памятников древности, находящихся в духовном ведомстве. Она контролировала действия церковно-археологических комитетов, а также руководила созданием новых, формирование которых происходило как снизу, по инициативе приходских и градских священников, так и сверху.

Содержательная сторона деятельности ЦАО и ЦАК включала три основных направления. Первая — собирательско-охранительное, которое состояло в выявлении, описании и сохранении вещественных и письменных памятников, главным образом архивов монастырей, духовно-учебных заведений и епархиальных учреждений, а также памятников зодчества: старинных храмов, часовен, кладбищ и пр. Второе направление состояло в изучении церковной жизни определенного региона: обследовании внешнего и внутреннего развития местной и церковно-религиозной жизни, изучении местных религиозных обычаев, преданий и обрядов. Третье — пропаганда историко-археологических знаний в среде духовенства.

Ещё одним направлением деятельности общества и комитетов было издательское (что не всегда оговаривалось в уставах). Остановимся на них подробнее.

Сбор сведений, описание и наблюдение за сохранностью старинных храмов, часовен, кладбищ, древних икон, старинной церковной утвари длительное время в уставах определялись как основное направление деятельности церковно-археологических организаций. Синодом неоднократно выпускались распоряжения о сборе подобных сведений через ЦАК и ЦАО [24]. Но большинство священников не были готовы для выполнения этих описаний. Поэтому для облегчения этой работы была разработана «Программа церковно-исторического описания, № церкви и прихода, № епархии». Разработанная Волынским комитетом (1892), она использовалась и в других епархиях. Программа состояла из пяти пунктов: приход, приходский храм, причт церковный, прихожане, церковно-приходские учреждения. «Архитектурным» вопросам было посвящено несколько пунктов: «11.1.5. Достопримечательности прихода: а) остатки древних церквей, монастырей, часовен, описание этих остатков, сведения об них по письменным документам» [25]. Кроме этого, описывать требовалось придорожные кресты, часовенки, кладбища, пещеры, укрепления, валы, замечательные камни, клады и современные постройки. Много внимания уделялось описанию храма (п. II.2.): его внутреннему и внешнему виду, истории создания, поверьям, свидетельствам.

Однако существовала и другая программа со значительной долей географо-этнографических сведений. Составленная Оренбургским ЦАК, она была принята Архангельским и рядом других комитетов. Составление церковных летописей, включающих и описание церковных древностей, возложенное Синодом на ЦАК и ЦАО, должно было облегчить эту работу.

Первое направление, т. е. деятельность комитетов и обществ по охране, стало преобладающим на рубеже веков, что совпало хронологически с периодом интенсивного образования новых ЦАО и ЦАК. Охранительные тенденции в этот период проявились в деятельности и других обществ. Центральным комитетом в деле охраны стал Петербургский епархиальный историко-археологический комитет [26].

Реставрации, как наиболее дорогостоящий и сложнейший вид охранной деятельности, комитетами не осуществлялись. Тем не менее ЦАО и ЦАК давали заключения о возможности проведения ремонтных работ по большому количеству объектов. Так, в 1904 году Тверской комитет изучал предложения П.П. Покрышкина о реставрации Троицкого Собора в Калязинском монастыре. Как правило, церковно-археологические общества высказывались за сохранение памятника. В случае же сноса церкви предпринимались меры к фотофиксации. По предложению Тверского комитета разбираемый объект фотографировался, и фотографии поступали в музей Тверского ЦАК. В дальнейшем фотофиксации подверглись все церкви Тверской епархии. Эти материалы поступали в древлехранилища, которые образовывались при церковно-археологических организациях. Устройству последних как центров сохранения движимых памятников уделялось особое внимание. Синодом был издан циркуляр о необходимости передачи предметов богослужения, изъятых из обращения, в специальные заведения. «Не в сырых чуланах и заброшенных сундуках место уцелевшим ещё остаткам церковной старины, а их следует сосредоточить в местных епархиальных древлехранилищах; здесь они не только будут целы, но и принесут пользу науке и будут доступны всякому исследователю. Оставить же на местах, хотя и зарегистрировав в особую опись, значит ещё ничего не сделать и делу охранения памятников не помочь» [27].

Пополнение древлехранилищ осуществлялось разными способами: так, преосвященные Архангельской епархии, встречая при объезде епархии предметы древности, делали распоряжение о передаче их в древлехранилища.

Кроме того, во время поездок членов комитетов по епархии собирались сведения о предметах древности на местах их нахождения; владетели таковых уклонялись пожертвовать их в комитет; иногда даже участники экскурсий приобретали предметы древности на свои средства и жертвовали их в древлехранилище. Наконец, приобретались комитетом некоторые памятники древности и покупкою, хотя вследствие крайней ограниченности средств это практиковалось в сравнительно небольших размерах [28]. Таким образом, в древлехранилища ежегодно поступали уникальнейшие веши. Лишь в течение 1904 года в один только Архангельский комитет поступило: 36 рукописных книг, в том числе Евангелие-апракос 1339 г.; 15 старопечатных; 88 предметов церковного быта и 23 — военного, к 1905 году в древлехранилище состояло 1200 предметов". А к 1912 году здесь находилось 2S 000 документов и 500 книг XV—XVIII вв.еков [29]. Собрания же всех ЦАО и ЦАК представляли собой коллекцию уникальную.

Наличие древлехранилищ способствовало решению еще одной задачи, поставленной перед комитетами и обществами, — просвещению общества и преимущественно духовенства по части историко-археологических знаний. Древлехранилища были открыты для посещений. Число посетителей за год составляло до 200 человек. Однако не все ЦАО имели возможность организовать такого рода собрания. Калужское общество за восемь лет существования так и не смогло получить помещение.

В целях просвещения духовенства церковно-археологическими комитетами (Тверским, Смоленским и пр.) устраивались публичные лекции, посвящённые какому-либо событию из жизни епархии, с привлечением крупнейших специалистов-археологов.

Приведению в известность архивов церквей, монастырей, духовно-учебных заведений и прочих епархиальных учреждений в ЦАО и ЦАК не уделялось столько внимания, сколько в ГУАК. Тем не менее работа в архивах велась очень интенсивно.

Интерес представляет специфика архивных материалов, с которыми работали ЦАО и ЦАК. Эти материалы включают рукописные книги, хранящиеся в монастырях. Так, в архиве Сийского монастыря хранились уникальные книги: «Псалтырь XV в., Хронограф XV в., Пролог (1483) и т. д. Всего 10 000 документов XV—XVIII вв.еков. Помимо этого, обследовались документы епархиального делопроизводства четырёх видов: метрические книги, в которых фиксировались рождения, смерти и браки; исповедные росписи, в которых все жители епархии расписаны по домам; клировые ведомости, по которым можно выяснить историко-статистические сведения о церкви прихода, числе и составе прихожан и послужные списки о каждом члене причта; приходо-расходные книги, описи и т. п.

В целом же, характеризуя основные направления деятельности ЦАК и ЦАО, надо отметить, что приоритет в выборе направлений и специфика исследований зависели от очень многих причин. От преобладания в епархии памятников определенного типа, от исследовательской традиции, иногда от политической ситуации. Это относится главным образом к окраинным районам. Так, некоторые церковно-археологические общества, такие, как Подольское и Ставропольское, занимались исключительно памятниками архитектуры и вопросами их охраны и восстановления.

Публикация материалов и научных исследований по церковной истории и археологии местного края не имела в деятельности ЦАО такого значения, как в других научных обществах. Не случайно из 52 существовавших учреждений собственные издания имели лишь 10. Подчас даже такие активные организации, как Архангельский ЦАК, не имели печатного органа и публиковали труды своих членов, а «Епархиальных ведомостях».

Среди комитетов и обществ, ведущих активную издательскую деятельность, можно назвать Калужское ЦAO, Подольский ЦАК, Тверской ЦАК и ряд других. Издательская деятельность церковно-археологических учреждений отличалась от деятельности ГУАК и ГСК (Губернского статистического комитета) не только объёмом, но и содержанием. Если направленность изданий архивных комиссий и статистических комитетов была историко-краеведческой, широкого профиля, то издания ЦAK и ЦАО ориентированы главным образом на освещение истории церкви и епархии. Материалы, публикуемые церковно-археологическими учреждениями, можно разделить на следующие группы:

а) публикация научных исследований и документов как в периодических изданиях, так и в отдельных трудах;
б) материалы о деятельности обществ, протоколы, отчеты и т. п.

Иногда практиковались совместные издания. Например, издание Двинских грамот председателем Архангельского ЦАК совместно с академиком А.А. Шахматовым.

Ценность публикуемых материалов была очень неоднородна. Особый интерес представляют «Историко-статистические описания епархий», многочисленные публикации по истории монастырей, церквей и приходов, помещённые в «Епархиальных ведомостях» и изданиях обществ и комитетов, а также списки памятников древности и разработки в области археографии на основе местных источников. Значение собранных и опубликованных материалов трудно оценить, так как они не приведены в известность и недоступны исследователям.
Комарова Ирина Ильинична, издательство «Игра слов»

Примечания:

1 — Комарова И. И. Законодательство по охране памятников. М., 1989.
2 — Жебелев С. А. Введение в археологию. Пг., 1923.
3 — О.И. Левицкий
4 — Подробнее о законодательстве по охране памятников см.: Комарова И.И. Законодательство по охране памятников. М., 1989.
5 — В 1863 году циркуляром за № 63 от 27 апреля министр внутренних дел обратился к губернаторам с поручением «пригласить членов статистических комитетов, особенно имеющих постоянное пребывание в уездах, приводить в известность по мере возможности наличные в области памятников древности». См.: Разгон А. М. Охрана исторических памятников в дореволюционной России // Труды НИИ музееведения. М., 1957. Вып. 1. С. 91. См. также: Циркуляр МВД от 6 сентября 1901 года за № 10 «О собрании сведений о всех имеющихся в губернии остатках древних замков, крепостей и других зданий древности».
6 — Сборник циркуляров и инструкций МВД. СПб., 1864. С. 311.
7 — Известия Отделения русской и славянской археологии Имп. Русского археологического общества. СПб., 1851. Вып. 1.
8 — Приглашение смоленского губернатора (1820) // Переписка митроп. Киевского Евгения с гос. канцл. Н.Н. Румянцевым. Воронеж, 1868. Вып. 1. С. 17.
9 — Подробнее об этом см.: Комарова И.И. Научно-историческая деятельность губернских и областных статистических комитетов // АЕ за 1978 год. М., 1979.
10 — Отчёты Подольского епархиального историко-статистического комитета, 1905 — 1907. Т. 1−3; Труды Подольского епархиального историко-статистического комитета, 1878−1917. Т. 1 — 10.
11 — «Чтения в Церковном обществе при Киевской духовной академии. Киев, 1883−1916. Т. 1 — 14.
12 — Воронежская старина, 1902−1916. Т. 1 — 14.
13 — Сборник Орловского церковного историко-археологического общества. 1905−1906. Т. 1−2.
14 — Волынский историко-археологический сборник. 1896−1910. Вып. 1−2.
15 — Тульская старина. 1899−1917. 19 вып.
16 — Калужская старина. 1901−1911. 6 т.
17 — Труды Бессарабского церковно-исгорико-археологического общества. Кишинев. 1904−1914.
18 — Отчеты Казанского церковно-археологического общества. 1908−1917. 6 т.
19 — Псковская старина. 1910. 1 т.
20 — Церковно-археологические учреждения // Зодчий. 1904. Вып. 32. С. 365.
21 — Тверской епархиальный историко-археологкческий комитет насчитывал около 200 членов (1906), тогда как Архангельский на 20-м году существования лишь 28.
22 — Ср.: Устав Тверского епархиального историко-археологического комитета. Тверь, 1909. 8 с; Устав Томского епархиального историко-археологического общества. Томск, 1914.
23 — Владикавказские епархиальные ведомости, 1899. Вып. 15. С. 336.
24 — См.: Сборник статей и документов, изданных Тверским епархиальным историко-археологическим комитетом. Указ. соч. С. 18−21.
25 — Цит. по: Архангельские епархиальные ведомости. 1892. № 13/14. С. 406.
26 — ИАК. Вып. 56. 1914. Прибавление. № 23.
27 — Церковные ведомости. 1912. № 22/24. С. 17.
28 — Архангельские епархиальные ведомости. 1912. № 20/24. С. 17.
29 — Отчётные сведения за 1904 год // Архангельские епархиальные ведомости. 1905. № 5. С. 185.

ПРИЛОЖЕНИЕ

В приложении указаны группы общественных учреждений, рассмотренные в статье.

Пос. Александровский: Сахалинский ОСК (1909).
Аренсбург: Аренсбургское литературное общество. (Кенгисепп) (1817). — общество по изучению о. Эзеля, (1865).
Архангельск: Общество для исторических исследований (1789−1799). — Архангельский ГСК (1834). — Архангельский епархиальный ЦАК (1887). — Архангельское общество изучения Русского Севера (1908). — Архангельский кружок любителей изящных искусств (1913).
Астрахань: Астраханский ГСК (1834). — Петровское общество исследователей Астраханского края (1874). — Астраханский художественный кружок (1896).
Асхабад: Закаспийская УАК (1897). — Закаспийский областной статистический комитет (1887). — Закаспийский кружок любителей археологии и истории Востока (1903−1908,1914).
Баку: Бакинский ГСК (1883−1897, 1899). — Еврейское общество (1909). — Бакинское художественное общество (1913−1917). — Бакинское археологическое общество (1914). — Мусульманское просветительское общество «Ниджат» (1914). — Общество охранения памятников мусульманской старины (1917).
Барнаул: Барнаульское краеведческое общество (1891).
Батум: Батумский ОСК (?).
Благовещенск: Амурский ОСК (1894). — Амурское общество поощрения художеств (1914−1918).
Брянск: Историческое общество св. Олега (1895). — Брянская церковно-археологическая комиссия (1905).
Варшава: Варшавское общество любителей наук (1816). — Варшавский СК (1887). — Общество истории, филологии и права при Варшавском университете (1897). — Варшавское общество древностей (1904). — Варшавский церковно-археологический комитет (1913).
Великий Устюг: Комитет по заведыванию церковным древлехранилищем в Великом Устюге.
Верный: Семиреченский ОСК (1887).
Вильна: Виленский ГСК (1835). — Виленская комиссия для разбора архива Литовского трибунала (1842). — Виленская временная археологическая комиссия (1855). — Виленская комиссия для разбора древних актов (1864). — Виленская комиссия учебного округа для издания документов, относящихся к истории с.-Западной России (1866). — Виленский художественный кружок (1901−1904). — Виленское художественно-промышленное общество в память М.М. Антокольского (1904−1915). — Литовское научное общество (1907). — Виленское художественное общество (1908−1915). — Виленский кружок ревнителей памяти Отечественной войны 1812 года (1911). — Виленское общество любителей старины 1812 года (1912). — Общество поощрения кустарного промысла и художественных произведений народного промысла (1912−1913).
Винница: винницкая археологическая комиссия (после 1831).
Витебск: Витебский ГСК (1835). — Витебский статистический комитет для описания епархии при Витебском братстве (1897). — Витебская ГУАК (1909). Владивосток: общество изучения Амурского края (1884). — Приморский ОСК (1893). — Владивостокское общество поощрения изящных искусств (1900−1910).
Владикавказ: Терский ОСК (1872). — Общество любителей казачьей старины (1909). — Общество защиты и сохранения в Терской области памятников искусства и старины (1916).
Владимир: Владимирский ГСК (1834). — Владимирская ГУАК (1898).
Вологда: Вологодский ГСК (1834). — Постоянная вологодская церковно-археологическая комиссия любителей истории и древности (1896). — Северный кружок любителей изящных изданий (1905). — Вологодское общество изучения Северного края (1909).
Воронеж: Воронежский ГСК (1835). — Воронежское ЦАО (1890). — Воронежская ГУАК (1900). — Воронежский церковный историко-археологический комитет (1901).
Вятка: Вятский ГСК (1835). — Вятская ГУАК (1904). — Вятский кружок любителей церковной старины (после 1908). — вятский художественный кружок (1909−1918).
Гельсингфорс: финляндское литературное общество (1835). — финляндское ученое общество (1838). -финляндское археологическое общество (1870). -финляндское историческое общество (1875). Гродно: гродненский гск (1842). — гродненский историко-церковный археологический комитет (1905). Дерпт: эстонское (эстское) литературное общество при дерптском университете (1835). — ученое эстонское общество при императорском дерптском университете (1838). — учено-литературное общество при дерптском университете (1897). Екатеринбург: уральское общество любителей естествознания (1871). — общество любителей изящных искусств (1895−1918). — екатеринбургское цао (1911).
Екатеринодар: кубанский оск (1879). — черноморский оск (1896). — общество любителей изучения кубанской области (1897). Г
Екатеринослав: екатеринославский гск (1835) — екатеринославское научное общество по изучению края (1901). — екатеринославская гуак (1903) -екатеринославское художественно-артистическое общество (1908−1910).
Елгава: елгавское латышское общество (1830) елисаветград: общество распространения грамотности и ремесел (1913−1914).
Елисаветполь: елизаветпольский гск (после 1868) — елизаветпольское общество любителей литературы и изящных искусств (1910−1914).
Житомир: волынский гск (1835). — общество исследователей волыни (1900). Иваново: кружок любителей художеств. Иркутск: иркутский гск (1835). — иркутское общество художников (1910). — иркутская гуак (1911). — иркутское цао (1913).
Казань: казанское общество любителей отечественной словесности и периодической литературы (1805−1853). — казанский гск (1835). — казанское общество археологии, истории и этнографии (1877). — казанское общество любителей изящных искусств (1895−1910). — общество исследователей поволжского края (1904). — казанское циао (1906). -казанская гуак (1916).
Калуга: калужский гск (1834). — калужская гуак (1891). — калужское циао (1901−1914). — калужский художественный кружок (1909). — калужское общество изучения природы и местного края (1910). Каменец-подольский: подольский гск (1835). — подольский епархиальный историко-статистический комитет (1863−1903). — подольское церковное историко-археологическое общество (1904). — каменец-подольское общество изящных искусств (1910−1911).
Каре: карсский оск (1902).
Керчь: керчь-еникальский городовой статистический комитет (1835). — керченское общество археологии, истории и этнографии.
Киев: киевский гск (1835). — киевская комиссия для разбора древних актов (1843). — киевская археографическая комиссия (1845). — историческое общество летописца нестора при киевском университете (1878). — киевское славянское общество (1869). — цао при киевской духовной академии (1872). — киевское общество поощрения художеств (1890−1896). — киевское общество древностей и искусства (1897). — киевское кустарное общество (1906−1917). — киевское общество охраны памятников старины и искусства (1909). — киевский союз художников (1915−1918).
Историко-этнографический кружок при киевском университете.
Киевское общество искусства и литературы. Киевское общество классической филологии и педагогики.
Киевское церковно-археологическое общество.
Кинешма: кинешемское общество изучения местного края (1914).
Кишинев: бессарабский гск (1835). — бессарабская гуак (1898). — бессарабское циао (1904). — кишиневское общество изучения местного края (1914).
Ковно: ковенский гск (1843). — ковенская гуак (1912).
Кострома: костромской гск (1935). — костромская гуак (1885). — костромское научное общество по изучению местного края (1912). — костромское цао (1912).
Красноярск: енисейский гск (1835). — енисейское цао (1914).
Кукнарка слобода: кукнарское образовательное общество (1910).
Курск: курский гск (1835). — курская гуак (1903). -курское общество охраны памятников старины и искусства (1909). — курское епархиальное историко-археологическое общество (1911).
Кутаис: кутаисский гск (1863−1867, 1899). — кутаисское общество истории и этнографии (1913).
Либава: либавское общество древностей (1817).
Львов: галицко-русская матица (1843).
Минск: минский гск (1834). — минская временная археографическая комиссия (1845−1846). — минское общество любителей изящных искусств (1898−1906). — общество любителей естествознания, этнографии и археологии (до 1905). — минский цак (1901). — минское общество любителей естествознания, этнографии и археологии (1912).
Митава: музей и атеней (1819). — курляндскии гск (1835). — курляндское общество словесности и художеств (1816−1913).
Могилев: могилевский гск (1835). — могилевскии археологический комитет по описанию епархии (1888) — мстиславское общество изучения губернии (до 1913). — общество изучения могилевской губернии.
Нарва: нарвское общество древностей (1861).
Нежин: историко-филологическое общество при институте князя безбород ко (1894).
Нижний Новгород: нижегородский гск (1834). — нижегородская временная археографическая комиссия для разбора древних актов (1850). — нижегородская гуак (1887). — нижегородский цак (1887). — нижегородское общество любителей художеств (1901).
Николаев: общество изящных искусств им. В. В. Верещагина (1913).
Новгород: новгородский гск (1835). — новгородское общество любителей древности (1894−1904, 1908−1930). — новгородское общество любителей археологии (1899). — новгородская гуак (1903). — новгородское цао (1913).
Новочеркасск: войска донского оск (1836). — донской епархиальный цик (1904). — новочеркасское художественно-эстетическое общество (1914).
Новый маргелан: ферганский оск (1887). — ферганская уак (1899).
Обдорск: кружок изучений крайнего северо-запада сибири при обдорской миссии (1910).
Одесса: одесский статистический комитет (1835−1843, 1863). — одесское общество истории и древностей (1838−1922). — одесское общество изящных искусств (1864−1918). — одесское общество архитекторов и инженеров (1864−1871). — историко-филологическое общество при новороссийском университете (1889). — крымско-кавказский горный клуб (1890). — еврейское литературно-научное общество (1909). — комиссия ревнителей старины при одесском отделении русского технического общества (1910). — новороссийское общество любителей археологии (1910). — одесское библиографическое общество при императорском новороссийском университете (1911). — одесский кружок архитекторов-художников (1916).
Омск: акмолинский областной статистический комитет (1877). — общество художников и любителей искусств степного края (1907).
Оренбург: оренбургский гск (1835). — тургайский областной статистический комитет (1864). -оренбургская гуак (1887). Оренбургское общество любителей художеств (1897−1902).
Орел: орловский гск (1835). — орловская гуак (1884). -орловское циао (1893). — орловское общество любителей изящных искусство (1894). — орловский художественный кружок (1910−1911).
Пенза: пензенский гск (1835). — пензенская гуак (1901). — пензенский церковный историко-архео-логический и статистический комитет (1901).
Пернов: археологическое общество (1896).
Пермь: пермский гск (1834). — пермская гуак (1888). -пермское общество любителей живописи, ваяния и зодчества (1909). — пермское цио (1912).
Петрозаводск: олонецкий гск (1835). — общество изучения олонецкой губерний (1912).
Полтава: полтавский гск (1835). — общество любителей изучения полтавской губернии (1899). — полтавская гуак (1903). — полтавский цак (1906). -полтавское общество любителей изящных искусств (1910−1918). — баян (1912). Почаев: волынское цао (1894).
Псков: псковский гск (1834). — псковское археологическое общество (1880). — псковский цак (1908). -псковская гуак (1916).
Пярну: общество по изучению древностей в пярну (1896).
Пятигорск: кавказское горное общество (1901).
Ревель: эстляндское литературное общество (1842). — эстляндский гск (1863). — балтийское обще ство для поощрения культуры (1908). — эстонское художественное общество (1907).
Рига: латышское литературное общество (1827). -общество истории и древностей трех остзейских губерний (1834). — общество словесности и практики (1834). — лифляндский гск (1835). — рижское общество естествоиспытателей (1845). — рижское общество архитекторов (роа) (1858). — рижское общество любителей литературы (1861). — рижское общество поощрения художеств (1870). — общество истории литературы (1879). — кружок художников (1904−1915). — латышское общество поощрения художеств (1910−1915). — общество краеведения в лифляндии (1911).
Ростов-ярославский: комиссия по восстановлению древних зданий в кремле ростова великого. — комитет ростовского музея (1880).
Ростов-на-дону: ростовское общество любителей искусств (1895−1903). — ростовско-нахичеванское на дону общество изящных искусств (1907). — ро-стовское-на-дону общество истории, древностей, естествознания (1909).
Рязань: рязанский гск (1834). — рязанская гуак (1884). -общество рязанского художественно-исторического музея имени профессора и. П. Пожалостина (1913).
Самара: самарский гск (1835). — кружок самарских художников (1889−1916). — самарский цак (1913). -самарское археологическое общество (1914).
Самарканд: самаркандский оск (1887). — самаркандский кружок любителей археологии, истории и этнографии (1907).
Сарапул: общество изучения прикамского края (1913).
Саратов: саратовский гск (1835). — саратовская гуак (1886). — саратовское общество любителей изящных искусств (1889−1902). — «алая роза» (1904). — саратовское цао (1913).
Севастополь: «среда» (1912−1914).
Симбирск: симбирский гск (1835). — симбирская гуак (1895). — симбирский цак (1913). Семипалатинск: семипалатинский оск (1878).
Симферополь: таврический гск (1835). — таврическая гуак (1887). — крымское общество естествоиспытателей и любителей природы. — общество любителей истории и археологии крыма. — таврическое цао (1913).
Смоленск: смоленский гск (1834). — смоленская гуак (1908). — смоленский цак (1896). — общество изучения смоленской губернии.
Сольвычегодск: археологическая комиссия при соль-вычегодском соборе.
Сороки: общество исследователей приднестровья (1907).
Сочи: кавказский горный клуб.
Ставрополь: ставропольский гск (1858). — ставропольское епархиальное цао (1894). — ставропольский кружок любителей изящных искусств (1897−1908). — ставропольская гуак (1906). — ставропольское общество изучения северного кавказа (1911).
Сухуми: общество любителей и исследователей природы и населения сухумского округа (1915).
Таганрог: таганрогское артистическое общество (1898−1909). — таганрогское общество изучения местного края и местной старины (1912). Тамбов: тамбовский гск (1835). — тамбовская гуак (1884). — тамбовское общество любителей художеств (1907).
Тарту: общество эстонских литераторов в юрьеве (1872).
Ташкент: туркестанский оск (1868−1887). — ташкентский оск (1887). — туркестанский кружок любителей археологии (1895). — кружок любителей казачьей старины. — ташкентский археологический кружок.
Тверь: тверской гск (1834). — тверская гуак (1884). -тверское общество любителей истории, археологии и естествознания (1897). — тверской епархиальный историко-археологический комитет (1902).
Темир-хан-шура: дагестанский оск (1899).
Тифлис: тифлисский губернский статистический комитет (1862−1867, 1899). — кавказская археографическая комиссия (1864). — кавказский областной статистический комитет (1867−1899). — кавказское Общество истории и археологии (1875). — кавказское общество поощрения изящных искусств (1873) — общество любителей кавказской археологии (1873−1881). — закавказский оск (1899). -армянское этнографическое общество (1906). -грузинское общество истории и этнографии (1907) — тифлисское общество изящных искусств (1912). — грузинское общество науки, искусства и литературы. — общество этнографии, истории и языкознания при тифлисских женских курсах (1913). — грузинское художественное общество (1916). — постоянная комиссия тифлисского церковно-исторического музея при ваннском соборе.
Тобольск: тобольский гск (1835).
Томск: томский гск (1835). — томское общество любителей художеств (1909). — томское общество изучения сибири (1910). — томское циао (1916). Тула: тульский гск (1835). — тульская епархиальная палата древностей (1898). — тульская гуак (1913).
Уральск: уральский оск (1896).
Уфа: уфимский гск (1862). — общество любителей истории, археологии и этнографии башкирского края (1902). — уфимский цак (1913).
Феллин-вильянди: феллинское литературное общество (188?).
Феодосия: общество любителей художеств (1903- 1912).
Харбин: общество русских ориенталистов (1908).
Харьков: харьковское общество наук (1812). -харьковский гск (1835). — историко-филологическое общество при харьковском университете (1877). — харьковское общество любителей изящных искусств (1889). — харьковский литературно-художественный кружок (1912). — харьковское цао (1912).
Херсон: херсонский гск (1893). — общество любителей изящных искусств (1875−1876). — херсонская гуак (1898−1910). — херсонское цао (1903). — херсонское общество любителей изящных искусств (1908).
Холм: холмская ученая архивная комиссия при холмском свято-богородицком братстве (1912).
Чердынь: чердынская уак (1899). — общество любителей истории, археологии и этнографии чер-дынского края (1902).
Чернигов: черниговский гск (1835). — черниговская гуак (1896). — черниговский цак (1906).
Чита: забайкальский оск (1835).
Эривань: эриванский гск (1862−1867, 1899).
Якутск: якутский оск (1891). — якутская уак (1916). -якутская цак (1916).
Ялта: ялтинский художественный кружок (1914).
Ярославль: ярославский гск (1835). — общество для исследования ярославской губернии в естественноисторическом отношении (1864). — ярославская гуак (1887). — ярославское общество любителей словесности. Ярославское художественное общество (1908). -ярославское общество защиты памятников старины и искусства (1912). — ярославский цак (1913).

http://rusk.ru/st.php?idar=113852

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru