Русская линия
Русская линия Дмитрий Табачник13.11.2008 

Фашизация Украины становится государственным курсом?

Не видеть того, что в Украине проводится государственная политика фашизации, уже невозможно — страну пытаются превратить в оранжево-коричневый заповедник с накачанной националистическими мифами манипулируемой толпой вместо гражданского общества. Причем это не «эксцессы исполнителей», а последовательный курс, проводимый лично президентом и его окружением.

Но главная трагедия заключается не в преступной политике государственного руководства, а в отсутствии со стороны оппозиции сколько-нибудь последовательного и осмысленного сопротивления. У оппозиционных политиков нет понимания сущности фашизма, нет осознания того, что делает Ющенко и какие он ставит перед собой стратегические цели по переустройству страны, по изменению сознания общества.

Фашизм нагляден только в его завершающей стадии — с концлагерями и крематориями, хотя фундамент, на котором они возникают, закладывается далеко не сразу, и уяснить его составляющие крайне важно. Однако подавляющее большинство населения воспринимает фашизм сугубо эмоционально и упрощенно, что не дает возможности увидеть основу идеологии ненависти, понять, в каких формах она может воплощаться. Людям психологически трудно себе представить, что фашизм — не только далекая история и не обязательно подразумевает флаги со свастикой. Подобное восприятие играет на руку наследникам доктрины национального превосходства — ведь многие пока считают, что до опасности прихода настоящего фашизма в Украине еще далеко.

Природа фашизма

В историографии дискуссия об определении сущности фашизма ведется давно. Детальные дефиниции принадлежат таким авторитетным исследователям, как Джордж Моссе, Иэн Кершоу, Стэнли Пейн, Роджер Итвелл. Но несмотря на перечисление многих родовых признаков фашизма, представленные определения, на мой взгляд, излишне громоздки и не раскрывают глубинной сущности коричневой идеологии.

Постепенно в исторической науке наметилась также тупиковая тенденция отхода от целостного понимания фашизма и перехода к изучению особенностей отдельных фашистских течений вне контекста единства фундаментальной идеологии. Несомненно, «Железная гвардия» Корнелиу Кодряну и Хория Симы, «Скрещенные стрелы» Ференца Салаши и «Национальное согласие» Видкуна Квислинга имеют достаточно много различий, но их идейная основа едина. Поэтому принципиально неправильно, погружаясь в изучение частностей, уходить от ответа на основной вопрос.

Ближе всего к пониманию природы фашизма подошел британский политолог Роджер Гриффин, определивший его как «род политической идеологии, мифологическим ядром которого в различных преломлениях является палингенетическая форма популистского ультранационализма». Несмотря на некоторую терминологическую сложность, оно универсально и всеобъемлюще для всех фашистских течений, поскольку вместо множества классифицирующих признаков выдвигает один основной, подразумевающий все ранее отмеченные, но уже в качестве неотъемлемых проявлений. Только определение Гриффина дает важнейшее — ключ к объяснению действий фашистских и профашистских режимов, и его практическую ценность для политологии переоценить невозможно.

Термин «палингенез» (новорождение) малоизвестен, но исчерпывающе объясняет природу фашизма. Согласно фашистскому мифотворчеству, нация должна заново родиться (воскреснуть) для построения государства, основанного на идее этнического превосходства и политике агрессивного национализма. И для того, чтобы нация «воскресла», она должна сначала духовно умереть, чего всегда и добиваются фашисты. Для них невозможно утверждение абсолютной власти, пока народ разделяет ценности вне мифов фашистской идеологии. Поэтому обязательным условием утверждения фашизма является разрушение традиционных моральных ценностей и стирание исторической памяти. Вместо уничтоженной ментальной основы тотально, с применением насилия, утверждаются мифы этнического национализма (в украинских реалиях — донцовский «интегральный национализм»). По такой схеме происходило становление всех фашистских режимов, той же проторенной дорогой идет и ющенковский режим.

«Оранжевым» крайне необходим мифотворческий палингенез — предыдущее реальное историческое существование Украины для них не существует. Великая история, неразрывно связанная с Россией, видится как «оккупация», аналогично отрицаются все остальные цивилизационные ценности, включая и неприятие национал-фашизма. Политика «оранжевых» нацелена на разрушение, моральное убийство собственного народа. Нарушение Конституции и прав человека во всем их многообразии, права на получение образования на родном языке и свободу вероисповедания, изъятие русских книг, ксенофобия, духовная агрессия и нетерпимость — звенья одной цепи тоталитарной духовной унификации всех жизненно важных сфер.

Процесс разрушения «оранжевые», как и их предшественники в прошлом веке, проводят с невиданным напором, цинизмом и последовательностью, считая его необходимым условием перехода к ничем не ограниченному собственно этнонационалистическому строительству. Совершенно очевидна глубокая убежденность Ющенко в том, что война с собственным народом и садистское удовольствие от разрушения созданного на протяжении многих веков откроют дорогу к созданию одноцветно-оранжевой Украины.

Нацистский революционаризм против традиционализма

Принципиально ошибочно считать, что ющенковский режим руководствуется идеологией традиционализма, и пытаться объяснить ею трипольско-шароварно-голодоморный фарс. Нет ничего более далекого от «оранжевой» вакханалии, чем традиционализм. Само по себе смешно сравнивать полуграмотных хуторян с такими философами-традиционалистами, как Николай Данилевский, Константин Леонтьев, Вячеслав Липинский, Рене Генон, Ги Дебор, Ален де Бенуа. Но дело в конце концов не в несравнимом интеллектуальном и моральном уровне. Традиционализм исходит из сохранения культурных, исторических и религиозных традиций — т. е. кардинально противоположен тому, чем занят Ющенко с его присными. Последний не сохраняет традиционные ценности, а, разрушая их, навязывает Украине чуждые ей и изначально ментально неприемлемые. Традиционализм ставит во главу угла морально-религиозные ценности, несовместимые с ющенковским всеохватывающим кумовством, коррупцией, беззаконием и превращением страны в вотчину семейного клана. Традиционализм изначально патриотичен — ющенковский режим так же изначально марионеточен. Традиционализм невозможен вне самого консервативного отношения к законам — «оранжевые» пришли к власти и правят, неприкрыто презирая правовые нормы, повседневно разрушая их или подстраивая под свою власть.

Пора перестать обманывать самих себя и подыскивать президентской деятельности полуоправдывающие эвфемизмы. Ющенко проводит линию не традиционализма (пусть и совершенно искаженного), а фашизации государства и общества. Ющенко ни в коей мере не традиционалист, и его глечики, вышиванки, пасеки и черепки лишь демонстрируют врожденную любовь к стилю примитива. Наоборот, в политике он крайне революционно-разрушителен, как были революционно-разрушительны итальянские фашисты и немецкие национал-социалисты. Показательно, что разнообразные фюреры, дуче, кондукаторы, каудильо, поглавники совершенно идентично позиционировали себя не в качестве национальных нигилистов (которыми и являлись), а как «возродители традиций». Правда, для подобного «возрождения» приходилось переписывать национальную историю, отрицать традиционную культуру, вычеркивать из нее деятелей, разделявших гуманистические идеалы, уничтожать их книги и творческое наследие.

Как и классические фашисты прошлого века, «оранжевые» проводят разрушение старого общества и создание нового параллельно. Ющенко, борясь с «имперским и советским прошлым», одновременно проводит собственно палингенез — добиваясь того, чтобы искусственно выращиваемая, подобно гомункулусу, «моя нація» приняла фашистскую теорию и практику. Копируя намерение Гитлера создать «арийского сверхчеловека», «белокурую бестию», он пытается сформировать «оранжевую бестию» — человека без корней и вне ограничений существующей традиционной морали. Достаточно указать хотя бы на попытку поменять местами в массовом сознании понятия героизма и предательства, для чего национальными героями провозглашаются исключительно клятвопреступники, эсэсовцы и каратели. При этом президент пытается «нейтрализовать» потенциально враждебные внедряемой фашистской идеологии элементы общества, разобщая и определяя их по языковому, культурному, религиозному и этническому признакам.

В условиях Украины традиционалистами можно назвать многих — Партию регионов, коммунистов, некоторые общественные и религиозные организации, но только не «оранжевых» с их воинствующим этнонационалистическим революционаризмом и нигилизмом.

Липинский о «Нашей Украине»

Среди вершин традиционалистской философии яркой звездой сияет имя Вячеслава Липинского, исходившего в своих трудах непосредственно из реалий Украины. Непреходящая философская ценность его творчества сочетается с политической актуальностью, парадоксально ставшей через десятилетия еще более острой. Основатель украинского традиционализма был свидетелем пира во время чумы «оранжевых» первого призыва — петлюровцев. Видел, как под прикрытием истерик о «национальном возрождении» и «утверждении независимости» происходила распродажа Украины, как безумной русофобией и унижением собственных граждан государство обрекалось на уничтожение. На дипломатической работе Вячеслав Казимирович изнутри наблюдал, как тогдашние «вожди», выставляя себя великими патриотами, предавали национальные интересы.

Липинский доказывал, что нет ничего более противоположного идеалам украинского традиционализма и целям государственного строительства, чем агрессивный этнонационализм, пытающийся стереть все культурные, языковые и религиозные различия. Великому философу-традиционалисту принадлежит термин «государстворазрушительный национализм», как нельзя более точно характеризующий не только петлюровскую, но и всю ющенковскую политику. Его главный признак — представление фактором государственной общности не территории со всем этническим, культурным и религиозным многообразием населения, а экстерриториальной этнической и религиозной идентичности. Особенно опасным Липинский считал украинизаторское кликушество, ущемление русского языка и фантасмагорию «национальной» церкви. Для него, после событий гражданской войны, было предельно ясно, что это кратчайший путь к потере государственности.

«Украинским Константином Леонтьевым» отмечалось, что характерной особенностью украинского этнонационализма является желание прислуживать внешним силам для получения поддержки в подавлении сопротивления внутри страны.

Приведу строки Липинского, исчерпывающе объясняющие корни страсти «оранжевых» к разрушению Украины и ярко показывающие, кто находится в их авангарде: «Шовiнiзм украiнський, який э нацiоналiзмом на моду лавочникiв… i на моду живучих од вiвтарiв „нацiональноi вiри“ iнтелiгентів, доведе полiтичну iдею Украiни до загибелi, бо анi дiйснi „бакалейщики“, анi до чогось здатнi iнтелiгенти… шовiнiзмом украiнським не захопляться. У нас вiн буде репрезентований завжди типами… озлоблених i егоцентричних (закоханих у собi) людей, якi своэю безсилою злобою все творче, життэздатне на Украiнi вiд Украiни вiдганятимуть».

Увы, именно подобные типы вновь у руля высшей государственной власти делают все возможное для провоцирования гражданского противостояния, разжигания межнациональной и межрелигиозной вражды. Вновь они опираются на зарубежных хозяев, заинтересованных в создании антироссийского плацдарма. Излишне говорить и о том, к чьей личностной характеристике дословно подходит следующее определение Липинского: «бути шовiнiстом — це значить прикривати свою духовну пустку (безрелiгiйнiть) i своэ руiнництво: отже, зрадництво, кар’эризм… фанатичними вигуками про «неньку Украiну», про «рiдну мову», про «ми — украiнцi"… I до чого доведе… iдею полiтичноi i культурноi незалежностi Украiни — оця iнтелiгенцiя скунсовоi породи, яка його обсiла?»

К сожалению, все так и случилось. После майдана ключевые позиции в государственном руководстве заняла «скунсовая порода», прикрывающая безверие манией «национальной» церкви, интеллектуальное убожество — «думанием по-украински», культурную ущербность — уничтожением традиционной украинско-русской культуры, личный аморализм — разглагольствованиями о «руках, которые ничего не крали».

Беспощадным приговором «оранжевому» режиму звучат строки бывшего посла гетманской Украины в Австро-Венгрии, как будто увидевшего в будущем «Нашу Украину» и ее лидера: «Коли-б була можлива Ваша Украiна, то це була-б смерть моєэ Украiни. Але нiякоi Украiни Ви нiколи не сотворите. Ви Украiнцi тiльки тому i на те, щоб не давати творити Украiну».

Как будто специально для националистических псевдопатриотов, считающих, что кресла на Банковой делают «из хамов панов», предназначены слова Липинского о подлинном патриотизме: «Бути патрiотом — це значить бажати… створення людського, державного i полiтичного спiвжиття людей, що житимуть на Украiнськiй землi, а не мрiяти про втоплення в Днiпрi бiльшостi своiх же власних землякiв. Бути патрiотом — це значить шукати задоволення не в тiм, щоб «бути украiнцем», а в тiм, щоб було честю носити iм’я украiнця».

Не убавилось желающих утопить в Днепре большинство своих сограждан и в ХХI веке. Идеями признания «неполноценности» антинационалистической Украины руководствовались главари майдана. Более половины избирателей для них были изначально «врагами Украины» только потому, что они проголосовали за Виктора Януковича и не поддались на геббельсовскую пропаганду. Зерна будущей фашизации посеяны были в дни путча, а сейчас мы наблюдаем интенсивный рост всходов, которые скоро дадут страшные плоды. Происходящее ныне стало логическим и неотвратимым следствием событий 2004 года — еще Гете сказал, что «ошибившись с первой пуговицей, невозможно дальше правильно застегнуться».

Замкнутый «оранжевый» круг

Особенность «оранжевой» идеологии в том, что она не имеет корней и влияния в обществе. Ее разделяет лишь сравнительно небольшая, территориально ограниченная часть Украины. Для подавляющего большинства населения «оранжизм» неприемлем и воспринимается как враждебный своим основополагающим жизненным ценностям. Если фашизм в Италии, Германии, ряде других государств в силу ряда трагических исторических причин имел прочную национальную и социальную основу, позволившую ему самостоятельно захватить власть и установить тоталитарную диктатуру, то в Украине этнонационализм был и остается маргинальным.

Приход «оранжевых» национал-маргиналов к власти не был сколько-нибудь самостоятельным. Произошла не более чем удачная спецоперация по реализации части американского проекта создания марионеточных лимитрофов по периметру российских границ. Другой вопрос, что успех Вашингтона был бы невозможен без наличия мощной агентуры влияния внутри страны, а также ошибочного представления о допустимости переговоров с путчистами.

Начатая немедленно после переворота политика фашизации благосклонно воспринималась Белым домом — как один из ключевых пунктов плана отгораживания Украины от России и разрушения их единой духовной основы. Но претворение в жизнь президентского плана забуксовало в самом начале, несмотря на задействование всех возможностей административного и силового давления. Стало ясно, что без прямого насилия он реализован быть не может.

Однако не стоит утешаться провалом «оранжевых» планов по внедрению новой государственной идеологии. Если США решатся пойти на эскалацию дальнейшей конфронтации с Россией, то Ющенко получит не только карт-бланш на установление единоличного правления, но и максимальную поддержку будущих действий. Само по себе это ситуацию не переломит, но создаст у него иллюзию вседозволенности и безнаказанности. А на что способны при таких условиях самые бездарные марионетки, свидетельствует история Второй мировой войны. Можно вспомнить не менее карикатурного, чем трипольский мессия, диктатора Венгрии Салаши (носившего официальный титул «вождя нации»), переименовавшего государство в «Венгерский Союз Древних Земель» и озабоченного «стотысячелетней историей» венгров. Весной 1945-го, контролируя последний клочок территории, Салаши занимался изданием полного собрания своих сочинений об избранности венгерской нации.

Поставленный у власти немцами в октябре 1944 г., он развернул такой массовый террор, который был бы невозможен при далеко не либеральном регенте Хорти. Салаши хватило того, что Берлин одобрил новый курс внутренней политики и сдерживал наступление советских войск. Рейху же понадобилась полная зачистка Венгрии — как стратегически важной для ведения боевых действий территории — от антигерманских элементов, и палаческая активность «вождя нации» пришлась как нельзя более кстати.

Немецкие историки называют Салаши «последним союзником Гитлера»: после него нацистская Германия уже не поставила у власти ни одного сателлита. Ющенко своей гиперлояльностью евроатлантизму тоже пытается показать, что останется последним союзником заокеанской империи при любых обстоятельствах. Демонстрацией «нордической верности» он хочет подвигнуть Вашингтон к усилению поддержки своего режима. Иначе, без внешнего вмешательства, у «оранжевых» получается замкнутый круг: без фашизации страны нельзя окончательно установить диктатуру, а фашизация невозможна при сохранении демократических институтов.

Разорвать его Ющенко пытается взаимодополняемыми усилением курса фашизации и установлением единоличного («прямого президентского») правления. Ничего другого ему не остается, поэтому и противостояние «оранжевому» режиму целесообразно строить на зеркальной основе. Борясь с фашизацией, мы затрудняем проведение очередного ющенковского переворота, противодействуя установлению диктатуры — делаем невозможной фашизацию Украины. Вопрос только в том, что должна быть настоящая борьба, а не ее имитация или игра в поддавки…

Нам — всем и каждому — важно понять: фашизм со свастикой, концлагерями, факельными шествиями и Бабьими Ярами — это завершающий акт великой трагедии. Сегодня он в виде агрессивного национализма проникает в массы с обложек глянцевых журналов, вещающих по заказу, что «национализм — это любовь»; из бездумных репортажей журналистов, не задумывающихся о безнравственности фальсификации истории и восхваления убийц из ОУН-УПА; со страниц брошюрок псевдоинтеллигентов-академиков НАН Украины о «национальной безопасности», восхваляющих доктрину «вооруженной демократии» и призывающих изолировать от общества северодонецких борцов.

А самой главной победой фашизма является безмолвное равнодушие общества, кокетливый сервилизм интеллигенции, готовых безропотно принимать новые беззакония и новые шаги власти в построении тоталитарного режима. Сегодня вам отключили российские телеканалы — завтра потребуют справки на право дышать…

Впервые опубликовано в еженедельнике «2000»
На РЛ прислано в рассылке информационного центра Всеукраинского Объединения «Русское Содружество»

http://rusk.ru/st.php?idar=113506

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Николай Резников    14.11.2008 00:04
Разделяю мнение Дмитрия Соколова.
  Дмитрий Соколов    13.11.2008 20:46
Статья замечательная и верная во всех отношениях. только по мне сейчас режим напоминает более не фашизм (это означает комплимент оранжевым сделать), а петлюровщину с камарильей в центральной раде и тот же большевизм, который господин Ющенко (с 23 лет состоявший в КПСС, как и все современные "щиры украинцы") сейчас усиленно проклинает. Хотя элемент гитлеризма тут присутствует – именно в роли решающего фактора дискриминации этнических русских, уничтожении русского самосознания и воспитаня поколения прозападных янычар.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru