Русская линия
Православие.Ru Сергей Мудров25.08.2008 

Свет истины в португальской земле
Из цикла «Православная Европа»

Полет из испанской столицы в город Фару, что на юге Португалии, занял 40 минут. Пассажиров было немного. Из иллюминатора открывался чарующий вид средиземноморского побережья, были видны прогулочные яхты и катера. Рельефно обозначилось устье реки Гвадианы, отделяющей Испанию от Португалии на юге страны.

Из Мадрида мы вылетели около 13 часов, в Фару приземлились в 12.45. Все очень просто: местное время отличается от среднеевропейского на один час.

Португалия приветствовала меня безоблачным небом, палящим солнцем и 30-градусной жарой.

Справка . Португалия — самое западное государство Европы. Территория — немногим более 92 тыс. км2; население — 10,5 млн. человек. Столица — город Лиссабон. Официальный язык — португальский; подавляющее большинство верующих — католики.

Фару


Священник Иоанн Гербовецкий, настоятель прихода во имя блаженной Ксении Петербургской в Фару, встретил меня в аэропорту. Вместе с ним был диакон церкви отец Гавриил.

Когда мы подъехали к церкви, я не мог скрыть своего удивления. Красивый, белоснежный храм с аккуратным двориком, огороженным забором. Возможно ли такое? Все-таки мы не в России и не в Беларуси, а на Западе, где отдельно стоящий храм — редкость для православной общины. Тем более в провинциальном городке с населением в 42 тысячи человек.

— Это здание католический церкви святого Омара, — объяснил мне отец Иоанн. — Католическое богослужение совершается здесь только раз в году, 15 января, на праздник святого Омара. Поскольку церковь пустует, католики предоставили ее нам для совершения православных богослужений. Первую литургию в этом храме мы отслужили в 2005 году, на праздник Входа Господня в Иерусалим.

Справка. Православный приход в Фару был основан в 2003 году благодаря стараниям священника Иоанна Гербовецкого. Отец Иоанн (по национальности молдаванин) — выпускник Кишиневской духовной академии. Рукоположен в иереи в марте 1998 года. Более трех лет служил в Молдавии. В мае 2001 года приехал в Португалию. В 2002 году получил благословение на организацию православного прихода в Фару.

— Я приезжал сюда, беседовал с местным католическим епископом, искал тех людей, которым была нужна православная церковь, — говорит отец Иоанн. — Денег не хватало, порой приходилось ночевать на вокзале. Прихожан вначале было мало. Потом, когда дал объявление в лиссабонской русскоязычной газете «Слово», прихожан стало больше. О местной газете «Маяк» я тогда не знал.

Первая литургия в Фару была отслужена 12 октября 2003 года. На литургии в числе молящихся присутствовала Инга Варваренко — нынешняя староста прихода.

— Так получилось, что, приехав в Португалию, я попала к сектантам, к пятидесятникам, — рассказывает Инга Александровна. — Потом вернулась в Православие. Искала церковь через интернет, затем прочитала в газете объявление о литургии. Купила иконы для прихода, стала принимать участие в его организации.

Престол и жертвенник для церкви были сделаны в Португалии, Евангелие пожертвовали из Украины, ковры привезли из Молдавии. Иконы в церкви — из Киева, Пскова, Греции.

— Слава Богу, все это приобреталось благодаря пожертвованиям прихожан, — подчеркивает Варваренко. — Многие люди, которые здесь тяжелым трудом зарабатывают себе на хлеб, работая шесть дней в неделю на стройках, с радостью дают деньги на покупку икон. И даже спрашивают, не нужно ли еще пожертвовать на новую икону.

Среди прихожан церкви преобладают русские, украинцы и молдаване. На воскресной литургии молится, как правило, 50 человек. На Пасху приходит гораздо больше — около тысячи. Жаль, конечно, что для большинства из них церковь остается только местом освящения пасхальной пищи.

Службы в Фару совершаются регулярно, каждые выходные. В субботу вечером — всенощное бдение, в воскресенье — Божественная литургия. Если же отец Иоанн в отъезде, то служат сами прихожане — мирским чином. Верующие в любом случае не остаются без молитвы в воскресный день.

Поездки батюшки связаны, главным образом, с тем, что ему приходится окормлять еще два прихода — в городе Кашкайш, что в 30 километрах от Лиссабона, и на острове Мадейра.

— Приход в Кашкайше, названный во имя святителя Иоанна Златоуста, чисто молдавский, — говорит отец Иоанн. — Дело в том, что есть молдаване, не понимающие русского языка, особенно те, кто получил образование после распада Советского Союза. Но они не теряли связь с Русской Православной Церковью, они хотели оставаться в Русской Церкви. В то же время им требовалось духовное окормление на родном языке. Вот эти люди, зная, что я здесь, в Португалии, просили меня, чтобы я служил им на молдавском.

В Кашкайше отец Иоанн служит раз в месяц — всенощное бдение (в субботу вечером) и литургию (в воскресенье утром). На службу приходит, как правило, около ста человек.

— Конечно, мы служим на молдавском, — подчеркивает батюшка. — Но если я вижу, что на службе есть русские, то стараюсь малую ектению или какую-нибудь молитву читать на церковнославянском, чтобы те люди, которые пришли, не остались без внимания и поняли хотя бы часть богослужения.

В отличие от Кашкайша, на Мадейре прихожан значительно меньше: там на службы собирается 25−30 человек, а иногда (очень редко) — около 40. От Лиссабона до острова примерно 1000 километров. Приход многонациональный: русские, молдаване, украинцы. Он носит имя святителя Спиридона Тримифунтского и находится в столице острова — городе Фуншал.

— На Мадейру я обычно летаю раз в два месяца, на несколько дней, как правило, с пятницы до воскресенья, — объясняет отец Иоанн. — Первое богослужение на острове было совершено 16 апреля 2006 года. Сначала нам предоставляли лютеранскую церковь, сейчас дают католическую. Что интересно, это первая церковь, построенная на острове еще в 1425 году. В XVII веке эту деревянную церковь перестроили в каменную, сохранив архитектуру. И вот сейчас мы там служим.

Отрадно, что Православная Церковь Христова озаряет светом Истины самые отдаленные уголки Европы.

Напоследок я поинтересовался у Инги Александровны, есть ли отличия в жизни православного мирянина в Португалии от жизни мирянина в России.

— Да, — ответила она. — Здесь ты находишься наедине с Богом, читаешь литературу, Евангелие. Когда ты приходишь в храм, то встречаешься с людьми, которые нуждаются в Боге. В России же можно наткнуться на привычку, формальную обрядность. Там это зачастую как мода — ходить в Церковь.

Поздно ночью священник Иоанн и диакон Гавриил выехали на машине в Лиссабон. Я с благодарностью принял предложение поехать вместе с ними: мне как раз надо было отправляться в столицу. Оказалось, что эта поездка — часть их светской работы. Оба батюшки работают водителями (приход содержать священника пока не может). Мы заехали в типографию близ Фару и загрузили в машину партию свежих газет. Рано утром газеты должны быть доставлены в лиссабонский аэропорт. От Фару до Лиссабона — 300 километров.

По словам отца Иоанна, работа эта довольно утомительная и отнимает у него много времени.

— Но ведь вас могут отправить в рейс и в субботу, и в воскресенье, — поинтересовался я, размышляя о том, что такой график может запросто сорвать богослужение.

— Сейчас нет, — ответил батюшка. — Раньше такое было, из-за чего я много раз оставлял работу. Но потом мне пошли навстречу.

Да, непросто православному духовенству в Португалии, подумалось мне. Целую неделю выматываешься, крутя баранку, не спишь ночами, а на выходных — подготовка к богослужениям, исповедь и сама служба. На отдых времени почти нет. Наверное, только огромная преданность Святой Церкви и Божия помощь дают силы отцам Иоанну и Гавриилу нести свой нелегкий крест.

В Лиссабон мы приехали рано утром. Около 5.00 я был уже в гостинице. Крайне утомленный всеми переездами, я, прочитав молитвы на сон грядущим, отправился спать. А город в это время начинал просыпаться.

Лиссабон

Встреча с иеромонахом Арсением (Соколовым), настоятелем лиссабонского прихода в честь Всех святых, была запланирована на 17 часов. Днем я успел немного посмотреть город, проехал на электричке вдоль побережья Лиссабонского залива. И хотя роскошные виллы чередовались с более скромными домиками, все равно ощущалось: здесь живут португальцы с достатком выше среднего. Приятно удивил местный транспорт: метро, автобусы, электрички — все хорошо кондиционируется, так что поездка на общественном транспорте необременительна даже в 30-градусную жару.

Всехсвятский приход расположен недалеко от Центрального железнодорожного вокзала. И хотя в руках у меня была карта, я никак не мог сориентироваться в хитросплетении лиссабонских улиц. Только увидев (неожиданно для себя) белый храм с надписью «Христос Воскресе» (как раз был период между Пасхой и Вознесением), я понял, что вышел к русской церкви.

Отец Арсений меня уже ждал. Благословив белорусского гостя, батюшка вспомнил о Елисаветинском монастыре, что под Минском.

— Они большие благотворительницы, — заметил отец Арсений. — Мы у них много чего покупаем, а потом бесплатно раздаем. Мы торговлю полностью искоренили.

— То есть как это искоренили? — не понял я.

— В церкви искоренили. У нас все бесплатно, даром. Все, что вы видите: книги, иконы, свечи — можете взять себе даром.

— За пожертвование?

— Нет. Никаких ценников, никакой казуистики, что мы, мол, поставили ценник и это, дескать, примерная сумма пожертвования. Рядом стоит ящик — бросай, сколько хочешь. Никто не смотрит.

— Но не приносит ли это финансовых проблем? — не перестаю удивляться я.

— Нет. Господь открыл окна небесные и изливает на нас благословение до избытка. Мы сначала сделали книги и иконы бесплатными и увидели, что доход церкви увеличился. Люди откликнулись.

— Мы должны избегать перекосов церковной жизни, накопившихся за синодальную и советскую эпохи, — подчеркивает отец Арсений. — Кроме того, половина прихожан у нас — безработные. Перебиваются кое-какими заработками, кто-то ездит на заработки в Испанию.

— Ну и как же существует приход, если половина прихожан — безработные? Наверное, и пожертвований особых нет, — допытываюсь я.

— Да, приход пока не может содержать настоятеля, поэтому жалованье священнику поступает из Патриархии. Но так быть не должно. В будущем надо вводить десятину. Некоторые, правда, говорят, что десятину платить не могут. Не можешь деньгами — плати картошкой. Десять ведер выкопал, одно неси в церковь. Кормили партсекретарей, кормили комсомольских работников, кормите и священника. Если ты платил партии с ее дачами и гаремами, то почему же не хочешь родную Церковь содержать?

Надо заметить, что десятину многие и так приносят, а церковный совет уже решает, что с ней делать. Помогаем голодным, нищим, бездомным, что-то делаем в церкви, покупаем литературу, покупаем или делаем сами из воска свечи.

— Венчание и крещение у вас тоже бесплатно?

— Естественно. Торговать таинствами — это кощунство, это хуже, чем симония. Когда вывешивают ценники на крещение, венчание — это ужас, это, по сути, торговля тем, что Церковь получила бесплатно, — заключил отец Арсений.

Справка. Иеромонах Арсений (Соколов) родился в Костромской области. Детство и молодость его прошли в Сибири. Год учился в Рижском летно-техническом училище, затем служил в армии. После армии уверовал, принял святое крещение. Поступил в Томский университет (по специальности «История»), но ушел с четвертого курса, чтобы полностью посвятить свою жизнь Церкви. Принял монашество, поступил в Московскую духовную семинарию. Затем продолжал учебу в Московской духовной академии и Библейском институте в Риме. В 1992 году рукоположен в иеродиаконы, а в 1997 году — в иеромонахи.

Свои диаконские и священнические послушания отец Арсений проходил в Красноярской епархии, неся миссионерское служение среди малочисленных народов Севера, а также среди заключенных. В 2001 году он получил назначение в Мадрид, а в 2003 году по решению Синода был переведен в Португалию.

— Конечно, я бывал в Португалии и до своего официального назначения сюда, — говорит отец Арсений. — Первый раз приехал в Лиссабон 3 января 2002 года, никого не зная. Приехал и стал искать соотечественников. Встретился с российским консулом — тогда здесь нес консульскую службу Никита Емельянович Санников. Он меня тепло принял. Потом я совершил небольшую экскурсию по городу и ночным поездом уехал обратно.

Позже меня разыскали верующие из городка Алканена, это километров 70 к северу от Лиссабона. Я с ними встретился, отслужил молебен, провел беседу евангелизационного характера.

Следует заметить, что в Лиссабоне уже существовал русский приход, юрисдикционно принадлежавший РПЦЗ. Своего священника у них не было, поэтому службы эпизодически совершал батюшка, приезжавший из Парижа.

— И вот некоторые члены этого прихода решили, что настало время предпринимать усилия для открытия прихода Московского Патриархата, — рассказывает отец Арсений. — Ведь в португальской диаспоре нет политического противостояния: большинство приехало сюда в последние годы по сугубо экономическим мотивам. Люди искали связи с той Церковью, в которой они были до эмиграции, — с Московским Патриархатом. Летом 2003 года, на праздник Всех святых, архиепископ Корсунский Иннокентий провел учредительное собрание, в котором я тоже участвовал. Владыка благословил меня ежемесячно посещать и окормлять лиссабонский приход. Старостой прихода был назначен португалец Жуау Фонсека. Думаю, что его по праву можно назвать основателем лиссабонского прихода. Почти весь актив общины РПЦЗ перешел к нам.

— Здание, в котором мы находимся, — продолжает отец Арсений, — это португальская церковь, капелла Белла Нова, ей 200 лет. В 1974 году она была закрыта и пустовала более 30 лет. Потом католическая епархия Лиссабона решила передать ее нам в пользование на условиях контракта, который мы ежегодно продлеваем. Капелла была в довольно неприглядном виде: стены снаружи и внутри покрыты плесенью, много насекомых. Мы провели капитальный ремонт, облагородили и вот теперь здесь служим.

— А где вы проводили богослужения до того, как переехали в Беллу Нову?

— Где мы только не мыкались: и в разных католических храмах, и даже в универсаме! Здесь при одном большом гастрономе есть капелла, и там нам дважды приходилось проводить богослужение. Некоторое время служили в храме, который был нам предоставлен католическими монахинями.

Улицы Лиссабона
Чем обусловлена такая благосклонность португальских католиков к Православию, сказать сложно. Не исключено, что в их действиях присутствует определенный расчет, ведь православные ремонтируют пустующие католические храмы, которые при желании всегда можно забрать (отказавшись, например, продлить аренду на новый срок). Есть мнение, что католики в Португалии серьезно размышляют о миссии в России, и их благосклонность к православным — первый шаг на этом пути. Версия, что помощь католиков — выражение бескорыстной христианской добродетели, тоже имеет право на существование.

— В Португалии более открытые католики, чем в Испании, — отметил отец Арсений. — Католиков мы рассматриваем как наших союзников, с которыми мы можем выступить единым фронтом в деле защиты общехристианских ценностей, в том числе ценностей семьи. Европа больна, семья разрушена. Европу, если она не вернется к своим христианским корням, не ждет ничего, кроме варварства.

Воскресные литургии Всехсвятского прихода в Лиссабоне обычно посещает около ста человек. Помимо лиссабонского прихода, отец Арсений практически с нуля создавал общину в городе Порту. Он же первое время исполнял обязанности ее настоятеля. Сейчас в Порту свой настоятель — священник Павел Феоктистов, переведенный в Португалию из Бразилии. Богослужения в приходе святых новомучеников и исповедников Российских совершаются еженедельно. Иеромонах Арсений продолжает пастырское окормление православных и на Азорских островах.

— С Азорскими островами ситуация особая, — говорит отец Арсений. — Во-первых, они очень далеко: самый ближний отделяет от Лиссабона 1450 километров, а самый дальний — 2000. Во-вторых, острова разбросаны, причем лишь между тремя есть морское сообщение, ходят корабли, а на другие острова можно добраться только самолетом. Из девяти островов три имеют прямое сообщение с материком, на остальные надо добираться с пересадками. Поэтому на поездку уходит несколько дней; обычно бывает пять-шесть перелетов между континентом и островами.

По крайней мере на семи островах есть православные христиане, главным образом россияне, работающие там по контракту. На Азоры приезжают музыканты из Москвы и Петербурга, океанологи.

— Но православных христиан не так много, и они рассеяны: небольшая группа на одном острове, вторая группа на другом, — объясняет отец Арсений. — Собираться на один остров для регулярных богослужений они не смогут: у многих попросту не хватит на это денег. Поэтому я служу на разных островах. Пока получается выезжать нечасто — четыре-пять раз в году.

Около половины прихожан Всехсвятского прихода в Лиссабоне — украинцы. Среди представителей других национальностей — русские, белорусы, молдаване, грузины. Есть православные португальцы.

— Португальцы приходят к Православию по разным причинам, — замечает отец Арсений. — Есть у нас прихожанин Родион. Он португалец, а жена его русская. Они познакомились в Австралии, где Родион был по работе. Так вот, наша девушка поставила условие, что он должен стать православным, а иначе она не выйдет за него замуж. Может быть, Родион был не ахти каким католиком, но потом стал православным, и православным активным. Слава Господу, через жену и спасается.

— Второй пример, — продолжает отец Арсений, — это молодой рабочий-электрик Петр (Педру). Родители, будучи коммунистами, его в детстве не крестили, решив, что он сам, когда вырастет, сделает выбор. И вот их сын вырос, стал искать смысл жизни и самостоятельно пришел к выводу, что Православная Церковь из всех Христианских Церквей наиболее верна апостольскому и древнехристианскому учению, сохранила в целости и сохранности древнехристианское предание. Педру стал активно интересоваться Православием, связался со мной по электронной почте. Я его пригласил на богослужение; он стал ходить. Через несколько месяцев мы его крестили в устье реки Тежу. Мы взрослых крестим в естественных водоемах и только полным погружением.

С третьим православным португальцем, о котором упоминал отец Арсений, — иноком Филиппом — мне удалось встретиться лично. Бывший военно-морской офицер, а ныне монах приятно поразил своей добротой и радушием. Инок Филипп вплотную приблизился к своему 80-летию, причем более 45 лет он — православный.

С Православием молодой офицер познакомился, когда жил во Франции. II Ватиканский Собор только укрепил его в намерении присоединиться к Православной Церкви.

— Для нас, католиков, этот Собор был не очень радостным событием — заметил мой собеседник, имея в виду, прежде всего, неуклюжую попытку либерализации Католицизма. Многие, в их числе и молодой португалец, были возмущены практикой рассылки причастия по домам в обычных конвертах. Такое стало возможным «благодаря» решениям II Собора.

— Мне говорили, что, принимая Православие, я перестаю быть португальцем. Неправда. Я по-прежнему остаюсь и чувствую себя португальцем, — подчеркнул инок Филипп.

В иночество мой собеседник был пострижен архиепископом Иннокентием в 2004 году.

— Инок Филипп для нас как старец, — заметил отец Арсений. — Мы к нему приходим за советом.

Порту и Брага

Утренним экспрессом я выехал из Лиссабона на север Португалии — в город Порту. Мне предстояло проехать полстраны, преодолев более трех сотен километров, чтобы попасть в один из древнейших городов, от имени которого и произошло название государства. В Порту я планировал встретиться с владыкой Иларионом — единственным каноническим епископом на португальской земле.

Справка. В Португалии проживает шесть иерархов неканонической «православной церкви Португалии». Из канонических иерархов можно назвать только епископа Илариона (Рудника), викария митрополии Испании и Португалии Константинопольского Патриархата.

В Порту поезд прибыл точно по расписанию. Владыка Иларион ждал меня у входа в вокзал. Епископ предложил проехать на набережную, и мы, сев в автобус, отправились через весь город к Атлантическому океану. Океан спокойно катил свои волны, а мне думалось о том, что там, за горизонтом, через тысячи километров морского пути, находится Америка.

Мы стояли на краю Европы.

Владыка пригласил отобедать в один из ресторанов неподалеку. Была среда, поэтому пришлось довольствоваться вегетарианской пиццей, апельсиновым соком и сладостями.

Справка. Епископ Иларион родился в 1972 году в Львове (Украина). Окончил Киевскую духовную семинарию, богословский факультет Салоникского университета (Греция). В 1997 году рукоположен в диакона, в 2000 — в священника. Служил в США. В 2002 году направлен в Португалию — для организации прихода в Порту. В 2005 году назначен викарным епископом новосозданной митрополии Испании и Португалии Константинопольского Патриархата.

Беседа с владыкой была мягкой и доброжелательной, но не очень долгой. На большинство моих вопросов епископ отвечал коротко, не пускаясь в длинные рассуждения. Так, говоря об отношениях с другими юрисдикциями, он подчеркнул, что «отношения нормальные. Очень хорошие отношения в Лиссабоне с болгарской общиной. У них долго не было священника, так они к нам ходили».

— А зачем вообще создавалась митрополия? Ведь не так много на Пиренейском полуострове православных приходов, — интересуюсь я.

— В основном на перспективу. Все-таки здесь много эмигрантов с Украины, да и из других стран.

Да, украинских эмигрантов (главным образом, из западных регионов страны) в Португалии, действительно, немало. По некоторым оценкам — до 100 тысяч человек. Не единожды мне приходилось слышать на улицах португальских городов украинскую речь.

— Наверное, значительный поток украинской миграции в Португалию связан с тем, что здесь легче добиться легализации. Все-таки украинцы — нация законопослушная, стараются иметь легальный статус, — подчеркнул владыка. — Эмиграция в основном молодая — от 25 до 45 лет. Люди покупают себе жилье, заводят детей. Значит, считают, что будущее в Португалии у них есть.

В основном я, как викарный епископ, координирую приходы в Португалии. Их у нас семь: один греческий и шесть украинскоязычных. Два прихода в Лиссабоне, и по одному в Коимбре, Порту, Авейру, Виана-ду-Каштелу и Лагуше. Так как моя резиденция в Порту, то и служу в основном здесь. Богослужения совершаю на греческом, церковнославянском (в основном с украинским произношением), иногда использую румынский язык. Большинство прихожан — граждане Украины. Есть также грузины, русские, белорусы, молдаване, греки, болгары и португальцы. Человек 50−100 обычно приходит на богослужения. Летом меньше, зимой больше.

К слову, в приходе во имя великомученика и целителя Пантелеимона в Порту имеется частица его мощей. Сам святой считается покровителем города.

— Есть, наверное, историческая связь между Порту и Константинополем, — говорит епископ Иларион. — Мощи святого Пантелеимона были привезены в Порту греками, бежавшими из Царьграда в 1453 году.

Отвечая на мой вопрос о различии в служении на Западе и Востоке, владыка дипломатично заметил, что «в каждом месте есть свои плюсы и минусы. В другой стране другие проблемы, другие цели. У каждого свой крест. Архиерей сегодня здесь, завтра там».

На прощание епископ Иларион проводил меня до вокзала и даже купил билет до города Брага — следующей цели моего путешествия. Денег за билет владыка с меня не взял.

— Подарок белорусскому гостю, — добродушно заметил он.

Я вошел в прохладную электричку и, заняв удобное место, поехал дальше — на северо-восток. Менее чем через час поезд прибыл на конечную станцию. В Браге заканчивалась небольшая ветка местной железной дороги.

Немного удивил огромный, устремленный в высоту вокзал, довольно помпезный для провинциального города с населением в 115 тысяч человек. А может быть, величественный вокзал по-своему отражает ту роль, которую играла Брага в становлении христианства на португальской земле? Ведь именно здесь была основана первая в Португалии епископская кафедра. Епископ Брагский Василий (I век) стал первым португальским святым. Брага по справедливости считалась духовным сердцем страны, породив целую плеяду святых в эпоху неразделенной Церкви.

Сегодня всего этого нет. В городе не найдешь ни одного православного храма. Православное население есть, но оно невелико и довольно разобщенное. Как рассказала мне Инесса Ельшина, жительница белорусского города Полоцка, ныне проживающая с мужем и двумя дочерьми в Браге, она мало с кем общается, так как видит среди эмигрантов своекорыстие и обман. По ее словам, иногда она посещает католический храм, не причащается, конечно же, но просто присутствует.

— Изредка мы ездим на литургию в Лиссабон, — рассказала мне Инесса Константиновна. — Еще хотелось бы посетить русские церкви в Париже и на юге Франции.

— А что мешает вам посещать богослужения в сравнительном близком Порту? — удивляюсь я.

— Ездить в приход Константинопольского Патриархата я не хочу, — отвечает Ельшина. — Мне не хочется ходить ни в какие греческие, ни в какие украинские церкви. А русского прихода как такового в Порту нет.

Пожалуй, моя собеседница несколько драматизирует ситуацию. Русский приход в Порту существует с 2003 года. Другое дело, что литургии в нем служились не чаще одного раза в месяц — так было и тогда, когда я беседовал с Инессой Константиновной. Но сейчас, когда литургии совершаются еженедельно, никто, наверное, не скажет, что русского прихода в Порту нет.

Живя на краю Европы, будучи оторванным от родины, от привычных церквей и любимого для сердца богослужения, православный человек нередко ищет любую возможность помолиться на службе, пусть даже «греческой» или «украинской» или совершаемой раз в месяц. Потому что иначе с сокрушением начинает болеть сердце, многие недели не слышавшее столь желанное «со страхом Божиим и верою приступите». К счастью, эти слова, причем на разных языках, звучат на земле Васко да Гамы все чаще и чаще. И список португальских городов, где они слышны, не перестает расти и умножаться.
Сергей Мудров

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/80 820 115 230


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru