Русская линия
Православие.Ru Ольга Кирьянова20.04.2005 

К святыням Черногории

Сербия и Черногория обладают для русского православного человека огромной притягательной силой. И дело даже не в том, что он осознает, как многострадальные жители этой балканской страны нуждаются в дружеской поддержке единоверных русских «братушек». Географически далекая эта земля, народ которой прошел иной, чем русские исторический путь, всегда оставалась близка России по духу, по мироощущению ее жителей. Это чувство духовной близости не покидало русских и сербов даже в периоды сложных политических коллизий.

Если о центральной Сербии и ее святых местах мы в России знаем довольно хорошо, благодаря множеству репортажей, путевых очерков и заметок, написанных, в том числе, и православными авторами, то ее приморская часть — Черногория гораздо менее охвачена вниманием. Именно поэтому посещение святынь Черногории стала целью паломнической поездки инициатором и устроителем которой выступил Фонд святого всехвального Апостола Андрея Первозванного (ФАП). В паломническую делегацию вошли руководство и сотрудники ФАП, секретарь по межправославным отношениям ОВЦС Московского Патриархата протоиерей Николай Балашов, настоятельница псковского Спасо-Елиазаровского женского монастыря монахиня Елизавета (Беляева), четыре сановные дамы — руководители разного уровня — от депутата Мосгордумы до главы муниципального образования одного из подмосковных поселков, известный ученый-балканист Е.Ю. Гуськова, а также нескольких российских журналистов, в числе которых оказался и корреспондент Православие.Ru.

Ранним утром самолет с паломниками на борту вылетел из «Внуково». Два часа в пути — и мы в Запорожье. Здесь к группе присоединяются руководители нескольких структурных подразделений ОАО «Мотор Сич» — крупнейшего на Украине производителя авиационных двигателей и промышленных газотурбинных установок, а также съемочная группа запорожской телекомпании «Алекс». На пребывание на территории Украины в очень плотном расписании было выделено всего около часа. Автобус доставляет паломников к кафедральному Андреевскому собору, где запланирована встреча с архиепископом Запорожским и Мелитопольским Василием. Внешний вид собора необычен — несколько лет назад под него был переоборудован городской кинотеатр помпезной «сталинской» архитектуры. Прежний кафедральный храм, как и все старинные церкви Запорожья, в годы советской власти был закрыт и снесен. Прием московских гостей торжественен: на крыльце собора по обеим сторонам красной ковровой дорожки выстроились представители Запорожского казачьего войска, держа в руках форменные, синие с красным околышем фуражки. У стены в большом ковчеге множество частиц мощей русских святых, в числе которых оптинские старцы. Народу немного, только что отошла Преждеосвященная литургия и с клироса читают молитвы ко святому причащению. Группу радушно встречает Владыка Василий, радостно приветствует и благословляет каждого паломника, при этом громко повторяя в объективы телекамер: нам необходимо всеславянское единство, мы — братья, мы — один народ с единой Православной Верой. В нынешних политических условиях на Украине такие заявления требуют немалого мужества. Впрочем, Владыка выражает не только свое мнение, но и позицию всей паствы, у которой пользуется заслуженным уважением и авторитетом. Местные тележурналисты любят записывать его проповеди, отмечая особый талант архиепископа — вдохновенно повествовать о событиях Евангельской истории. Например, рассказ о Рождестве Христовом в нынешнем году он начал словами: «стояла ночь, и вдруг запели птицы».

По благословению Владыки к нашей группе присоединяется настоятель Андреевского кафедрального собора протоиерей Константин Костюкович. В дар православным жителям Запорожья российскими паломниками передаются две большие иконы Божией Матери — Тихвинская и Казанская. Делегация ФАП возлагает венок к скульптурному изображению святого Апостола Андрея Первозванного, установленному за оградой собора. При всем уважении к идее памятника надо признать, что манера его исполнения весьма неоднозначна — обликом святой больше смахивает на Нептуна…

Почти четырехчасовой рейс из Запорожья до столицы Черногории Подгорицы выполняется собственным самолетом «Мотор Сич». В кармане на спинке каждого кресла, помимо обязательных инструкций по технике безопасности полета, для развлечения пассажиров вложен красочно иллюстрированный рекламный журнальчик. Из восьми его полос три отданы рассказу о нелегком пути к вершинам власти нынешнего премьера (премьерши?) Украины. Не щадя хвалебных эпитетов, авторы живописуют, как эта «хрупкая красивая женщина» с «железной волей», которой, однако не чужды простые женские слабости, целеустремленно и последовательно прорывалась наверх. Сотрудники «Мотор Сич» шепотом рассказывают, как, придя к власти, «хрупкая красавица» пообещала коллективу предприятия, а это восемь специализированных машиностроительных заводов, что они будут в дальнейшем только «закручивать болты» зарубежных «Боингов». Причин такого нерасположения «железной леди» Украины несколько, но, основная та, что на последних выборах восемьдесят пять процентов жителей Запорожья оба раза проголосовали за Януковича, о чем свидетельствовали руководители предприятия, входившие в состав избирательных комиссий. Кроме того, только две телекомпании страны поддерживали его во второй предвыборной компании — первый канал УГТРК и запорожская телекомпания «Алекс».

Подлетаем к Подгорице. Погода солнечная и видимость очень хорошая, до самой земли. В иллюминатор видны цепи Балканских гор с заснеженными вершинами — с высоты они напоминают огромные пасхальные куличи, обильно посыпанные сахарной пудрой. От вершин вниз сбегают гигантские расщелины, поросшие лесом. Изредка на склонах встречаются крошечные квадратики домов. Ближе к Подгорице между горных массивов откуда-то выныривает и начинает петлять узкая река. Вода в ней, кажется, яркого изумрудно-голубого цвета, чуть желтее оттенком на отмелях. Пейзаж за окном меняется — горы отступают, под нами расстилаются зеленеющие поля, по которым разбросаны веселые россыпи белых домиков с красными черепичными крышами. Фактически вся страна как на ладони — далеко впереди видно, как полоса земли обрывается, упираясь в голубую гладь Адриатики.

У святителя Василия Остожского

Одним из наиболее чтимых святых сербского народа является святитель Василий Острожский, который прославился в XVII столетии, как неутомимый защитник Православия и духовный просветитель сербского народа. Ныне его нетленные мощи почивают в горном монастыре Острог, в устроение которого святитель вложил немало сил при жизни. Ежегодно сюда стекаются десятки тысяч паломников со всех концов страны. Примечательно, что его чтут, как православные, так и местные мусульмане. Перед мощами святителя Василия верующие сербы произносят присяги, обеты, клятвы. Кстати сказать, местные жители, отправляясь в паломничество, всегда говорят, что идут не «в Острог», а «под Острог», свидетельствуя тем самым, что эта святыня неизмеримо выше приходящего к ней путника.

Дорога в монастырь вьется вдоль горы узким серпантином, на ней с трудом могут разъехаться два встречных автомобиля.

Придорожных ограждений почти нет, и прямо из-под колес автобуса виден зияющий провал, глубиной несколько десятков метров. Далеко внизу расстилается Белопавличская долина, окутанная дымкой свежей зелени. Наш приезд в Черногорию совпал с разгаром весны, которая в этом году припоздала: деревья только выбросили стрелки свернутых зеленых листочков, но уже в цвету стоят вишни и яблони. На склонах гор пробивается нежная светлая травка, распускаются желтые, белые и лиловые первоцветы, наподобие наших колокольчиков.

Монастырь Острог по русским меркам небольшой, его братия сегодня составляет около тридцати человек. Он расположен на трех уровнях — один храм с братскими кельями у подножия горы, чуть выше на склоне еще один храм во имя святого мученика Станко. Мощи святителя почивают в маленькой Введенской церкви, на высоте 900 метров над землей. В этой церкви некогда служил сам святой Василий. У его мощей монах вполголоса читает акафист святителю, читает на сербском языке, но все вполне понятно. Делая земные поклоны, прикладываемся к честным останкам святителя; сзади полыхают фотовспышки — журналисты стремятся запечатлеть торжественный момент. Отношение к святым мощам у жителей Балкан несколько иное, чем у нас, в нем царит большая простота. Останки святых не скрывают от глаз верующих драгоценные раки, как правило, они прикрыты лишь стеклом. Да и само почитание святых мощей, которыми изобильно одарена Богом Сербская земля, несколько иное. В описании чудес святого Василия не раз говорится о том, как страждущие, помолясь угоднику Божию в надежде получить исцеление от его нетленных мощей, оставались спать прямо в церкви под ракой святителя, а, проснувшись, чувствовали себя уже здоровыми.

Поднявшись по узкой лестнице на несколько пролетов вверх, путник попадает в маленький храм Воздвижения Креста Господня, устроенный в скале самим святителем. На этом же уровне находится площадка, где некогда стояла келья подвижника, и где он был первоначально погребен. Из скалы на этом месте, цепляясь корнями за почти несуществующий грунт, сама собой выросла виноградная лоза, которая каждый год обильно плодоносит.

Спускаемся ниже, туда, где на склоне горы возвышается небольшой храмик. Он возведен в 2004 году и посвящен сербскому мученику Станко — православному юноше, которому турки, принуждая принять ислам, отрубили обе руки. Эти руки в особом деревянном ковчеге хранятся тут же в храме. По сербским святыням вообще можно проследить сколь жестоким было здесь противостояние Православия и Ислама, и какую твердость в стоянии за отеческую Веру «даже до смерти» проявлял народ и в период пятисотлетнего турецкого ига, да и в более близкие к нам времена.

Вверх к монастырю и обратно нас доставляли партиями местные таксисты, постоянно дежурящие у подножия горы в ожидании паломников. Псковскую монахиню Елизавету водитель галантно посадил рядом, на переднее сиденье. По дороге, лихо закладывая крутые виражи на поворотах, он разговорился с пассажиркой, пытаясь выяснить «откута матушка?». Ответ «из Спасо-Елиазаровского монастыря», по-видимому мало о чем ему говорил, последовал вопрос «где это?». «В Пскове», отвечала монахиня, «на Севере», пояснил сзади кто-то из паломников, «где Александр Невский немцев бил». «Где Александр Невский бил немецких рыцарей-католиков» дает монахиня развернутый ответ и водитель удовлетворенно кивает.

Зато приходит черед держать ответ ему: Ты крещеный? — спрашивает матушка. — Крестик носишь? А молитвы знаешь? «Отче наш», «Верую»? Прочитать можешь? Совместными усилиями они прочитывают на смешанном русско-сербском «Символ Веры». А псалмы знаешь? — продолжает неутомимая матушка. — «Живый в помощи Вышняго»? Тридцать третий псалом можешь сказать? К немалому облегчению водителя мы уже приехали. Проникнувшись видимым уважением к образованной русской гостье, он, опережая всех, выскакивает из машины и отворяет персонально ей дверцу.

Здесь в Острожском монастыре нас впервые на Черногорской земле приглашают в трапезу. Перед нею по традиции гостеприимные хозяева угощают паломников кофе, лепешками и постными сладостями. Сопровождавший делегацию секретарь митрополита Черногорско-Приморского Амфилохия ставрофорный протоиерей Савва Тутуш от имени Владыки приветствует гостей из России, выражая надежду на то, что духовное единство между нашими народами будет крепнуть, а монастырь Острог станет столь же посещаемым нашими соотечественниками, как и самими сербами.

Котор

Котор — старинный сербский город на побережье Адриатики. Он известен с античных времен, некогда входил в состав Византийской империи, затем был частью Сербского королевства, Венецианской республики, Австро-венгерской империи.

Наибольшего расцвета Котор достиг в XII веке во времена правления династии сербских жупанов Неманичей, подаривших православному миру целый сонм святых — святителя Савву, первого архиепископа Сербского, его брата — первого короля Сербского Стефана Первовенчанного, а также их отца — праведного Симеона Мироточивого. Облик города типичен для большинства приморских поселений — невысокие дома из белого камня с арочными окнами, узкие средневековые улочки, в которых можно передвигаться только пешком. Жители города по праву гордятся тем, что за свою многовековую историю Котор никогда не был взят врагами штурмом. Над самым городом нависают горы, на одной из них еще видны стены и башни старинной крепости, носящей имя «святого Йована» — Иоанна Крестителя, очень почитаемого в Сербии. На вершине горы когда-то стоял православный храм во имя святого Иоанна, разрушенный в период правления Тито.

Исторический центр Котора — старинная крепость над воротами которой наряду с древним гербом города красуется мраморная доска с пятиконечной звездой и датой «1944 год» — наследием коммунистического прошлого. У ворот нас встречает улыбчивый седовласый священник — отец Момчило Кривокапич, архиерейский наместник Бококоторский и настоятель расположенного в крепости православного храма во имя святителя Николая. Никольский храм Котора — единственный во всей Черногории, где богослужения совершаются ежедневно. Его святыней является список с иконы Пресвятой Богородицы «Троеручица» особенно почитаемой сербами. Однако сначала отец Момо ведет нас узкими улочками в расположенную вблизи Никольского храма крохотную церковь XII века во имя святого апостола и евангелиста Луки. Здесь паломники прикладываются к мощевику с частицам святых останков мучеников Авксентия, Мардария и Ореста. Храм святого апостола Луки в 1420 году был захвачен католиками, в руках которых оставался до XVIII века. С этого времени в нем начались православные богослужения, однако еще почти сто лет у левой стены храма находился католический алтарь, который убрали лишь в XIX столетии. За этот храм отец Момо ведет борьбу с местными властями, которые собираются устроить в жемчужине средневековой церковной архитектуры музей. Каждую субботу он служит здесь Литургию, совершая заупокойное поминовение погребенных в крепости 3000 тысяч жителей Котора, павших при его защите от турок, а также более ста сербских православных священнослужителей, убитых при коммунистическом режиме. По приглашению священника паломники переходят в еще более крохотный церковный придел во имя святителя Спиридона Тримифунтского, который примечателен своими уникальными Царскими вратами.

Отец Момо тем временем рассказывает, что был еще полуторагодовалым ребенком, когда его отец — священник вместе с семьей был вынужден покинуть город из-за коммунистических репрессий. Лишь в двадцать четыре года, окончив Духовную академию, отец Момо вернулся на родину и с тех пор служит в Никольском храме. Служит уже тридцать пять лет. Когда священника спрашивают о возрасте, он обычно отвечает: «Тридцать пять лет», и, сделав паузу, добавляет «службы у Престола Божия». Разумеется, черногорский пастырь не мог не затронуть наболевшую для сербов тему церковного раскола, возникшего здесь двенадцать лет назад. На территории Черногории сегодня действуют раскольники из самопровозглашенной так называемой Черногорской Автокефальной Церкви, которая активно поддерживается властями. Препятствием на пути раскольников является митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий, авторитетный в среде верующих и духовенства иерарх, который стойко хранит верность канонической Сербской Православной Церкви.

Именно поэтому он становится мишенью критики черногорских либералов. «Ни на кого не нападают в Черногории так активно, как на нашего митрополита Амфилохия, — говорит о. Момо. — Ежедневно на страницах газет появляются критические статьи о нем». Нас, как членов Русской Православной Церкви, он искренне благодарит за поддержку, которую
наша Церковь оказывает Святейшему Патриарху Сербскому Павлу и митрополиту Амфилохию в противодействии расколу, в сохранении канонического Православия.

В Которской крепости хранится еще одна святыня Вселенского Православия — мощи святого мученика Трифона. История их появления в городе такова: в IX веке шторм заставил моряков, перевозивших мощи мученика из Фригии, укрыться в которскую бухту. Волнения на море не стихали много дней, что которцы восприняли как свидетельство свыше о том, что святыня должна остаться в их городе. В XII веке был возведен собор во имя святого мученика Трифона. Сегодня он принадлежит католической общине Котора, но православных допускают поклониться святыне, ковчег с которой находится на втором этаже храма в специальном реликварии. В этом же помещении вдоль стен тянутся застекленные полки на которых стоит множество старинных мощевиков виде серебряных ног, рук, голов, ступней, соответственно с теми частицами мощей, которые в них вложены. Большая их часть представляет собой останки святых неразделенной Церкви, хотя есть здесь и частицы мощей католических святых. Как рассказал отец Момо, когда в 1979 году, на Черногорию обрушилось мощнейшее землетрясение, в Которе было разрушено около шестисот старинных зданий, — а здесь нередки жилые дома, насчитывающие триста-пятьсот лет. От сильных колебаний почвы пострадал и храм святого Трифона, однако именно та часть, где хранятся святые мощи осталась неповрежденной. Кстати сказать, черногорцы по-своему объясняют причину стихийного бедствия — незадолго до катастрофы по указанию властей был снесен храм на горе Ловчен, где покоились останки Петра I Петровича Негуша — черногорского митрополита, мыслителя и государственного деятеля. Эту церковь он воздвиг сам и в ней завещал себя похоронить. Вместо этого митрополиту Петру коммунистические власти соорудили мавзолей, куда Владыка Амфилохий свою паству ходить не благословляет. По мнению архипастыря, подлинное духовное возрождение народа возможно только через покаяние, знаком которого станет воссоздание всех православных храмов и часовен, ранее венчавших самые известные горные вершины Черногории.

Савина

Черногорский Савин мужской монастырь в честь Успения Пресвятой Богородицы — один из старейших православных монастырей Сербии. Он основан в XI веке на берегу Которской бухты у города Герцег-Нови. Свое название «Савин» монастырь получил по имени первого архиепископа Сербского, который в начале XIII века принимал участие в его обустройстве и построил здесь небольшой храм. Сейчас их в обители три — один во имя святителя Саввы, два других — маленькая церковь XI века и большая церковь, возведенная в XVIII столетии, освящены в честь Успения Пресвятой Богородицы. Обилие в Сербии Успенских храмов объяснимо: именно в этот праздник в 1219 году Сербская Православная Церковь обрела самостоятельность, получив статус автокефальной. В большом Успенском храме хранится главная святыня монастыря — чудотворная Савинская икона Божией Матери. По преданию ее еще во времена святителя Саввы привезли со Святой Горы Афон. Икона прославилась в конце XVIII века, когда по молитвам верующих перед этим образом монастырь был спасен от разрушения артиллерией католиков-венецианцев. В 1939 году грабители, проникнув в церковь через окно, украли старинный драгоценный оклад иконы, богато украшенный на пожертвования верующих. Прослышав о сербской святыне, наша матушка Елизавета привезла с собой в Савино купленный накануне букет синих ирисов, который собственноручно поставила к иконе. Паломники поют величание Божией Матери, при этом замечательно солирует квартет наших высокопоставленных дам. Они вообще оказались подвижницами, постоянно являя окружающим пример благочестия — всю дорогу, не обращая внимания на красоты черногорской природы за окном, читали каноны и акафисты: готовились причаститься за воскресной службой в Цетине.

Слева от входа в большую Успенскую церковь Савина монастыря на одной из традиционных для греческих и сербских храмов деревянных кресел -стасидий помещена мемориальная табличка. Она извещает, что здесь сидел сербский король Александр I Карагеоргиевич, совершивший паломничество в обитель непосредственно перед своей гибелью в октябре 1934 года. Монастырское предание гласит, что король получил в Савине символическое указание на свою скорую кончину — когда он вышел из храма колокол сам собой ударил трижды, как это бывает, когда выносят покойника. На территории монастыря прекрасный сад, где в большом количестве растут банановые пальмы, апельсиновые деревья и какие-то экзотические широколиственные кустарники. Недаром еще в начале XX века сербский святитель Николай (Велемирович) назвал Савин монастырь «малым Эдемом». Его б лагодатная атмосфера сказывается на всем. Здесь, например, растет сосна, которой исполнилось двести тридцать лет — срок существования этого дерева-долгожителя уже втрое превышает время, отведенное жизни ее обычных сородичей.

Возвращаясь из монастыря, заезжаем на «Градско гроблье Савина» — городское кладбище. Русские захоронения появились на нем еще в начале XIX века, когда черногорцы с помощью эскадры адмирала Д. Н. Сенявина освобождали Далмацию от наполеоновских войск. Позднее здесь обрели последнее пристанище многие эмигранты. Всего на кладбище свыше 150 захоронений наших соотечественников. В память о них в центре кладбища, занимающего довольно крутой склон холма, возведен пирамидальный серый обелиск, увенчанный крестом. На обелиске надпись: «Русским людям, утерявшим Родину — вечный покой в братской земле». К этому памятнику нашей делегацией был возложен венок. Еще на подъезде к кладбищу небо затянуло тучами, начал накрапывать дождь — казалось, природа вместе с нами скорбит о русских людях, навсегда оставшихся на чужбине. От потемневших елей, обступивших кладбище, потянуло запахом мокрой хвои. Не сговариваясь, повинуясь единому сердечному порыву, вслед за отцом Николаем Балашовым паломники пропели «Вечную память» всем лежащим в черногорской земле русским православным христианам. Звуки наших голосов таяли, угасая во влажном весеннем воздухе. Ласковый весенний дождик кропил могильные холмики, унизывая молодую траву крупными прозрачными каплями, смывая с каменных плит грязь, накопившуюся за время долгой зимы.

Остров Архангела Михаила

В этот вечер, проделав многокилометровый путь по Адриатическому побережью, нам удалось посетить еще один древний монастырь — святого Михаила Архангела. Он расположен на одноименном острове между приморскими городами Тиват и Будва. В XV столетии здесь пострадало около ста человек братии и множество паломников, которые были отравлены. Как гласит монастырское предание, преступление было делом рук католиков, подкупивших человека, доставлявшего пищу в монастырь. Останки мучеников почивают здесь же на острове и по свидетельству очевидцев, косточки, доставаемые из этих захоронений, мироточат.

Когда-то комплекс монастырских зданий занимал весь остров, а сегодня от него остался лишь небольшой корпус с келлиями и единственный Троицкий храм. В момент нашего прибытия в нем как раз шла воскресная служба. Ее совершали насельники, которых здесь пока всего трое — два монаха и монахиня Стефанида. К ним присоединились наши священнослужители. Канон читали поочередно, Трисвятое также, по-церковнославянски и по-сербски — в Сербской Церкви богослужение переведено на народный язык. После службы, осматриваем остров и лежащие перед Троицкой церковью руины древнего храма Архангела Михаила VI века. «Трус?» — спросил о. Николай одного из насельников, указывая на развалины.

Тот отрицательно качает головой, лаконично отвечая: «латиницы». Рядом с Михайло-Архангельским островом находится другой, носящий имя Архангела Гавриила. Некогда там тоже стоял монастырь, к сожалению, не сохранившийся до нашего времени.

Подмаина

Уже темнело, когда автобус доставил нас в Успенский мужской монастырь Подмаина, или Подострог, находящийся в северной части курортного города Будва. Название Подмаина монастырь получил от близлежащей местности Маина. Точное время основания обители неизвестно, но, скорее всего, она возникла во времена правления сербской династии Неманичей. Возможно, именно отсюда святитель Савва отправился в свое паломничество на Святую Землю. Монастырь долгое время был приморской резиденцией черногорских митрополитов. В 1953 году его здания были конфискованы государством и лишь сорок два года спустя возвращены Сербской Церкви. В Успенском церкви шла воскресная всенощная. Вопреки нашим предыдущим впечатлениям, полученным от пустующих храмов, здесь собралось довольно много богомольцев, в большинстве — молодых парней и девушек. Служба, как и везде, ведется на сербском, однако все можно понять без особого труда, особенно прошения на ектениях: «Господу се помолимо». В самом храме свечи ставить некуда, но на улице у входа стоит подсвечник, представляющий собой большой четырехугольный ящик, заполненный песком и покрытый навесом от дождя. Устроено очень разумно — желающему во время службы поставить свечу не надо протискиваться вперед, беспокоя остальных молящихся. В преддверии грядущей Страстной Седмицы в дар обители Фондом Апостола Андрея Первозванного была передана плащаница Спасителя, которую насельники приняли с огромной благодарностью.

Цетинье

Котор Несомненно, главным событием этого паломничества стало посещение Цетинского монастыря — сердца православной Черногории. Здесь уже пять веков располагается резиденция митрополитов Черногорско-Приморских, и именно здесь ныне хранятся величайшие христианские святыни — кисть десницы Крестителя Господня Иоанна, частица Древа Животворящего Креста Господня и чудотворная Филермская икона Божией Матери. Два столетия эти святыни, подаренные российскому императору Павлу I рыцарями мальтийского ордена иоаннитов, находились в России. После революции они были вывезены из страны императрицей Марией Феодоровной, а в канун Второй мировой войны оказались на территории Сербского королевства. Сегодня бывшие реликвии русского императорского дома разделены: Филермская икона, как называют ее сами черногорцы — «Божия Матерь Филермоза», находиться в музее Цетинья, куда доступ паломников ограничен. Мы побывали там и надо сказать, впечатление вынесли не самое лучшее. Икона, по преданию написанная апостолом и евангелистом Лукой помещена в отдельной темной комнате без окон, в стеклянной витрине, подсвеченной странным фиолетовым излучением.

Говорят, что сделано это специально, для лучшей сохранности и безопасности иконы. Может быть так, но смотреть на святыню, заключенную в таких музейных условиях очень тяжело. Две другие реликвии — частица Древа Креста Господня и десница святого Иоанна Предтечи хранятся в особом ковчеге в приделе монастырского храма в честь Рождества Пресвятой Богородицы. К ним паломники идут нескончаемой чредой, в основном это молодые люди и женщины с детьми. Идут и к находящимся здесь честным мощам святителя Петра Цетинского — великого сына сербской земли, митрополита Черногорского, духовного и политического вождя народа, при котором Черногория в XIX столетии добилась фактической независимости. Именно он оставил в своем завещании знаменитые, памятные каждому черногорцу слова: «Да будет проклят тот, кто бы покусился отвратить вас от верности благочестивой и христолюбивой России.»

В Цетинье мы вместе молились за литургией, совершенной митрополитом Черногорско-Приморским Амфилохием. Кстати сказать, в ектении за этой службой звучало особое прошение о мире, благополучии и спасении страждущих жителей Косова, Афганистана, Ирака и Чечни. Кто-то из паломников вполголоса заметил: «Будь здесь какой-нибудь чиновник Евросоюза по правам человека он бы, наверное, возмутился, счел такую молитву нарушением прав населяющих эти регионы мусульман». После службы Владыка Амфилохий обратился к пастве и гостям с очень сердечной проникновенной речью, в которой выразил надежду на укрепление братских связей между народами Сербии и России.

От его имени был дан обед в честь русских паломников, а затем митрополит Черногорский вышел проводить нас в обратный путь. К нему обратились запорожские тележурналисты с просьбой сказать несколько слов верующим телезрителям Украины. Отвечал Владыка, конечно о том, что в этот момент более всего беспокоило его самого: «Мы молим Господа, чтобы Он даровал единство в сердцах и умах православных на Украине. Единство Церкви Божией — это самое важное.

Расколы никому не приносят благополучия и счастья. К сожалению, у нас — славян, всегда существовало такое искушение расколом. Мы молимся святому равноапостольному князю Владимиру Крестителю Руси, преподобным Киево-Печерской Лавры святым Антонию и Феодосию — основателям монашества в Восточно-славянских странах, чтобы они нам даровали единство сердца и ума, единство Веры, чтобы уничтожили расколы. Раскол начинается с сердца. Надо, чтобы сердце было целомудренно, как мы молимся в эти дни Великого Поста: „Дух целомудрия, смирения, терпения и любви даруй мне, рабу Твоему“. Это для нас сегодня самое важное.

Приезд паломников из России в Сербию и Черногорию имеет для нас огромное значение. Это начало наших новых взаимоотношений. Надо преодолевать разделение и хранить подлинное единство, которым мы жили веками — от времени принятия Православия. Сегодня, когда в мире царит духовный кризис в наших славянских странах надо возобновлять Евангельский дух соборности, соборной любви. Не просто дружбы, которая существует в мире сем, но соборного жития наших государств, наших православных народов с предвкушением Царства Небесного здесь в наших сердцах».

Пользуясь случаем, Митрополит Амфилохий передал свое пасхальное приветствие телезрителям Запорожья, которые увидят репортаж в канун Светлого Дня. Запорожцы отходят вполне удовлетворенные ответом, а к Владыке, который благодушно улыбаясь и щурясь от яркого солнца ласково смотрит на нас, обращается отец Николай. «Владыка, вот корреспондент сайта московского Сретенского монастыря, где наместником — архимандрит Тихон Шевкунов. Скажите и ей что-нибудь!».

— А, отец Тихон — радостно произносит Владыка. — Да-да, помню. Ему привет. У него колхоз там работает?

— Работает Владыка, процветает.

— Да, он мне рассказывал. Вы напишите, что очень важно, чтобы к нашим знаменитым святыням начали приезжать русские паломники. Матерь Божия и святой Иоанн Креститель хотят, чтобы их посещали. Мы очень ждем вас".

Автобус тронулся. За окнами проплывают залитые солнцем пустынные улицы старого города, старинный особняк — здание Цетинской семинарии. Еще поворот, и Цетин окончательно скроется из глаз. Невольно оборачиваемся — Владыка Амфилохий еще стоит у дороги и смотрит нам вслед.

http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/sykon/client/display.pl?sid=403&did=1603


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru