Русская линия
Татьянин деньПротоиерей Алексий Бервено03.03.2008 

Одна из Русских Голгоф
Беседа с секретарем Томской епархии, протоиереем Алексием Бервено о почитании новомучеников и Каштачной горе города Томска

Каштачную гору близ Томска называют Томской Голгофой, потому что на ней погребено несколько тысяч невинноубиенных людей, пострадавших за свои убеждения, за свободу своей мысли. В безымянных могилах на Каштачной горе похоронено очень много представителей томского духовенства, преподавателей школ и университетов, общественных деятелей. Из известных людей, убиенных здесь, можно назвать священномученика Ювеналия, архиепископа Рязанского, и поэта Николая Клюева.

Я умер! Господи, ужели?!
Но где же койка, добрый врач?
И слышу: «В розовом апреле
Оборван твой предсмертный плач!
Вот почему в кувшине розы,
И сам ты, мальчик, в синем льне!..
Скрипят житейские обозы
В далёкой бренной стороне.
К ним нет возвратного просёлка,
Там мрак, изгнание, Нарым.
Не бойся савана и волка —
За ними с лютней серафим!
Николай Клюев
г. Томск, 1937 год.

— Отец Алексей, ещё три-четыре года назад Патриарх Алексий II говорил о Бутовском полигоне под Москвой как о Русской Голгофе. Теперь в его речи звучат слова: «Одна из Русских Голгоф». Можно ли Каштачную гору в Томске назвать островом этого голгофского архипелага?

— Да, мы называем Каштачную гору Томской Голгофой, потому что на ней погребено несколько тысяч невинноубиенных людей, пострадавших за свои убеждения, за свободу своей мысли. В безымянных могилах на Каштачной горе похоронено очень много представителей томского духовенства, преподавателей школ и университетов, общественных деятелей. Из известных людей, убиенных здесь, можно назвать священномученика Ювеналия, архиепископа Рязанского, и поэта Николая Клюева. Здесь же покоятся останки многих представителей дворянства, людей очень знатных фамилий.

Наш город очень тяжело переживал революционный период. Томск как центр Томской губернии, которая на тот период включала в себя территории от восточного Казахстана до Горного Алтая, был важнейшим административным центром Сибири. Поэтому большевики именно в Томске стремились твёрдо установить свою власть и для этого проливали реки крови. Город много раз переходил из рук в руки: от красных к белым и наоборот. И каждый раз, чтобы упрочить свою власть, большевики прибегали к масштабным репрессиям. Они стремились уничтожить как можно больше свободомыслящих людей.

— Отец Алексий, сколько среди погребенных на Каштачной горе прославленных Церковью новомучеников?

— Опыт работы с архивами показывает, что идентифицировать всех тех, кто был расстрелян на Каштачной горе, очень сложно. Практически невозможно установить точное место казни. Кроме упомянутых известных людей, казнённых здесь, больше мы не знаем почти ни о ком…

Несколько лет назад властями города Томска было принято решение о возведении мемориального комплекса, посвященного новомученикам и исповедникам российским.

Одно предприятие, входящее в структуру Уральских горнометаллургических компаний, решило профинансировать этот проект. Последнее время мы постоянно занимаемся проектом данного комплекса. Нам оказывается немалое противодействие. В частности, со стороны чиновников нашего города. Они говорят о том, что будет нанесён большой вред экологической ситуации района. Очень многие люди имеют свои корыстные виды на эту территорию. Но, по милости Божьей, проект уже завершён, проведены все экспертизы и согласования. В данный момент мы уже можем приступать к строительству. В мае 2008 года мы планируем начать строительство храмового комплекса.

Мы будем стараться воплотить наше желание прославить новомучеников — на территории комплекса будет сделана братская могила, поставлены памятники.

— До недавнего времени, до того, как в связи с воссоединением Московского патриархата и Русской православной церкви заграницей в СМИ стали активно говорить о Бутовском полигоне, о нем в Москве практически никто не знал и знать не хотел. Скажите, какая сейчас ситуация в Томске — чувствуют ли горожане всю трагедию и святость Каштачной горы?

— Скорее нет, лишь немногие понимают значение произошедших на Каштаке событий.

Причины этого я вижу в идеологической расколотости нашего города, сменяемости значительной части его населения, а также пассивности постоянных жителей.

Томск является университетским, а, следовательно, молодёжным городом. Студенты составляют более чем одну пятую часть населения нашего пятисоттысячного города. Молодёжь, которая учится во всех наших вузах, не вникает глубоко в историю нашего города и его проблемы. Они просто берут нужный им минимум знаний, получают дипломы и уезжают. Та часть населения нашего города, которая знает и ценит его историю, статична. Однако эти люди пассивны. Зато очень громко заявляют о себе коммунисты, которых в нашем городе сравнительно немного.

Недавно у нас произошёл такой случай — депутаты нашей городской думы вернули исторические наименования двум центральным улицам Томска. Вместо Октябрьского взвоза улице вернули её старое название — Воскресенский взвоз, а также улице Войкова вернули её старое наименование — Знаменская. Эти улицы пробыли со своими старыми названиями всего четыре месяца. Пробыли до тех пор, пока десять коммунистов не пришли в Городскую думу и не заявили о том, что недопустимо возвращать старые названия этим улицам. Учитывая то, что наша Городская дума была в преддверии выборов, им легко уступили.

— Сегодня среди православных можно заметить одну интересную тенденцию. Из всего сонма новомучеников люди особенно выделяют царственных страстотерпцев, даже одного Николая II, а о сотнях других практически не вспоминают. Почему нашим единоверцам так легко принять почитание далекого последнего царя, а другие новомученики, совсем близкие люди — земляки, простые священники и миряне, которые, может быть, в том же самом храме молились, где они сейчас молятся — остаются у них в забвении и небрежении?

— Николай II, действительно, очень почитаем сейчас среди простых верующих. В нашей епархии существуют целых две церкви, посвященных ему. Чрезвычайно почитаем именно царь Николай II, отдельно от своей семьи.

Правда, среди так называемой «научной интеллигенции», которой в нашем городе много, смотрят на Николая II не с позиции его жертвенного служения нашему отечеству, но судят последнего царя, оценивая исключительно его политическую деятельность. Эти люди лишены веры в Бога, лишены верного мировосприятия.

— Скажите, отец Алексий, может быть, почитание новомучеников трудно для наших единоверцев потому, что новомученики фактически вносят разделение в нашу церковь, и, гораздо больше, в общество? В стране, где половина людей сидела, а половина охраняла, почитание новомученников — это резкий и чёткий выбор в пользу тех, кто сидел и умирал.

— Здесь можно ещё раз вспомнить случай с переименованием улиц. Когда коммунисты подняли шум и опять вернули улицам советские названия, выступал Лев Печурин, внук главного томского чекиста, который в первые десятилетия советской власти расстреливал всех осуждённых в нашем городе. Сейчас господин Печурин является депутатом Томской городской думы. И вот, выйдя на трибуну законодательного собрания города, он сказал: «Вы сейчас выступаете против большевиков, считаете все их деяния во время революции ужасными, но если бы всего этого не было, то сейчас бы они, — сказал оратор, указывая на священников, — здесь сидели, а нас бы тут никого не было».

Наше общество по-прежнему расколото, в нём нет единства, и я не знаю, как его можно объединить. Если о единстве общества будет кричать одна Церковь, то нас никто не услышит. Это не было услышано с трибуны Томской городской думы, когда я говорил там о расколе современного общества. Они просто меня не понимают. Они ждут лишь административного прессинга и будут что-либо делать лишь под таким прессингом. Никакого единства сейчас не добьёшься. Кстати говоря, за всю историю русского общества в нём никогда и не было единства. Оно возникало только тогда, когда власть создавало это единство административным прессом. Сейчас у нас та же самая ситуация.

— То есть фактически, в почитании новомученников главную роль должен сыграть Владимир Владимирович Путин, который примет решение и надавит на всех чиновников?

— Это под силу сделать лишь государственной власти, без привязки к каким-либо личностям.

— А от нас с вами ничего не зависит в этой борьбе?

Здесь в Томске мы сделали всё, что было возможно. Всё это ударилось в стену непонимания. Больше ничего.

— Но эта активность, эта борьба за память новомученников, за их правду и веру, имеет ли она смысл, даже если нет видимой победы?

— Естественно, мы должны гореть, мы обязаны гореть. Мы должны делать всё, что от нас зависит. Но конечный результат зависит только от государственной власти. Впрочем, каждый из нас, если он любит своё отечество, должен сделать всё, что может, чтобы защитить ту историческую истину, которая у нас была и должна быть. Новомученики и исповедники российские — это и есть хребет нашего отечества, основа его возрождения.

— Вы знаете, сейчас в обществе бытует мнение о том, что Церкви не стоит тратить столько времени на усопших героев-мучеников, на прошлое. Лучше заняться решением острых общественных проблем настоящего: пьянства, наркомании, игромании, помощью детям-сиротам, больным и заключенным…

— Вот и мне тоже сказали: «Что это вы, отец Алексей, делаете? Зачем вам менять названия улиц? Вы лучше пойдите, поборитесь с сектантами. Их сейчас много». Так что противоборствующих сил немало.

— А что Вы можете ответить тем, кто пеняет Вам на то, что нужно заниматься проблемами настоящего и не соваться в историю?

— Церковь имеет право и должна защищать культуру и историю своей страны. Почему улица Знаменская триста лет носила свое имя, а потом ни с того, ни с сего, была названа именем какого-то Войкова, который не только не принимал участия в каком-либо развитии города, но даже был одним из тех, кто принимал решение о цареубийстве в июле 1918 года? Почему Церковь не может говорить об этом? Она должна говорить об этом.

— Отец Алексий, у многих могут возникнуть сомнения по поводу возведения на Каштачное горе грандиозного мемориально-храмового комплекса за счёт Уральской горнометаллургической компании (УГМК). Вы не испытываете уколов совести, когда, пусть на благое дело, но берете деньги у олигархов, которые создали свое богатство на хищнической приватизации, фактически на открытом воровстве нац. достояния? Может, лучше и честнее на свои скудные епархиальные средства построить маленький деревянный храм, или, хотя бы, часовенку на пожертвования простых верующих? Пусть в меру истинного почитания новомучеников будут возведены и внешние стены.

— Здесь мы должны мыслить стратегически. Дело в том, что Каштак — это большой спальный район Томска, в котором нет пока ещё ни одного храма, и маленький деревянный храм не будет выполнять там своих функций — из-за большого количества прихожан.

Плюс, сегодня мы по возможности хотим уклоняться от деревянных храмов, потому что они недолговечны — максимум сто лет в эксплуатации. Здесь играет существенную роль и угроза пожаров. В нашей епархии за последнее время сгорело несколько деревянных храмов. Поэтому, если есть возможность, мы всегда склоняемся к каменному строительству, с учётом дореволюционного проектирования.

Финансирующий строительство храма на Каштачной горе завод Сибкабель был приобретён УГМК, чей головной офис расположен в Екатеринбурге. Глава этой компании является там, в Екатеринбурге, активным прихожанином, а его жена — директор воскресной школы при одном из храмов. Почему мы должны уклоняться от сотрудничества с ними?

— Батюшка, а не возникает ли противодействия планам строительства храма со стороны жителей спального Каштачного района? Ведь их дома стоят на костях убиенных людей.

— Когда дома ставятся на костях убиенных людей — это действительно кощунство. А когда на этих костях ставится православный храм — это, наоборот, почитание этого места. Это лампада на их могилах, такая же, которая ставилась на могилах первых мучеников в Римской империи. Одно дело многоэтажный дом строить на костях, а другое дело _ церковь. Тем более что мы будем собирать все найденные останки в братской могиле, на которой в последствие будет сооружён мемориальный комплекс.

— А местные жители, они поддерживают такое начинание Церкви?

— Несколько коммунистически настроенных граждан делали заявление по поводу того, что, мол, мы здесь катаемся на лыжах, выгуливаем собак, а вы хотите храм строить. Вот единственная негативная реакция. В основном большинство людей выступают за строительство, но это люди пассивные — к ним нужно ходить и спрашивать. Сами они никуда не придут. Они говорят так: «Слава Богу, что теперь будет храм, а не несколько девятиэтажек, из-за которых под нашими окнами ездят краны и очень шумно».

— Отец Алексий, что же нам делать, чтобы быть верными памяти новомученников российских?

— Хотя бы раз в неделю прочитывать акафист новомученникам российским. Нужно хотя бы молиться — молитва сама подскажет нам правильный путь. А своим несовершенным разумом мы можем лишь навредить. Нужно молиться.
Подготовили Сергей Зубов и Вадим Сергиенко

http://www.taday.ru/text/96 296.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru