Русская линия
Русская линия Вера Королева11.01.2008 

Краткий очерк истории христианства в Казахстане и Средней Азии

При изучении памятников старины, исторических документов и археологических материалов с несомненностью очевидно, что с самых первых веков христианской эры на территории современного Казахстана и Средней Азии было распространяемо христианство.

Надо полагать, что первые семена христианства были занесены в эти края во времена Апостолов. Из церковной истории известно, что святые Апостолы Варфоломей, Филипп, Матфей и Фома распространяли Евангельское учение в Индии и соседних с нею странах, к которым относятся Средне-Азиатские районы и территория Семиречья.

По свидетельству Бируни [1], уже через 200 лет после Воскресения Христова в Мерве (ныне г. Мары в Туркмении) священником Барахием было привнесено христианство, содержащие ортодоксальное учение Церкви.

В некоторых источниках, относящихся к IV веку, среди участников I Вселенского Никейского собора, созванного в 325 году, назван епископ Мерва Илия. Около 334 года также упоминается епископ города Мерва, в 410 еще один. Мервские епископы участвовали во многих последующих соборах, причем, пользовались значительным авторитетом.

В 420 году Мервская епископия была преобразована в митрополию, в ближней и дальней зоне которой существовали храмы и монастыри, что является свидетельством увеличения в то время численности христиан в этой области. На соборе 553 года из тридцати шести епископов крупная Мервская митрополия имела седьмой ранг.

Из Мервских иерархов в VI веке известен епископ Феодор (около 540 года), который отличался своей ученостью и известен как автор многих богословских и церковно-исторических сочинений.

Другие cсреднеазиатские города: Фергана, Самарканд, Бухара, а также Персия с древних времен были промежуточными пунктами торговых сношений Китая с Европой, чрез которые в Европу ввозились товары. Тем же путем, но в обратном направлении, в Среднюю Азию проникло христианство, и уже к III веку в этих пределах сформировались крупные христианские общины и митрополии.

По мере того, как происходило распространение учения Христова и укрепление молодой христианской Церкви, стали возникать различные еретические течения (арианство — на Западе, несторианство — на Востоке), которые сыграли огромную роль в распространении христианства в целом.

В середине V века после Ефесского собора (431 г.), где была осуждена ересь несториан, [2] а затем Халкедонского собора (451 г.), на котором совершилось окончательное отделение восточной Сирийской (несторианской) церкви от Константинопольской Православной, несториане, нелюбимые уже в православной Византии, вследствие вытеснения с Ближнего Востока, стали переселяться в Персию, где они были охотно приняты, как потерпевшие от враждебной Византии. В 499 г., на соборе в Селевкии, секта получила правильное устройство и одному из епископов присвоено верховное управление, с титулом патриарха-католикоса всего Востока. Из Персии несторианство распространилось в Мидию, Бактрию, Гирканию, Среднюю Азию, Индию и Китай, утверждая там своё влияние. И православные общины в Средней Азии довольно скоро стали вытесняться волной несторианской ереси.

В период VI — Х-м вв. отмечается расцвет согдийской [3] диаспоры Центральной Азии, когда в Таримском бассейне вокруг Лобнора и Ганьсу появляются владения согдийцев. В начале V века несториане проникли в Согд, [4] где в его столице Самарканде вскоре была основана епископская кафедра. Согдийцы были активными проповедниками несторианского учения за пределами своей страны и из всех азиатских народов приняли самое активное участие в распространении христианства. Согдийская колонизация Восточного Туркестана способствовала проникновению христиан на восток. В Семиречье, Ордосе и Монголии формируются поселения, перерастающие в федерацию согдийских городов. Миссионерская деятельность согдийцев-христиан в этот период сыграла большую роль в распространении этой религии, ставшей мировой, вплоть до Китая.

В VI веке в Средней Азии возникла новая кочевая империя. Новые завоеватели — тюрки, вышедшие из Алтая, в короткое время подчинили себе все народы от Великого океана до Черного моря. Образование тюркского каганата привело к восстановлению торговых путей, связывавших Иран с Центральной и Средней Азией и Дальним Востоком. С оживлением торговли происходит усиление миссионерской деятельности несторианской церкви.

После смерти тюркского хана Тобо (581г.) империя тюрков распалась на два государства — восточное и западное. Центром последнего, как и большинства последующих кочевых государств в западной части Средней Азии, была прежняя земля усуней, т. е. Семиречье. Наиболее распространенной религией среди тюрков являлось, вероятно, манихейство. Но поскольку к тому времени в этих пределах благодаря согдийцам уже довольно широко распространилось христианство, последующие годы оно было воспринято и тюркскими племенами Средней Азии. По свидетельству писателя Феофана у восточно-тюрских пленных, захваченных византийцами в 561 году и отправленных Нарзесом к императору Маврикию, были заметны на лице черные точки, расположенные крестом. Пленники объяснили, что во время заболеваний от чумы соплеменники христиане научили их изображать крест на лбу во избежание болезни. Подобное свидетельство встречаем у писателя Феофилакта Симокатты, который отмечает, что в 591 году, когда был разбит отложившийся от Хосарва II военноначальник Бахрам Чубин, в плен взяты воевавшие на его стороне тюрки — войско его союзника, тюркского правителя Бухары. Многие из них так же имели на лбу знак креста. [5]

Пиком миссионерской деятельности согдийцев является период времени патриаршества Йешуяба (Яшояба) II (628−643/646 гг.) и последние годы правления сасанидской династии в Иране. Йешуябу приписывают создание митрополий в Самарканде, Герате, Индии, Китае. Свидетельство об образовании митрополии в Самарканде особенно важно. Этот факт говорит о длительной и устойчивой христианской традиции в Согде. Но называется и другая дата образования Самаркандской митрополии: В. В. Бартольд называет еще одного несторианского католикоса — Селибазеха, жившего в 791/702 — 729/730 гг. [6], при котором, была основана митрополия в Самарканде.

Поскольку языком несторианских литургий был сирийский, он распространился и в Согде. О том, что сирийский язык, как богослужебный, изучался местными жителями, подтверждается археологическими находками, найденными в согдийском городе Пенджикенте, среди которых обломок керамического сосуда с сирийским текстом — отрывком одного из псалмов, написанным, вероятно, местным жителем — согдийцем. Текст датируется не позднее 740 г. Кроме того, другие найденные документы показывают, что сирийско-христианские тексты были переведены на согдийский язык, и литургия совершалась также и на согдийском языке. Христианские тексты на согдийском языке найдены в Восточном Туркестане. Но, вероятно, влияние христианской согдийской письменности было не менее интенсивным в Чаче (Ташкенте), в Семиречье, на оживлённых торговых путях, где согдийцы основывали многочисленные колонии. Согдийцы составляли значительную часть центральноазиатских христиан, а их язык в Восточном Туркестане и Среденей Азии играл роль международного и со временем стал как бы вторым официальным языком местной несторианской церкви, наряду с сирийским.

Одним из известнейших на Востоке христианских проповедников того времени был митрополит Мерва Илия (ср. VI века), активно обращавший в веру тюркские племена, включая их правителей. Его труды пользовались большим авторитетом в христианской среде Востока и Запада. И в историю этот епископ вошел как «апостол тюрок».

Кроме того, широкое распространение христианства в тюркской кочевой среде на территории современного Казахстана было тесно связано с активными контактами тюркских каганов с Византией и новыми трассами взаимосвязей с ними по Великому шелковому пути, северное направление которого переместилось в VI—VII вв. на территорию Южного Казахстана и Семиречья, где находились центры Западно-Тюркской империи и происходило бурное формирование и развитие городов Отрара, Испиджаба, Тараза, Навакета, Суяба. По этим путям шли на Восток, в Китай целые общины христиан, особенно принявшие еретические учения несториан и монофизитов (яковитов), и выселявшиеся в период вытеснения с Переднего Востока и Ирана. Они несли свою культуру, письменность, учение, обычаи, проникавшие в кочевую среду. В целом это был стихийный процесс, и прибытие миссионеров часто только довершало оформление церковной организации в тех местах, куда церковное учение проникало задолго до них.

В VII—VIII вв.еках во многих городах, расположенных на территории современного Южного Казахстана и Семиречья, имелись христианские несторианские церкви. Известно, что при несторианском патриархе Тимофее (778 — 823 гг.) в районы от Прикаспия до Центральной Азии и Китая направляется христианский миссионер Субхальешу (Шубхалишу) из ассирийского монастыря Бет-Хобех. Сам же патриарх Тимофей обратил в христианство тюркского кагана (главного хана) и других тюркских царей и вел с ними активную переписку. В одном из посланий патриарха упоминается об обращении в христианство каких-то тюркских народов, вероятнее всего карлуков, обитавших в то время в районе Кашгара. В другом из них называется один из таковых — тибетаны, и сообщается, что у них была образована митрополия. Ряд исследователей указывают, что тибетаны проживали в районе Кашгара.

Об этой эпохе современники говорят как о массовом переходе в христианство целых тюркских племен. Но, однако, распространение христианства происходило наряду с распространением буддизма и манихейства. [7]

В целом христианские общины Центральной Азии, видимо, сохраняли связь с несторианской патриархией. Ее митрополиты и епископы утверждались патриархом. К патриарху обращались также для решения сложных канонических проблем, которые не всегда отвечали условием быта населявших Центральную Азию народов. Такая проблема, например, возникла с обращением в христианство кочевников-кераитов, употреблявших только мясную пищу, и соблюдением ими поста — проблема была разрешена патриархом Иоанном VI, дозволившим им употребление молочных продуктов, воздерживаясь от мяса. По инициативе патриарха создавались новые митрополии.

В 651 году Мерв был завоеван арабами. Но и после арабского завоевания он оставался резиденцией христианских митрополитов. В сирийской литературе из Мервских епископов VI и VII веков известны епископ Феодор около 540 года и епископ Илия около 660 года. Они отличались своей ученостью и известны как авторы многих богословских и церковно-исторических сочинений. В VIII веке упоминается о несторианском митрополите Иосифе.

О епископе Илии сохранились следующие сведения. В 651 году, преследуемый арабами, последний сасанидский царь Иездигерд III бежал из Мерва в селение Зарк, в 38 верстах от Мерва. (На месте этого селения в настоящее время находятся развалины укрепления Туркмен Кала близ станции Талхатам Баба Средне-Азиатской железной дороги.) Здесь Иездигерд III в том же году был убит и труп его был брошен в реку. [8] Ат Табари описывает историю погребения по христианскому образцу этого последнего правителя Ирана. Когда митрополит Мерва Илия узнал об убийстве Иездигерда и о том, что все боялись его хоронить, он собрал бывших у него христиан и сказал им: «Вот убит царь персов, сын Шахрийяра, сын Кисры. А Шахрийяр — дитя благоверной Ширин, справедливость которой и благодеяния по отношению к людям её веры без лицеприятия нам известны. У этого царя христианское происхождение, не говоря о том почёте, который приобрели христиане в царствование его деда Кисры, и благоденствии, которым они пользовались прежде в царствование царей из его предшественников, когда для них было построено несколько церквей, и их вера укреплялась… И вот я решил построить для него наус и перенести его тело с почестями, чтобы предать погребению в нём…» Митрополит отдал распоряжение и построил среди митрополичьего сада наус. Он отправился сам и с ним мервские христиане, и извлекли тело Иездигерда из реки, завернул его в саван и положил в гроб, а бывшие с ним христиане понесли его на своих плечах и принесли в наус, погребли в нём тело и замуровали вход в него".

Источники упоминают среди мервских святых Мар Георгиоса Марвазайя, который жил в VI веке и основал христианский монастырь в округе Мерва. Сообщается, что он жил в деревне Зарк (Зирак) в северной округе Мерва в шатре, который сделал сам. Вокруг него собралась община и он построил монастырь со школой и церковь, где был сам погребен.

При арабах и позднее до монгольского завоевания Мерв оставался важнейшим политическим, культурным, научным и христианским центром Хорасана, Средней Азии и всего мусульманского Востока. Среди выдающихся ученых уроженцев Мерва средневековые письменные источники упоминают для конца VIII начала IХ века христианина-врача, философа и математика Сахл Раббана, который был сыном одного из секретарей правителя Мерва, так же христианина. Кроме научных занятий, он переводил книги на различные языки, в частности, с греческого «Альмагест» Птоломея. Поэтому, как сообщает его сын, Али ибн Сахл Раббан, он и получил прозвище «раббаи» — учитель. Сам Али был крупным знатоком среднеазиатской, ближневосточной, древнегреческой и византийской медицины, автором многих научных и философских трудов. Известным врачом-практиком, на опыт которого ссылался Беруни, был христианин из Мерва Ибн-Маса, оставивший после себя ценные труды по медицине и лекарственным растениям. Это яркий пример того, что в Мерве и его округе еще в средние века в мусульманской среде продолжали проживать христиане. А во времена Бируни (ум. в 1048 г.) в Мерве еще был православный митрополит. [9]

В начале VIII века между реками Аму-Дарья и Сыр-Дарья прочно утвердилось арабское господство. При этом надо заметить, что оживление деятельности несторианской церкви в Среденей Азии, будь то при католикосе Йешуябе II или Селибазахе, как о том повествуют разные источники, приходится на время арабского завоевания этих территорий. Но парадокс здесь только видимый — многие христиане-сирийцы занимали высокие должности в администрации мусульманских правителей, например, в качестве личных врачей. Да и среди арабов также были христиане различных конфессий. Арабы не противодействовали христианству, считая жителей общин «людьми книги», а Учителя христиан одним из пророков, но на них наложили специальный налог, как на всех немусульман, последователей иных религий.

Но Семиречье и после падения тюркской империи осталось в руках тюркских народов, и не было завоевано ни арабами, ни китайцами. На северо-востоке мусульманские завоеватели, насколько известно, никогда не заходили дальше Тараза (Таласа). А в списке митрополий IX века, в которых было по несколько епископств (от шести до двенадцати), кроме Мерва, Самарканда и Герата упоминаются Кашгар, Тангут, Пекин и еще страны тюрков.

В 841 — 847 гг. в Центральной Азии гибнет государство уйгуров-манихеев, после чего большая часть кочевников-уйгуров принимает христианство. Известно также, что уйгуры в Х веке заимствовали у несторианских христиан письменность, на основе которой впоследствии образовались монгольские и манджурские письмена, положившие начало литературе и образованию этих народов. Появилась переводная христианская литература на тюркском, уйгурском языке: Евангельские тексты, жития святых, молитвы и проч. Совершившие путешествие в Среднюю Азию в середине XIII века европейские путешественники Плано Карпини [10] и Виллем Рубрук [11] пишут об уйгурах, как о несторианах. Кроме того, христианство способствовало смягчению диких нравов среди азиатских племен.

После падения Уйгурского каганата, бывшего союзника Танской империи, охранявшего интересы проживавших в Китае иноземцев, в этом государстве начались гонения на иноземные религии. Эдиктом 845 г. христианам, манихеям и буддистам запрещено было проживать в пределах Китая и к концу Х века христианство здесь полностью исчезло, несторианская церковь прекратила свое существование. Христиане в Китае вновь появились только после мангольского завоевания.

Но в конце IХ — Х вв. христианство в Средней Азии в целом переживает период временного упадка. В эпоху династии Саманидов (IХ — Х вв.) ислам, как государственная религия, активно завоевывает ведущее место и теснит иноверцев. В 893 году Исмаил Саманид совершил поход на Тараз и принудил город к сдаче. При этом, как сообщает Нершахи, эмир Тараза со многими дехканами вышел из города и принял ислам. После взятия города большая церковь в Таразе была обращена в соборную мечеть. [12]

В «истории Бухары» Нершахи пишет, что в Бухаре на месте христианской церкви так же была возведена мечеть Бани Ханзала. По словам того же автора аналогичная ситуация была и в городе Мирке (Мерке): мечеть в нем располагалась в здании бывшей церкви. [13] Такая же картина отмечается и в восточных пределах Саманидского государства. Мечеть на месте соборной церкви возводится в Мерве. В то же время христианские общины еще продолжают существовать как в областях самой Средней Азии, так и в её восточных колониях. Об этом говорит процветание христианского селения в Шавдаре под Самаркандом, община которого в Х веке имела свой храм, и существование на берегу Сыр-Дарьи христианских селений Вазкерда и Ургута. И, вероятно, не прерывалась деятельность Самаркандской и Мервской митрополий.

Гораздо больше влияние на судьбу тюрков, чем успехи мусульманского оружия, оказало мирное распространение ислама посредством торговых сношений. Из всех тюркских народов наибольшему влиянию мусульманской культуры были подвержены тюрки-карлуки. Киргизы (казахи) жили в то время на верховьях Енисея, куда к ним, по китайским известиям, еще в VIII веке каждые три года отправлялись караваны с шелком. Торговые сношения сблизили киргизов с арабами, карлуками и тибетцами. Но в Семиречье главная масса киргизов переселилась значительно позже. Если бы киргизы жили в Семиречье в эпоху караханидов, которые в Х веке отбили у карлуков Чуйскую долину, то они, несомненно, приняли бы ислам. Между тем, еще в ХVI веке киргизы считались язычниками.

Но и саманидское государство в конце Х века пришло в упадок, и впервые возникает государство мусульманских тюрков-кочевников, под властью династии илек-ханов или караханидов, которая господствовала в Восточном и Западном Туркестане. В Х веке в нескольких городах к востоку от Тараза уже были соборные мечети. Караханиды, как первая мусульманская династия в стране тюрков, несомненно, способствовали распространению ислама, и в этом отношении период их господства имеет большое значение в истории Средней Азии. Ибн-ал-Асир [14] рассказывает, что в 960 году принял ислам какой-то тюркский народ, в числе 200.000 кибиток. Это известие, вероятно, относится к жителям Семиречья. Осенью 1043 года мусульманами сделались тюрки, кочевавшие в степях Центральной Азии.

Но и в этот период христианство, параллельно с исламом, продолжает распространяться в азиатских пределах. Его несли как несториане, так в дальнейшем и католики.

Новый период в истории христианства на востоке начался с XI века. Возрождение несторианской церкви в Восточном Туркестане было вызвано расцветом сирийской христианской культуры на западе и притоком ближневосточных миссионеров и торговцев в Центральную Азию.

В 1009 г. принимают крещение от несторианских проповедников караиты, самый крупный и самый культурный из монголоязычных народов Центральной Азии. Как гласит предание, караитскому хану, заблудившемуся в пустыне, явился святой Сергий и указал путь домой. Хан принял крещение со всем своим народом и получил имя Маргуз (Марк). Среди караитов, в конце XIII века упоминается царь Георгий, католик по вероисповеданию.

Из источников этого периода только у Бируни дается различие между христианами различных конфессий — мелькитами (православными), несторианами, яковитами и другими направлениями. Бируни говорит о том, что резиденция «митрополита мелькитов Хорезма и Хорасана» располагалась в Мерве, а их католикоса — в Городе Мира (т. е. в Иерусалиме); он находится под властью Антиохийского патриарха. Так же Бируни пишет о мелькитах в его родном Хорезме. Причем последние подчинялись митрополиту Хорасана. Мелькиты Хорасана, среди прочих праздников, отмечали день «поминовения Иоанна-младшего из Мерва, которого убили в наше время». [15] То есть Бируни свидетельствует о существовании в Средней Азии, в частности в Хорезме и Хорасане, Православной Церковной организации, которая, среди прочего, занималась канонизацией своих последователей, принявших мученическую смерть за веру.

В ХI — ХII вв. в Самарканде продолжает существовать несторианская митрополия. Упоминание о несторианском митрополите в Самарканде в 1046 году имеется у Абу-л-Фараджа. [16] В это время приток в Согд несториан усилился по причине прихода к власти мусульман-караханидов, овладевших Чуйской долиной и вытеснивших от туда несториан.

В ХII веке христианство принимают найманы. Примерно в это же время принял христианство проникает в государство тангутов — потомков воинственных тюрок (последнего осколка хуннов). Основатель сельджукской династии Сельджук до своего обращения в ислам (около половины Х века) находился на службе у тюркского хана в киргизской степи и одного своего сына назвал христианским именем Михаил.

Слухи об успехах христиан на Востоке доходят до Европы и порождают легенду о царстве пресвитера Иоанна — христианском государстве в глубинах Азии.

В 1141 году караханидов и их союзников сельджукидов разгромили китайцы, покорившие восточный Туркестан, Самарканд и Бухару. Семиречье вместе с Туркестанским краем вошло в состав империи Кара-Китаев. Во главе империи стояли каганы (ханы ханов), которые придерживались манихейства и несторианства и были достаточно терпимы к различным верованиям. Они покровительствовали в равной мере всем основным религиям — и христианству, и манихейству, и исламу. Благодаря этой свободе христианство вновь получило широкое распространение. В ХII веке в одной из столиц империи — Кашгаре несторианский патриарх Илия III (1176−90 гг.) основывал митрополию среди тюрок-карлуков, а источники упоминают несколько епископов-тюрок. Кашгарский митрополит носил титул «митрополита Кашгара и Навакета», т. е. в состав кашгарской митрополии вошла южная часть Семиречья. [17] В Таразе и Мирки (Мерке) процветало христианство, действовали христианские церкви, христиане проживали и в городах по Сырдарье.

О христианах в Семиречье упоминает побывавший здесь в 1253 году Виллем Рубрук: «Земля эта прежде называлась Органум (Аргу — древнее название Семиречья) и жители ее имели собственный язык и письмена. Этими письменами и на этом языке несториане из тех стран прежде даже справляли службу и писали книги». Поскольку Рубрук различал уйгурскую письменность и сирийскую, бывшую в его время в употреблении у несториан Центральной Азии, остается предположить, что речь идет о согдийском языке, которым они широко пользовались, наряду с сирийским в предшествующий период. В Каялыке [18] (Кайлаке), по словам Рубрука, имелось три храма, принадлежавших несторианам.

При описании своего путешествия по Средней Азии и пребывание в ставке Менгу-хана Рубрук противопоставляет несториан и некоего армянского монаха Сергиса, представителя Армянской (Грегорианской) церкви. Но при описании Семиречья он упоминает из христианских течений только несторианское.

Профессор Хвольсон говорит, что в этот период несториане распространяли свое учение не только в Туркестанском крае, но вновь в западном и северном Китае, и между тюркскими племенами почти до Амура. Яхбалах, бывший митрополит тангутский и сделавшийся в 1281 году несторианским патриархом, был тюрк по происхождению из племени хаттай.

Всего же, как свидетельствует Амр б. Матта в составленном им в середине XIV века списке существовавших когда-либо несторианских митрополий, имелись митрополии в Герате, Мерве, Самарканде, Туркестане, Навакете, Кашгаре, Тануте и митрополия «халлухов», т. е. карлуков. [19]

Многочисленные древнейшие несторианские могилы встречаются местами в Семиречье, особенно вблизи Пишпека и Токмака. На этих могилах имеются надгробные камни, на которых высечены изображения Креста с сирско-тюрскими надписями.

Обнаружение Пишпекского кладбища связывается с поездками Н. Н. Пантусова и Ф. В. Пояркова в 1885 году, хотя впервые их отметил межевщик Семиреченского областного управления Т Андреев. Пантусов вскрыл более 80 могил. В целом же он считал, что кладбище содержит около трех тысяч погребенных. Представляет интерес и информация Пантусова: «Киргизы говорят так же, что встречаются большие каменные памятники с крестами по реке Чу значительно ниже Пишпека, в нескольких десятках верст от последнего». [20] Точное количество найденных в Чуйской долине, а так же на Иссык-Куле и у Алмалыка христианских намогильных камней неизвестно. Приводятся цыфры порядка 700 экземпляров. Все они выполнены сирийскими буквами, за исключением одной надписи, частично написанной армянской графикой, из чего можно предположить, что параллельно с несторианами в Семиречье существовали общины армян-монофизитов. Известно, что на берегу Иссык-Куля в XIV веке стоял армянский христианский монастырь, в котором, по преданию, хранились мощи святого апостола и евангелиста Матфея.

В начале XIII века Семиречье и Восточный Туркестан покорили монголы, что привело к разрушению многих городов. Часть монголов была язычниками, часть несторианами и сторонниками иных верований. Поэтому они с одинаковым уважением относились к мусульманству, буддизму и христианству. Духовенство всех этих исповеданий было освобождено даже от всяких налогов. Ислам в то время не был религией большинства, кроме того, и в мусульманских областях было значительное число иноверцев, в том числе и в Семиречье.

Известный завоеватель Чингисхан покорил караитов, причем известно, что многие женщины христианки из высшего класса этого народа были обращены в жены Чингисхана и его сыновей. В ханской ставке были воздвигнуты несторианские церкви, несториане получили доступ к государственным должностям. Такие действия правителя были связаны, вероятно, с политическими событиями, которые изменялись и заставляли принимать или отвергать те или иные верования, являвшиеся в те времена «опорой трона». Так, уже в 1257 году, взошедший на престол в Золотой Орде хан Берке устроил в Самарканде избиение несториан. Вместе с тем, по сведениям Рубрука, большинство цариц и придворных Мунке-хана открыто исповедовали несторианство.

Ближайший преемник Чингисхана, его сын Джагатай, владычествовавший над средним и восточным Туркестаном, покровительствовал христианам и, как говорит легенда, переданная итальянским путешественником XIV века Марко Поло, [21] исповедывал христианство. Брат его Октай также покровительствовал христианам, а по смерти его около половины XIII века монгольским государством управляла в течение нескольких лет его вдова, которая исповедывала христианскую веру. Сын ее Гаюк-хан, будучи сам христианином, приблизил ко двору христиан и имел священнослужителей, которым он давал содержание. Перед его шатром сооружена была христианская часовня, в которой совершались богослужения. В произведениях Плано Карпини, побывавшего в Каракоруме в 1245—1247 гг. и явившегося свидетелем иногурации хана Гаюка, говорится, что в монгольских владениях существовали «яковиты» и «несториане». К примеру, люди «земли Гуиров», вероятно уйгуры, названы им «христианами несторианской ереси». [22] При характеристике некоторых черт Гаюк-хана приводится такая фраза: «Он держит христианских клириков… и они поют всенародно и открыто и звонят к часам, согласно обычаю Греков, как и прочие христиане». [23] В этих свидетельствах можно усмотреть, что при дворе Гаюк-хана исповедовалось православие.

О персидском полководце XIII века Ильчигадае известно, что он имел поручение от великого хана Гаюка освободить персидских христиан от рабства, восстановить их церкви для беспрепятственного отправления в них богослужений. Сам полководец Ильчигадай принял христианство и примкнул к Гаюк-хану, желавшему заключить союз с королем Людовиком IX против мусульман багдадских и египетских, преследовавших христиан. Послы Людовика к монгольскому владетелю рассказывали, что преемник хана Гаюка, Мангу, был склонен принять христианство. В одной орде послы видели более восьмисот, христианских часовен. Преемники Мангу Кублай и Гулагу также благосклонно относились к христианам. Мать и жена последнего хана Гулагу были христианки. Под влиянием жены, ревностной христианки, муж ее Гулагу-хан покровительствовал распространению христианства в своих обширных владениях. Из сочинения Марко Поло видно, что в это время в Самарканде вместе с сарацинами жили христиане и имели церковь во имя Иоанна Крестителя, построенную во второй четверти XIII века.

По историческим источникам XIII века известно, что несторианскому патриарху подчинялись семьдесят провинций с большим числом христиан на востоке, имевших множество церквей.

Ко времени владычества джагатайских ханов XIII и XIV веков относятся надгробные памятники с изображениями креста и сирийскими надписями, аналогичными с надписями несторианских могильников Пишпека и Токмака. Эти памятники найдены в развалинах Алмалыка, резиденции джагитайских ханов, вблизи селения Мазар в пределах Китая, верстах в 8−10 от китайской границы, против поселка Николаевского нынешнего Джаркентского района, Алматинской области.

В половине XIII века правнук Джагатая Мурабек-шах с 1266 года, а за ним и другие ханы стали принимать ислам. За ханами стали принимать магометанство и все монголы. Отношения к христианству стало постепенно меняться. Прежние покровительство и веротерпимость сменились мусульманским фанатизмом, и в последующие столетия ислам как государственная религия вытесняет все остальные, в том числе и христианство.

В то же время, особенно в начале XIV века успешно распространяли свою деятельность католические миссионеры. Так доминиканец Фома Макгацола был назначен папой Иоанном XXII в Самарканд епископом. Здесь он и погиб в 1339 году. Вместе с ним пострадало множество христиан. Нет сомнения, что от фанатизма мусульман пострадали также все семиреченские христиане, многие из которых занимали важные государственные должности.

С этого времени о христианах Средней Азии более не упоминается. Нет сомнения, что, по Божиему попущению, все, что было насаждено многими трудами в прошедшие века, погибло под беспощадной рукой мусульманства. Особенно при Тамерлане несториане подверглись истребительному гонению, от которого уцелели лишь небольшие остатки последователей этого христианского течения. Не упоминает о христианах и митрополит Хрисанф, совершивший путешествие по востоку, в частности по Средней Азии в конце XVIII века. Митрополит Хрисанф свидетельствует только, что при посещении им Бухары там находилось около тридцати тысяч пленников из православных русских людей, в том числе несколько тысяч из войска казненного Пугачева. Этими пленными бухарцы торговали как товаром. Равным образом и в Хиве было тогда около пятнадцати тысяч русских пленных, которыми мусульмане торговали как вещами.

Таким образом, из этого краткого обозрения видно, что христианство в Средней Азии и Казахстане среди тюрков получило распространение с самых первых веков, намного раньше, чем в Киевской Руси среди славян и просуществовало почти до половины XIV века, то есть более тысячи лет. Христиане занимали необозримое пространство — почти весь Азиатский континент и, казалось бы, что за прошедшие столетия их учение упрочилось здесь навсегда. Но надо констатировать, что в большей степени, возможно — подавляющей, исповедовалось христианство несторианского толка. То есть, в последние несколько веков свет христианской веры был помрачен здесь нагаром ереси и уже не сосредотачивал в себе всей чистоты Вселенского Православия. По этой ли одной причине, или по другим, сокрытым в тайнах мироправления Божия, — только Зиждителю мира и Церкви было неугодно, чтобы этот свет остался и пребыл здесь навсегда. И «светильник» Церкви Туркестанской был «сдвинут» со своего места благодеющей рукой Промысла и отдан на попрание врагам. Мраку стихийного, плотского мудрования — мраку исламизма, было попущено затмить собою мерцание веры Евангельской. И нельзя, казалось бы, не сожалеть об этом. Но по слову апостола Павла, недосягаема глубина премудрости и разума Божия (Рим. 11, 33).

Это попущение Божие продолжалось до середины XVIII столетия, пока Россия, ценою пота и крови своих сынов не завоевала Азиатские рубежи и не освоила степного края, принеся в Великую Степь и предгорье Заилийского Ала-Тау с православными воинами и крестьянами-переселенцами вместо света не вполне чистого и евангельского — сияющий полным блеском евангельской чистоты свет Христовой веры.

Как известно, освоения края было связано с процессом постепенного вхождения трех киргиз-кайсацких орд в состав Российского государства, то есть с принятия народом, населявшим территорию современного Казахстана, Российского подданства. Этот процесс, длившейся более 130 лет, начиная с 30-х годов XVIII века, начало которому положил хан малой орды Абулхаир, завершился в 1865 году с принятием в русское подданство Большой орды, кочевавшей на территории Семиречья.

Распространение христианства шло постепенно, по мере административного и хозяйственно-экономического освоения Степного края, где наряду с военными форпостами постепенно образовывались казачьи станицы и крестьянские поселения. В приграничных крепостях и новообразованных поселениях стали учреждаться и новые приходы, составляться приходские причты, возводиться храмы.

В 1871 году была образована Туркестанская епархия, которую возглавил маститый иерарх Русской Церкви — архиепископ Софония (Сокольский). Ему и его преемникам — преосвященным Туркестанским архиереям, а вместе с ними и духовенству епархии предстояло трудиться почти на невозделанной почве, строить на чужом основании, поскольку в Туркестане еще не было ни в достаточной мере духовенства, ни веками определившихся традиций, как в коренных русских епархиях.

Русские православные туркестанцы, отрезанные от корней своей родины, были лишены возможности непосредственно питаться от обильных живоносных источников святынь старых русских городов. Но, сохраняя в чистоте и неповрежденности православную веру, они горели желанием иметь на освоенной ими земле свои святыни и своих святых. Преосвященные Туркестанской архипастыри и пастыри стремились по возможности удовлетворить эти потребности. В дар Туркестанской епархии из Российских пределов, со святой горы Афон жертвовались списки наиболее чтимых образов Богоматери и святых, были привезены частицы мощей особо почитаемых святых.

Но эти священные дары явились только лишь продолжением традиций Церкви Российской, не будучи проявлением самобытности Церкви Туркестанской. В то время в Туркестанском крае не было еще ни одного явленного святого. И вот дальнейшая, послереволюционная история Православной Церкви в Казахстане послужила к прославлению подвизавшихся и пострадавших именно здесь, на далекой Российской окраине, святых мучеников и исповедников и появлению в связи с их почитанием местных традиций, укрепляющих эту Церковь. В этот сравнительно небольшой отрезок времени вся земля Казахстана пропиталась кровью новомучеников и наполнилась их святыми останками. И Церковь Казахстанская, пройдя через огненные искушения, украсившись страдальческим венцом, обрела сугубых молитвенников за народ, населяющий эти пределы.

На юбилейном Архиерейском соборе в лике новомучеников и исповедников Российских было прославлено более 200 святых, пострадавших в Казахстане. Наиболее почитаемые из них хорошо известны на всем каноническом пространстве Русской Православной Церкви — это священномученик Пимен (Белоликов), епископ Верненский и Семиреченский, священноисповедник Николай (Могилевский), митрополит Алма-Атинский и Казахстанкий, преподобный Севастиан (Фомин), старец Карагандинский, подвизавшиеся в горах Заилийского Ала-Тау близ Алма-Аты преподобномученики иероманахи Серафим (Богословский) и Феогност (Пивоваров). Еще не прославлен Церковью, но пользуется огромным почитанием митрополит Алма-Атинский и Казахстанский Иосиф (Чернов).

Таким образом, спустя 2000 лет со времени пришествия в мир Христа Спасителя, свет Христов, некогда зажженный на степных просторах и в предгорьях Казахстана, то ослабевая, то совершенно потухнув, воссиял в полном своем величии. Православная Церковь в этих пределах обрела сонм святых Божиих угодников, и в прошедшем 2004 году по благословению Патриарха Алексия II православные казахстанцы впервые совершали празднование Собора Святых Новомучеников и Исповедников Казахстанских. Совершилось то, о чем, наверное, было трудно даже помыслить тем, кто несколько веков назад явился свидетелем поглощения здесь последних бликов затухающей истины мусульманским мраком. Можно сказать, что нашему поколению, испытывающему на себе неимоверную духовную брань, дано в подкрепление вместе с небесными силами, духовное воинство святых новомучеников и исповедников. И имея перед собой пример их стойкости и мужества, заручась их молитвами, мы можем и должны сохранить и преумножить Святой Православие на этой земле, что и является основной миссией здесь православного русского человека.
Вера Королева, референт Комиссии по канонизации святых Астанайской и Алматинской епархии Русской Православной Церкви

Библиография

А. Б. Никитин. «Христианство в Центрально Азии». Сборник «Восточный Туркестан и Средняя Азия», М. «Наука», 1984 г.
В. В. Бартольд. «О христианстве в Туркестане в домонгольский период».
В. В. Бартольд. «Очерк истории Семиречья». Г. Фрунзе, 1943 г.
Протоиерей Тарасий Иваницкий. «Судьба христианства в Туркестанском крае до русского в нем владычества». «Туркестанские Епархиальные Ведомости», 1911 г., № 5−6.
Священник Петр Ратьковский. «Христианство в Средерей Азии в древние века», «Туркестанские Епархиальные Ведомости», 1916 г., № 19.
К. М. Байпаков. «Христианство Казахстана в средние века».
В. Д. Горячева, С. Я. Перегудова. «Памятники христианства на территории Киргизстана».
3. И. Усманова. Христианские памятники Туркмении.
Г. И. Богомолов, Ю. Ф. Буряков, Л. И. Жукова, А. А. Мусакаева, Г. В. Шишкина. «Христианство в Средней Азии».
А. А. Мусакаева. «О несторианах в Средней Азии».
Ю. Ф. Буряков. «Христианство на великом Шелковом пути».
В. А. Кольченко. «Заметки о христианстве в Чуйской долине в средние века».
Архиепископ Туркестанский и Ташкентский Софония (Сокольский) «Слова и речи», СПб, 1876 г.

Примечания:

1 — Абу Рейхан Бируни (973 — 1048 гг.) среднеазиатский ученый-энциклопедист.
2 — Несториане — христианская секта, ведущая свое происхождение от Нестория. Большая часть его последователей сосредоточилась в восточной части Антиохийского патриархата, где против них было поднято гонение эдесским епископом Равулой.
3 — Согдийцы — древняя восточно-иранская народность Средней Азии и Казахстана. Одни из предков таджиков и узбеков.
4 — Согд — историческая область в Средней Азии в бассейне рек Зеравшан и Кашкадарья. Один из древнейших центров цивилизации. С ХVI века входил в состав Бухарского ханства. С 1868 г. входил в состав России.
5 — А. Б. Никитин, «Христианство в Центральной Азии».
6 — Бартольд 1996, с. 264.
7 — Существование христиан в Семиречье подтверждают археологические раскопки. Христианская церковь VIII века и некрополь с погребениями VI—VII вв. были найдены на городище Ак-Бешим (расположено в 8 км. От г. Токмак в Киргизии). Большая часть погребений совершена по христианскому обряду. При раскопках Тараза в слое VI — VII вв. была найдена керамическая кружка с сирийской надписью «Петр и Гавриил», хотя эту надпись ученые считают принадлежащей христиаиам-яковитам.
8 — По другим источникам (А. Б. Никитин, «Христианство в Центральной Азии») царь Иездигерд III окончил свои дни в 18 км от Старого Мерва, где располагалось культовое сооружение Хароба Кошук, принадлежавшее несторианам.
9 — Подтверждением того, что жители Мерва являлись христианами, служит обнаруженный археологами к западу от городища Старого Мерва христианский некрополь, захоронения в котором велись с III по VI век. Предполагается, что небольшой монастырь, раскопанный в северо-восточном углу Гяур-калы. Он был построен в конце IV века и принадлежал православным, покинувшим его в середине VI века, возможно, вследствие давления со стороны несториан.
10 — Плано Карпини — итальянский путешественник. В 1245 был отправлен папой римским Иннокентием IV с дипломатическим посольством к монгольскому великому хану.
11 — Рубрук (Рубруквис) Виллем (Гильом) (родился между 1215 и 1220 гг. — умер в 1293 г.), фламандский путешественник, монах. В 1253−55 гг. совершил поездку в Монголию во главе посланной французским королём Людовиком IX дипломатической миссии. Рубрук отправился из Франции в Палестину, прошёл через Константинополь, Крым, донские степи, по территории современной Средней Азии в Центральную Монголию. В 1254 г. Рубрук достиг г. Каракорум; на обратном пути прошёл Кавказ и Малую Азию. В отчёте Рубрука о путешествии содержится материал по истории, этнографии и географии тех территорий, которые он посетил.
12 — О распространении христианства в Семиречье и, в частности, о существовании в VI — VII веках христианских храмов, свидетельствуют и современные археологические раскопки. Так, в ходе археологических раскопок в апреле 2006 года в центре Тараза (Южно-Казахстанская область), на территории Рабада-3, городища Древний Тараз, были обнаружены остатки христианского храма, о чем свидетельствуют найденные находки с христианской символикой. О том, что здесь была раннехристианская церковь, говорит характер постройки, ее географическое расположение. Поход саманидского правителя Исмаила ибн Ахмета и обращение всех жителей Древнего Тараза в ислам привели к перестройке церкви в мечеть.
13 — Бартольд, 1996, с. 269.
14 — Ибн-Аль-Асир 1160−1233 или 34 гг. арабский историк. Главный труд — «Совершенный в истории», или «Полная история» в 12 томах.
15 — Бируни, 1957, с. 317−318, 331.
16 — Абу-ль-Фарадж (поэтическое прозвище Григорий Иоанн Бар-Эбрей) (1226, Малатья, Турция, — 30.6.1286, Марага, Южный Азербайджан), сирийский писатель, учёный, врач. Родился в семье врача. Был главой монофизитов — сирийских христиан. Автор трудов по медицине, астрономии, философии, теософии, риторике. Составил грамматику сирийского языка «Книга лучей» и «Всеобщую историю» в 3 частях.
17 — По другим источникам центр митрополии Кашгара и Навакета находился в Невакете (городище Красная речка) Навакет был крупным торговым городом в Чуйской долине.
18 — Каялык находился к северу от Или несколько западнее Копала в равнине.
19 — Интересным свидетельством тех времен являются многочисленные христианские памятники. Христианский комплекс с церковной утварью IХ-ХII веков был открыт в Старом Термезе.
20 — Пантусов, 1886 г., с. 78.
21 — Поло Марко (около 1254 г., Венеция, — 8.1.1324 г., там же), итальянский путешественник и писатель. Сопровождая отца и дядю, венецианских купцов, Марко Поло около 1271 -1275 гг. проехал морем к юго-восточным берегам Малой Азии, оттуда сушей в Северный Китай (через Армянское нагорье, Месопотамию, Иранское нагорье, Памир и Кашгарию). Живя в Китае на службе у хана Хубилая (до 1292 г.), Марко Поло посещал разные области страны. Вернулся морем из Южного Китая через Иран в Венецию в 1295. По некоторым данным, участвовал в войне с Генуей. Около 1297 г. Марко Поло попал в плен к генуэзцам. Его красочные рассказы о путешествиях были записаны Рустичано (др. заключённым) на венетском диалекте (в 13 в. — язык итальянской художественной прозы). Они составили «Книгу Марко Поло» (1298 г.) — ценный источник по географии, этнографии, истории Армении, Грузии, Ирана, Китая, Монголии, Индии, Индонезии и др. стран; содержит также народные поверья, легенды, сказки.
22 — Плано Карпини, «Путешествие в восточные страны» М., 1957, с. 72−73.
23 — Там же, с. 79−80.

http://rusk.ru/st.php?idar=112380

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Николай-абс    28.09.2012 02:21
Очень здорово! Спасибо автору. Узнал много нового.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

цены на шкода октавия . упаковка dvd , расценки доступные