Русская линия
Русская линия Дмитрий Соколов29.11.2007 

Чиновник террора
Жизненный путь М. Я. Лациса

Жизненный путь этого человека был типичен для большинства российских революционеров XX века. Во всяком случае, до октября 1917 г. он не представлял собой ничего примечательного — подобных ему было много.

Вступив в 1905 г. в Социал-демократию Латышского края, Мартын Янович Лацис (урожденный Ян Фридрихович Судрабс), на протяжении нескольких лет был одним из ее активных пропагандистов.

В 1908 г. сдал экзамен на звание народного учителя. В 1912 г. перебрался в Москву. Там он обучался с 1912 по 1915 годы в университете, параллельно руководя латышской социал-демократической группой, за что в конечном итоге был арестован и в августе 1915 г. сослан на территорию Иркутской губернии, но вскоре оттуда бежал.

Объявившись в 1916 г. в Петрограде, был введен в состав Петроградского комитета РСДРП. С этого времени начинается его стремительное движение вверх.

После Февральской революции Лацис возглавил организацию большевиков Выборгской стороны в Петрограде, был одним из организаторов Красной гвардии в Выборгском районе.

В октябре 1917 г. вошел в число участников Выборгского районного штаба по подготовке восстания, затем стал членом Петроградского военно-революционного комитета (ВРК) и руководителем Бюро комиссаров ВРК.

С 15 ноября 1917 г. Лацис в коллегии НКВД, руководит отделом местного управления; с 20 мая 1918 г. Лацис становится членом коллегии ВЧК, а вскоре — возглавляет отдел ВЧК по борьбе с контрреволюцией.

С этого времени начинается стремительный процесс превращения «пламенного революционера» в цепного пса большевизма, этакого красного Робеспьера.

После покушения на Ленина 30 августа 1918 г. и убийства председателя петроградской ЧК Моисея Урицкого, советское правительство принимает декрет «О красном терроре», во исполнение которого по всей стране были расстреляны многие тысячи ни в чем не повинных людей.
Этот период становится «звездным часом» Мартына Лациса, его зловещим триумфом.

В изданном 1 ноября 1918 г. в Казани журнале «Красный террор» — печатном органе чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией на Восточном фронте, Лацис давал такие указания органам ЧК:

«Мы не ведем войны против отдельных лиц. Мы истребляем буржуазию как класс. Не ищите на следствии материала и доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить — к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом смысл и сущность красного террора».

В работах советских и некоторых современных исследователей можно найти утверждение, что красный террор был мерой чрезвычайной, и был навязан большевикам их противниками.
Это утверждение является в корне неверным.

Революционный террор начал гулять по стране задолго до убийства Урицкого, и даже задолго до октябрьского переворота, в период так называемой «бескровной» Февральской революции.

Первыми его проявлениями стали солдатские и матросские самосуды, а также погромы помещиков в деревне.

После прихода большевиков к власти насилие и массовые убийства стали обыденностью. В одном Севастополе в январе 1918 г. было зверски убито около 800 офицеров и гражданских лиц. В Евпатории казнили свыше 300 человек, предварительно подвергнув их мучительным пыткам. Казни производились на гидрокрейсере «Румыния» и транспортном судне «Трувор» под руководством комиссарши Антонины Нимич. Жертву выводили из трюма на палубу, раздевали, отрезали нос, уши, губы, половые органы, рубили руки и ноги и сбрасывали в море.

В Таганроге офицеров и юнкеров расстреливали прямо на улицах. Около 50 человек были брошены связанными в доменные печи.
Аналогичные вещи происходили и в обеих столицах.

Так, количество жертв, убитых по приказу того же Урицкого, составляло не менее 5 тыс. человек. При этом председатель петроградской ЧК имел обыкновение наблюдать за расстрелами из окна своего кабинета.

«Для меня, — говорил он, — нет высшего наслаждения видеть, как умирают монархисты». [1]

Таким образом, красный террор начался отнюдь не с принятием большевистским правительством соответствующего декрета. Постановление Совнаркома лишь узаконило существующий произвол.

Какую же роль играл во всем этом Лацис?

На протяжении всего периода гражданской войны он выступает в качестве апологета массового террора, его идеолога и глашатая.

«ВЧК, — писал Лацис, — самая грязная работа революции. Это — игра головами. При правильной работе полетят головы контрреволюционеров, но при неверном подходе к делу мы можем проиграть свои головы… Установившиеся обычаи войны, выраженные в разных конвенциях, по которым пленные не расстреливаются и прочее, все это только смешно: вырезать всех раненых в боях против тебя — вот закон гражданской войны».

Осенью 1918 г., когда под влиянием творимого чекистами произвола в советской печати разгорелась дискуссия о перспективах существования чрезвычайных комиссий и усилении партийного контроля за их деятельностью, Лацис выступил последовательным сторонником сохранения за ЧК неограниченных полномочий. Особенно резкое неприятие Лациса вызвало предложение Наркомата юстиции об изъятии у ЧК права вынесения приговоров.

Как и любая посредственность, волею обстоятельств получившая право распоряжаться судьбами миллионов, Лацис обладал повышенным самомнением и склонностью к графомании.

Благодаря этой своей склонности Мартын Янович становится официальным историографом ВЧК, составив отчёт о её деятельности за 4 года, написав ряд статей о работе этой зловещей организации.

«ЧК, — заявлял Лацис, — это не следственная коллегия и не суд… это — боевой орган партии будущего, партии коммунистической Она уничтожает без суда или изолирует от общества, заключая в концлагерь. Что слово — то закон. Работа ВЧК должна распространяться на все те области общественной жизни, где вкоренилась контрреволюция: за военной жизнью, за продработой, за народным просвещением, за всеми положительно хозяйственными организациями, за санитарией, за пожарами, за народной связью и т. д. и т. д.»

Пытался Лацис оставить свой след и в драматургии. В частности, им была написана «революционная» пьеса «Последний бой. Революционная хроника в пяти действиях, семи картинах».

В апреле 1919 г. Лацис был командирован на Украину, якобы затем, чтобы помочь местным органам «в организации чекистского аппарата». [2] Здесь, постановлением украинского правительства, Мартын Янович назначается председателем Всеукраинской ЧК и одновременно становится неограниченным властителем Киева.

Внешне благообразный, всегда подчеркнуто вежливый, Лацис взялся за искоренение «врагов революции» на подконтрольной ему территории с холодной педантичностью и старательностью. Типичный палач-теоретик, этот несостоявшийся педагог собрал под своим началом целую коллекцию монстров, представлявшую собой сборище клинических психопатов, садистов, сексуальных извращенцев и маньяков-убийц.

В городе работало шестнадцать «чрезвычаек», действовавших независимо друг от друга, так что человек, чудом вырвавшийся из одной, мог сразу попасть в другую. Главные из них компактно расположились в Липках — квартале богатых особняков, за короткое время превратившемся в царствие страха и смерти.

Среди палачей киевской ЧК наибольшей жестокостью прославились Роза Шварц и некая «товарищ Вера». Особо страшную ненависть у обеих чекисток вызывали люди с нательными крестиками. После не поддающихся описанию многочисленных издевательств и богохульных кощунств чекистки срывали эти кресты и выжигали затем каленым железом изображения креста на груди или на лбу своих жертв.

По-другому действовал комендант ГубЧК Михайлов: в ясные летние ночи он выгонял арестованных голыми в сад и охотился за ними с револьвером в руках. Прежде чем застрелить свою жертву, он подробно расспрашивал о ее переживаниях, чувствах, и только потом убивал.

Отъявленным садистом и извращенцем был главный палач губернской ЧК Сорин (Блувштейн), устраивавший шумные оргии, где обнаженные «буржуйки» плясали и играли на фортепиано — причем иногда во время таких оргий принимал и посетительниц, приходивших просить за родных.

При допросах чекистами практиковались изощренные пытки — капали на тело горячим сургучом, сутками держали узников стоя в узких шкафах или забивали в гроб вместе с трупом, угрожая похоронить живым.

Наблюдая за деятельностью организованных им «конвейеров смерти», Лацис на полном серьезе писал «научные труды» со статистикой, диаграммами, графиками, исследующими распределение казней по полу и возрасту жертв, строил временные и сезонные зависимости, занимался изучением социального состава расстрелянных и подгонял свои выкладки под фундаментальные законы марксизма. [3]

Упиваясь всевластием ЧК, 18 августа 1919 года Лацис писал:

«Для нас нет и не может быть старых устоев морали и „гуманности“, выдуманных буржуазией для угнетения и эксплуатации „низших классов“. Наша мораль новая, наша гуманность абсолютная, ибо она покоится на светлом идеале уничтожения всякого гнета и насилия. Нам все разрешено, ибо мы первые в мире подняли меч не во имя закрепощения и угнетения кого-либо, а во имя раскрепощения от гнета и рабства всех.

Жертвы, которых мы требуем, жертвы спасительные, жертвы устилающие путь к Светлому Царству Труда, Свободы и Правды. Кровь? Пусть кровь, если только ею можно выкрасить в алый цвет серо-бело-черный штандарт старого разбойного мира. Ибо только полная бесповоротная смерть этого мира избавит нас от возрождения старых шакалов, тех шакалов, с которыми мы кончаем, кончаем, миндальничаем, и никак не можем кончить раз и навсегда». [4]

Накануне взятия Киева войсками генерала Деникина, по личному указанию Лациса была организована массовая «чистка» тюрем, в ходе которой многие содержащиеся в них узники были расстреляны.

Вошедшие в город белые части застали лишь груды остывающих трупов.

Вот так, согласно данным деникинской комиссии по расследованию злодеяний и беззаконий большевиков, выглядело одно из мест экзекуций, принадлежавшее губернской ЧК:

«Весь цементный пол большого гаража был залит уже не бежавшей вследствие жары, а стоявшей на несколько дюймов кровью, смешанной в ужасающую массу с мозгом, черепными костями, клочьями волос и другими человеческими остатками. Все стены были забрызганы кровью, на них рядом с тысячами дыр от пуль налипли частицы мозга и куски головной кожи. Из середины гаража в соседнее помещение, где был подземный сток, вел желоб в четверть метра ширины и глубины и приблизительно в десять метров длины. Этот желоб был на всем протяжении доверху наполнен кровью…»

По свидетельству очевидца этих событий, работника Красного Креста, доктора Ю.И.Лодыженского, «помимо известных мест заключения и расстрела, были еще подвалы, заваленные трупами, о которых никто не знал. По мере опознания все новых и новых жертв о них сообщалось родственникам, а затем эти груды тел свозились на грузовичках к огромной загородной братской могиле. Когда это было кончено, там было совершено всенародное отпевание в присутствии многотысячной толпы… Трудно забыть ужасный запах многих сотен полуразложившихся и изуродованных трупов и сцены отчаянья, которым мы были свидетелями». [5]

А вот что вспоминает о тех временах Герой Социалистического Труда, трижды лауреат Госпремии СССР академик АН СССР, А.А.Дородницын: «…когда Киев и наше село заняли деникинцы, отец отправился в Киев раздобыть лекарств для больницы. Завалы трупов — жертв ЧК — еще не были разобраны, и отец их видел своими глазами. Трупы с вырванными ногтями, с содранной кожей на месте погон и лампасов, трупы, раздавленные под прессом. Но самая жуткая картина, которую он видел, это были 15 трупов с черепами, пробитыми каким-то тупым орудием, пустые внутри. Служители рассказали ему, в чем состояла пытка. Одному пробивали голову, а следующего заставляли съесть мозг. Потом пробивали голову этому следующему, и съесть его мозг заставляли очередного…»

Всего в Киеве следователи деникинской комиссии обнаружили 4800 трупов казненных. Но приведенную цифру отнюдь нельзя назвать полной, поскольку в некоторых захоронениях тела не представлялось возможным сосчитать из-за сильного разложения, а по данным населения, количество исчезнувших в «чрезвычайках» горожан составило свыше 12 тыс. человек.

На протяжении всей гражданской войны Лацис вместе с Ф.Э.Дзержинским, И.К.Ксенофонтовым и Я.Х.Петерсом оставался одним из бессменных руководителей ВЧК. И также, как и другие главари советской тайной полиции, Мартын Янович был ответственен за все преступления, совершенные большевистским режимом в этот драматичный период.

После окончания гражданской войны Лацис на административно-хозяйственной и партийной работе. В промежуток с 1921 по 1938 годы занимал ряд высокопоставленных должностей: с 1921 г. — был заместителем председателя (а впоследствии — председателем) Главсоли; с 1922 г. — председателем Солесиндиката и заместителем начальника Главного управления горной промышленности; с 1923 г. — членом коллегии Наркомата земледелия РСФСР и председателем Госсельсиндиката. Одновременно занимал посты председателя Совета Моссельбанка и начальника Лениздата. В 1932 г. становится директором Института народного хозяйства имени Г. В. Плеханова…

Но вот наступил 1938 год. Как и для многих других «героев Октябрьской революции», для Лациса этот год стал последним. Арестованный по обвинению в принадлежности к «контрреволюционной националистической организации», 11 февраля 1938 постановлением коллегии НКВД и прокурора СССР Мартын Янович Лацис был приговорен к расстрелу.

Так один из руководителей ВЧК и ярых проводников политики классового террора сделался жертвой той самой системы, которую сам же и создавал.

Примечания:

1 — Платонов О.А. Под властью зверя. — М.: «Алгоритм», 2004. — с.198
2 — Голинков Д.Л. Крушение антисоветского подполья в СССР. — Кн.1, изд. 2-е, испр. и доп. М.: Политиздат, 1978. — с.313
3 — Шамбаров В.Е. Государство и революции. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002. — с. 138
4 — ВЧК/ГПУ: документы и материалы. Сост.:Ю. Г. Фельштинский. — М.: Издательство гуманитарной литературы, 1995. Электронная версия книги — http://lib.norcom.ru
5 — Лодыженский Ю.И. От Красного Креста к борьбе с коммунистическим Интернационалом. — М.: Айрис-пресс, 2007. — с.175−176.

http://rusk.ru/st.php?idar=112244

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  реальный    29.12.2008 20:04
"И что-то кажется мне, что и в сегодняшней России тем более нет внутреннего иммунитета против таких же ужасов".

Совершенно с вами согласен. Общество не готово к сопротивлению. Нам навязывается либеральный проект беззубых общественных объединений… Но Россия , как нация выживала в истории как военизированное население. Чем в большей степени военная функция переходила к регулярной армии, тем в большей степени разоружалось население. Помнится СРН иницировал перед царем выдачу оружия местным организациям. Но это поддержки не нашло. У любых революционеров и криминала оружие моментально найдется со складов регулярной армии… У простых людей его не будет… В США по сей день существует национальная гвардия – вооруженные объединения местного населения для чрезвычайных обстоятельств. Конечно в отличие от США у нас культура свободного оборота оружия утрачена. Но безоружность населения – это свобода насилия над ним. У Солженицина написано, что если бы каждого чекиста приходящего с арестом встречали огнем, как в отдельных случаях бывало, террор бы прекратился. Террор – это безнаказанность. Основное условие безнаказанности – безоружность жертвы. Армия заменившая вооруженное население если в 18-м и еще в 19-м веках играла роль политической силы в 20-м веке уступила эту роль тайным обществам и закрытым спецсслужбам. Таким образом население целиком зависит в смысле защиты от государства. Личности в армии выводятся. Следовательно, автономное действие отдельных воинских частей, хотя бы в защиту населения, практически исключается. Гипертрофированно мощные спецсслужбы роль играют неопределенную. Они выполняют приказы. Причем любые. То не пущать, то пущать… Сейчас мы имеем феномен, когда спецслужбы отдают приказы сами себе… Понятно что система устойчива до кризиса в случае войны или еще чего, как эта система заиграет? Какие Лацисы-Басаевы повылазят… Причем малые народы типа чечен прекрасно вооружены, как и все горцы. В Беслане к школе сбежалось местное население с пулеметами… Русские безоружны… Это политика… К сожалению в России все существенное происходит сверху… Ожидание нормальных законов об оружии бессмысленно… Самовольное вооружение преследуется… Выжидание куда кривая вывезет заканчивается описанными чрезвычайками… Кстати горцы почему то не боятся вооружаться. У них, очевидно, не в моде стук… да и возможности хранения лучше… Русским пора задуматься о своей безопасности самим, а не перепоручать это спецслужбам, история которых начиналась с уничтожения русских, как описано в статье.
  czerni    29.12.2008 15:49
Цитата:
  Навряд ли. Если, конечно, официальные биографии наших "великих латышей" целиком сфальсифицированы в той части, которая касается их происхождения.  

А Вы на кого подумали?
Как я принмаю, Ваш комментатор имел в виду, что г-н Лацис,
на самом-то деле никакой не латыш, а происходит из земиголы.
  Lucia    29.12.2008 12:49
Наш диагноз очень прост:
Ничего нам не поможет.
  Lucia    29.12.2008 11:25
Ну, это ясно.
  Одиноков    29.12.2008 11:02
Вот погодите, они-таки и чугунного Феликса на Лубянскую площадь снова поставят… Спят и видят сей день и час.
  САВИН ИГОРЬ    29.12.2008 08:06
Удивительно, что нынешнее ФСБ ведет свою родословную именоо от ВЧК(празднуя 90-летие) .. Это ли не плевок в душу всем русским и другим коренным народам России.. Это ж надо додуматься -праздновать свое 90-летие.
Подобные "праздники" утверждают еще раз в мысли что нынешние власти просто перекрасились, а советчина не побеждена
  А.В.Шахматов    29.12.2008 02:00
Это Димитрию Соколову!
  А.В.Шахматов    29.12.2008 01:48
С благодарностью и добрым Вам пожеланием на многие годы!!!
  Филимонов    29.12.2008 01:43
Что большевики были мерзавцами, и так всем известно. Что в начале значительная их часть состояла из выходцев из еврейской среды, из прибалтов и других народностей – тоже. Что Сталин, сам еще тот ариец, многих из них расстрелял – тем более. Ну и предоставим мертвецам расстреливать мертвецов. Или мы хотим доказать сами себе и друг другу, что это все инородцы нагадили, а мы вроде тут и ни при чем? Так ведь сами понимаем, что не выйдет. Тем более недопустимо испытывать какое-то удовольствие, вспоминая, что вот, был такой Лацис, совершил массу абсолютно кошмарных вещей в своей жизни, а в итоге и его убили, ура, 1938 год настал, и т. д. Это страшная судьба, и думать об этом противно и жутко. Вспоминать обо всем этом есть смысл, мне кажется, только для того, чтобы понимать: люди тогда были отнюдь не хуже и не глупее нас сегодняшних – и все же в массе своей оказались абсолютно неспособны к эффективному сопротивлению торжествующему злу. Победителями остались Св. Новомученики, победительницей осталась Церковь – то есть, личности, соединенные Богом и вдохновлявшиеся верой. А вот общество, народ, показали полнейшую свою недееспособность, неспособность к осознанному совместному действию. Та же Белая Гвардия не получила подлинно народной, масштабной поддержки. И что-то кажется мне, что и в сегодняшней России тем более нет внутреннего иммунитета против таких же ужасов.
  Одиноков    29.12.2008 00:55
Современная Латвия всё больше становится страной сплошных лацисов…

Страницы: | 1 | 2 | Следующая >>

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru