Русская линия
Столетие.Ru Юрий Болдырев07.07.2007 

Стратегическая ли победа и тактическое ли поражение?

Два события последних дней обращают на себя внимание. Первое — победа России и города Сочи в борьбе за право принимать зимнюю Олимпиаду 2014 года. С учетом отдаленности перспективы самой Олимпиады, а также масштабов предполагаемых финансовых вложений (заявлено о вложении государством порядка 12 млрд. долларов), этот успех подается и рассматривается как стратегический.

Второе — неожиданный всплеск инфляции (в течение последнего месяца на один процент — на уровне 2001 года, а за период с июня 2006 по июнь 2007 — 8,5 процента), что заставляет аналитиков корректировать прогноз на весь год и предполагать, что инфляция за год превысит примерно на 10% плановые показатели. Это, очевидное, как минимум, тактическое поражение.

Все внимание, конечно, первому событию, а также роли в нем лично президента страны. Что ж, это понятно: личная роль руководителя нашего государства налицо, а всякое признание статуса и возможностей страны за рубежом для нас традиционно является более важным, чем свое собственное мнение. И хотя в данном случае речь идет лишь о неком авансе нашей стране, характеризующем степень доверия Международного олимпийского комитета и его чиновников России и ее власти, лично поручившейся за то, что пока лишь виртуальные грандиозные планы станут реальностью, тем не менее, победа налицо. Далее ключевой вопрос: как распорядиться плодами этой победы и не допустить, чтобы она стала предвестником последующего поражения.

Являясь, признаюсь, скептиком — как по вопросу о возможности нашей победы в борьбе за право принять у себя зимнюю Олимпиаду, так и по вопросу о степени истинной необходимости для нас вообще на нынешнем этапе бороться за это — тем не менее, я не торопился включиться в ряды «борцов» против будущей сочинской Олимпиады. Несмотря даже и на то, что часть возражений ее противников разделял и разделяю. Это касается вопроса об экологических последствиях реализации планов грандиозного переустройства уникальной территории. И, не в меньшей степени, это касается прогноза экономических последствий: насколько колоссальные вложения государственных ресурсов в этот российский курорт окажутся самоокупаемыми. И, более того, насколько вложение общегосударственных ресурсов именно в этот регион и, в частности, в инфраструктуру отдыха и, как мы понимаем, далеко не массового спорта является для страны первоочередным?

Но жизнь постепенно научила тому, что, как бы ты не сомневался в правильности и обоснованности действий «своих» на различных внешних площадках (разумеется, за исключением явно преступных намеренных действий или ошибок, типа соглашений о разделе продукции, присоединения к Энергетической хартии или вступления в ВТО на нынешних условиях), толкать под руку свою власть все-таки неправильно. А вот после того, как решение в нашу пользу принято, есть время и основания вернуться к существу проблемы: тем ли мы занимаемся, это ли наши первоочередные приоритеты?

Напомню: государства, являвшиеся нашими основными конкурентами в борьбе за право принять зимнюю Олимпиаду 2014 года, но проигравшие нам в этой гонке, — Австрия и Республика Корея — обеспечивают своим гражданам уже сейчас (а не в далеком 2014 году) несопоставимо более высокий уровень жизни, включая не только уровень потребления, но и возможности качественного образования и здравоохранения, а также массового доступа к спорту и здоровому образу жизни. И достигалось все это, важно подчеркнуть, не через массовые мероприятия типа подготовки и проведения зимних олимпиад, но через целенаправленные программы развития базисных и основных наукоемких отраслей национальной экономики. И на примере Кореи эта последовательность событий очевидна: сначала выход на высочайший уровень развития, науки, технологий и массового производства товаров и услуг, обеспечивающего все основные потребности общества, и лишь после этого — Олимпиада в Сеуле. И подавалась эта Олимпиада, напомню, как возможность для всего мира «открыть» для себя Корею, ознакомиться с ее без преувеличения потрясающими воображение достижениями. И сравните это с нашей ситуацией: с какими такими выдающимися достижениями мы планируем ознакомить мир?

Еще более удивительной столь настойчивая борьба за право принять Олимпиаду в Сочи выглядит на фоне реально проводимой экономической политики, а также на фоне какой-либо здравой концепции экономического и социального развития страны, включая региональный аспект.

Поясню. Главная декларируемая ценность грядущей Олимпиады — колоссальные инвестиции в развитие региона. Это можно было бы, безусловно, только приветствовать, если бы не одно «но». А именно, если бы мы не жили в стране, в которой инвестиции в развитие целенаправленно ограничиваются — под предлогом необходимости борьбы с инфляцией и «стерилизации» ради этого «излишних» денежных ресурсов. Что ведет к парадоксальной кредитно-денежной политике: чем больше финансовых ресурсов в страну поступает, тем больше этих ресурсов из экономики централизованно изымается и отправляется за рубеж под смешные проценты (2% годовых), и тем больше ресурсов экономика вынуждена занимать там, куда мы отправляем свое кровное под 2%, но уже под процент в пять-семь раз более высокий. Соответственно, если эта политика — политика подавления инфляции таким варварским методом — планируется и на будущее, надо понимать, что с каждого миллиарда долларов, вкладываемых в подготовку Олимпиады-2014, при том, что никакого товара, удовлетворяющего массовый спрос, при этом сразу возникать не будет, такой же миллиард немедленно будет изыматься из всей прочей национальной экономики и немедленно направляться за рубеж. Или я неправ?

Если же я прав, то надо трезво отдавать себе отчет в том, что подготовка сочинской олимпиады в этом случае, то есть при продолжении нынешней денежной политики, будет происходить за счет дальнейшего обескровливания всей остальной национальной экономики — и это то, за что стоило бороться? Это — наша победа?

Понятно, мои заключения не должны вести к отказу теперь от проведения Олимпиады, право на что мы получили в нелегкой борьбе. Речь, разумеется, о другом: если можно пытаться реализовывать грандиозные инвестиционные проекты регионального развития в рамках подготовки к олимпийским играм, и не опасаться при этом всплесков инфляции из-за притока инвестиционных ресурсов, то, тем более, сам Бог велел делать то же самое по более насущным направлениям развития — вкладываться всерьез (а не крохами, как это предполагают все нынешние национальные проекты), прежде всего, в фундаментальную науку, в передовые технологии, точное машиностроение и биотехнологии, авиацию и судостроение, производство оборудования для нефтегазового сектора и т. п., а не в инфраструктуру пусть и активного, но все же отдыха.

И не менее важен, как я уже это отметил выше, и региональный аспект.

Конечно, существуют и реализуются в ряде государств мира концепции, в соответствии с которыми одни регионы являются локомотивами развития, и к ним все централизованное внимание, им вся поддержка, а другие подтянутся потом, постепенно, когда будет накоплен необходимый задел ресурсов. Но, во-первых, это, как правило, реализуется в рамках программ обеспечения ускоренного технологического развития, когда в регионах-локомотивах формируется и научно-технологический задел, и кадровый ресурс, и аккумулируются финансовые средства, которые затем могут быть переброшены и на решение иных общегосударственных задач, включая подтягивание отстающих регионов.

В рамках таких концепций для крупных государств развитие курортов является лишь последующим этапом и следствием первоначального развития базисных регионов развития, являющихся научно-технологическими и производственными локомотивами. У нас же, получается, телега опять ставится впереди лошади: удовлетворяясь получением излишков ресурсов лишь от сырьевого сектора нашей экономики, мы, вместо того, чтобы эти излишки целенаправленно вложить сначала в научно-технологическое развитие и инфраструктуру соответствующих регионов (той же Новосибирской области, например, как центра передовой науки), вкладываемся в инфраструктуру региона (в данном случае уместно говорить не обо всем Краснодарском крае, а конкретно о районе Сочи), основным предназначение которого является, безусловно, все-таки отдых, оздоровление, релаксация…

Социальная составляющая регионального аспекта проблемы также не должна упускаться из виду. Известно, что мы — чемпионы в мире не только по контрасту между сверхбогатством единиц (второе место в мире по количеству долларовых миллиардеров) и нищетой масс, но и по уровню региональных различий в доходах и бюджетной обеспеченности — разница достигает тридцатикратного уровня. И пусть не обижаются на меня жители Краснодарского края и района города-курорта Сочи, в частности, но отнести этот регион-донор к числу самых остронуждающихся в стране, конечно, никак не получается. И проблемы оттока населения в этом регионе, как известно, не наблюдается. Напротив, приходится применять искусственные меры по ограничению притока. Так, может быть, если уж вкладывать во что-то государственные ресурсы, то вкладывать, прежде всего, в программы развития тех регионов, где без этого, действительно, никак нет обойтись?

При этом, понятно, что Сочи выбран для проведения Олимпиады как действительно уникальный природный заповедник. Но ведь не менее уникальные места есть у нас и в глубинке страны, взять для примера хотя бы Горный Алтай? Да, для того, чтобы создать там инфраструктуру спорта и отдыха соответствующего уровня, может быть, требуются средства существенно большие, чем в Сочи. Но зато такой проект служил бы важной цели региональной политики — развитию отстающих и депрессивных регионов, правда, если бы такая целенаправленная политика у нас была…

Еще раз повторю: решение о месте проведения зимней Олимпиады-2014 уже принято. Россия со своей заявкой на проведение игр в Сочи победила, и это большой успех России и лично ее президента, но лишь с точки зрения способности аргументировать, способности преподносить, способности убеждать, то есть, с точки зрения того, что называется «пиаром», в данном случае, «пиаром» международным. Но почему-то в вопросах стратегически более важных для нашей страны, например, в вопросе о наших интересах в газовой сфере (о возможном создании «газового ОПЕК»), а также в вопросах обеспечения коллективной безопасности (например, во взаимоотношениях с НАТО, в вопросе об американской ПРО) то ли мы не столь интенсивно вкладываемся в «пиар», то ли наш «пиар» все-таки оказывается менее эффективным…

Таким образом, является ли наша победа в отношении Олимпиады-2014 действительно победой с точки зрения стратегических интересов развития страны — это остается под вопросом. Строго говоря, повторю это еще раз: если нынешняя денежная политика государства будет и далее продолжаться, эта победа означает, что, в условиях сжимающегося вокруг нас кольца, мягко говоря, недружественных соседей, вместо финансирования ускоренного научно-технологического развития, включая технологии обороны от потенциального противника, уже впрямую и недвусмысленно пытающегося нам диктовать свою волю, мы будем вкладываться в инфраструктуру отдыха и развлечений, причем, не параллельно с развитием, но изымая тем самым ресурсы из производящей экономики, и далее пресекая саму возможность жизненно необходимого нам научного и технологического развития.

И в заключение вернемся ко второму упомянутому событию — тактическому поражению — неожиданному всплеску инфляции в стране, которая, казалось бы, уже всю свою политику подчинила исключительно одной священной корове — «стерилизации излишней денежной массы».

На этот раз инфляция объяснена неожиданным ростом цен на овощи и фрукты (за последние двенадцать месяцев — более чем на 16%), которые имеют в структуре потребления населения чрезвычайно высокий вес. При этом обращает на себя внимание тот факт, что в целом удельный вес продовольствия в «потребительской корзине» наших граждан превышает 40%! Что это означает? Совсем простую истину: абсолютному большинству населения — совершенно не до отдыха в Сочи.

При этом патриотический настрой общества налицо (пропаганда-то работает, и весьма эффективно): победу в борьбе за право на проведение зимней Олимпиады-2014 года мы отпразднуем все вместе. Но вот только ее плодами, похоже, воспользуются не то что не все, но даже и не большинство. А значит и обещанная экономическая окупаемость проекта, на самом деле, под большим вопросом.

Вот если все-таки распространить смелость власти в подходе к сочинскому проекту (отсутствие боязни инфляции) и на действительно стратегические проекты научно-технологического развития, Олимпиада в Сочи могла бы стать полезной составляющей программы развития всей страны, во всяком случае, как минимум, не чуждой всей реальной ситуации в России.

http://stoletie.ru/lob/70 705 131 434.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru