Русская линия
Столетие.Ru Феликс Горюнов04.07.2007 

Россия уже не спешит в ВТО

На ХI Санкт-Петербургском международном экономическом форуме многие говорили о скором вступлении России во Всемирную торговую организацию — ВТО. Прошло всего ничего, а политический ветер вдруг подул в другую сторону. На днях президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин заявил: России туда спешить не надо. Лучше подождать, когда наши ведущие торговые партнеры станут сами нас об этом просить. А то они выдвигают нам все новые, в том числе политические требования…

Россия, конечно же, должна стать полноправным членом этой международной организации. Но не в 2008 году, как обещал глава Минэкономразвития Герман Греф, а лет эдак на пять позже. И причина тому — не в условиях вступления, а в состоянии экономики и внутренней экономической политики России. Наша однобоко развитая и недореформированная рыночная экономика еще не готова взвалить на себя бремя обязательств, налагаемых членством в ВТО.

В последние несколько лет нам так часто говорят о необходимости вступления в ВТО, что «простые люди», свыкшиеся с неизбежностью этого шага, уже плохо понимают, куда мы стремимся.

С 1995 года ВТО — правопреемник Генерального соглашения о тарифах и торговле, заключенного в июне 1948-го между группой стран-членов ООН. Его основой стало взаимное предоставление режима наибольшего благоприятствования — РНБ — в торговле. Согласование внешнеторговых режимов, то есть взаимные уступки по условиям доступа товаров и деятельности иностранного бизнеса, каждая страна-член ВТО проводит со всеми участниками соглашения. На периодических раундах многосторонних переговоров участники ВТО также договариваются об улучшении глобальных условий торговли различными группами товаров или услуг. Вступившая в ВТО страна приобретает не только права, но и обязанности соблюдать общепринятые правила. Главное — не предоставлять отечественным производителям конкурентные преимущества перед иностранными торговцами или инвесторами на внутреннем рынке. Держать его открытым для иностранной конкуренции.

Переговоры с ВТО благоприятно сказалось на экономике и бизнесе России еще до вступления в нее. Готовясь к нему, правительство наладило механизм выработки единой с бизнесом внешнеторговой политики. Законодатели привели правовое поле и налогообложение в соответствии с международными правилами. Многие нормы нашего законодательства и налоговой системы признаются ныне иностранными бизнесменами даже более либеральными, чем в иных западноевропейских странах. В общем, не в последнюю очередь из-за предвкушения членства в ВТО процесс интеграции российской экономики в мировую последние годы шел ускоренным темпом. Но если так, то зачем еще ждать?

Высокая степень интеграции в мировое хозяйство и открытость экономики России не гарантируют защиты от превратностей мировой конъюнктуры. Даже если на рынках будет тишь и благодать, Россия пока не может конкурировать на равных даже в рамках БРИК — как ныне именуется группа наиболее динамично развивающихся рыночных экономик Бразилии, России, Индии и Китая. Для реальной оценки присоединения к ВТО стоит определиться с сильными и слабыми сторонами нашей экономики.

В последние годы Россия демонстрирует относительно высокие — пять-семь процентов — темпы ежегодного прироста валового продукта и промышленного производства. Благодаря росту реальных доходов населения расширился и внутренний рынок: в 2005-м на 8,8 процента, в 2006-м — на 10,6, прогноз на 2007 год — 11,5 процента. Их рост уже намного превысил прогнозируемый прирост потребления — около 7 процентов в течение двух-трех лет — после вступления России в ВТО. Быстрое развитие внутреннего рынка привлекает также иностранные инвестиции, которые тоже вроде бы должны были увеличиться лишь благодаря членству в ВТО. Ожидается, что иностранцы вложат в Россию в этом году более 70 миллиардов долларов.

Радоваться надо. Но давайте подождем и глянем на источники экономического роста и структуру капиталовложений: и в том, и в другом случае преобладает горстка добывающих отраслей. Доля инвестиций в добычу сырья — 78 процентов, в обрабатывающую промышленность — 7. К тому же большая их часть вложена в пищевую промышленность и металлургию, а в машиностроение — всего 0,7 процента. Это означает: экономика России прирастает богатствами своих недр, ее диверсификация практически еще не началась.

Причины однобокости развития — не только в высокой норме прибыли, получаемой от инвестиций в нефть и газ, но и в том, что при средней производительности труда в нашей обрабатывающей промышленности, примерно равной китайской, зарплаты у российских рабочих выше. Значит, вступив в ВТО, Россия не выиграет, а проиграет в конкуренции готовыми изделиями, главным мировым производителем которых стал Китай. Да и куда развивать обрабатывающие отрасли — пока неясно, восточный сосед уже занял многие ниши мирового рынка. Конкурентоспособными у нас остались, пожалуй, лишь аэрокосмическая промышленность, энергетическое и транспортное машиностроение, оборонный комплекс.

Вступив в ВТО при нынешней структуре экономики, Россия станет огромным рынком для иностранных товаров. Взамен всяческого импорта мы сможем предложить внешнему миру преимущественно сырьевые ресурсы. Хотя бы по этой причине следует подождать и дать возможность отечественному бизнесу, иностранным инвесторам, готовым вложиться в отрасли, выпускающие готовую продукцию более высокой стоимости, начать активное освоение нашего рынка.

Не говоря уже о том, что страна остро нуждается в развитии инфраструктуры, преодолении отсталости целых регионов, реализации социальных программ. Во всем этом членство в ВТО нам мало поможет, как вряд ли ускорит оно развитие науки и новых технологий, отвечающих требованиям постиндустриальной эпохи.

Главное — до вступления в ВТО выработать и реализовать национальную экономическую стратегию, за отсутствием которой российская экономика сегодня сбивается с пути.

Крылатые фразы порой точнее отражают дух эпохи, чем тома научных трактатов. У Америки есть знаменитое высказывание, которое принадлежит Чарльзу Вильсону, министру обороны при президенте Дуайте Эйзенхауэре: «Что хорошо для „Дженерал моторс“, хорошо для Америки». Эти слова емко отразили экономическое мышление XX века, когда сила национальной экономики измерялась числом и мощью «национальных чемпионов».

Постиндустриальный капитализм уже доказал: главными игроками XXI века становятся малые предприятия. Не только благодаря тому, что на них приходится 50−60 процентов производства ВВП, а еще и потому, что они дают путевку в жизнь подавляющему числу инноваций. Эту тенденцию два десятилетия назад уловили китайские руководители и создали благоприятную среду для развития малого и среднего бизнеса во всей стране, наделив провинциальные и местные власти полномочиями по развитию предпринимательства.

Благодаря такой стратегии развития «социалистическая рыночная экономика» Китая стала сегодня, по мнению экспертов Всемирного банка, экономикой инновационного типа, схожей с американской. Потому-то обладающий не природными, а огромными человеческими ресурсами Китай завоевывает мир своими высоко конкурентоспособными товарами. А Россия идет в противоположном направлении, и самая емкая фраза, которая его указывает, звучит так: «Что хорошо для „Газпрома“, хорошо для России».

Мало того, что на малый бизнес у нас приходится едва более 15 процентов ВВП, так он куда сильнее других форм предпринимательства страдает от коррупции, которая в России зачастую заменяет конкуренцию. Да и какой, собственно, честной конкуренции в рамках ВТО стоит говорить, когда по целым группам товаров в России нет единого рынка? Защищая от конкуренции «своих» товаропроизводителей, региональные чиновники просто не пускают на местные рынки «чужаков» — российских.

Мы так долго спешили вступить в ВТО, что сегодня, наконец-то, «охолонули» и решили подождать. Научиться следовать принципам и правилам Всемирной торговой организации в своем доме и увериться, что нас не собираются «разводить» — прошу извинить, но это самая емкая формулировка отношения некоторых западных торговых партнеров к России.

Шестьдесят лет назад Вашингтон «развел» по вопросам международной торговли не только Советский Союз, но и другие страны, создавшие Организацию Объединенных Наций. В ноябре 1947-го в Гаване состоялась конференция ООН по торговле и занятости: она создала Международную торговую организацию, одним из участников которой намеревался стать и Советский Союз. Однако конгресс США под разными предлогами тянул с ратификацией устава этой организации, а в 1950-м и вообще от нее отказался, умертвив МТО в колыбели.

Сегодня тоже никто не гарантирует, что на Капитолийском холме Москве не устроят очередную «разводку». Американские законодатели лишь регулярно сулят отменить принятую еще в 1974-ом поправку Джексона-Вэника, откровенно дискриминирующую нашу страну по условиям торговли. Вот и в апреле официальный представитель президента США на торговых переговорах Сьюзан Шваб сообщила: ответом на желание России вступить в ВТО должно считаться «пока нет». Хотя еще в 2006-м нами были подписаны документы о завершении двусторонних переговоров с Соединенными Штатами.

Забудьте об экономике. Вашингтон хочет видеть Москву, принявшую его правила игры в политику. Тогда он услужливо откроет нам дверь в ВТО. Играть будем?..

http://stoletie.ru/lob/70 702 153 558.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru