Русская линия
Русская линия Дмитрий Скворцов21.05.2007 

Два вола, два светлых Ангела

Ежегодно 24 мая, в День славянской письменности, под памятником Кириллу и Мефодию в Киеве произносятся торжественные речи. По телевизору в этот день мы можем наблюдать хоровод творческих коллективов из братских славянских стран. Но каждый раз за кадром остаются фигуры самих свв. Кирилла и Мефодия. А ведь для того, чтобы подарить нам праздник, им пришлось претерпеть немало драматических событий.

На самом деле Кирилла всю жизнь звали Константином. Родился он в 827 году в македонском городе Фессалоники (или Салоники), а имя Кирилл принял за 50 дней до смерти в 869-м — при пострижении в великую схиму (уход в особенно строгий затвор «по великому ангельскому подобию»). Его старшего брата Мефодия в детстве и юношестве звали также иначе, но как — истории неизвестно. Неведом и год его рождения. Но достоверно известно, что братья были самым младшим и самым старшим из семи сыновей болгарского славянина — друнгария (начальника военной флотилии) Салоник (Солуни, по-старославянски).

Братья Солунские

Константин, получив блестящее образование в Константинополе (его учителями были светочи византийской мысли Лев Математик и будущий Константинопольский патриарх Фотий) был назначен хранителем патриаршей библиотеки. Затем преподавал философию в высшей Константинопольской школе. Знание языков и мудрость совсем еще молодого Константина в спорах с вождями иконоборческой ереси принесли ему прозвище Философ. Под этими именем он участвует в миссиях в Арабский халифат и (уже вместе с Мефодием) в Хазарию, где происходят знаменитые богословские диспуты Философа с мусульманами и иудеями. Впрочем, лучи славы Константина не грели. Несколько раз он порывался укрыться в каком-нибудь монастыре горы Олимп. Но всякий его отыскивали и в приказном порядке возвращали для дел особой государственной важности.

Мефодий, после 856 года постригшийся в монахи на том же Олимпе, до того уже 10 лет успел отслужить военачальником балканской области Славинии. Во время путешествия в Хазарию в 861 они с братом отыскали и перенесли в Херсонес (известный славянам как Корсунь) останки папы Римского Климента. Там же они обнаружили Евангелие и Псалтырь (книгу Псалмов), написанные «русскими буквами», и человека, говорящего по-русски. Разумеется, прирожденный полиглот Константин не преминул выучить еще один язык.

Учителя Словенские

В 863 году в Константинополь прибыло посольство Моравии с просьбой прислать им «учителей проповеди». Это мощнейшее славянское государство, охватывавшее почти всю территорию современных Чехии, Словакии, Словении, Венгрии и, частично, Австрии, незадолго до того было крещено по латинскому обряду. Но натиск империи Каролингов и Восточно-Франкского королевства заставил Моравского князя Ростислава искать союза с Константинополем. И византийский император Михаил III посылал славянам лучший ум Империи. Цену способностям Константина он знал с детства, проведенного за общей партой.

Еще до прибытия на место назначения, Константин при помощи брата, а также их учеников Горазда, Климента, Саввы, Наума и Ангеляра, создает глаголицу — азбуку, отражающую фонетические особенности славянского языка (не на основе ли «русских букв» из корсуньских книг?), первые литературные тексты на славянском языке — переводы выдержек из Евангелия, читающиеся во время богослужения (т.н. Евангелие апракос) и Псалтырь. Уже в Моравии братья перевели на славянский язык текст Литургии и стали совершать на нем богослужение. Там же Константином были созданы «Проглас» — первая поэма на славянском языке и «Написание о правой вере» — первый опыт изложения на славянском языке христианской догматики.

Бурная деятельность братьев не могла не вызвать недовольство германского духовенства (в церковном отношении Моравия находилась в составе баварского епископства Пассау), требовавшего проведения богослужения исключительно на латыни. Епископ даже отказался рукоположить в священники и дьяконы воспитанников просветителей. Поэтому в 867 они с учениками отправились в благосклонный к ним Константинополь. Но в пути их нагнало приглашение Папы прибыть в Рим. Там, положив в основу своей аргументации слова пророка Давида «Всякое дыхание да хвалит Господа», Философ победил в открытом диспуте. Папе ничего не оставалось, как освятить в 868 году славянские книги и рукоположить учеников Солунских братьев. Но Константин радовался тому недолго. Болезненный от рождения, в Риме он тяжело заболел и 14 февраля 869 умер. Думается, не случайно его похоронили в базилике того самого «корсуньского» Климента. Перед смертью Кирилл завещал Мефодию: «Мы с тобой, как два вола, вели одну борозду. Я изнемог, но ты не подумай оставить труды учительства и снова удалиться на гору».

Мефодий не только не вернулся на Олимп, но в том же 869 году был назначен архиепископом Моравии и Паннонии. Это еще больше укрепляло суверенитет князя Ростислава. Но через всего несколько месяцев он был свергнут собственным племянником Святополком. Вспыхнувшая междоусобица позволила Людовику Немецкому оккупировать Моравию, а его сыну Карломану под шумок схватить и вывезти Мефодия в Баварию на суд синода. В итоге последний был брошен в швабскую тюрьму. В 873 году восстание, поднятое учеником Мефодия Славомиром, изгнало из Моравии германцев, а вмешательство нового папы Иоанна VIII способствовало освобождению и самого Мефодия. «Для того чтобы оплакать твою неверность, не найдется достаточного источника слез, — писал Папа Иоанн VIII падуанскому епископу Гермерику. — Жестокость твоя, это уже не суровость епископа, она даже превышает жестокость любого светского тирана, даже звериную свирепость: поместить в заключение брата нашего и епископа Мефодия; в течение долгого времени держать лютой зимой, во время урагана, под открытым небом, оторвать его от выполнения церковных обязанностей»!

Однако Папа запретил богослужение на славянском: «Слышали мы, что святую мессу служил ты на варварском славянском, языке, в то время мы приказывали тебе, чтобы ты служил не на этом языке, но на латинском или на греческом» (Папа Иоанн VIII Мефодию, архиепископу Паннонии, 14 июня 879 г.). Лишь при личной встрече в 880-м Мефодий убедил Папу отменить запрет, о чем последний немедленно сообщил Святополку: «Наконец, мы по праву признаем славянскую письменность, изобретенную философом Константином… и приказываем, чтобы на этом языке прославлялись таинства господа нашего Христа…. и читались божественные тексты Ветхого и Нового завета в хорошем переводе и правильном толковании… Мы приказываем, однако, чтобы во всех церквах твоей земли, сначала читали Евангелие по-латыни, а потом только в переводе…».

В эти годы Мефодий создает первый памятник славянского права — «Закон судный людям», устанавливающий наказания церковной и светской власти за нарушения норм христианской морали и переводит канон св. Димитрию (патрону Фессалоник). Одновременно ученики Солунских братьев переводят на славянский язык книги Ветхого Завета.

К сожалению, к 885 году немецкое духовенство добивается расположения Святополка (каким то странным образом, большинство его тезок-коллег затем также оказывались предателями национальных устремлений собственных народов — взять хотя бы нашего «Окаянного») и борьба за право богослужения на славянском языке возобновляется. В ней 8 апреля 885 Мефодий и умирает (место его могилы, как и самой столицы Моравии — Велеграда, историкам неизвестно).

Просветители Славянские

Получив моральную поддержку от Папы Стефана V, Святополк схватил 200 учеников просветителей и продал в рабство в Венецию. Горазду, Клименту, Науму и немногим другим удается бежать со славянским рукописями в Болгарию. Некоторых на невольничьих рынках Италии выкупают богатые болгары и сербы. Именно в Болгарии ученики Кирилла создают на основе греческого алфавита с заимствованиями из глаголицы нашу нынешнюю азбуку. Хотя кириллицей в честь Кирилла она был названа позже, когда наследницей его просветительской деятельности стала Русь. «Славянский язык и русский — одно есть», — заключал свое «Сказание о переводе книг на славянский язык» Нестор-летописец.

А что в Великой Моравии? Здесь дело учителей словенских было выжжено каленым железом: истреблены люди, книги, вытравлена память о собственной письменности. В 1079 году чешский князь Вратислав II обратился к Папе Григорию VII с робкой просьбой разрешить хотя бы службу на родном языке, на что получил 2 января 1080 г. твердое «нет»: «Что же касается просьбы твоей светлости о разрешении производить службы на славянском языке, то знай, что выполнить ее мы ни в коем случае не можем».

Не здесь следует искать ответ на вопрос, почему письменные памятники Киевской Руси мы знаем лишь по спискам монастырей Северо-Восточных земель, избежавших католической оккупации. Как отмечает церковный историк Александр Данилевский, то же касается и Киевской школы иконописи. Не случайно, именно к годам оккупации Западной Руси относятся неоднократные попытки перевести русинский язык на латиницу (т.н. «абецадло»).

Сегодняшняя вроде бы независимая украинская власть бросается в крайность противоположную. Лишний раз утоляя страсть по национальным праздникам, в календарь вносится еще два торжества, приуроченных языку — День родного языка (21 февраля) и День украинской письменности и языка (9 ноября). Тогда как все православные славяне, а также Греция и, даже, католические Чехия со Словакией чествуют свои родные языки именно в Память Равноапостольных Мефодия и Кирилла, учителей Словенских.

Таким образом складывается довольно запутанная ситуация: День родного языка, учрежденный ЮНЕСКО, дублируется аналогичным праздником языка украинского, который привязывается ко дню памяти Нестора-Летописца. Но ведь православный святой Нестор писал на языке славянском — том самом, который мы чествуем 24 мая!

Впрочем, и собственно украинскому языку недолго оставаться славянским, если и дальше в качестве его эталона будет выступать галицийский урбанистический диалект, «обогащенный» полонизмами, диаспорными американизмами и жаргоном поколения «Пепси» с его «супер», «OK», «c'mon». Параллельно от общеславянского языка отказывается и украинская церковь. И это в то время как почти во всех славянских странах Православная Церковь служит на едином церковнославянском языке.

Принимая во внимание возрождающуюся религиозность постсоветских стран, не совершаем ли мы необратимую ошибку, отказываясь от дарованного нам историей «эсперанто» славянского мира?

P.S. В прошлом году 24 мая группа явно официальных лиц собралась у памятника Кириллу и Мефодию. Ими оказались послы славянских стран. Украинских чиновников на сем высоком собрании замечено не было. А как-то в нынешнем?
Дмитрий СКВОРЦОВ, еженедельник «2000»

http://rusk.ru/st.php?idar=111587

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru