Русская линия
Общенациональный Русский Журнал Ирина Силуянова12.04.2007 

Все ли религии равны?
Размышления митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна

Одно из изощрённейших лукавств атеизма — утверждение равенства всех религий и религиозных объединений. Однако атеизм атеизму рознь. В одном случае атеизм происходит от простого невежества, для которого между религиями нет различий по причине незнания подлинной их сущности и глубины. Этот атеизм «от невежества» необходимо отличать от утончённого расчёта современного российского либерального демократа-богоборца.

Именно с его стороны часто можно услышать такой аргумент против преподавания православных дисциплин в учебных заведениях или против проведения конференций, посвящённых значимым датам в истории Церкви и Российского государства: «Мы не можем вам этого позволить, так как у нас все религии равны. Если мы пойдём навстречу вам, то будут обижены другие. Если мы разрешим провести какое-либо мероприятие, например посвящённое 2000-летию христианства, будут обижены мусульмане, буддисты, иудеи и так далее». В этом аргументе — очевидная подмена. Да, представители всех вероисповеданий в России равны перед Уголовным кодексом и Законами Российской Федерации и одинаково обязаны нести ответственность за их исполнение.

Но равны ли все вероисповедания перед историей Отечества? Все ли религии внесли равный вклад в обустройство государства Российского и все ли в равной мере создавали самобытную культуру России? Все ли были, как принято выражаться сегодня, равными культурообразующими основаниями государства?

Спросим вместе с митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Иоанном (9 октября 1927 — 2 ноября 1995): «Разве это католические прелаты набатом поднимали новгородское ополчение на брань с псами-рыцарями и давали последнее духовное напутствие дружинникам святого благоверного князя Александра Невского на залитом кровью льду Чудского озера? Разве это протестантские пастыри вдохновляли святую ревность донского героя, великого князя Димитрия на Поле Куликовом, где страшная сеча с татарами решала: быть или не быть Святой Руси?

Разве это мусульманские муллы удержали нашу Отчизну от распада в лютую годину Смуты, подвигнув Козьму Минина и Димитрия Пожарского на их жертвенный подвиг, а ратников русского ополчения на борьбу до победы? Разве это иудейские раввины с крестом в руках, под свист японской «шимозы» поднимали в атаку преданные, смертельно уставшие роты под Мукденом и Порт-Артуром, спасая русскую честь от позора?

Разве это кришнаиты и буддисты на протяжении тысячи лет ежедневно, сосредоточенно, неспешно и благоговейно возносили ко Господу молитвы о «богохранимой» земле Русской, «властех и воинстве ея», отдельным молитвенным чинопоследованием поминая «вождей и воинов, за Веру и Отечество живот свой на поле брани положивших?»

Нельзя не вспомнить и Великую Отечественную войну. 24 мая 1945 года на приёме в Кремле в честь командующих войсками Сталин провозглашает здравицу русскому народу «потому, что он заслужил в этой войне общее признание… среди всех народов нашей страны… потому, что у него ясный ум, стойкий характер и терпение».

Здесь уместно вновь вернуться к словам митрополита Иоанна: «Кто на протяжении тысячи лет ковал и пестовал несгибаемый державный дух русского патриотизма? — Церковь Православная! Кто вдохновлял отважных и укреплял малодушных, освящая дело защиты Отечества как личный религиозный долг каждого, способного носить оружие? Кто научил русского человека быть верным — без лести, мужественным — без жестокости, щедрым — без расточительства, стойким — без фанатизма, сильным — без гордости, милосердным — без тщеславия, ревностным — без гнева и злобы? — Церковь Православная!»

Откуда же берётся ложь о равенстве всех религий в России? Как ни странно — не из истории моноконфессиональной Православной Святой Руси, а из «плюральной конфессиональности» Европы, из многолетней истории кровавого противоборства католицизма и протестантизма, из американского опыта выживания множества протестантских сект. Германия с XVI века исторически существует как «биконфессиональная» страна. И на её примере поучительно будет проследить, чем закончилось равенство вероисповеданий (католицизма и протестантизма), провозглашённое и гарантируемое Веймарской конституцией. Именно конституционное равенство и одновременно конфессиональная противоположность двух церквей стали теми благоприятными условиями, которые позволили нацистам позднее вообще устранить все политические институты, связанные с церковью, — церковные печатные органы, школы и другие образовательные учреждения… Признание и провозглашение равенства религий и церквей в России — это содействие установлению тоталитарной деспотии: в лучшем случае атеизма, в худшем — прямого богоборчества.

Кто станет оспаривать значение для Индии индуизма, для Марокко — ислама, для Израиля — иудаизма, для Франции — католицизма? Каждое государство можно сравнить с домом, выстроенным по плану, который есть результат целенаправленного созидательного труда его устроителя-хозяина. Если есть дом, то он таков, каков его хозяин. Построив дом, он может пригласить гостей — разных: ближних и дальних, новых и постоянных. У гостей этих тоже где-то есть дом, их собственный дом, где говорят на их языке, молятся их богам. Россия — это наш общий дом, устроитель которого — Церковь Православная. Если дом оставить без хозяина, его неминуемо ждёт мерзость запустения. Сколько раз наше Отечество терпело от непрошеных гостей неправедно нанесённое оскорбление святому месту, разорение поруганного города и нарушение праотеческих учреждений?

В «Бесах» Ф.М. Достоевского один из персонажей лихорадочно утверждает кредо деспотизма: «Все рабы и в рабстве равны… главное — равенство. <…> Всё к одному знаменателю, полное равенство». И поныне «новые бесы», либералы всех мастей, всё так же кликушествуют о мифическом «равенстве» и «толерантности». Принятие такого «равенства» означало бы, что мы добровольно отдаём на уничижение историю России, оскверняем память наших предков, своими собственными руками разоряем и уничтожаем свою страну. Возможно ли, например, в Израиле принятие какого-либо государственного решения в присутствии и с учётом мнения Патриарха святого града Иерусалима и всей обетованной земли? Возможны ли подобные рассуждения о равенстве вероисповеданий, например, в каком-либо мусульманском государстве? Вряд ли. В России — пожалуйста. Почему? Ответ ясен: или от вопиющего невежества, или с целью разорить и уничтожить страну.
Ирина Васильевна Силуянова, доктор философских наук


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru