Русская линия
Общенациональный Русский Журнал Леонид Шебаршин10.03.2007 

Инстинкт Родины
«Я считаю себя русским националистом — и не стыжусь этого»

С Леонидом Владимировичем Шебаршиным встречаемся в приемной ЗАО «Российская национальная служба экономической безопасности», которую он уже много лет возглавляет. Руку мне жмет человек, когда-то державший свою на пульсе всей планеты, — глава внешней разведки СССР…

Несколько строк из биографии: Леонид Шебаршин родился в 1935 году в Москве. В 1958-м окончил восточный факультет МГИМО. Начал со службы в МИДе, потом предложили работу в КГБ. В начале 60-х — сотрудник Первого Главного управления (внешней разведки). Работал в Пакистане, Индии, Иране, Афганистане. В разное время возглавлял резидентуру в странах этого региона. В 1989−91-м — начальник ПГУ, заместитель председателя КГБ. В 1991-м добровольно ушел в отставку в звании генерал-лейтенанта.

Корр. — Недавно по ТВ прошел сюжет: Хиллари Клинтон призывает американцев выбрать ее следующим президентом Америки. И заявляет: не США начали гонку ядерных вооружений, ее развязал Советский Союз. Произносит это по-женски эмоционально и взволнованно. Нас снова представляют злобным медведем, с той лишь разницей, что вместо серпа и молота в когтях он нынче держит обломок нефтяной трубы… Зачем этой стойкой хранительнице домашнего очага тревожить злых и лживых духов холодной войны?

Л.Ш. — Это сознательная установка. Такова специфика американских избирательных кампаний. Правда там не котируется. Котируются стереотипы и клише, которые обращены не к разуму, а скорее, к воображению американцев. Трудно представить, чтобы во время предвыборной кампании там в чем-то обвинили Соединенные Штаты, а не СССР или Россию. К тому же это один из стереотипов, которые десятилетиями вдалбливались в американские головы: что во всем — в том числе и в холодной войне — был виноват исключительно Советский Союз. А сами американцы, как обычно, несли миру демократию, процветание, свободу и все прочее. То, с чем они пришли в Ирак и Афганистан…

 — Популярно мнение, что гонка вооружений началась с известной речи Черчилля в Фултоне в 46-м году…

 — Не совсем так. Черчилль как бы подвел предварительный итог послевоенного мира, оценил ситуацию с собственной точки зрения. И эта оценка, на мой взгляд, была достаточно объективной. Не стоит забывать, что им были сказаны добрые слова и в адрес Сталина…

Но холодная война, перемежавшаяся горячими обострениями, началась не после окончания Второй мировой. Она велась на протяжении столетий. К примеру: в 1611-м году в Риме был объявлен всехристианский праздник по случаю вступления польских войск в Москву: по случаю «победы просвещенного христианства над московским варварством». Немало примеров и в последующем. В войне 1812−14 годов в Ставке российского командования был англичанин по фамилии Уилсон. Он участвовал в боевых действиях, и его принимали как коллегу, соратника по коалиции. Закончилась война, Уилсон написал книгу — очерк военной и политической мощи России. Вывод из него такой: Россия является естественным противником Англии, а следовательно, и тогдашней цивилизации, и надо прилагать все усилия для того, чтобы Россию поставить на место.

С этого в значительной мере и началось русофобское движение. Приведу лишь несколько примеров. В Англии того времени появилось множество клубов, которые основывались на этой идее — сдерживания и «укорачивания» России. Это элемент холодной войны, которая потом переросла в «горячую» — в Крымскую, где в защиту европейских христианских ценностей выступала, например, мусульманская Турция в союзе с Францией и Англией. Тема русофобии на этом, естественно, не закончилась. В 1919-м году, выступая в палате общин, английский премьер Ллойд Джордж сказал: «Нас упрекают за то, что мы не оказываем достаточной поддержки Колчаку на востоке и Деникину на юге и на западе. Мы сочувствуем их антибольшевистским настроениям, но и тот и другой выступают за единую и неделимую Россию, а вот это для нас неприемлемо"…

Холодная война продолжалась и после 17-го года, продолжается она и сейчас. Она не прекращалась никогда (за исключением 1941 — 45 годов).

— Русский мыслитель Николай Данилевский первым в своей книге «Россия и Европа» обратился к этнокультурному и геополитическому анализу феномена русофобии, органической нелюбви Запада к России. И чрезвычайно доказательно изложил в ней существо вещей и процессов.

-Да, это был мудрый мыслитель. Он говорил, что Европа, которая постигла движение звезд, которая проникла в тайны микроорганизмов, Европа, которая живет столетиями бок о бок с Россией, делает вид, что она Россию понять не может. Это один из его главных тезисов.

 — С холодной войной, пожалуй, мы разобрались. Да там и враг был главным образом внешний. Сегодня все гораздо сложнее, потому что он внутри. Сегодня на нас ползут экономические полки — что там, целые корпуса, нам устраивают информационные засады… Перед разведкой встают новые вызовы. Президент Владимир Путин в прошлом году своим указом объявил 5-е ноября Днем военного разведчика — в поощрение и повышение престижа органов разведки. Расскажите о роли и приоритетах разведки в новейшее время, о вызовах, которые принимают разведчики.

 — Радикальных изменений в положении России, по сравнению с положением Советского Союза, не произошло. У нас остаются традиционные угрозы. Но количество этих угроз возросло, а некоторые принимают более острый характер. Ранее в мире существовало равновесие между двумя сверхдержавами — сейчас оно нарушено. И что мы видим? Односторонний отказ Соединенных Штатов от международных соглашений с Советским Союзом в ракетно-ядерной области. НАТО уже перешагнула наш порог. А разговоры о том, что НАТО переродилась и что это политическая мирная организация, — всего лишь дымовая завеса. НАТО была и остается в первую очередь военной организацией, нацеленной против русского народа. Сфера деятельности НАТО расширяется. Это уже не только Европа и Атлантика. Войска НАТО и в Афганистане, и в других странах этого региона, они действовали в Югославии, что привело к гибели десятков тысяч людей…

Сейчас обостряется борьба за контроль над ресурсами — в первую очередь природными, энергетическими. Пока она ведется почти цивилизованно, но не исключаю, что в недалеком будущем может принять более острый характер. И, кстати, глава комитета по международным делам сената США Ричард Лугар фактически предложил превратить НАТО в альянс потребителей энергоресурсов, противостоящий России.

«В ближайшее десятилетие наиболее вероятным источником конфликтов в Европе и окружающих регионах станет нехватка энергии и манипулирование ею», — сказал Лугар. По его мнению, энергетическую войну нужно приравнять к обычной. За этой риторикой скрываются следующие аргументы: «нападение с использованием энергетики в качестве оружия» может разрушить экономику какой-либо страны. И, следуя 5-й главе устава НАТО, где нападение на одного из членов альянса приравнивается к нападению на весь блок, эти отношения необходимо, мол, перенести и на отношения в плане энергетики.

Можно долго перечислять источники угроз и рисков, которым подвергается Россия. А роль и задачи разведок — Службы внешней разведки ФСБ и Главного разведывательного управления Генштаба ВС РФ — остаются теми же самыми: отслеживать угрозы и риски, отслеживать их развитие, вскрывать замыслы на разных стадиях их зарождения или осуществления и рекомендовать верховной власти соответствующие действия, направленные на минимизацию или нейтрализацию этих угроз.

 — Нас выкашивают внутренние враги — декультурация, деградация морали, нерешенность экономических проблем. Однако все они в значительной мере пособники врагов внешних. Не секрет, что помимо открытых угроз в экономике бывают и скрытые, неочевидные. Деятельность финансово-экономического блока нашего правительства — не что иное как форма вредительства, пособничества недругам России. Вот пример: самой большой статьей показателей бюджета на 2007 г является «профицит бюджетных ресурсов» — 1,58 трлн. руб. Вторая статья — национальная экономика — 1, 28 трлн. Почти весь профицит идет в стабфонд на приобретение финансовых. обязательств США и т. п. Мы вкладываемся в их экономику (хотя у наших стариков на оплату «коммуналки» вся пенсия целиком уходит — хоть в гроб ложись…), а они нас же при этом еще и «поливают

 — Не уверен, что смогу адекватно комментировать положение дел, связанных с этим вопросом, поскольку не имею свежей информации. Думаю, что разведка должна смотреть, что делается с этими деньгами за рубежом, а контрразведка должна посмотреть на тех людей, которые управляют и заправляют этими процессами.

Сам я еще не встречал ни одного достаточно внятного объяснения тому, зачем нужен стабфонд, кто им распоряжается, как им распоряжаются… И на этом фоне у меня вызывают удивление постоянные призывы к иностранным инвесторам — вкладывать деньги в российскую экономику. Но почему же иностранцы будут вкладывать деньги в ту экономику, в которую не хочет вкладывать деньги сама правительственная власть?! Вот в спекулятивные операции, пожалуйста…

И еще: о деятельности нашего финансово-экономического блока нужно судить по результатам его деятельности. Не по тому, что происходит в Москве и еще в двух-трех городах, где относительно приличные условия существования, а по российской глубинке, где по-прежнему существует проблема нищеты и значительная часть населения живет за чертой бедности.

Отсюда наши многие беды. Не может нищий человек быть культурным человеком. Один мусульманский авторитет, живший четырнадцать веков тому назад, сказал: когда в дверь входит нищета, вера вылетает в окно. И когда говорят о бездуховности, надо обязательно смотреть в корень — в экономические условия существования нашего большого народа. Обескрестьянивание, демографический провал… мы слышим массу всяких остроумных объяснений, что, дескать, и на Западе то же самое происходит — не растет население… Да ерунда всё это, нас обманывают, на Западе всё значительно благополучнее, там крепче семьи и там в общем-то стремятся к деторождению. В Японии, например, не разрабатываются национальные проекты по демографии, а просто создаются нормальные условия для существования простых людей, поэтому старики там лет на двадцать дольше наших живут…

 — За последние полтора десятка лет органы разведки не раз подвергались реформированию. Нужны ли были эти реформы — предмет постоянных споров в обществе?

— Любая разведка должна быть организмом, способным чутко реагировать на изменение политических ориентиров государства. Но организмом живым — а по живому резать нельзя, иначе покалечишь. В свое время Ельцин и его камарилья, включая Бакатина, которая видела в системе государственной безопасности угрозу своим личным устремлениям, взяли и разрубили КГБ на кусочки.

Когда у меня была возможность, я всеми силами сопротивлялся реформаторам, которые понимали реформы в чисто механическом разделении или слиянии каких-то органов, не понимая сути — в лучшем случае. А суть в том, чтобы в первую очередь воспитывать сотрудников, преданных Отечеству и своему делу, воспитывать людей, способных самостоятельно думать, принимать самостоятельные решения, ориентироваться при любых изменениях обстановки. А главным побудительным мотивом их деятельности должен быть воспитанный инстинкт патриота, инстинкт Родины.

 — Инстинкт патриота… Мне в 1995 году пришлось поработать в пресс-службе Федеральной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку. И там, под Дмитрием Васильевым, ставленником Чубайса, образовался пул из множества американских команд: Arthur Andersen, Price Waterhouse, Burson Marsteller, PBN и других. Финансировалась их работа из Агентства международного развития при американском конгрессе — и, безусловно, под эгидой их разведки. Кругом были американские специалисты — и большая часть финансирования (а это называлось «помощью России») уходила на оплату их труда. Притом, что они имели доступ почти ко всей информации во всех наших производственных отраслях. А некто Билл Макфадден, молодой и не лишенный обаяния парень из семьи сталелитейщиков, временами приходил в тихий восторг: фантастика, у вас здесь где-нибудь на Урале за пять-шесть миллионов долларов можно купить завод, который у нас бы стоил полмиллиарда. Занимались «становлением фондового рынка» — и параллельно скупали… Был там и Джонатан Хей, умудрившийся скупить кучу аэрокосмических предприятий в России, в общем всяких господ хватало…

В январе 96-го года в одной из оппозиционных газет я дал за псевдонимом статью о том, что там происходило. Правда, псевдоним не помог — вычислили буквально через пару дней… Но и сами долго гудели, как потревоженное осиное гнездо. Как гражданин России, я иначе поступить не мог — хотя там было много моих соотечественников и соотечественниц, которые видели в американцах просто «лапочек» и на все закрывали глазки…


 — За экономическими реформами, конечно же, скрывался прежде всего корыстный интерес. И в этом смысле реформы удались. У нас появился класс сверхбогачей. И людям, которые проводили эти реформы, безразлична судьба России, абсолютно безразличен ее народ… но свои собственные материальные интересы они обеспечили с колоссальным успехом.

Я перескажу историю, которую вы, несомненно, знаете. Автор фоторабот, что висят в моем кабинете, — Владимир Павлович Поливанов. Из Амурской области, с губернаторства, он был назначен на замену Чубайсу в Госкомимущество. Первое, что он сделал, — выгнал американских советников. И, кажется, к концу 94-го года опубликовал доклад об итогах приватизации, где изложил многие подобные рассказанным Вами вещи. Меры были приняты исключительно быстро — его сняли на третий день и назначили на второстепенную должность. Сейчас он продолжает карьеру ученого, доктор геологических наук…

 — И государственных решений не принимает…

 — Но человек сказал правду. Он настоящий патриот и прекрасный специалист, а с такими в те времена расправлялись немедленно.

 — Как же глубоко все это проникло в наше общество: коррупция, завязанная на лоббизме инодержавных интересов, лукавая инородческая мораль… Обвиненный в покушении на того же Чубайса и считающий его организатором экономической оккупации страны полковник Квачков убежден, что оказался за решеткой только потому, что целенаправленно проводил идею создания единой структуры спецназа ГРУ. Потому и был устранен. Возможно ли такое?

 — Вполне. Вполне возможно. Прозападное лобби в наших госструктурах остается. Я не знаю в точности механизма действия, но то, что давление на нашу экономику, на нашу политику и мораль, на наши СМИ продолжается и усиливается, в этом я не сомневаюсь.

 — Но может такое лобби существовать внутри самих наших разведструктур — таких как ФСБ или ГРУ?

 — Сомневаюсь.

 — Вы сказали, что спецслужбы не должны влиять на деятельность СМИ, но должны следить, чтобы через СМИ не происходило утечки государственных секретов. Но помимо этой опасности остаётся и та, которая заключается во влиянии либеральных СМИ и агентов влияния на умы, на общественное мнение..

 — Противодействовать этому не столько задача спецслужб. У государства должны быть свои пропагандистские органы. Должны быть издания — печатные или электронные, которые разделяли бы и поддерживали бы политическую, экономическую и культурную линию государства. Если таких органов нет, то никуда не годится эта самая линия государства. Значит, ее надо приводить в соответствие с национальными и общественными интересами. Тогда появится и поддержка. Впрочем, сейчас ситуация меняется в лучшую сторону.

 — И со страниц газет и глянцевых журналов, и с экранов ТВ нас убеждают: родина — это всего лишь дело географии. Должен ли сотрудник спецслужб быть носителем национально-государственнической идеи?

 — Патриотизм, любовь к Родине, преданность своему служебному долгу (что означает ту же самую преданность Отечеству) — это неизбежное, обязательное условие функционирования национальных специальных служб и непременное требование к каждому сотруднику. А Отечество — это не география, хотя и география тоже включается. Отечество — это история, это культура, это мой народ.

Я — русский человек. У нас коротенькая родословная, мы не дворяне. Прадедушку еще можно вспомнить, но, насколько я знаю, все были православными и русскими со всех сторон. И с материнской стороны, и с отцовской, — все люди московские и подмосковные. Вот это моя родина. Я долго — около двадцати лет — работал за пределами Отечества, но душа моя всегда была здесь — в Марьиной роще, где я родился, здесь на «Динамо», куда я ходил мальчишкой… И без всего этого я своей жизни не представляю.

И в работе дома, но особенно за рубежом бывали всякие сложные вещи. Скажем, чужие войны. В Тегеране, когда я там работал, организованная толпа захватывала посольства. Было захвачено американское посольство, иранцы взяли заложников. Была угроза и для нас (и, действительно, чуть позже напали и на наше посольство). Но ощущение, что за спиной у меня и у моих коллег, советских людей, стоит мощнейшее государство, которое не даст в обиду, позволяло спокойно воспринимать любое возможное развитие событий. Мы знали, мы чувствовали эту принадлежность к Родине. И не на собраниях мы ее озвучивали, она просто душой ощущалась: Отечество нас не сдаст!

 — Так можно ли то, о чем вы говорите, назвать национально-государственнической идеологией?

— Можно. Я считаю национализм положительным явлением. Национализм не в том смысле, который этому слову придали марксистские социологи, — что национализм — это обязательно буржуазное явление. На национализме, например, создавалось индийское государство. Глубоко национально в своей основе китайское государство. Возьмите ту же Англию… Но почему-то когда говорят «русский национализм» — это что-то вроде ругательства. Я с этим совершенно не согласен. Я считаю себя русским националистом и не стыжусь этого. Это не значит, что я противопоставляю себя и других русских людей кому-то еще — татарам, азербайджанцам, чеченцам — и ставлю свой народ выше других. Ничего подобного. Национализм не предполагает ненависти или нелюбви к другим. Национализм — это любовь к своему народу, к России!
Вел беседу Геннадий Старостенко


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru