Русская линия
Русская линияСвященник Александр Шумский22.07.2006 

Спортивное зеркало истории

Люблю спорт с детства. Интерес к этой форме человеческого самовыражения привил мне мой отец, Владислав Станиславович Шумский, исключительно спортивный человек, великолепно игравший в футбол и хоккей. Он мог бы добиться немалых успехов в этих видах, но предпочел большому спорту серьезную учебу, закончил с отличием факультет журналистики МГИМО и первое время работал спортивным журналистом на велогонках мира и зимних Олимпийских играх в Кортина-де-Ампеццо (Италия, 1956 год). Он лично знал многих наших выдающихся спортсменов, особенно хоккеистов и футболистов, например, Всеволода Боброва, Льва Яшина, Эдуарда Стрельцова. Отец мог часами занимать слушателей историями и байками из спортивной жизни. Помню его рассказ о велогонке мира, проходившей по маршруту Варшава-Берлин-Прага. Он ехал в машине сопровождения, и ему поручили на ходу передавать нашим гонщикам еду и питье. Они мгновенно выхватывали из его рук бутылки с глюкозой и мясные котлеты. Все это, не сбавляя скорости, поглощали за считанные секунды, после чего, словно космические корабли, отбросившие ступени, устремлялись дальше. По окончании многокилометровой гонки, один из наших велосипедистов рухнул без сил на землю. Отец подбежал к нему и услышал слова: «Господи, наверное, рожать легче!» А вот сюжет из Кортина-де-Ампеццо. Как известно, цены на спиртные напитки во время крупных международных спортивных соревнований подскакивают до заоблачных высот. Журналисты ребята молодые, им хочется немного выпить после напряженного трудового дня, а командировочные уже почти закончились. Сидят они как-то вечером в гостиничном номере, скучают. Вдруг входит легендарный советский комментатор, остроумнейший Вадим Святославович Синявский и, хитро поглядывая на всех, спрашивает: «Чего, хлопчики, приуныли, небось выпить хотите, а лавэ нанэ?» (по- цыгански: «денег нет». — А.Ш.) Ребята отвечают: «Святославыч, не терзай душу, если знаешь, где взять, то скажи». Синявский продолжает: «Нет ничего проще, подойдите к окну, по- не нашему читать умеете? Видите, что написано на соседнем доме? Правильно: «АПТЕКА». «Ну и что?» — недоуменно пожимают плечами молодые журналисты. «Да как что?!» — восклицает основоположник советской школы спортивного репортажа — «Эх, молодость, эх, неопытность, чтоб вы без меня делали?! В аптеке-то спирт — почти бесплатно и — в любых количествах». Радость была настолько запредельной, что даже наш особист, потеряв бдительность, разрешил пригласить «на огонек» американских журналистов из соседних номеров. Американцы благодарили русских за великое «аптечное» открытие, а Синявский потом все шутил: «Вот наш неоценимый вклад в дело борьбы за прекращение холодной войны и установления мира во всем мире».

Еще эпизод из юности. Как-то на футбольном матче в Лужниках журналисты, друзья отца, обсуждали судьбу легендарного бразильского нападающего Гарринчи, который раздал все свои деньги и оказался в полной нищете. Я спросил: «А что же Пеле ему не поможет, они же, вроде, друзья, он же очень богат.» Журналисты засмеялись: «А с какой стати он должен ему помогать». Я тогда смутился, подумал, может быть, действительно чего-то не понимаю, но мне было очень жаль Гарринчу. А совсем недавно другой величайший футболист, Диего Марадона, заявил: «Я не уважаю Пеле, как человека, потому что, когда Гарринча умирал в нищете, он и пальцем не пошевельнул, чтобы помочь ему». И вот, что удивительно, как бы ни был славен Пеле, но неофициальное и самое дорогое звание в Бразилии — «радость народа» было присвоено не ему, а неграмотному и бесхитростному как ребенок великому Гарринчи.

Спорт в XX веке становится неотъемлемой частью жизни человечества, мировой культуры и политики. Не случайно, что качественный скачек в распространении спорта приходится на 30-ые годы прошлого столетия. Именно в это время резко нарастает противостояние капиталистических стран с СССР. Стремительно развивается нацизм и расизм в Германии. И спорт, как наиболее наглядное мирное проявление силы, становится идеологически и политически востребованным. Можно вспомнить, например, какое значение придавали в фашисткой Германии боксерскому поединку в тяжелом весе немца, «арийца», Шмеллинга с американским негром Джо Луисом. После победы Шмеллинга в первом бою, германская пропаганда просто забилась в расистской истерии. Но вскоре великий боксер Джо Луис пресек ее, нокаутировав «сверхчеловека» в матч-реванше. В нашей стране спорт также превращается в важнейшее идеологическое и политическое средство. Например, на летней Олимпиаде 1952 года в Хельсинки, в финале футбольного поединка между советской и югославской сборными, высшим руководством СССР ставилась только одна задача: любой ценой победить страну, возглавляемую «кровавой собакой Броз Тито». Мы проиграли. Не помог даже героизм великого Всеволода Боброва, который, получив тяжелейшую травму ноги, велел сделать себе заморозку и продолжил матч. Знаменитая хоккейная серия СССР- Канада 1972 года рассматривалась как едва ли ни игровой вариант третьей мировой войны. Кто из того поколения не помнит эпических восклицаний в адрес канадских профессионалов нашего ведущего комментатора Николая Озерова: «Нам такой хоккей не нужен!» или «Советская школа хоккея доказала свое преимущество над хвалеными канадскими профессионалами». После этих матчей наша сборная получила в Канаде и США название «Красная машина». В таком же контексте проходили шахматные баталии советских гроссмейстеров с американцем Робертом Фишером. И не только СССР, как полагают диссиденты, был повинен в тотальной политизации и идеологизации спорта, но в такой же мере и Запад, особенно США. Глубинную причину этого следует искать «по ту сторону» политики и идеологии, в исконном противостоянии двух непримиримых духовно-нравственных типов сознания. Политика и идеология в данном случае — лишь видимая часть культурно-исторического айсберга, называемого «архетип».

Еще Ф.И.Тютчев, сравнивая Россию и Запад, писал: «между нами и ими нет уже ничего нейтрального». И так будет до конца истории. С этим ничего не поделаешь. Горячие войны будут сменяться холодными, поля сражений, на которых бьются до последней капли крови вражеские армии, — спортивными полями, где рубятся непримиримые команды. Кто-то возразит: «Но вы явно преувеличиваете. Неужели спортсмен в игре, да и после, думает о каких-то там идеологии, архетипах, геополитике и т. п. Да они, в большинстве своем и слов-то таких не знают.» Это верно, но также верно и то, что существует национальный дух, проявляющийся у массы людей на подсознательном уровне в экстремальных ситуациях, к которым, несомненно, относятся и спортивные противостояния. Всеволод Бобров любил повторять: «Игра — война». Весьма глубокий афоризм, далеко выходящий за спортивные рамки. Есть выражение «игра ума». Все начинается с игры. «Что наша жизнь? Игра!» — восклицает герой известной оперы. Играет ребенок, играет ученый, изобретающий бомбу, играет завоеватель, сладострастно обнимающий глобус, играет маленький большевик, забравшийся на большой броневик и т. д. и т. п. И из всех этих игр получается то, что принято называть мировой историей. Совершенно необоснован взгляд на игру, как на нечто несерьезное, созданное исключительно для забавы.

Итак, игра — война. Однажды этот бобровский афоризм воплотился в жизнь буквально, в оккупированном фашистами Киеве, в начале Великой Отечественной Войны. Немцы решили провести футбольный матч между своими солдатами и офицерами и советскими пленными футболистами из киевского «Динамо». Для этого наших даже некоторое время прилично кормили. Немцы недвусмысленно дали понять киевским футболистам, что если те посмеют победить, то их ждет расстрел, а если поведут себя правильно, то сохранят свою жизнь. Динамовцы поступили так, как поступали издревле их предки в сражениях на Неве, Чудском озере, Поле Куликовом, под Полтавой и Бородино. Они превратили киевский стадион в поле битвы за русскую честь. После войны был поставлен замечательный художественный фильм «Третий тайм», воспроизводящий этот самый великий в истории мирового футбола матч. Не потому ли наша сборная никогда не побеждала на чемпионатах мира, что она уже одержала свою самую главную духовно-нравственную победу в том трагическом сорок первом? А утешительные кубки мира пусть получает Германия — надо же ей как-то подсластить горечь воспоминания от красного флага, реющего над куполом поверженного Рейхстага, на стенах которого чудесным образом отпечатались имена одиннадцати киевских русских героев. Без сомнения, тот футбольный матч стал частью великого русского эпоса. Вот вам и игра!

Подобный случай произошел во время Второй Мировой войны и в оккупированном немцами Белграде. О нем повествует замечательный югославский художественный фильм, название которого я, к сожалению, не могу вспомнить. Немецкий офицер, бывший баскетболист, предлагает пленным югославам игру: каждому десять раз послать мяч в баскетбольную корзину. Промах означает смертный приговор. Подходящие к кольцу, среди которых есть старики и дети, один за другим бросают мимо цели. Вот берет в руки мяч юноша, который, по всей видимости раньше занимался баскетболом. Бросок за броском, мяч точно ложится в корзину, остается последний — десятый, долгая пауза и… мимо. Долговязый фашист с бесстрастным лицом «сверхчеловека» взирает на «недочеловеков». Завершает дьявольскую игру уже немолодой серб. Он спокойно подходит к кольцу и долго смотрит немцу в глаза. Начинается поединок. Сразу возникает ассоциация с фильмом Сергея Бондарчука «Судьба человека». Югослав совершает первый бросок и становится ясно, что перед нами мастер баскетбола. Все десять его мячей достигают цели, что по условиям «сверхчеловека» дает ему право остаться в живых. Но ведь немец «выше» морали. Он предлагает славянину новый вариант игры, согласно которому тот выполняет еще десять бросков и, если они оказываются точными, то все промахнувшиеся пленные получают помилование, но сам он будет расстрелян. Если он отказывается от продолжения игры, то сохраняет себе жизнь, но остальных подвергнут смертной казни. И опять перед мысленным взором возникает рядовой Соколов из «Судьбы человека». Югославский Соколов берет в руки мяч, превратившийся в безжалостное мерило жизни и смерти. Он снова долго смотрит немцу в глаза. Поединок достигает кульминации. Мяч десять раз точно ложится в кольцо. Каков же ответный ход «сверхчеловека»? И становится ясно, что «по ту сторону добра и зла» нет ни благородства, ни чести, а есть лишь пустота и подлость. Фашист нарушает свои собственные условия и приказывает расстрелять всех, кроме главного героя. Через много лет после войны югослав и немец снова встречаются взглядами на финальном матче баскетбольных команд. Ничего не кончилось, игра продолжается.

Недавно по телевидению показывали документальный фильм о хоккейной суперсерии СССР- Канада 1972 года. Выше я уже говорил, что те игры не вмещались в формат исключительно спортивного противостояния. Характерно в этой связи признание одного из ведущих игроков тогдашней канадской сборной, нападающего Фила Эспозито. В 2006 году этот благообразный пожилой человек свидетельствует: «Мне стыдно сейчас об этом говорить, но тогда я выходил на лед лишь с одним желанием: убивать русских». Я был на одной из игр московской части этой суперсерии. Мы с отцом сидели в ложе прессы и наблюдали следующий эпизод: могучий Фил Эспозито столкнулся лоб в лоб с нашим богатырем, защитником Александром Рагулиным. Длилось это несколько мгновений, но я до сих пор отчетливо вижу, как Эспозито наотмашь бьет Рогулина по лицу, а Сан Палыч (так ласково звали великого защитника болельщики) хватает Фила за горло. Да, игра-война. Тогда был популярен стишок, сочиненный кем-то из наших журналистов: «Два хоккейных хулигана, два хоккейных паразита, Фил и Тони Эспозито» (Тони — второй вратарь канадской сборной. — А.Ш.). Сегодня Эспозито говорит, что никогда, ни до, ни после суперсерии 1972 года, не испытывал к противнику такой утробной ненависти. «Мне очень стыдно," — несколько раз повторяет великий хоккеист. Отдадим должное Филу за его мужественное признание, оно дорогого стоит.

Но вот другой «герой» легендарной хоккейной баталии 1972 года, Бобби Кларк, ни только не мучается угрызениями совести, но по-прежнему уверен в абсолютной правильности своих действий. По его же собственному признанию тренер команды дал ему указание вывести из строя нашего лучшего из лучших, Валерия Харламова, о котором великий канадский вратарь Кен Драйден сказал: «Такой феноменальной игры нападающего я не видел никогда». Противник понимал, что если не «ликвидировать» Харламова, то серию ему ни за что не выиграть. И вот Бобби Кларку поручили выполнить, выражаясь военным языком, диверсию против нашей сборной. До сих пор не могу без содрогания вспоминать и смотреть видеозапись: Кларк широко размахивается клюшкой и, что есть силы, бьет ею Валеру по голени. Сам канадец цинично признается: «Я бил, желая отрубить ему ногу». Больше гениальный Харламов на льду не появился, и мы проиграли последний решающий матч серии всего лишь в одну шайбу. Кларк заявил: «мы победили русских ублюдков». И сегодня подвергать критике свои слова и действия он не собирается. Но больше всего меня впечатлило то, как Харламов ответил Кларку: он передал своему канадскому палачу собственную клюшку, которая для хоккеиста означает то же самое, что меч для рыцаря. Сколько глубины, благородства и подлинного величия в этом жесте, поднимающего человеческую личность на самую высокую ступень ее достоинства. Этот харламовский поступок дороже всех его гениальных голов и пасов. Кларк, получив Валерину клюшку, был лишь в состоянии тупо повторить: «Мы победили ублюдков». Теперь всему миру стало предельно ясно, кто в действительности ублюдок, а кто одержал подлинную нравственную победу.

А потом был Кубок вызова, где мы обыграли сборную звезд НХЛ (лучшие игроки Канады и США) со счетом 6:0. Впрочем, мир не линеен и, конечно, не каждый канадец похож на Бобби Кларка. Были и есть там замечательные, добрые ребята. Помню случай, который произошел на первенстве мира, еще до суперсерии 1972 года, в игре сборной СССР со сборной Канады, состоящей из игроков-любителей (на самом деле — это бывшие профессионалы, вышедшие в тираж). Наш нападающий Виктор Полупанов грубо атаковал огромного, как слон, канадского защитника Карла Бревера. Через несколько минут тот заметил зазевавшегося у борта Полупанова, сделал страшное лицо и бросился на него с огромной скоростью. Все застыли в оцепенении, полагая, что Бревер просто размажет нашего игрока, но Карл вдруг резко затормозил перед самым носом Виктора и что-то угрожающе произнес, а Полупанов засмеялся. После матча, на вопрос журналистов, что же он сказал советскому хоккеисту, добродушный канадский здоровяк ответил: «Я немного говорю по-русски, и пригласил его на чашечку чая». Однако, отдельные случаи не меняют общего архетипического вектора в отношениях между Россией и Западом, в том числе и в спортивной сфере.

Особый разговор о Роберте или, как его все звали, Бобби Фишере. Он — исключение из исключений. О его шахматном гении я говорить не буду. По мнению большинства специалистов, подобным игровым даром обладал, разве что Александр Алехин. Но меня интересует не столько шахматная, сколько личностная уникальность этого американца. Более бескомпромиссного, открытого, независимого и искреннего человека трудно себе представить. О матчах с советскими гроссмейстерами, самыми сильными в мире, Бобби говорил: «я один противостою всей коммунистической системе». Это предельная идеологическая заостренность была свойственна и нашей стороне, поэтому в финальном поединке за шахматную корону между Борисом Спасским и Робертом Фишером в 1972 году в Рейкьявике (Исландия), спортивная сторона отошла на второй план. Проигрыш советского гроссмейстера рассматривался в СССР как крупнейшие идеологическое и политическое поражение и разбирался на уровне Политбюро. Несчастного Спасского готовы были сгноить, тем более, что все отечественные диссиденты подняли ликующий вой. В США рассчитывали сделать из Фишера знамя борьбы «с проклятым коммунизмом». Помощник по национальной безопасности при президенте США Генри Киссинджер сказал Фишеру: «Бобби, мы хотим, чтобы вы побили русских, сразились за Америку.» Обратите внимание, что Киссинджер употребляет не идеологическое прилагательное «советский», а архетипическое — «русский.». Но Фишер не та фигура, которая будет выполнять чьи-то установки. После победы над Спасским новый чемпион отказался от участия в рекламе, прославляющей Америку, заявив, что не хочет брать ни цента у негодяев, к которым причислял правящую верхушку США. Согласитесь, совсем не буржуазная позиция. На гонорар в миллион долларов Бобби построил дом в виде шахматной ладьи и затаился в нем на годы. Выйдя из затвора, Фишер начал резко обличать американский империализм и израильский экстремизм. Такого от него не ожидали ни в США, ни в СССР, ни в Израиле. Ему даже запрещают въезд в Израиль, несмотря на его еврейское происхождение по линии матери. Но Бобби и не думает унывать. Однажды на улицах Сан-Франциско полиция арестовала подозрительного человека, расклеивающего на стенах домов антиизраильские листовки. Когда пойманного привели в участок, то выяснилось, что это Роберт Фишер. Но, пожалуй, свой самый выдающийся и неординарный поступок гениальный шахматист совершил в 1992 году.

В то время США поставили задачу, во чтобы то ни стало дожать Югославию и расчленить ее на части. Для этого использовались любые средства, в том числе экономические, политические и культурные санкции. США вынудили ООН установить эмбарго в отношениях с Югославией, предполагающее, в частности, отказ от спортивных контактов с непокорной балканской страной. Например, югославская футбольная сборная лишилась права принять участие в первенстве Европы 1992 года, которое завоевала в честной спортивной борьбе в отборочном цикле. Вместо нее была включена сборная Дании, которая проиграла отборочный турнир. Она и стала чемпионом Европы. И когда этот западный беспредел достиг высшей точки, Бобби Фишер в 1992 году предложил Борису Спасскому провести между ними матч на территории Югославии, на острове св. Стефана, который является символом единой неделимой, великой Сербии. Часть вырученных от матча денег предполагалось перечислить на лечение сербских детей, пострадавших в гражданской войне в результате действий хорватских сепаратистов, поддерживаемых США и другими западными странами. К чести бывшего советского гроссмейстера, он без размышления согласился на предложение Бобби, хотя этот матч, кроме не столь уж большой суммы денег, сулил Спасскому немало серьезных неприятностей, поскольку в то время вся так называемая цивилизованная публика, во избежании запятнать свою «девственную» репутацию, шарахалась от Фишера как некое инфернальное существо от ладана. Этот беспрецедентный югославский матч, на мой взгляд, является самым великим в истории шахмат, ибо на кону стояла не шахматная корона, а человеческие честь и достоинство. Роберт Фишер с Борисом Спасским бесстрашно бросили вызов мировому злу и еще раз подтвердили мысль Достоевского о том, что никакая антихристова «гармония» не будет иметь успеха, пока есть вот такие одиночки, которых Федор Михайлович образно называет «джентльменами с ретроградными физиономиями». Не забыть потрясающие кадры теленовостей: в самом начале матча Бобби, обросший ретроградной нелиберальной бородой, достает из кармана какую-то бумагу, плюет на нее, поясняя, что бумажонка эта не больше ни меньше, как официальное предписание Минфина США о запрете поездок американских граждан в Югославию. Американские власти потребовали от Фишера немедленно прекратить матч, но Бобби в ответ демонстративно поставил около своих шахматных часов звездно-полосатый флаг, заявив, что он и есть подлинная Америка. Шахматисту сообщили, что при въезде в США его ожидает немедленный арест, суд и тюремный срок до десяти лет. С тех пор православные сербы считают американского еврея Роберта Фишера своим национальным героем. Воистину, неисповедимы пути Господни! В 2004 году Фишер был арестован в Японии за просроченный паспорт и провел девять месяцев в японской департационной тюрьме. Японские власти едва не выдали его США. Слава Богу, Исландия заявила о своей готовности дать шахматисту политическое убежище. Снова выше всяких похвал проявил себя Борис Спасский, который в самый разгар дела Фишера в Японии послал президенту Бушу письмо: «Мы с Бобби совершили одно и то же преступление. Играли в запретной зоне, то есть на территории независимой в то время Югославии. Примените санкции также против меня, посадите нас в одну камеру и дайте нам шахматы».

Можно назвать Фишера рыцарем без страха и упрека, напоминающего благородного Дон Кихота. Только борется он не с ветряными мельницами, а с новым Вавилоном — США. Бобби остается верным своим словам, произнесенным в молодости: «Шахматы похожи на жизнь. Но только жизнь — тотальная война, а шахматы — ограниченная».

Однако вернемся в Россию. Наша страна одна из самых спортивных. Климатические и природные условия позволяют нам успешно развивать все виды спорта, но, пожалуй, особенно славно наше отечество своими богатырями. Недаром известному герою русской классической литературы Илье Ильичу Обломову мама в детстве читала былину про его тезку из Мурома. Тем самым Гончаров указывает на нашу русскую богатырскую преемственность. И сегодня, когда я беседую с одним из величайших в истории борцов, Александром Владимировичем Иваницким, вспоминается архетипический образ Ильи Муромца, причисленного Русской Православной Церковью к лику святых. И удивительно вдруг начинают сопрягаться миф, предание, история, спорт. В свои 68 лет, Александр Владимирович выглядит изумительно — подтянут, строен. Думаю, кого же мне напоминает лицо этого человека? Да, конечно же, Федора Ивановича Шаляпина. И символично, что наш разговор начался именно о пении. Оказывается Александр Владимирович автор сценария цикла телевизионных программ под названием «Спевка», целью которых является отбор наиболее талантливых исполнителей русских народных песен. Сверхзадача проекта — вернуть народное творчество на должную и заслуженную высоту. Кто-то скажет: «Донкихотство. В эпоху засилья попсы, всяких «фабрик звезд» ничего пробить невозможно». Но Иваницкий руководствуется восточной поговоркой: «Дорогу осилит идущий». Надо верить в Бога и делать свое дело, а не оправдываться объективными трудностями — вот его девиз. Когда-нибудь людям, отравленным суррогатами, нестерпимо захочется натурального чистого хлеба и прозрачной родниковой воды. Это время не за горами. Сейчас у Александра Владимировича непростой период. Его, блестящего спортивного журналиста, вытеснили с телевидения те, на кого слова «народная культура» действуют, словно яркий солнечный свет на тараканов, блаженствующих в затхлом и темном подземелье. Но цыплят, как говорится, по осени считают. Выяснилось, что в роду Иваницких были священнослужители. Вот откуда у Александра Владимировича такой замечательный дьяконский баритон. Сам олимпийский чемпион говорит, что в течение всей своей жизни ощущал помощь Свыше. Однажды в детстве кто-то из его друзей нашел на чердаке икону, прислоненную к стене, и, засмеявшись, бросил ее в кучу мусора. Саша Иваницкий, повинуясь какому-то внутреннему чувству, поднял святыню и аккуратно поставил ее на место.

Четырехкратный чемпион мира и Олимпийских игр 1964 года в Токио по вольной борьбе в тяжелом весе, Александр Иваницкий, был слабым болезненным ребенком. В 1942 году его, четырехлетнего и едва живого, вывезли по Дороге Жизни из блокадного Ленинграда на Урал. Но уже в 1944 году он возвращается обратно в свой родной город. Любимым занятием маленького Сани было рисование богатырей на последних страницах ученических тетрадей. В выборе поприща сомнений не было — только борьба. В 17 лет, поступая в Институт физкультуры, Александр не смог ни разу подтянуться на перекладине. Но это его ничуть не смутило, и уже в 1957 году в 19-летнем возрасте он становится чемпионом Ленинграда. Спустя годы, уже будучи прославленным олимпийским чемпионом, он выступал в пионерском лагере «Артек» перед детьми. Туда же была приглашена Эльвира Озолина, чемпионка токийской Олимпиады по метанию копья. Они разговорились, и выяснилось, что Эльвира тоже блокадница. Но самое удивительное — оба оказались родом не только с одной Лиговской улицы, что на фабрично-заводской окраине Северной столицы, но и из одного двора! Не чудо ли?! Представляете, два олимпийских чемпиона из одного блокадного двора. Вопреки всему! Да, воистину «сила Божия в немощи совершается».

Александру Владимировичу принадлежит абсолютный рекорд — в официальных соревнованиях он не проиграл ни одного технического балла. И об этом великом борце его первый тренер, Корнилов, сказал: «Как этот мешок мог стать четырехкратным чемпионом мира и победить на Олимпиаде?». А вот другой его тренер, Преображенский, сразу разглядел в нем уникальный талант, который заключался не столько в мускульной силе, сколько в мышлении. Иваницкий, подобно былинным русским богатырям, побеждал противника прежде всего за счет своего духа и интеллекта. Особенно ярко эти качества проявились на его первом чемпионате мира в 1962 году в Толидо (США).

Противник Александра в финальной схватке, гигантский турок, многократный чемпион мира Лев Каплан, не скрывал своей уверенности в победе над нашим борцом, поскольку значительно превосходил его по весу и грубой физической силе. У турка был излюбленный прием — захват за голову. Если он его проводил, то противник однозначно проигрывал бой. Никому не удавалось найти контрприем против коронки Льва Каплана, но только не русскому богатырю, Александру Иваницкому. Слабым местом турка была психология, т. е. его абсолютная уверенность в своем превосходстве и презрение к противнику. Но недаром в Библии сказано: «Придет гордость, придет и посрамление». Победа Иваницкого — яркая иллюстрация библейской мудрости. Наш борец часами отрабатывал на тренировках придуманный им бросок из, казалось бы, совершенно безвыходного положения. Когда они сошлись на борцовском ковре, Александр умышленно позволил Каплану взять себя за голову, но тот не заметил подвоха и через мгновение уже лежал на лопатках, дико вращая белками огромных глаз. Бой продлился меньше минуты, что позволило Иваницкому опередить всех и стать чемпионом. После Александра Владимировича были и другие наши олимпийские чемпионы и двух-, и трехкратные. Но почему-то, когда говорят о вольной борьбе, его имя затмевает все остальные имена, подобно тому, как в штанге — имя Юрия Власова.

Есть в наших богатырских видах спорта три харизматичных богатыря: Юрий Власов, Александр Иваницкий, Александр Карелин. Они не имеют конкурентов. Пожалуй, лишь один человек мог бы по праву встать в этот ряд, родись он чуть позже. Речь идет об Анатолии Ивановиче Парфенове, олимпийском чемпионе 1956 года в Мельбурне (Австралия) в классической борьбе (греко-римской), в тяжелом весе. Когда я попросил Александра Владимировича рассказать об этом человеке, в его глазах появилось особое теплое выражение. И начал он свой рассказ неожиданно, не с характеристики феноменальных физических данных Анатолия Парфенова, а словами: «Более доброго человека я в своей жизни не встречал». Вот оказывается в чем суть русского богатырства — в доброте. Сильный не может, не имеет права быть злым. Именно в этом состоит принципиальное отличие православного русского понимания силы от западного сверхчеловеческого. Анатолий Парфенов прошел всю войну, форсировал Днепр. Вследствие ранений у него плохо сгибались локтевые суставы. Он не мог без посторонней помощи расстегнуть ворот рубашки. От постоянных болей в суставах спасался тем, что ловил на спортивных сборах пчел на пасеке и сажал их на руки. Излюбленным приемом в рукопашном бою с немцами у Парфенова был удар кулаком сверху, по темени. Больше одного удара никогда не требовалось. Телезрители могут помнить его по сериалу «Семнадцать мгновений весны». Там есть эпизод, когда в Берлин возвращается генерал Вольф (актер Лановой), которого на аэродроме встречают люди Мюллера, шефа Гестапо. Так вот, самый большой и страшный в шляпе и есть Анатолий Иванович, награжденный орденами и медалями Великой Отечественной войны, а также орденом В.И.Ленина. Александр Иваницкий свидетельствует, что Парфенов от природы был сильнее трехкратного олимпийского чемпиона по греко-римской борьбе Александра Карелина. Вы представляете, что значит — быть сильнее Карелина? Я не представляю. Уже закончив выступления в большом спорте, Анатолий Иванович на тренировках проделывал следующее: взваливал себе на шею борца-тяжеловеса (более 100 кг.) и с этой ношей делал 120 наклонов. А вот еще сюжет: Парфенов берет правой рукой сбоку (не за ручку!) двухпудовую гирю и без видимого напряжения, неспешно совершает крестное знамение. На вопрос Иваницкого, как ему это удается, Парфенов отвечает: «Ты бы с мое косой помахал». И невольно вспоминаются строки Александра Блока из поэмы «Скифы»: «… хрустнет ваш скелет в тяжелых, нежных наших лапах».

Очень интересны мысли Александра Владимировича о русских богатырских былинах: «В былинах есть своеобразный шифр, духовно-нравственный код. Вот, например, калики перехожие. В обыденном сознании — это какие-то немощные бродяги, но на самом деле они — скитающиеся православные воины, своеобразный богатырский орден, наблюдающий за порядком на русской земле. Слово «калики» означает не калеки, т. е. увечные, как некоторые думают, а особый вид обуви. Они находят парализованного Илью Муромца и просят его дать им напиться. Илья чудесным образом встает и дает им воду. «Сам испей,» — говорят они. Он пьет и выздоравливает. Илья, радуясь приливу сил, заявляет: «Землюшку могу на ребро поставить», а калики ему в ответ: «Мы твою силу вполовину убавим», т. е. показывают, что сила не является самоцелью, а лишь средством для служения Богу, своей земле, народу». Уходя, Александр Владимирович спросил: «Помните древнюю поговорку: «В здоровом теле здоровый дух»? А ведь атеисты лукаво отбросили вторую ее часть. Древние римляне говорили: «В здоровом теле здоровый дух, если упорно молиться». Совсем другой смысл, не правда ли?». А еще олимпийский чемпион Александр Иваницкий талантливый писатель. Сейчас с интересом читаю его повесть «Тайная сила ростка», о которой с похвалой отзывался сам Виктор Астафьев. Не оскудевает ряд русских богатырей, а значит, жива моя Родина.

Вот пока последний из великих, Александр Александрович Карелин. О нем уже много написано. Такого еще не бывало — трехкратный олимпийский чемпион в греко-римской борьбе в тяжелом весе! Но я, как это ни парадоксально, больше восхищаюсь не победами Александра Александровича, а его поражением на четвертой олимпиаде, точнее, не поражением, а отношением к нему самого борца. Победи он в четвертый раз, глядишь, возгордился бы, как поначалу Илья: «землюшку могу на ребро поставить». А это уже не наш голос, а их — горделивый, сверхчеловеческий, пагубный. Реакция Карелина на проигрыш в финале американцу Гарднеру была поистине христианской. Он попросил прощения у народа. Убежден, что раб Божий Александр понял свою главную духовную ошибку, осознал, что слишком увлекся суетой мира сего и стал забывать о едином на потребу, о вечном, о Боге. Спортивным поражением Господь напомнил русскому богатырю о Себе и богатырь со смирением принял урок. Вот в чем подлинное величие, а не в олимпийских кимвалах и золоте. Люди калибра Иваницкого, Власова, Парфенова, Карелина имеют такое же значение для державы, как атомные подводные лодки или баллистические ракеты. Глядя на них, проникаешься верой в неиссякаемость русской природы, надеждой и оптимизмом. А у западных оппонентов появляется лишний повод задуматься: а стоит ли лезть на рожон?

Успехи в спорте несомненно являются одним из критериев состояния национального духа, показателем наличия, выражаясь языком Л.Н.Гумилева, пассионарности народа. В начале периода реформ, когда у нас исчез даже национальный гимн, спортивные показатели России снизились до позорно низкого уровня. Мы проигрывали все и везде. Сказывались всеобщая духовно-нравственная подавленность и уныние, особенно после расстрела парламента в 1993 году. Резвилась только небольшая часть русофобски настроенной интеллигенции. Народные энергетика и воля оказались в состоянии паралича. Каждый думал, как бы выжить. Разваливалась страна, разваливался и спорт. Но, слава Богу, постепенно этот пагубный процесс начал замедляться, появились обнадеживающие признаки духовно-нравственного и государственного выздоровления, несмотря на постоянные рецидивы болезни. Россия вернулась к своему прежнему советско-русскому великодержавному гимну. Это тут же положительно сказалось на спорте. В начале XXI века Россию уже не назовешь отсталой в спортивном отношении страной. Порукой тому — последняя зимняя Олимпиада в Турине. Дело даже не в количестве медалей разного достоинства, завоеванных нашей сборной, а в том настроении, с которым боролись российские спортсмены. Всем было видно, что они сражались за честь России, а не за вознаграждение. С 1976 по 1980 год я работал учителем истории в московской общеобразовательной спортивной школе N704 при ЦСКА. В классе, где я был классным руководителем, учились известные всей стране спортсмены, особенно фигуристы, например, чемпионка СССР и призер чемпионата Европы Елена Водорезова (одиночное катание), Олимпийская чемпионка Марина Черкасова (парное катание), чемпион мира и серебряный призер двух Олимпиад в Абервилле и Лиллехаммере Александр Жулин (спортивные танцы). После окончания Александром школы в 1980 году мы с ним не встречались, хотя я всегда, помня наши самые добрые отношения в «школьные годы чудесные», внимательно следил за его спортивной жизнью. И вот, спустя двадцать шесть лет, наши пути вновь пересеклись. Александр приехал в Москву из США, перед самым отъездом в Турин на Олимпиаду в качестве тренера нашей лучшей танцевальной пары, своей жены Татьяны Навки и ее партнера Романа Костомарова. За два дня до отъезда в Италию Александр и Татьяна побывали у меня в гостях. Случайных встреч не бывает. Вот что в этой связи сказал тренер, теперь уже золотой Олимпийской пары, в газете «Спорт-Экспресс» (22 февраля 2006 года): «А то, что произошло в Турине, расцениваю как невероятный подарок, который мне сделала судьба. Не знаю уж, чем его заслужил. Но, как только вернусь в Америку, обязательно пойду в русскую церковь и поставлю свечку. Вопрос корреспондента: «Вы настолько верующий человек?» — «Знаете, незадолго до Игр у меня произошла интересная встреча. Случайно узнал, что мой бывший классный руководитель — Александр Владиславович Шумский — стал батюшкой: служит в церкви Николая Чудотворца. Мы пришли к нему перед отъездом в Турин, отстояли в церкви всю службу, потом он пригласил нас к себе домой. У него прекрасная семья, восемь детей. Нам же он сказал: «Не надо волноваться. Я буду за вас молиться. Ведь будет прямая трансляция.» Я думал об этом, когда стоял у борта во время выступления Тани и Романа. Сжимал в руке маленькую иконку и мысленно просил: «Отец Александр, помоги…» Поверьте, слова Александра Жулина я привел не для того, чтобы себя показать. Я ведь не меньше их удивлен тому, что произошло. Да, по мастерству Татьяна и Роман превосходили всех и, безусловно, заслуживали только золото. Но спортивные танцы самый субъективный вид фигурного катания, здесь легче всего «засудить» спортсменов, а почти все судьи были настроены против нашей пары. И вдруг основные соперники Татьяны и Романа стали грубо ошибаться и падать один за другим, что в спортивных танцах случается крайне редко. Дело тут не в моих духовных дарованиях, а в этих замечательных ребятах, которые накануне Олимпиады смиренно отстояли всю длинную церковную службу, выслушали акафист свт. Николаю Чудотворцу. Татьяна подала записки о здравии за своих самых близких, сказала, что хотела бы исповедоваться и причаститься. Меня, как священника, порадовало их удивительно смиренное и тихое поведение, в котором не было ничего от звездной болезни. Перед уходом Татьяна сказала, что ей стало легко на сердце. Я посоветовал ей каждый раз перед выходом на олимпийский лед читать молитву «Отче наш» и осенять себя крестным знамением, что она и выполняла неукоснительно. А еще Татьяна и Александр очень любят свою Родину. Вот Господь и даровал им победу. Я же молился и молюсь за то, чтобы это олимпийское золото переплавилось в их сердцах в золото православной веры.

Этот сюжет неизбежно подводит нас к вопросу: можно ли священнику освящать спортивные сооружения и молиться за спортсменов, да еще выступающих на языческих Олимпийских играх? Я знаю, что многие священнослужители, особенно из монашествующих, склонны рассматривать спорт как явление сатанинское, и призывают относиться к нему соответственно. Я с этим не могу согласиться. Ведь спорт — это часть жизни, часть человеческой истории и культуры, в которых нет однозначности и добро перемешено со злом. Здесь те же страсти, что и в литературе, музыке, живописи. Да, мир идет к концу, да, глобализация, захватывающая и спорт, радовать не может, да, нельзя священнику становиться шутом или мишкой-талисманом, обслуживающим те или иные соревнования и делающим деньги на суевериях спортсменов. Но, с другой стороны, нельзя священнику сегодня уходить и в православную резервацию, бросая на съедение «львам рыкающим», то есть всяким сектантам и сатанистам несчастных людей, в том числе и спортсменов. Ведь они на самом деле очень благодатный материал для духовно-нравственной работы. Спортсмены по-своему аскетичны, дисциплинированны, у них сильная воля. Надо только все это направить в русло христианской веры. Когда Татьяна Навка, стоя на высшей ступени Туринского пьедестала, широко перекрестилась, я по-настоящему обрадовался. Ведь это же было своего рода исповедование православной веры перед всем секулярным миром, да еще и в католической стране. Тем более, что сегодня подобное поведение считается не политкорректным. А спортсмены-инвалиды? Разве они не нуждаются в нашей пастырской помощи? Спорт помог им окончательно не пасть духом и наша задача теперь расположить их сердце к Богу. Отрадно было видеть, как президент России поздравлял участников и победителей параолимпийских игр, завершившихся вслед за Туринской Олимпиадой. Это тоже один из признаков выздоровления общества и государства. Очень многое, едва ли не все, в нашей жизни зависит от позиции женщины. Восточная мудрость гласит: «если ты хочешь уничтожить род, разврати женщину этого рода.» О страшных плодах эмансипации и феминизации написано и сказано уже немало, в том числе и автором этих строк. Но как же радовалась душа за нашу олимпийскую чемпионку в Турине по конькобежному спорту, красавицу Светлану Журову. За два года до Олимпиады у нее родился ребенок. Тренеры и спортивные руководители сразу списали ее со счетов. Но не даром говорится, что русская женщина «коня на скаку остановит…» Журова, вопреки всему, завоевала золотую медаль. В послепобедном интервью она сказала, что благодарит Бога и свой народ. Удивительно, что в этой великой спортсменке и женщине нет ни капли эмансипированности, как и в Татьяне Навке, призвавшей Светлану: «Давай родим с тобой еще по одному ребенку и выступим на следующей олимпиаде.» Пока есть такие женщины, не оскудеет Русская Земля богатырями. Несмотря ни на какие проблемы и трудности, России сегодня, несомненно, начинает выздоравливать. Спорт — одна из важнейших сфер русской жизни и наша задача сделать его орудием национального возрождения, а не глобалистского вырождения.

http://rusk.ru/st.php?idar=110408

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  а фомкин    05.07.2007 03:46
спорт есть антихристово деяние хуже онанизма, чтобы творить пользу , созидать ,помогать ближнему. спорт – языческая ересь -плод гордыни и душевной черствости и тупости . сгиет плоть спортсменов . а душу они не истончили ради ближнего . врете спорт чистое язычество – триумф плоти.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

аренда музыкальной аппаратуры