Русская линия
Русская линия Сергей Лебедев,
Григорий Стельмашук
04.05.2006 

Белорусский феномен

Начало
Продолжение
Продолжение 2

«Отторгнутое возвратих!»

Когда на российский престол взошла Екатерина II, то она, несмотря на то, что была по происхождению немкой, все же немедленно приступила к защите всех русских, живущих за пределами Российской империи. Под давлением русского посла в Варшаве в 1768 году проживающие в Речи Посполитой «диссиденты», то есть все некатолики — православные и протестанты, получили равенство прав с католиками. Это справедливое требование было одобрено польским сеймом.

Но тут вмешалась такая своеобразная сила, как польский шляхетский гонор. В свое время один неглупый немец по имени Фридрих Энгельс отметил, что удел поляков в истории — смелые глупости. Почти все, о чем писал теоретик коммунизма Энгельс, было ошибочным, но вот в отношении поляков он оказался совершенно прав. Один из примеров такой польской глупости и, одновременно, показатель того, что по-польски именуется «свободой», — то, что произошло в 1768 году. Группа магнатов и шляхты собралась в городе Бар (в Подолии) и подняла мятеж против уравнения прав католиков и православного быдла. Созданная мятежниками барская конфедерация быстро втянулась в войну с Россией. Конфедераты надеялись на то, что Россия, связанная войной с Турцией, не сможет защитить своих соплеменников и единоверцев. Но тогда была Российская империя, а не Российская Федерация. Екатерина II послала в Польшу войска, которые разгромили барских конфедератов и добились утверждения равенства прав православных. Кстати, в войне с барскими конфедератами отличился русский офицер по имени Александр Васильевич Суворов. Именно на той войне он получил чин генерала. Решающую победу над конфедератами Суворов одержал при Столовичах (недалеко от Барановичей) 12 сентября 1771 года, разгромив литовского гетмана М. К. Огинского.

После поражения конфедератов последовал первый раздел Речи Посполитой. Вообще-то Россия хотела сохранить Польшу в прежних границах, рассчитывая превратить ее в вассальное государство. Однако Пруссия и Австрия, соседи Польши и союзники России, требовали разделить нежизненеспособную Польшу. В результате, Польша, покоренная русскими войсками, уступила части своей территории. России отошли восточные земли современной Белоруссии до Днепра.

Благодаря усилению русского влияния в оставшейся части Польши Россия могла твердо защищать интересы православных в Белоруссии и правобережной Украине. И, что самое поразительное, в Белоруссии как-то сразу появились выдающиеся деятели, ставшие духовными лидерами народа, благодаря которым и стало возможным воссоединение Руси.


В XVIII веке в Белоруссии почти не осталось образованных православных белорусов. Немногочисленные учебные заведения принадлежали Католической церкви или униатам, усердно пытавшимся выжечь всякое русское самосознание. Но все же и в таких неблагоприятных условиях нашлись народные вожди. Несомненно, самым выдающимся белорусом XVIII века можно считать Георгия Конисского (1717 -1795 гг.)

Образованный священнослужитель (в миру — Григорий Осипович) — известный проповедник и поборник Православия в борьбе с унией. Учился он в Киевской Духовной академии. В 1754 году по настоянию императрицы Елизаветы Петровны назначен епископом Белорусским. В условиях государственного упадка Польши Россия смогла, наконец, поддерживать православных в пределах Речи Посполитой. Он устроил духовную школу «для острейших детей», открыл типографию, отстраивал церкви, надеясь, что вскоре «малая ладийца» белорусская доживет до общерусского «великого корабля». С восшествием на престол Екатерины I епископ Георгий Конисский подал ей жалобу, где указывал на тяжелое положение в Польше православных, и, присутствуя лично при ее коронации, просил у нее заступничества. Синод хотел поручить ему управление Псковской епархией, но Екатерина справедливо нашла, что он «нужен в Польше». В 1765 году Конисский отправился в Варшаву и подал королю Станиславу мемориал: «Права и вольности исповедывающих греко-восточную веру», переведенный затем на многие европейские языки, как образец защиты веротерпимости. После первого раздела Польши Конисский хлопотал о воссоединении униатов с православием. Рескрипт 1780 года дал ему возможность после опроса прихожан о желании перейти в Православие присоединить к Православной Церкви вакантные униатские приходы. За четыре года перешло в православие до 100 000 человек. В своих проповедях он обличал не только индивидуальные пороки и грехи, но и социальные язвы, особенно лихоимство и злоупотребление помещичьей властью, а также свободомыслие во вкусе Вольтера и энциклопедистов. Как оратор Конисский особенно известен своей речью Екатерине II, произнесенной в Могилеве в 1787 году «Оставим астрономам доказывать» и т. д. Впрочем, Конисский был также и талантливым писателем. Из литературных произведений Конисского пользовались популярностью трагикомедия «О воскресении мертвых», многие интермедии, стихотворения и надписи в схоластическом духе. Он издал «Историческое известие о епархии Могилевской» и написал «Записки о том, что в России до конца XVI столетия не было никакой унии с Римской церковью».

Упорная борьба за права православных не привели к серьезному успеху — польское шляхетство было не способно поставить вровень с собой схизматика. Впрочем, может быть, в историческом смысле это было к лучшему. Просто в Петербурге поняли, что самым лучшим способом защиты единоверцев будет политическое воссоединение Руси, благо Речь Посполитая деградировала окончательно.

В конце концов, нежизнеспособное государственное образование Речь Посполитая было просто поделено между соседями. Однако из этого вовсе не следовало, что Польша была уже совершенно бессильна. Речь Посполитая была громадным по территории государством, уступавшим в Европе по размерам только России (но ведь основная часть российских территорий и в то время приходилась на почти незаселенные сибирские и северные замерзшие земли). Восточные границы Речи Посполитой проходили по Днепру и Западной Двине. По населению Речь Посполитая занимала 3-е место в Европе после России и Франции. Впрочем, Россия обогнала по численности подданных Польшу только в середине XVIII столетия. Хотя польская армия была небольшой по численности, но основу вооруженных сил Речи Посполитой составляло шляхетское ополчение. С детства привыкшие к коню и оружию, преисполненные гонора шляхтичи были серьезной военной силой. В восстаниях конца XVIII века и в наполеоновскую эпоху под польскими знаменами сражались многие десятки тысяч человек.

Другое дело, что сама по себе Речь Посполитая была изначально слаба изнутри. Вспомним, основную часть жителей Речи Посполитой составляли православные русские. Испытывавшие жесточайшую национальную и религиозную дискриминацию и дикий крепостной гнет, русские всегда были готовы восстать против панов. Помимо этого, ясновельможные польские паны не желали заниматься даже ведением помещичьего хозяйства. Истинный шляхтич предпочтет умереть с голода, но не опозорит себя физическим трудом. Управляющими шляхетскими имениями были евреи. Впрочем, в западной части собственно Польши большинство горожан составляли немцы. Так что в Речи Посполитой крестьянство было на положении рабов, большая часть из которых к тому же относилась еще к угнетенному православному большинству, буржуазия была представлена евреями, средний слой состоял из немцев. Зато почти 10% населения были задиристые шляхтичи. Как видим, Польша была слаба как государство, но представляла серьезного военного противника. Именно это мы должны учитывать, вспоминая о подвигах суворовских «чудо-богатырей», сражавшихся в полесских лесах и на подступах к Варшаве.

В 1791 году под влиянием Французской революции в Речи Посполитой была принята конституция, провозгласившая создание унитарного государства с сильной королевской властью, то это встревожило и соседей Польши, и православное большинство Речи Посполитой. Впрочем, многие польские магнаты также были недовольны концом «золотой вольности». Они создали Тарговицкую конфедерацию и обратились за помощью к России. В Петербурге сочли, что настало время разрешить польский вопрос.

В мае 1792 года русские войска перешли границу. 11 июня русские одержали победу под городом Мир, 3 июля — под Зельвой, 10 июля — под Мстибовым, 23 июля — под Брестом. Были взяты Вильно, Браслав, Бобруйск, Несвиж, Слоним, Новогрудок, Гродно. В целом русские после короткой военной кампании, заняли значительную часть территории этой страны. И стало ясно, что дни Польши сочтены.

Весной следующего года победители осуществили второй раздел Речи Посполитой. Россия получала среднюю Белоруссию и правобережную Украину, Пруссия — западные земли собственно Польши, где, впрочем, часть населения составляли немцы. Созванный в городе Гродно польский сейм молчанием одобрил этот раздел. Магнаты и шляхта успокоились было тем, что незыблемость их феодальных прав на землю и личность крепостных крестьян были гарантированы державами-победительницами.

Однако, как только стало известно, что в отошедших к России бывших польских территориях вводятся общероссийские законы, по которым резко ограничивалась шляхетская «золотая вольность», то польские помещики всполошились. Русское самодержавие, хотя и признавало крепостное право, но запрещало помещикам казнить крепостных, вести между собой войны, создавать конфедерации. К тому же в варварской России любой подданный, даже самого низкого происхождения, занявший определенный классный чин по «табелю о рангах», автоматически становился дворянином вровень с родовитой шляхтой. Да, такое покушение на «свободу» было нестерпимым, и шляхтичи стали готовить мятеж. Католическая церковь, резонно опасавшаяся за падение своего влияния и за свои доходы, поскольку немедленно началось возвращение в лоно Православия многих бывших униатов, вдохновляемых деятельностью Конисского, стала подстрекать шляхту к восстанию за Речь Посполитую.

Весной 1794 года обстоятельства благоприятствовали полякам. Пруссия и Австрия терпели поражение за поражением от войск революционной Франции. Россия только недавно завершила войны с турками и шведами, и нуждалась в передышке. Впрочем, новая война с турками еще несколько лет была для России вполне возможной. Неслучайно Суворов в 1793 году разрабатывал план новой кампании против Османской империи. Значительная часть русских войск стояла в южных губерниях в ожидании похода на Константинополь.

В марте 1794 года начался польский мятеж. Во главе его стоял Т.Костюшко. Выходец из старинного русского волынского дворянского рода, принявшего католичество, Костюшко, как и положено ренегату, был яростным русофобом. Впрочем, возможно это объяснялось также и тем, что отец Костюшко был убит восставшими крепостными на Украине. Однако нельзя отрицать военные и особенно организаторские способности Костюшко. Поляки заняли Краков, в котором было создано повстанческое правительство во главе с Костюшко. Выпущенный в Кракове Акт Восстания провозгласил восстановление Речи Посполитой в границах 1772 года. Русские войска, застигнутые восстанием врасплох, потерпели поражение под Рацлавицами.

В апреле 1794 года восстание началось в Варшаве. В день католической пасхи польский «высший свет» столицы пригласил всех русских офицеров на бал, где они были арестованы. Одновременно мятежники напали на ничего не подозревавших русских солдат, оставшихся без командиров. Произошла настоящая резня, в которой погибли несколько тысяч русских. Подобные события произошли и в Вильно. Разумеется, в те времена Россия не оставляла без последствий подобные деяния в отношении своих соотечественников. Возмездие последовало немедленно.

Екатерина II послала в Польшу войска под командованием Дерфельдена, который занял восточную Польшу с Люблином, и фельдмаршала Репнина, действовавшего в Литве и взявшего Вильно. Но поляки еще были сильны. Летом 1794 года пруссаки под командованием самого короля Фридриха-Вильгельма отступили из-под самой Варшавы. Австрийские войска, заняв ряд польских городов, фактически приостановили боевые действия.

Однако все резко изменилось, когда в сентябре на фронт прибыл Суворов. Его осенняя кампания в Польше была стремительной и безупречной, как и все остальные его походы. Суворов разбил ряд польских военачальников под Кобриным и Брестом. Тем временем другой русский генерал, Иван Ферзен, разгромил и взял в плен самого Костюшко.

Суворов стремительно подошел к Варшаве. Его обороняли 20 тысяч человек под командованием генерала Зайончека. Суворов имел 22 тысячи солдат, но его совершенно не смутила незначительность перевеса наступающей стороны. 24 октября (4 ноября) Суворов штурмом взял варшавское предместье на правом берегу Вислы — Прагу. Сражение за Прагу было очень упорным и кровопролитным, русские солдаты, помня о резне своих товарищей полгода назад, пленных не брали. Потеряв убитыми половину личного состава, польские войска капитулировали. В плен попали 11 тысяч солдат и 18 генералов. Это означало конец мятежа. 26 октября (6 ноября) суворовские солдаты вошли в поверженную столицу. На другой день с Польшей было покончено.

Таков был реванш России за сожжение Москвы в 1611 году. Но вот что показательно. Суворов не только не стал сжигать Варшаву, но и фактически спас город от пожара, вызванного артиллерийским обстрелом Праги. Чтобы не допустить распространения пожара на другой берег Вислы, где находилась Варшава, Суворов приказал разрушить деревянный мост через реку, чтобы сбить пламя. Всех сдавшихся в плен Суворов отпустил под честное слово. Польским раненым была оказана медицинская помощь. Разумеется, в суворовских войсках не было никакого мародерства и покушений на жизнь и собственность мирных обывателей. Великодушие — удел сильных!

Сообщение о взятии Варшавы Суворов отправил Екатерине II в характерной для него лаконичной форме. Оно состояло из трех слов: «Ура! Варшава наша!» Впрочем, императрица ответила ему двумя словами: «Ура, фельдмаршал!» Долгожданный жезл фельдмаршала Суворов получил именно за польскую кампанию 1794 года.

Еще многие десятилетия спустя старые суворовские солдаты носили с гордостью серебряную медаль «За труды и храбрость при взятии Праги». Офицеры — участники штурма, получили золотой крест с надписью «За труды и храбрость». В польской кампании отличились многие будущие полководцы 1812 года, в том числе П.И.Багратион, М.Б.Барклай-де-Толли, П.П.Коновницын, А.П.Ермолов, Н.А.Тучков, Л.Л.Бенигсен, и многие другие.

В октябре 1795 года Речь Посполитая была разделена в третий раз и ликвидирована как государство. Большая часть восточного славянства (кроме Галиции, прежней Галицкой Руси, отошедшей к Австрии) была воссоединена.

В Петербурге по случаю победы и воссоединения Руси была отчеканена медаль с надписью: «Отторгнутая ненавистью, возвращенная любовью». В целом по-церковнославянски политика Екатерины II звучала так: «Отторженные возвратих!» За длительное царствование Екатерины II Великой, на фоне выхода к Черному морю и прочим политическим достижениям, именно воссоединение всех тех ветвей русского народа может считаться самым выдающимся достижением эпохи.
Сергей Викторович Лебедев, доктор философских наук, профессор
Григорий Васильевич Стельмашук, доктор философских наук, профессор

http://rusk.ru/st.php?idar=110186

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru