Русская линия
Литературная газета Леонид Колпаков29.03.2005 

Париж: берёзки, писатели, пеньки

Красные квадраты рекламы 25-го Парижского Книжного Салона исчезли с улиц французской столицы и со станций метро. И уже не встретишь на Порт-де-Версаль выглядящего как истинный парижанин Сергея Есина или немного захмелевшего от 20-градусной жары пермского поэта Игоря Тюленева, не постоишь в очереди за сандвичем с Василием АксЈновым, не перекинешься парой слов с вечно спешащей Майей Пешковой, книжным обозревателем «Эха Москвы"… Салон закрылся. И уже напечатано немало газетных текстов, как всегда, скороговоркой сообщили об этом событии электронные СМИ.

Признаться, наверное, ещЈ никогда «Литературная газета» не попадала в столь необычную ситуацию. После того как мы критически отнеслись к формированию официальной писательской делегации в Париж — материал «Список раздора» имел большой общественный резонанс, Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям не включило старейшее российское печатное издание в число аккредитованных на Салоне. Хотя, думаем, что руководители этого подразделения Министерства культуры понимали некоторую парадоксальность положения: газета, основанная Пушкиным, естественно, должна рассказывать о крупнейшем событии в жизни не только Франции, но и России — ведь наша страна впервые стала государственным гостем Парижского Книжного Салона. Так что мы появились во Франции, как подметили «МН», нежданно и за свой счЈт. Нежданно в первую очередь для немалой компании чиновников и приближЈнных к ним, а также прикормленных журналистов.

Итак, заметки нежданного гостя Парижского Книжного Салона.

Французы обожают цифры, поэтому с них и начнЈм. По подсчЈтам устроителей, было продано свыше 180 тысяч билетов, но реальное число посетителей намного превышает 200 тысяч, ибо все профессионалы, включая журналистов, работников издательств, распространителей книги, съехавшиеся в Париж из десятков стран, проходят в Салон бесплатно. Кроме того, никто не может подсчитать, сколько детей разного возраста побывали здесь. Это, пожалуй, одна из наиболее заметных особенностей Салона: его посещение входит в обязательную школьную программу. Дети проводят здесь по нескольку часов, участвуя в книжных викторинах, играх, читают, развалившись в низких креслах или прямо на полу, а самые маленькие, вооружившись наушниками, слушают сказки. На этот раз звучали русские сказки, и дети получали их в подарок — прекрасные издания на французском языке.

Как признаЈт вся местная пресса (впрочем, это было очевидно для всех, кто был на Салоне), самым большим вниманием пользовался именно российский стенд. Увидеть его можно было практически из любой точки огромного павильона в первую очередь благодаря берЈзкам, которые высадил здесь известный московский дизайнер Павел Каплевич. Кто-то вспоминал старую песенную строчку «И светла от берЈз Россия». Кто-то морщился от устойчивого впечатления «а-ля рюс» — не хватало только самоваров, балалаек и развесистой клюквы.

Когда пришлось посидеть на не очень удобном да и практически неподъЈмном пеньке (вместо стульев были такие берЈзовые чурки), пришЈл к выводу, что Каплевич как театральный художник интересен мне больше. Уже в Москве прочитал мнение начальника управления периодической печати, книгоиздания и полиграфии Нины Литвинец: «…Я слышала массу положительных отзывов с французской стороны об этом решении: берЈзы с именами российских писателей. Мы стараемся всегда уйти от типичного, сделать стенд, разрушающий стандартное впечатление о России». Ну если, по мнению госчиновницы, берЈзы разрушают впечатление о России, то разговор о дизайне нашего стенда можно и не продолжать. Скажу ещЈ, что в кулуарах называлась какая-то просто фантастическая сумма гонорара за берЈзки и пеньки. Этих денег вполне могло хватить на поездку в Париж ещЈ одной делегации из некогда самой читающей страны в мире.

БерЈзки, конечно, были специальные — с фамилиями писателей, представляющих по чьему-то мнению (ясно, ведь не дизайнер их выбирал!) русскую литературу. Увы, назвать это можно продолжением или практически второй серией списка раздора. Вспомнили почти всех русских классиков. Нашлось место и для наших современников — Улицкая, Петрушевская, Пелевин, Сорокин… Увы — не вспомнили ни о Распутине, ни о Белове, ни о Бородине, ни о Юрии Кузнецове. А ведь без них — народ не полный. И литература тоже.

Обширная территория нашего стенда с самого утра и до закрытия была заполнена людьми. Здесь же, сменяя друг друга, проводили свои встречи с читателями российские писатели, здесь проходили дискуссии и круглые столы, презентации только что вышедших книг. Бесперебойно работали четыре зала для конференций — они имели разные названия: «Пушкин», «Гоголь», «Достоевский» и «Чехов». В последнем зале прошЈл, как мы уже сообщали, круглый стол «ЛГ» «Современная российская литература, которую вы не знаете». Кстати, «ЛГ», видимо, единственный участник Салона, которому пришлось выложить за аренду зала 750 евро наличными. За свободу слова приходится платить даже на Западе.

Мероприятия охватывали широкий круг вопросов, далеко выходя за рамки собственно литературных тем. Вот лишь некоторые из них, подвергшиеся острым и содержательным дискуссиям: «Книга как средство достижения мира между людьми с разными религиозными мировоззрениями»; «Российское государство: Левиафан или колосс на глиняных ногах»; «Русские во французском движении Сопротивления»; «Трагические страницы истории, проблемы их осмысления и преодоления»; «Что могут и что не могут дать обществу гуманитарные науки»; «Социология культуры»; «Евразия и Европа: вызовы сопряжения». В дискуссиях принимали участие видные российские учЈные: Сергей Мироненко, Олег Хлевнюк, Евгений Кожокин, Андрей Сорокин и другие вместе с их французскими коллегами — академиком Элен Каррер д’Анкосс, профессорами Николя Вертом, Мишелем Лесажем, Александром Адлером, Ивом Аманом, Рене Герра.

При огромном стечении публики прошЈл содержательный творческий разговор о сотрудничестве между Русским музеем и музеями Франции, который вЈл директор Русского музея Владимир Гусев. «ЛГ» особенно приятно об этом сообщить, потому что мы дружим с этим музеем и ведЈм рубрику «Письма из Русского музея» (стр. 2). И хорошо, что в делегацию были включены не только музейные работники, но и, например, замечательный композитор Андрей Петров. Исключительный успех выпал также на долю члена-корреспондента Академии художеств Бориса Алимова, который вместе с художниками Андреем Маркевичем, Эриком Булатовым, Виталием Стацинским презентовал альбом «Век русского книжного искусства». Искусствовед Александр Васильев представил свою книгу «Красота в изгнании», искусствовед Михаил Герман — книги «Парижская школа» и «Импрессионисты».

Открытием Салона явилась презентация писателей-реалистов Группы 17 — еЈ вЈл писатель ПЈтр АлЈшкин. Он же темпераментно выступил и на круглом столе «ЛГ» и поведал собравшимся, среди которых была, к примеру, Татьяна Толстая, историю своего приезда в Париж. Группе, в которую входят более 50 литераторов из провинции, не нашлось, естественно, места в официальной делегации. Ну не знают, да, похоже, и не хотят знать советник руководителя Федерального агентства по печати В. Григорьев и руководитель Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ

С. Филатов, имеющий непосредственное отношение к формированию делегации, таких писателей. Продолжатели традиций русского реализма, как себя называют сами литераторы, попали на Салон благодаря президенту Франции Жаку Шираку, к которому обратился с просьбой о поддержке АлЈшкин. Это ещЈ один вклад президента Франции в русскую литературу. До этого он, как известно, перевЈл «Евгения Онегина».

Жаль, написать письмо Шираку не догадались члены Шолоховского комитета. Может, тогда в обширной программе мероприятий нашлось бы место и разговору о творчестве нобелевского лауреата, тем более что в мае Михаилу Александровичу исполнилось бы сто лет. А так ограничились фамилией не очень крупным шрифтом на тех самых берЈзках — и всЈ…

Тема 60-летия Победы прошла в Салоне как-то тихо, почти незаметно. Устроители российского стенда, казалось, стеснялись лишний раз напоминать о, как теперь выражаются, знаковом событии прошлого века. В отсутствие писателей-фронтовиков (на что мы обращали внимание в своих публикациях) на круглом столе «Война как объект литературы» пришлось выступить Вячеславу Пьецуху. У него есть полуюмористический рассказ о придуманной им «Центрально-Ермолаевской войне». Потому и позвали поучаствовать…

Кстати, об участниках. Нам удалось познакомиться и пообщаться с французскими коллегами, занимавшимися подготовкой российского стенда. И они рассказали много интересного о том, какое давление оказывали на них москвичи при составлении списка делегации. В частности, почему-то главный редактор «Октября» г-жа Барметова. Ну об этом мы ещЈ расскажем подробно.

Хотя официальная писательская делегация состояла из 42 литераторов (в последнюю минуту опубликованный ранее список благодаря настойчивости «ЛГ» пополнился именем Даниила Гранина), общее число гостей из России на Книжном Салоне, принимавших участие в его мероприятиях, превысило 250 человек.

В течение всей недели французская пресса уделяла большое внимание русской литературе, прибывшим на Салон гостям, различным аспектам российской внешней и внутренней политики. Если судить по публикациям, то самым крупным современным русским писателем является сегодня Александра Маринина. Еженедельник «Фигаро-магазин» посвятил ей три полосы с большим портретом. (В скобках замечу, что фотография А.И. Солженицына, да и текст о его творчестве, по объЈму раза в три меньше). Отношение к Марининой на страницах других изданий отражает заголовок одной из публикаций «Красная королева чЈрного романа».

Члены официальной делегации (впрочем, лишь примерно половина из них) были приняты в Елисейском дворце двумя президентами — Жаком Шираком и Владимиром Путиным, хотя ранее планировалось посещение ими российского стенда на самом Салоне, подобно тому, как на его открытии присутствовал премьер-министр Жан Рафферен. Нашлись члены официальной делегации, которые, представляя Россию, не выразили желания встречаться со своим президентом. Так, соведущая телепрограммы «Школа злословия» заявила: «Путин сам не пришЈл на ярмарку, отказался, а значит, ему это неинтересно, писатели ему неинтересны. А по телевизору я его и так видела». У Людмилы Улицкой была уважительная причина — родился наследник у близких заграничных друзей.

Что ж, фрондЈрство за казЈнный счЈт — родовой признак наших либералов. А может быть, это происки «Комитета-2008»? Но об этом лучше спросить тех, кто формировал делегацию России.

Ведь «современные российские писатели и поэты, — как заявил Ширак, — своим творчеством поощряют великий проект, который мы с Владимиром Путиным разработали вместе в Санкт-Петербурге, проект создания общего пространства образования и культуры». И это так.

Спасибо ему за оптимизм.

http://www.lgz.ru/archives/html_arch/lg122005/Polosy/13.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru