Русская линия
Православный Санкт-Петербург Светлана Дегтяренко,
Ирина Рубцова
21.03.2005 

Слепые и нищие. Что может быть хуже?

Долги наша
Людей не видя пред собой,
Не замечая в сквере лавочки,
По улице идет слепой,
Потрагивая землю палочкой.
Его толкнут, пройдут вперед,
И тотчас, торопясь вмешаться,
Какой-то зрячий призовет
Быть чуткими и не толкаться.
Но слышу голос я его,
Негромкий в человечьем гуле:
— Толкайтесь. Это ничего.
Я буду знать, что рядом люди.
Василий ФЕДОРОВ, 1984

80 лет назад встретился в Ленинграде один слепой с другим таким же горемыкой, сказал: «Трудно нам живется. Но хоть мы и слепые, жить надо не подаянием, а своим трудом. Давай создавать артель». Так родилось Ленинградское Общество слепых. Теперь в городе и области 28 местных организаций ВОС (Всероссийское Общество слепых). Мы постучались в дверь одной из них, окрашенную, как и трости незрячих людей, в белый цвет. Открыла председатель Светлана Алексеевна ДЕГТЯРЕНКО.

— Как получилось, что вы — человек зрячий — стали председателем местного общества слепых?

— Зрячий? У меня остаточное зрение левого глаза, правый не видит совсем. Расскажу с самого начала. Я родилась на Дону через месяц после начала войны. Наш хутор насчитывал чуть более тысячи домов и не раз переходил из рук в руки — то немцы займут, то наши. Тот день я помню хорошо. На хуторе стояли немцы. Бабушка из остатков кукурузной муки напекла лепешек. Немцы отобрали. Мне было три года, привлеченная запахом, я подошла к немцу, который уписывал лепешку. Я уставилась немцу в рот, он отвернулся. Я зашла с другой стороны, он пнул меня в голову. Удар был так силен, что я юзом влетела в другую комнату. Случилось кровоизлияние в глаз, сгусток крови прирос, и вот — ядерная катаракта. Со временем стал слепнуть и левый глаз.

— Я столько раз слышала от уважаемых людей — войну, правда, не переживших и пороху не нюхавших, — что немцы, занимая деревни, перво-наперво кормили голодных русских из походных котлов, а детям и беременным женщинам раздавали шоколад, тушенку.

— Пусть это останется на совести тех, кто так говорит. Я не видела, чтобы фашисты делились продуктами. Нас не надо кормить, русские люди, слава Богу, работать умеют. И немцы шли к нам не с кашей, а с танками, автоматами, самолетами, начиненными смертью. Мне не за что говорить гитлеровцам спасибо.

А сюда я пришла, как и все, через ВТЭК. Шесть лет помогала бывшему председателю. Потом люди выбрали председателем меня.

— Чем помогает Общество инвалидам по зрению? Нужно ли оно?

— А как же? Во-первых, наши подопечные, а это, в основном, старики от 60 до 80 лет и старше, знают, что они не одиноки, что они могут прийти сюда, пообщаться, получить какую-то помощь. Мы вместе справляем праздники — День снятия блокады, День Победы. В нашей Василеостровской организации — 300 человек. В прошлом году было 350, уже 50 человек умерло.

— Как все помещаются? Я вижу зал, маленькую комнатку, коридор.

— Мы здесь не живем, только собираемся. Приходят не все одновременно. А многие прикованы к кроватям, инвалидным коляскам.

— Значит, если кому-то невмоготу жить дома, кого обижают и притесняет домашние, — он не может пожить здесь?

— К сожалению, нет. У нас нет гостевой комнаты. Мы и так еле концы с концами сводим. Государство ведь не выделяет нам ни копейки. Мы живем на подачки: я изо дня в день обиваю пороги богатых людей, банков, предприятий. Говорю: «Ну подумайте, что может быть горше судьбы слепого нищего?» Не всегда, но случается, что уши и сердца людей раскрываются. Нам помогают: дают лекарства, продуктовые наборы. Но как сто наборов поделить на 300 человек? Отдаем самым нуждающимся. Начинаются обиды: мне не дали. Эти старики, потерявшие здоровье, работая всю жизнь за себя и за того парня, искренно не понимают, почему на старости лет оказались никому не нужны, зачастую собственным детям. Крохотной пенсии не хватило бы и кошке на жизнь.

Бывает и так, что привозят нам одежду. Но какую? — порванную, замызганную. Мы, конечно, нуждаемся, но такая «помощь» нам не нужна. Если человек стар, слеп, болен и беден — это еще не значит, что он — быдло. А вы — молодые, сильные, сытые и благополучные, не забывайте, что все под Богом ходите и завтра можете оказаться на нашем месте. Кто вам тогда поможет, если вы никому не помогали? Среди нас — бывшие инженеры, профессора, кандидаты наук, артисты, рабочие, адмиралы, старость и болезнь не спрашивает: кто ты по профессии. Беда не щадит никого. она слепа, как и вы — зрячие, но не замечающие нас.

— На что же вы существуете?

— Ищем спонсоров. Мебель нам подарила гостиница «Прибалтийская», керамический завод — посуду. Депутаты ЗАКСа помогают оплачивать свет, тепло, аренду помещения. Иногда спонсоры или наше Управление выделяет нам тифлотехнику — специальные магнитолы для кассет «Говорящая книга». Обыкновенный магнитофон не подходит, поскольку тексты на кассетах начитаны в три раза медленнее, чем обычно. С такими «Говорящими книгами» можно слушать Библию, повести, рассказы. В этом году мы получили четыре тифломагнитолы, отдали лежачим больным. Но нуждающихся-то — десятки!

— У входа — объявление о работе кружков. Расскажите о них.

— У нас работает четыре кружка: «Цветы» — мастерим цветы из шелка и ситца, кружок громкого чтения (читают люди с остаточным зрением или супруги членов нашей организации), обучения чтению и письму по системе Брайля, хорового пения. Занятия ведут члены нашего же Общества. Видите бархатный занавес? За ним скрывается небольшая сцена. Недавно на конкурсе песни, проводившемся городским Обществом слепых, мы заняли второе место.

Мы не унываем, мы поем — русские народные песни, сочиняем частушки на злободневные темы. Например, на мотив известной песни: «Пришли девчонки, стоят в сторонке, платочки в руках теребя» — мы поем: «Стою в магазине, кошелек свой в руках тереблю, потому что на пенсию эту я даже сосиску себе не куплю».

— Чтение и письмо по Брайлю что из себя представляет?

— Это так называемое шеститочие. Для письма нужны две железные пластины, накладываются одна на другую, меж ними — лист бумаги. В верхней пластине прорезаны прямоугольники, в которых и прописываются буквы — нанесенные в определенном порядке точки. Такие точки выдавлены в прямоугольниках (по три точки в двух вертикальных столбиках) на нижней пластине и нужно только особым штифтом выдавить нужное сочетание точек. У нас есть небольшая библиотека по Брайлю — художественные произведения, журналы. По системе Брайля можно даже иностранные языки изучать. Беда в том, что бабушкам тяжело обучаться: чтобы читать по Брайлю, нужно ощущать точки, а у них кожа на кончиках пальцев грубая, невосприимчивая, пальцы жесткие, будто деревянные.

— Как можно на ощупь цветы делать, если никогда их не видел?

— «Видеть» окружающий мир слепых от рождения учат на занятиях кружка по реабилитации. У руководителя Татьяны Захариной есть специальные картонные листы, на которых выбиты выпуклые изображения — ножницы, зубная щетка, дом, стул, цветок. Она учит незрячих ориентироваться в пространстве, пришивать пуговицы, готовить себе суп. Кстати, в центр медико-социальной реабилитации на ул. Джамбула слепых обучают профессии массажиста. На производственных объединениях «Свет» и «Контакт» инвалиды по зрению собирают розетки, выключатели, электролампы, делают щетки обувные и одежные, швабры. Но это не для наших стариков.

— Что станется с этими бабушками, если вашему Обществу не на что станет существовать, нечем заплатить за аренду помещения?

— Формально их прикрепят к Обществу другого района. Но ближайшая организация аж за Сенной площадью. Как они будут туда добираться? Здесь рядышком — и то не все прийти могут; так мы, кто пободрее, носим им на дом лекарства и продуктовые наборы.

Я иногда думаю: «Мне всего 63 года, я могла бы где-то работать…» Потом опомнюсь, а их на кого оставлю? И мужу говорю: «Не ворчи. Дома я только тебе помогаю, а там — 300 человек».

При управлении Общества слепых на ул. Ораниенбаумской, 5, есть музей. Там хранятся уникальные документы, свидетельствующие о том, как помогали слепые блокадному городу. У людей, лишившихся зрения, зачастую очень тонкий слух. В дни блокады они работали слухачами: еще локаторы не улавливали ничего, а эти люди уже оповещали, с какой стороны, в каком направлении и на какой высоте летели немецкие бомбардировщики. Сколько жизней было спасено благодаря своевременному предупреждению! Почему-то нигде никогда об этом не вспоминают. Мы разучились быть благодарными, разучились быть милосердными. Разве так трудно уступить место в транспорте или перевести через дорогу человека с белой тростью? А если есть возможность помочь продуктами, одеждой, техникой — сделайте это. «Доброхотно дающего любит Бог».

Адрес: СПб, ВО, 9 линия, 6, кв. 25. Тел.323−66−12.

Беседовала Ирина РУБЦОВА

18.03.2005

http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n158/ta010.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru