Русская линия
Русская линия Владимир Семенко01.03.2006 

«Исламский проект» как фактор деконструкции российской реальности
Статья вторая. Политтехнологи

Статью первую см. здесь.

НЕОБХОДИМЫЕ ПОЯСНЕНИЯ В СВЯЗИ С ПОСЛЕДНИМИ СОБЫТИЯМИ


Радикальный ислам ныне — это такая тема, о которой можно сказать все, что угодно, кроме того, что она отвлеченная либо сугубо академичная. Порой и захочется заняться чем-нибудь отвлеченным, но исламизм, выставленный в дверь, норовит залезть в окно. Мы имеем в виду, разумеется, поначалу ничтожный скандал с «карикатурами на Пророка», приобретающий ныне значение глобального политического фактора.

В настоящее время уже имеется всесторонний анализ данной ситуации, включающий подробную хронологию событий. В данной работе, имеющей несколько иные цели, заниматься этим невозможно. Мы можем вкратце очертить лишь наиболее существенные вехи. Первая публикация карикатур в датской газете была 20 сентября 2005 года. 14 октября (то есть приблизительно через три недели) были организованы пикеты у датских посольств в ряде исламских стран. В течение октября происходили следующие события. Во-первых, послы ряда исламских государств в Дании потребовали приема у датского премьер-министра в связи с карикатурами. Премьер оказался, на первый взгляд, в абсолютно проигрышной ситуации. Прием означал бы, что ему придется извиняться перед мусульманами, что сразу настроило бы против него большинство его избирателей, а отсутствие извинений привело бы к конфликту с мусульманами, прежде всего в самой Дании, и к росту исламского радикализма. В этой крайне сложной для него ситуации премьер нашел блестящий выход. Он отказался от встречи с послами, но одновременно инициировал полицейское расследование истории с карикатурами, которое началось 27 октября. На журналистов сразу завели уголовное дело и стали вызывать их на допросы в полицейский участок. Тем самым премьер ловко избежал личных извинений перед мусульманами, сохранив свой рейтинг у избирателей, но исламской умме Дании было продемонстрировано, что оскорбление религиозных чувств приверженцев ислама не осталось безнаказанным.

В течение всего ноября никаких значительных, острых событий вокруг истории с карикатурами вообще не происходило. Однако уже 7 декабря неожиданно начались забастовки на предприятиях Пакистана (!) в связи с карикатурами, после чего вал событий начинает нарастать, как снежный ком. 26 января начинается бойкот датских товаров в ряде исламских стран. ХАМАС (!) предлагает свое посредничество в урегулировании дела о карикатурах. Наибольшего обострения ситуация достигает вскоре после встречи лидеров стран ОИК. Главная деталь, дающая объяснение тому, почему столь массовые и столь серьезные протесты начались так поздно и приобрели такую остроту, заключается в том, что рисунки в датской газете и те «карикатуры на Пророка», которые «перепечатали» десять ведущих европейских газет и которые датские имамы во главе с необычайно радикальным исламистским деятелем Абу Лабаном возили для показа по различным исламским государствам и в конечном счете предъявили на сессии ОИК, — это совершенно разные рисунки! Карикатуры в датской газете были обидными, но не кощунственными (бомба вместо чалмы на голове Пророка и т. д.) — что, конечно, не означает, что и такие вещи допустимы в светском государстве, предполагающем, наряду с невмешательством религиозных организаций в государственную политику, предельное уважение к религиозным чувствам всех граждан. Те же карикатуры, которые, зная о подлоге, распространял Абу Лабан со своими людьми и размножили борцы за «свободу слова», содержали прямую провокацию и несомненное кощунство, с точки зрения ислама. Пророк был представлен на них в виде педофила, гомосексуалиста и скотоложника. Стоит упомянуть о том, что Абу Лабан напрямую связан с Бен Ладеном и неоднократно приезжал в Саудовскую Аравию, несмотря на то, что въезд туда для него официально закрыт. После обнародования подложных карикатур на сессии ОИК ряд радикальных исламистских лидеров назвали сложившуюся ситуацию «началом войны». Таким образом, вполне очевидно, что в данном случае мы имеем дело с преднамеренной провокацией, имеющей целью разжечь глобальный этно-конфессиональный конфликт в Евразии.

Нельзя не напомнить и о том, что пик напряжения в событиях вокруг карикатур настает практически одновременно с победой ХАМАСа на выборах в Палестине, а также с силовым столкновением еврейских поселенцев с израильскими войсками, где едва ли не впервые в истории граждане Израиля подняли руку на свою боготворимую армию (поселенцев, принадлежащих по большей части к крайним еврейским радикалам, выселяют из их поселений по договору между Израилем и Палестинской автономией). Но и это еще не все! Одновременно резко обостряется ситуация вокруг Ирана, создается реальная угроза скорой войны.

Даже если поверить тому, что подлинные режиссеры процесса европейских газетчиков играют втемную, и те не знают о подлоге с карикатурами (во что верится, признаться, с трудом — у журналистов сбор и проверка информации поставлены порою лучше, чем у спецслужб), то все равно поведение европейских либералов, казалось, задавшихся целью разозлить мусульман как можно сильнее, просто безрассудно! Сами протесты, по своей массовости, синхронности, подготовленности и системности как две капли воды напоминают недавние события во Франции с поджогами автомобилей и погромом многих социальных учреждений, что с огромной вероятностью указывает на то, что восточная горячность здесь, скорее всего, вполне управляема достаточно холодными и расчетливыми людьми.

Конфликт вокруг карикатур вносит принципиально новые черты в зловещую картину «управляемого хаоса», о которой мы и другие исследователи не раз писали ранее.[1] Во-первых, конфликт отнюдь не локален, а приобретает практически общемировой масштаб искусственно сконструированной «войны цивилизаций». Во-вторых, в нем на сей раз задействованы отнюдь не только исламисты (то есть исламские радикалы), но и вообще очень многие мусульмане. Ясно, что ислам поджигают весь, и делается это руками радикальных исламистских лидеров, действующих рука об руку с либеральными СМИ. В-третьих, конфликт точно бьет по европейским интересам, в том числе и экономическим (евро уже падает по отношению к доллару). В-четвертых, в условиях такого конфликта европейцам (а речь идет о континентальной Европе; Британию в этой ситуации вообще не видно и не слышно) будет гораздо сложнее протестовать в случае американских бомбардировок Ирана. В-пятых, см. отмеченную выше одновременность многих деструктивных событий, нагоняющих волну хаоса в Евразии, прежде всего, на Ближнем Востоке. Наконец, в-шестых, главный рычаг конфликта снова — СМИ, стопроцентная управляемость которых определенной частью мировой финансовой элиты, тесно связанной с группами, сориентированными на демпартию — секрет только для очень наивных людей, искренне верящих, что пресса во всем мире абсолютно свободна. Всякий раз в подобных случаях я спрашиваю себя: это мороз такие узоры на стекле рисует или художник некий завелся и развлекается?

К тому, что мы говорили в первой статье о глобальном мировом раскладе в связи с радикальным исламом, добавим следующее. Арабы сейчас — основной союзник для США, в отличие от второстепенных союзников типа Украины, Польши и т. п., играющих роль геополитической «прокладки» между «Старой Европой» и Россией. «Старая Европа», Индия и Китай становятся главными врагами, а исламизм — основная дубина, при помощи которой этих врагов будут ставить на место. (Что абсолютно не означает, что между всеми субъектами невозможен достаточно долгосрочный мирный договор или даже сговор). Израиль, вполне возможно, ожидает участь разменной карты в этой глобальной игре. (ХАМАС был допущен до выборов в Палестине в условиях беспрецедентного давления, которое американцы оказали на руководство ООП и израильтян). Россия же вообще не рассматривается как субъект, это — территория базирования для радикального исламизма, и здесь американцы, британцы и саудовцы будут действовать и уже действуют рука об руку. Конфликт вокруг «карикатур на Пророка» — новое свидетельство того, что режиссеры «управляемого хаоса» всерьез взялись за дело, и многие европейцы уже почувствовали это на себе. К вышесказанному остается добавить только одно: известнейший и высокопоставленный саудовский деятель со спецслужбистским прошлым (а прошлое в этом деле никогда не уходит, оно всегда как бы и настоящее), которого некоторые прямо подозревают в причастности к событиям 11 сентября, непосредственный куратор главного зверя всей этой сказки — Усамы Бен Ладена — Ад-Турки назначен послом Саудовской Аравии в США. (Что без согласия самих американцев, естественно, было бы невозможно!). No comments.

ПРОЕКТ «РУССКИЙ ИСЛАМ»


Вернемся, однако, к деятельности наших российских «политтехнологов».
Первым пробным шаром по управляемому раскачиванию ситуации с исламом в России был предательский и подрывной проект «русский ислам», вовремя засвеченный честными патриотами, ставшими обладателями соответствующей информации, и остановленный скоординированными усилиями немногих людей. Поскольку данный, со временем достаточно мифологизированный, проект является уже достоянием прошлого, хотя и сравнительно недавнего, и с момента неудачной попытки его реализации мы стали свидетелями последующих «изданий» той же идеи, мы можем достаточно спокойно и объективно анализировать идеологию проекта, не смешивая данную задачу с чисто ситуативным реагированием.

Однако вначале скажем два слова о персоналиях. На раннем этапе, когда реализация проекта казалась некоторым вполне реальным делом, в связи с ним упоминались в основном тогдашние руководители так называемого «Центра стратегических исследований» ПФО (Приволжского федерального округа) С.Н.Градировский и П.Щедровицкий, а также стоящий за их спиной известный политтехнолог Е.Островский. Главным прикрытием команды «сверху» служил бывший полпред президента РФ в ПФО С.Кириенко.

Справка о Градировском

Несмотря на сильную раскрученность данной фигуры в настоящее время, конкретных сведений о его прошлом немного. По всей видимости, сам Градировский — достаточно заурядная и зависимая фигура, отчасти именно в силу этого продвигаемая стоящими за ним силами. Выпускник известной Школы политического анализа П. Щедровицкого, где он прошел полный курс современных постмодернистских политтехнологий. В июле 1998 г. — «руководитель проектов» некой компании «Прикладные социальные исследования». В июле 1998 г. — член экспертной группы некоего «Центра управленческого проектирования» (ЦУП). В 1999 г. — главный редактор ежемесячника «Остров Крым». Некоторое время проживал в Крыму. С осени 2000 г. — советник Кириенко по конфессиональной и этнокультурной политике, член организованной при полпреде Президента в ПФО так называемой «Комиссии по развитию этнокультурных и конфессиональных отношений и гражданской идентичности». Впоследствии, сохранив статус советника, стал формальным руководителем Центра стратегических исследований ПФО — главного на тот момент детища Щедровицкого. Активно позиционирует себя в качестве специалиста по проблемам русской диаспоры и «диаспоральной политики» в целом, а также «идеологической роли русского языка» и по Крыму. Принимает активное участие в работе интернет-сайта «Русский архипелаг» (http://www.archipelag.ru), созданного (или, по крайней мере, активно опекаемого) им совместно с Е. Островским и П.Щедровицким. Какое-то время был одним из главных претендентов на должность руководителя федерального органа по делам религиозных объединений, создание которого активно планируется определенными кругами Правительства и АП с 1999 года и который не создан до сих пор во многом из-за резко негативного отношения к этой идее высшей иерархии РПЦ.

По мнению многих экспертов, Градировский является фигурой, отчасти намеренно выставленной на всеобщее обозрение реальными руководителями проекта. К числу последних относят упомянутых нами П. Щедровицкого и Е. Островского.

Справка о Щедровицком

Родился 17 сентябpя 1958 г. в Москве, в семье советского философа Г. П.Щедровицкого. Влияние отца, а также наследия известного советского психолога Л.С.Выготского имело решающее значение в формировании весьма своеобразного мировоззрения Щ., подробный анализ которого может стать темой отдельной работы.

С 1975 по 1980 г. учился на факультете педагогики и психологии Педагогического института им. Ленина. Имеет две специальности: методист начального обучения и пpеподаватель педагогики и психологии. С 1976 года начинает активно посещать «Московский методологический кружок» (ММК), организованный его отцом. Здесь, согласно его автобиографии, «специализируется в области методологии исторических исследований, занимается проблемами программирования и регионального развития».

С 1979 года участвует в так называемых «организационно-деятельностных играх» (ОДИ), ставших со временем неотъемлемой принадлежностью фирменного стиля «методологов», где «специализируется в сфере организации коллективных методов решения проблем и развития человеческих ресурсов».

Закончил аспирантуру Института общей и педагогической психологии. Занимается «логико-методологическими проблемами исследования, дескрипции, объективности и объективации в гуманитарных науках». Цитаты из автобиографии приведены намеренно, чтобы дать хотя бы начальное представление о весьма специфическом, намеренно усложненном и запутанном способе изложения у главы «методологов» и его учеников, призванном убедить клиента в высоте и глубине научной мысли исполнителя. Активно преподает, рекламируя «методологию» как легкий способ решения любой, самой трудной проблемы, в котором от клиента требуется лишь одно — своевременное и регулярное вложение значительных средств.

Читает курсы по весьма обширному спектру гуманитарных и прикладных наук, сводящиеся в основном к изложению «методологии». Излюбленный тезис Щ.: «Мы не решаем задачи, а моделируем и осуществляем „проекты“, поэтому не ждите быстрой практической отдачи». Однако, поскольку «организационно-деятельностные игры» стали уже притчей во языцех, и многие состоятельные клиенты (включая региональные структуры власти) прошли через увлечение новой модой, члены корпорации Щ. В последнее время жалуются на «финансовый кризис»: многие клиенты вносят аванс и не платят остальное, ожидая все же практического результата. В кулуарах Щ. говорит о низком интеллектуальном уровне носителей власти.

О весьма и весьма широком спектре клиентуры Щ. свидетельствует приводимый ниже список проектов последнего времени, в которых приняли участие «методологи» во главе со своим «гуру».

1.Консультационное сопровождение деятельности аппарата Полномочного представителя Президента в ПФО, комиссии по пространственному развитию, комиссии по этно-культурной, конфессиональной и гражданской идентичности ПФО (проект начат в 2000 году).
2.Разработка концепции и реализация серии пилотных проектов ПФО (проект начат в 2000 г.):
конкурсный набор и подготовка кадров в аппарат Полномочного представителя Президента (совместно с «ЦКТ — XXI век», г. Москва, и Академией бизнеса и банковского дела, г. Тольятти).
3.Культурная столица ПФО (совместно с Фондом «Культурная столица»).
4.Ярмарка социальных проектов ПФО (совместно с АНО «Мегапроект»).
5.Научное руководство разработкой Доктрины развития Северо-Запада России (на базе фонда ЦСР «Северо-Запад»).
6.Подготовка Доклада ЦСИ ПФО «Полномочия, функции и предметы ведения в стратегической перспективе развития государственности».
7."Социокультурное и политическое исследование предпочтений «русской улицы» Израиля (совместно с Ефимом Островским)".
8.Разработка и реализация проекта «Школа кадрового резерва» (проект начат в 2000 г):
г. Новосибирск — июнь 2000, г. Ижевск — июль 2000, г. Владивосток — сентябрь 2000, г. Дзержинск — октябрь 2000, г. Челябинск — октябрь 2000, г. Санкт-Петербург- ноябрь 2000, г. Ульяновск — ноябрь 2000, г. Самара — декабрь 2000, г. Иркутск — апрель 2001, г. Хабаровск — сентябрь 2001, г. Краcноярск — ноябрь 2001.

В настоящее время Щ. вслед за своим шефом С. Кириенко перешел в Росатом и занимает там должность советника министра атомной энергетики. Оба назначения вызвали настоящий шок среди специалистов отрасли, поскольку Кириенко, чье имя неразрывно связано с «дефолтом» 1998 года, имеет стойкую репутацию профессионального «ликвидатора».

Из всей этой вполне общедоступной информации можно сделать очевидные выводы. Ни Щедровицкий, ни Градировский не являются никакими авторитетами или даже просто дипломированными специалистами (не говоря уже об ученых степенях) в области этнокультурных и межконфессиональных отношений. При этом, в отличие даже от Градировского (вообще имеющего непрофильное образование), который хотя бы проявлял поверхностный, дилетантский интерес к данной сфере знаний, Щедровицкий является специалистом в области психологии, причем не вообще психологии, а тех ее разделов, которые имеют прикладной характер и связаны с управлением людьми. Ясно, что отличие научных методов управления от манипулирования в современной административной практике (особенно у «методологов») вполне относительно. Основные усилия Щ. и его команды в момент реализации проекта «русский ислам» были брошены на Поволжский Федеральный округ, ставший полигоном для испытания многих пилотных проектов «методологов».

Справка об Островском

Родился в 1968 г. в Москве. В отличие от Щедровицкого и тем более от Градировского, крайне скупо дает о себе информацию, не гонясь за славой. Между тем некоторые всерьез считают его подлинным и, так сказать, «высшим» руководителем всех основных начинаний Щедровицкого и Градировского, хотя, разумеется, данное положение не следует абсолютизировать. Является не таким раскрученным в публичной сфере, как Г. Павловский или П. Щедровицкий, но, по мнению специалистов, пожалуй, — наиболее одиозным представителем корпорации «политтехнологов». Согласно его собственному, явно рекламному, заявлению, является «первым в России частнопрактикующим советником в области управления кризисами, в первую очередь — политическими». (Касательно «первого» — не имеет ничего общего с действительностью). По его словам (следует делать серьезную поправку на рекламу) «входит в десятку самых высокооплачиваемых специалистов в мире по управлению политическими кризисами и избирательными кампаниями».

Основатель и руководитель «Группы Островского» (ГОСТ) — объединения агентств и частнопрактикующих специалистов, работающих «в гуманитарно-технологической парадигме». Основной рабочий профиль ГОСТ — «идеологическое конструирование и мета-управление смыслами и мотивациями поведения». В своей деятельности уделяет особое внимание работе с молодежью, «продвижению молодежных элит в разных сферах управления», также «широкому распространению гуманитарно-технологических подходов к разрешению конфликтов».

Наиболее известные идеологические программы ГОСТ: «Новое поколение: Гадкие Лебеди» (с 1991 года); «Будь русским — покупай русское» (с 1993 года); «Будь русским — говори по-русски» (с 1994 года); «Восток-21»; «Образы будущего России» (с 1995 года). ГОСТ также ведет ряд образовательных и исследовательских программ.

В своей программной работе «Фрагменты стратегического доклада» формулирует, пожалуй, ключевое положение «методологов», дающее ключ к пониманию конечного смысла их деятельности. Будущее — за виртуальными технологиями, говорит он. Сейчас мы присутствуем лишь в самом начале долгого процесса ухода человечества в виртуальный мир. Россия должна действовать с опережением и не догонять Запад (США прежде всего), а идти в авангарде. «Та страна, которая первой осознает, что такое виртуальное оружие — будет первой, нарушившей равновесие в этой области». Ключ к победе: необходимо уже сегодня «отстаивать проект позитивного общественного протекционизма, то есть (!) рекламно-политической и теле-образовательной кампании государственного масштаба с элементами макропсихиатрического воздействия, создающей новый образ потребления (!) для наших соотечественников». Иными словами, спасут Россию рекламно-виртуальные технологии, в которых ГОСТ — лидер, поэтому потенциальные клиенты (на первом месте — государство в целом) должны платить, платить и платить. Объективный вред, наносимый деятельностью Островского и К° (помимо очевидного и бессмысленного материального ущерба для «заказчика») — тема отдельного, достаточно сложного и весьма специфического анализа.

В упомянутой выше работе Островского для нас крайне важна его прямая проговорка: фактически политтехнолог прямо говорит о своем пристрастии к технологиям психологического манипулирования людьми!

Попыткам реализации «русского ислама» на практике предшествовало заявление Градировского, сделанное в частном разговоре: «На проект отпущены крупные суммы из Саудовской Аравии, и именно мы должны их освоить"[2]. Помимо этого, Кириенко, осуществлявший, как мы сказали, прикрытие проекта „сверху“, приблизительно в конце 2001 — начале 2002 г. совершил довольно продолжительную поездку в США, где в Вашингтоне, играющем для современной российской элиты роль своего рода „ЦК“, получил полный карт-бланш на контроль за конфессиональной политикой в РФ, который, естественно, ему необходимо было сначала установить. Там, по некоторым сведениям, он, в частности, имел конфиденциальную встречу с Дж. Соросом — главной „рукой“ мировой закулисы на территории современной России и СНГ.

Началу активной деятельности „методологов“ в данном направлении предшествовала аналитическая работа, предпринятая в рамках ЦСИ ПФО. Поскольку собственным аналитическим ресурсом данная структура практически не обладает, то работа была проделана по обычной схеме: сначала (скорее всего, в августе 2001 г.) был заказан аналитический доклад по обстановке в собственном округе двум квалифицированным исламоведам, а когда работа была сделана и попала в распоряжение Градировского, приглашенные эксперты были изгнаны из „аналитического центра“ с угрозами, причем оплата не была произведена. На основе аналитического доклада „Политический ислам (интегризм) в ПФО“, видимо, самим Градировским для доклада Кириенко Президенту была составлена получившая вскоре столь широкую огласку записка „Логика устного доклада“, задача которой — предложить аргументы в пользу „исламского проекта“. Заявленной целью последнего была нейтрализация ваххабитской угрозы, а подлинной — как раз исламизация России, разжигание в ней этноконфессионального конфликта и „освоение“ саудовских (и других) финансовых потоков.

Аналитический доклад „Политический ислам (интегризм) в ПФО“ — весьма квалифицированное исследование обстановки в округе, подготовленное профессионалами. В нем прослежена краткая история движения (впрочем, недостаточно полно, откуда ясно, что профессионально осторожные авторы не намеревались сразу предоставлять Градировскому всю информацию); проанализированы его организационные рамки, способы вербовки членов „ячейки“ (общины), основные информационные технологии, применяемые интегристами, пути и способы финансирования, приемы обучения, главные политические принципы движения. Особое внимание уделено персоналиям (разумеется, в применении к данному округу). Отмечено, что первый удар при „освоении“ того или иного региона интегристы наносят по традиционному исламу и тем исламским структурам, которые лояльны по отношению к российскому государству. Особо отмечается, что финансирование движения неразрывно связано с отчислениями от наркоторговли, что предполагает неразрывную связь обоих феноменов. К сожалению, аналитические усилия авторов доклада ограничены рамками ПФО, в результате чего в нем практически не затрагиваются международный, транснациональный и глобальный геополитический аспекты. Слабо представлена в докладе и собственно религиозная и психологическая стороны явления, тщательное исследование которых абсолютно необходимо в системном анализе. Нам приходилось встречать и более сильные материалы, касающиеся данных аспектов.

Что же касается записки Градировского, то ее основная идея заключается в необходимости „оседлать“ интегризм за счет активных спецмероприятий против наиболее одиозных его представителей и интеграции остальных в региональную элиту. Здесь повторяется ошибка, вполне типичная для многих современных российских политиков — идея „встраивания“ в деструктивное движение и превращения его в конструктивное. В итоге, как правило, реализуется известная притча об охотнике и медведе, когда неизвестно, кто кого поймал. Кроме того (что наиболее важно в подобных случаях) вполне очевидно, что такого рода рекомендации, как правило, обусловлены, в частности, серьезной финансовой заинтересованностью и, в конечном счете, глубинной интеграцией с соответствующими структурами и персоналиями. В записке Градировского нет никакого намека на какую-либо альтернативу „интегризму“, в том числе и в исламе. Говоря об „оседлывании“ энергий реформаторских движений», Градировский и Кº (поскольку они не владеют реально финансовым ресурсом, а лишь «осваивают» его) обречены быть орудием распространения ваххабитского влияния, при этом расширяя свои оргструктуры и захватывая все большую часть информационного пространства. Кстати, в весьма скором времени эти наши предположения стопроцентно подтвердились: по сведениям. полученным от самих мусульман, будучи советником полпреда по этноконфессиональной политике, Градировский со своими людьми в немалой степени способствовал вытеснению с ключевых позиций в округе муфтиев-традиционалистов, лояльных по отношению к России, и замене их на радикально настроенных ваххабитов.

В своей записке Градировский предлагает выведение проблематики на международный уровень, совместные проекты с США и странами ЕС (на их средства), создание русскоязычной исламской библиотеки (РИБ) (на базе медресе «Махинур», включая выставление ее в Интернете, а также ряд образовательных проектов, по которым предполагается «отработка договоренностей с Шаниным и Гениевой».

Полнейший дилетантизм Градировского проявился, в частности, в его предложениях «погрузить сетевые и иерархические элементы уммы в русское культурное и языковое пространство, добиться интеграции их образовательных институтов в общероссийское (федеральное) единое образовательное пространство, создать общую комплиментарную с исламской цивилизацией историю (типично постмодернистская идея искусственного „создания“ истории вместо реально существующей, подмены реальности виртуальной реальностью — ср. приведенные выше слова Е. Островского о значении виртуальных технологий!), совместно создать центр концептуальной власти (русскую исламскую богословскую школу), способный к русско-культурной экспансии по отношению к странам Юга» (то есть русская культура в типично постмодернистском ключе мыслится отдельно от создавшего ее Православия!) и т. д. и т. п. Особенно несерьезно выглядят «предложения», направленные на превращение русского языка в сакральный язык ислама, с головой выдающие секулярный либерализм авторов, их полное непонимание исламской специфики. Главное предложение Градировского — конкордат между российским государством и «Высшим Исламским советом России», создание которого в тот момент было начисто провалено кириенковцами в силу непреодолимого антагонизма между двумя главными лидерами российского ислама — Т. Татжуддином и Р. Гайнутдином, что вызвало сильное недовольство Президента.

Направление, связанное с исламским образованием (и в том числе с созданием Исламского университета) — лишь одно из «восьми управленческих решений», предлагаемых Градировским. Была сделана попытка реализовать его после встречи Кириенко с Президентом. Описание дальнейших событий считаем целесообразным опустить, поскольку в настоящее время они уже неоднократно излагались в целом ряде публикаций.[3] Скажем лишь, что идея «контроля государства» за исламским образованием и подготовкой кадров для него, впервые сформулированная и вброшенная Градировским и К°, в последующем обрела уже собственную жизнь, будучи с радостью воспринятой целым рядом госчиновников. Лоббирование создания всевозможных исламских образовательных структур, которые, по мысли лоббистов, непременно должны иметь государственный статус и, следовательно, государственное финансирование, продолжаются вплоть до настоящего момента, сводясь в целом ряде случаев к примитивным финансовым аферам. (См. сноску 3).

«Русский ислам» вызвал бурное противодействие, как в православной правозащитной среде, откуда были высказаны бесспорные замечания, касающиеся фактически прямого подрыва «политтехнологами» светского характера российского государства, так и в среде самих российских мусульман. Причем, это касалось мусульман, принадлежащих к различным духовным управлениям.[4] Породив бурный скандал, «методологи» поняли, что, допустив утечку информации, причем на самом раннем этапе реализации проекта, они крупно подставились. В результате в прессу была заброшена идея о «неудаче» проекта и его «сворачивании».

ДОКЛАД «ГОСУДАРСТВО. АНТРОПОТОК»


Хотелось бы специально подчеркнуть, что все разговоры о том, что «проект „Русский ислам“ закрыт», как неудавшийся, верны и неверны одновременно. Попытки прямолинейной исламизации России в духе радикального, политического ислама действительно более «политтехнологами» не предпринимаются. Однако это означает не полный отказ соответствующих игроков от «исламского фактора», но, напротив, совершенствование идеи, трансформацию ее, придание ей все новых граней, как в идеологии, так и в технологии реализации. Так, идея получила качественное смысловое и технологическое развитие в известном докладе «Государство. Антропоток», который авторы и модераторы, наряду с продвижением в структуры власти, предложили для публичного обсуждения.

Помимо уже упомянутых фигурантов, здесь задействованы: культуролог В.Глазычев из МАРХИ (ныне — член Общественной палаты), журналист М.Шевченко, «эксперт» С.Переслегин, руководитель сайта АПН Б.Межуев и др. Реальными авторами доклада «Государство. Антропоток» легшего в основу последующих разработок, являются Щедровицкий, Градировский и Межуев. Кроме текста самого доклада, опубликованного на сайте «Русский архипелаг», мы опираемся на другие материалы данного ресурса, а также ряд опубликованных интервью Градировского, в частности, «Антропоток — дело государственное».[5] Последний текст нам представляется ключевым для понимания идеологии Градировского и К°.

Здесь Градировский «развивает и дополняет» свои прежние идеи, предназначая их на сей раз для публичного информационного пространства, делая ряд важнейших проговорок и излагая фактически идеологию всей группировки «методологов».

Ислам, согласно идеологии доклада — пассионарная, мощно и динамично развивающаяся сила, которая будет играть очень значительную роль в XXI веке. Вместе с тем Россия, российская цивилизация в настоящее время находится в состоянии явного упадка. Особенно деградирует центральный регион — колыбель этой цивилизации. Для того чтобы справиться с небывалым в нашей истории кризисом и усиливающимся на его фоне «антропотоком» (то есть, упрощенно говоря, пришествием качественно иного этноконфессионального элемента, приводящим к «изменению количественных и качественных параметров социума»), необходимо «оседлать процесс», ведущий к «трансформации социокультурного ядра» и «смене набора базовых идентичностей» русского народа, возглавить его. Главное внимание здесь уделяется элите, «вхождению в элитный слой страны новых пассионарных, но инокультурных членов».

Основа концепции, которую мы чисто условно приписываем Градировскому, — принципиально различное понимание «идентичности» (в том числе и прежде всего этноконфессиональной) для большинства населения и для «элиты». Если для большинства населения, во-первых, действует учение Хантингтона о «войне цивилизаций», а, во-вторых, как пишет Градировский, пытаясь «развить» и переосмыслить Хантингтона, «религиозная идентичность не ассимилируется, она либо секуляризируется, либо прозелитируется» (то есть человек переходит из одной религии либо конфессии в другую либо становится атеистом), то для «элиты» (точнее, для людей, возомнивших себя таковой) никаких религиозных или конфессиональных перегородок вообще не существует. На этом уровне «идентичности, о которых говорил Хантингтон, не смешиваются, но преодолеваются… Поднявшись на вершину (в своем „духовном росте“), вы… окажетесь над „перегородками“. Но на вершину прежде надо подняться. И в массовом порядке это невозможно». (Цитаты взяты из интервью Градировского «Антропоток — дело государственное»). Таким образом, вполне очевидно, что для «поднявшихся на вершину» представителей так называемой «элиты» (к каковым Градировский и К° относят прежде всего самих себя), для преодолевших «религиозные предрассудки» «война цивилизаций» по Хантингтону становится предметом постмодернистской игры, политтехнологических манипуляций, производимых с целью достижения заранее заданного политического результата. (Этноконфессиональный конфликт, во многом искусственно вызываемый и переносимый внутрь России, и, в результате этого, расчистка этно-конфессионального пространства нашей страны и вообще Евразии для последующего заселения его «политкорректными» и лишенными исторической памяти «общечеловеками»). Все это вполне соотносимо с приведенными выше ключевыми положениями Е. Островского и П. Щедровицкого, составляющими, по нашему мнению, основу «методологии методологов» и также содержащими идею манипуляции людьми с помощью «научных» методов. Именно в этом — конечная цель Градировского и К° и того заказчика, который стоит за спиной российских политтехнологов. Нельзя не заметить, что претендующий на «элитность» Градировский, сам явным образом лишенный каких-либо признаков религиозного сознания, в данном интервью проявил себя как недалекий человек, фактически выдавая тайные планы своих хозяев.

Основная практическая идея доклада «Государство. Антропоток», подвергнутая в настоящее время вполне убедительной критике рядом исследователей, в частности, доктором юридических наук И.В.Понкиным[6], заключается в ускоренном переселении в Россию около 70 млн. мигрантов из Китая и Средней Азии (не говоря уже о поощрении «естественных» потоков из района Северного Кавказа). Вполне понятно, что ни о каком сохранении исторической российской идентичности, основанной в первую очередь на православии и государствообразующей роли русского народа, здесь говорить не приходится, да «методологи» и не скрывают этого. Не раз говоря о формировании некой новой «рамочной» идентичности для России, авторы доклада нигде прямо не проясняют, что конкретно они понимают под этим. Ясно, что религиозной эта идентичность быть не может (см. выше). Но ниоткуда также не следует, что постановка вопроса «методологами» заключается в формировании светской идентичности, свойственной национально-буржуазному государству, ибо для этого необходимо понять хотя бы, каким образом возможна ускоренная секуляризация пассионарного исламского элемента, переселяемого из района Северного Кавказа и Средней Азии, а об этом в докладе естественным образом не говорится ни слова. Красивые слова об «оседлании» процесса немногим помогают делу. На наш взгляд. достаточно очевидно, что в действительности шитые белыми нитками спекулятивные построения Градировского и К° являются всего лишь плохо скроенным прикрытием для ключевой идеи проекта, о которой мы сказали выше, то есть для стравливания ислама и Китая на территории России с целью «зачистки» территории. (Цель, стопроцентно встроенная в нынешнюю американскую игру). Если это не глобалистика, причем в самом худшем исполнении, где «управляемый конфликт» является основным инструментом, то что тогда глобалистика?

ОБЩЕСТВЕННОЕ ДВИЖЕНИЕ «РОССИЙСКОЕ ИСЛАМСКОЕ НАСЛЕДИЕ»


Крайне важно, что формирование «единого российского ислама», причем независимого от духовных управлений традиционного ислама (то есть создание таких вполне суррогатных образований, которые были бы удобным объектом для манипуляций со стороны «политтехнологов» и их заказчиков) идет в настоящее время полным ходом. От того, что к исламу как таковому все это имеет крайне косвенное отношение (если имеет вообще), отнюдь не легче, а, напротив, лишь тяжелее. Здесь реализуется старая идея, сформулированная Градировским в записке «Логика устного доклада»: «конкордат» с исламом нужен, но он невозможен, поскольку единого ислама в России (как и вообще в мире) просто нет, значит — он должен быть. Типичный постмодернизм самоуверенных и не понимающих реальности «игроков». Но ведь единый ислам — это излюбленная идея исламистов, приверженцев политического ислама, о генезисе которых мы достаточно говорили, особенно в первой работе цикла! В свете этого достаточно зловеще выглядит недавнее создание, на первый взгляд, довольно странной структуры — общественного движения «Российское исламское наследие». Вкратце фактура данного ряда событий сводима к следующему.

В марте 2005 года группа мусульманских деятелей, финансируемая чеченскими бизнесменами Умаром и Хусаином Джабраиловыми, объявила о создании нового общественного движения — «Российского исламского наследия» (РИН). В его президиум вошли люди, известные своими радикальными взглядами — философ Гейдар Джемаль, экс-протоиерей и советник муфтия Равиля Гайнутдина Али Вячеслав Полосин, журналист Максим Шевченко, дудаевский министр иностранных дел Шамиль Бено и спонсор ваххабитских проектов банкир Адалет Джабиев. Последний является председателем правления Московского филиала международного банка «Бадр-Форте-Банк», специализирующегося на финансовых операциях стран Азии и Африки. В регионах РИН также представляли весьма колоритные личности — Руслан Нахушев, координатор движения по Северному Кавказу, сейчас находящийся в федеральном розыске как подозреваемый в организации террористической атаки на Нальчик, Рашид Ягафаров, лидер печально известного Всетатарского общественного центра, в 2002 году публично выразившего поддержку банде Мовсара Бараева, и целый ряд других.

Выступая перед журналистами, лидеры РИНа подчеркнули, что их движение должно стать альтернативой институту муфтиятов, которые якобы ничего не делают для защиты прав мусульман и возрождения исламских традиций. Использованные ими выражения выглядели весьма резкими, однако представители официального ислама предпочли проигнорировать этот выпад. Исключением здесь стал только муфтий Саратовской области Мукаддас Бибарсов, который на своем сайте «Ансар.ру» разместил антириновский материал. Впрочем, вскоре он сам единственным из муфтиев вошел в руководство этой организации. Вполне возможно, что риновцы сделали ему предложение, от которого было трудно отказаться, — например, пообещали помощь в занятии поста верховного муфтия России.

С этого времени РИН стал активно интриговать против всех трех центров российского ислама — Совета муфтиев, ЦДУМ и Координационного центра мусульман Северного Кавказа (КЦМСК). Главным идеологом информационных войн стал Али-Вячеслав Полосин, видимо, решивший поменять хозяев и начавший планомерную работу по дискредитации муфтия Равиля Гайнутдина. Так, в августе 2005 года он на своем сайте «Ислам-инфо» написал небольшой аналитический материал о том, что корректировка численности мусульманского сообщества России ее президентом (заявившем, что в России проживает не 20, а всего 16 миллионов мусульман) стала следствием пассивной работы муфтиятов, «проштрафившихся» перед властями. Таким образом, Совет муфтиев России получил первый удар, нанесенный советником своего председателя.

После атаки боевиков на Нальчик сразу несколько членов РИН выступили в их защиту. Так, Максим Шевченко обвинил во всем местного муфтия Анаса Пшихачева и потребовал его уголовного преследования. С ним полностью солидаризовался и Али-Вячеслав Полосин, которого ничуть не смутил тот факт, что кабардино-балкарский муфтий числился сопредседателем Совета муфтиев России. Впоследствии к ним присоединились также Руслан Нахушев и Шамиль Бено. В начале ноября 2005 года Полосин неожиданно заявил журналистам, что считает Совет муфтиев России «рыхлой и плохо координируемой структурой», что выглядело неприкрытым выпадом в сторону Гайнутдина.

Данный ряд событий рождает вполне очевидные выводы. Во-первых, очевидно, что РИН является чисто искусственной организацией, отнюдь не представляющей реально интересы сколь либо значительных групп российских мусульман. Ничего не известно о какой-либо поддержке новому движению со стороны таких групп. Во-вторых, если рассуждать формально, неясно, что делают здесь люди, не раз заявлявшие о том, что они вообще не мусульмане (например, тот же Шевченко). Вообще, кто бы объяснил, почему Шевченко, вроде бы не считающий себя мусульманином и, стало быть, являющийся для российского ислама человеком вполне внешним и посторонним, столь заинтересовано высказывается о проблемах уммы, так, как будто он и сам является ее членом? В-третьих, невооруженным взглядом заметно, что в движении собрались люди, ранее отнюдь не замеченные в глубоких личных симпатиях друг к другу. Полосин, с одной стороны, и Джемаль с Шевченко, с другой, в одной связке — это посильнее, чем «Девушка и смерть»! Такой неожиданный альянс лично у меня рождает только одну историческую аналогию — это стремительное объединение меньшевика Троцкого и большевика Ленина, которые терпеть не могли друг друга, в одной партии и в одном ЦК для скорейшей подготовки вооруженного восстания. Теперь уже достаточно широко известно, что объединились они отнюдь не потому, что внезапно воспылали пылкой любовью друг к другу, а потому, что их объединила могущественная мировая сила вокруг очень больших денег, переданных при посредстве Парвуса, и вокруг «великой цели». Не будем говорить о радикалах и, так сказать, «профессиональных революционерах» типа Нахушева или Ягафарова. Для подобного рода деятелей естественно примыкать к любой авантюре, к тому же неплохо финансируемой. Но такие люди, как Адалет Джабиев, играющий в современном суррогатном исламе в России роль «ваххабитского Парвуса», и Шамиль Бено ничего не делают просто так, без отмашки высокопоставленных кураторов, глубоко укорененных в спецслужбах! Наконец, в-четвертых, налицо очевидное стремление участников РИНа подменить собою духовные структуры традиционного российского ислама, точнее в перспективе — просто «отменить» их! Конечно, это, мягко говоря, авантюра, но ведь революция — всегда авантюра!

Итак, написание докладов и интеллектуальные упражнения на тему «погружения сетевых и иерархических элементов уммы» и вообще ислама остались позади. Началась революция. Революция под выкрашенными в ярко-зеленый цвет знаменами суррогатного ислама. Сейчас революционеры пока еще маргинальны. Бешеная энергия исламистского «ордена меченосцев», реально руководимого людьми, не имеющими ни к исламу, ни к России никакого отношения, пока еще не соединилась с энергией социального протеста, всегда порождаемого компрадорской и антисоциальной властью. Но на столах у членов революционного «ЦК» уже развернута карта страны со старательно прочерченными зелеными стрелками. Уже подготовлены и продолжают готовиться склады необходимого вооружения. Подкуплены и продолжают подкупаться продажные чиновники и офицеры спецслужб. Определена дата нового Беслана и Нальчика. «Призрак бродит по Европе» (а прежде по России), призрак исламизма.



СНОСКИ:
1. См. сноску 4 к первой статье цикла.
2. Ср. жалобы главного саудовского эмиссара Ад-Турки на «бесконтрольное и волюнтаристское» расходование средств, выделяемых на исламизацию России («Завтра», N 36 (511) за 03.09.2003).
3. См., напр.: Петр Сергеев «Экстремисты против экстремизма» // Правая.ru, 1 февраля 2006 г. (http://www.pravaya.ru/dispute/6432).
4. См., напр.: Обращение заместителя председателя ЦДУМ России муфтия Фарида Салмана от 16 декабря 2002 года, N 51 Президенту РФ В.В. Путину (www.stolica.narod.ru); Заявление доктора философских наук Али-Вячеслава Полосина и академика РАЕН Иман-Валерии Пороховой от 21 апреля 2003 г. (там же, а также: www. islaminfo.ru).
5. Новейшая история — электронная версия спецвыпуска газеты «Новые люди». Проект ИА «Новости гуманитарных технологий» (http://www.gtnews.ru).
6. См.: Понкин И.В. Светскость государства. М., 2004, с. 447−465.

http://rusk.ru/st.php?idar=104152

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru