Русская линия
Гудок Александр Константинов28.02.2005 

Наиболее распространенные вымыслы о Великой Отечественной войне

Утверждается, что перед самой войной «Молотов вел тайные переговоры с Германией». На самом деле шли открытые торгово-экономические переговоры, поскольку промышленность Чехословакии, с которой мы были связаны двусторонними договорами, попала в руки немцев. В частности, завод «Шкода». И вообще главной целью подписания 23 августа 1939 года, когда, кстати, шли бои на Холхин-Голе, советско-германского договора о ненападении было одно: лишить Японию непосредственной поддержки со стороны Германии. И мы своего добились.

Это вызвало настоящий шок в японских военно-политических кругах. Как сообщал Зорге, «ряд членов японского правительства стали обвинять Германию в предательстве и даже выступать за расторжение Антикоминтерновского пакта». Произошло охлаждение японо-германских отношений по всем линиям. Одновременно выявилось явное стремление Японии урегулировать японо-советские отношения на основе двустороннего договора о ненападении, отказаться от планов совместного с Германией выступления против СССР и вообще коренным образом пересмотреть свою политику в отношении Советского Союза. Совершенно очевидно, что этот Пакт помог нам избежать вполне реальной в тот период войны на два фронта. Вполне вероятно, что впоследствии одной из причин неуступчивости Японии в отношении настойчивых просьб германского руководства вступить в войну с СССР была обида за «предательство» Германией интересов ее союзницы в 1939 году.

* * *

Еще, например, в последние годы усиленно утверждается, что «еще в 1939 году Гитлер говорил со Сталиным о создании Украинского и Белорусского государств». На самом деле Гитлер говорил об Украинском государстве не в 1939, а в 1938 году. И не с Москвой, а с Варшавой.

* * *

Особо циничными видятся попытки поиздеваться над советскими солдатами и офицерами на первом этапе войны. Иные «историки», ничуть не сомневаясь, утверждают, что «в конце декабря 1940 года на столе у Сталина лежал план «Барбаросса», а он ничего не предпринял в ответ. В том-то все и дело, что не лежал. В противном случае Сталин знал бы, что Гитлер нападет на СССР до окончания войны с Англией. Тогда не было бы метаний и по-другому трактовались бы разноречивые донесения разведки. А на самом деле лежало у него на столе донесение весьма сомнительное. И даже 11 марта 1941-го, в донесении Генштаба РККА прямо указывалось, что «документальных данных о намерениях вероятных противников нет».

* * *

Так же часто говорят о том, что, мол, наши силы были примерно равны, а немцы, чуть ли не играючи прошагали аж до Москвы. На самом деле, реально подготовиться к фашистской агрессии мы не успели. Еще в 1931 году в речи «О задачах хозяйственников» на Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности Сталин заявил: «Мы отстали от капиталистических стран на 50 — 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут. Вот что диктуют нам наши обязательства перед рабочими и крестьянами СССР».

К сожалению, сделать удалось далеко не все. Прибавьте к этому некомплект командного состава и отсутствие у него опыта управления войсками, слабое владение вверенной техникой, особенно у летчиков и танкистов, отсутствие необходимой инфраструктуры и хорошо поставленной службы тыла.

К примеру, мы не смогли обеспечить нашу военную авиацию необходимым количеством современных боевых самолетов. Накануне войны самолетов нового типа было очень мало и к тому же они находились еще в стадии доработок и испытаний. В боевом строю советской авиации в подавляющем большинстве были устаревшие модели. А взять танки? Основным был БТ-7. Это устаревший танк, созданный на базе европейского танка 20-х годов «Кристи». Колесно-гусеничный двигатель этого легкого танка был очень сложен и ненадежен в эксплуатации, его противопульная броня не выдерживала удара любого снаряда, даже самого малого калибра, а 45-миллиметровая танковая пушка не обеспечивала надежного поражения противника. Другое дело — немецкие танки Т-III и Т-IV. Это были машины молниеносной войны, предназначенные для внезапного вторжения. Они имели мощный карбюраторный двигатель, узкие гусеницы, радиосвязь и высокую плотность огня. Такими машинами Германия рассчитывала быстро взломать оборону и стремительно прорваться в глубь страны, посеять панику. «Цель войны — уничтожение живой силы России… Наша сила в подвижности и жестокости», — напутствовал Гитлер своих генералов. Отсюда и тактико-технические характеристики этих танков: скорость, маневр, огонь. Вот в каких условиях мы приняли на себя первый и самый страшный удар немцев.

* * *

Особо циничной видится провокационная выдумка о якобы существующих планах сталинского руководства по нападению на Европу. Мол, Сталин планировал дойти до рубежа Дублин — Гибралтар. Никаких достоверных данных на этот счет нет и быть не может. Тем более странно появление «документального» фильма некоего Дворянского, где рассуждают о каких-то «расчетах, рубежах». При этом не приводится никаких архивных документов.

И тогда вспоминают некую «Записку ГШ от 15 мая 1941 года». Мол, это план нападения на Германию. На самом деле в отечественной историографии данный документ известен как «Соображения по плану стратегического развертывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками». А его представляют не иначе как «план войны «Гром». Другие, правда, называют его «Гроза». Хотя на самом деле «Гром» — это всего лишь условный сигнал-пароль на вскрытие пакета на случай войны.

Александр Константинов, генерал-майор, кандидат исторических наук

26.02.2005


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

silkyway.ru