Русская линия
Религия и СМИ Лев Майский22.01.2013 

Рождественское эссе на тему светскости
Как Владимир Лукин творчески развил идеи вождя мирового пролетариата

Выйдя из состояния рождественской умиротворенности, я обратил свой взор на друзей и знакомых. В особенности на тех, кто намеревается составить мне компанию в «Клубе рассерженных прихожан». Обсуждать церковные, околоцерковные и совсем не церковные проблемы они еще только собираются, но в окружении домочадцев мысли у них пока исключительно семейные.

Что до меня, то я, хотя тоже человек семейный, имею одну дурную привычку. Не могу долго обойтись без чтения газет, а также еженедельников, новостных лент, блогов и иже с ними. На меня защитники свободы слова и всех прочих свобод могли бы смело ссылаться как на образцового потребителя оной свободы. Но потреблять надо осторожно. Качество продукта — вопрос наиважнейший…

Открыл я тут на днях «НГ-Религии» и наткнулся на большое интервью, которое дает газете уполномоченный по правам человека Владимир Лукин «Политика лезет в душу». Материал, как сказано в подзаголовке — «о проявлениях клерикализации, перегибах в борьбе с экстремизмом и защите верующих». Все три темы, признаюсь, не могли меня не зацепить. С азартом начинаю читать, и что же? Вначале с удовлетворением отмечаю, что автор материала, ответственный редактор «НГР» Андрей Мельников вспомнил печальные события прошлого года. И привел мнение тех, кто считает, что «Россия отходит от принципов светского государства и в стране нарушается принцип свободы совести».

Ваш покорный слуга и сам не раз говорил об этом друзьям-прихожанам. Но дальнейшее развитие темы, признаться, повергло меня в смятение. То, что имел в виду я, и то, что подразумевают под светскостью и свободой совести участники интервью, — как оказалось, «две большие разницы».

Мне трудно представить, чтобы группа православных иерархов, мирян или профессоров богословия написала президенту открытое письмо, в котором бы сетовала… ну, скажем, на «ползучую атеизацию» или, допустим, «дарвинизацию». Согласитесь, нонсенс. А вот академики-атеисты написали такое письмо о православных верующих. Увы, не только отдельные академики, но и некоторые политики предпочли бы сделать нашу страну антиклерикальной. Но чтобы при этом она по-прежнему называлась «светской». Например, мне приходилось читать, что верующий якобы не может быть оскорблен по религиозному признаку. То есть на защиту 282-й статьи УК РФ он может не рассчитывать, хотя та же 282-я бережет граждан от национальной, социальной и прочих видов ненависти. Доказательства? Пожалуйста. Защитники Pussy, справедливо сетуя на суровость приговора (тюремный срок), так и не признали за девушками очевидного разжигания религиозной розни (которое в подобных случаях должно караться штрафом).

Еще пример. Церкви вменяли в вину «клерикализацию общества» и пытались запретить высказываться на общественно-политические темы. Хотя Церковь как всякая общественная организация имеет право это делать, а также распространять свое влияние и увеличивать число сторонников (это называется «миссионерством»). О намерении Михаила Прохорова ограничить верующих «Религиозным кодексом» я даже и не говорю, и так все понятно. Какая уж тут свобода?

Но интересно, что было нарушено в этих случаях помимо свободы совести? Принцип светскости. Он самый. Понимаю, звучит непривычно. Слишком давно отклонение мы считаем нормой.

А дело-то в том, что светское государство — не религиозное и не антирелигиозное. Оно вообще не анти — какое бы то ни было. Оно равно удалено от всех учений и идеологий — религиозных, атеистических, гностиченских, агностических (принцип свободы совести). Тогда как антиклерикализм — в частности, отрицание права верующих на публичную точку зрения, — как раз и нарушает этот принцип светского государства.

Но это я так рассуждаю. А вот что имеет в виду Владимир Лукин, который по должности обязан присматривать, хорошо ли у нас соблюдаются права граждан. Корреспондент «НГ» напоминает ему о 95-й годовщине большевистского декрета «О свободе совести и о церковных и религиозных обществах» (он же Декрет об отделении Церкви от государства). На что Лукин реагирует следующим образом: «если наложить текст декрета на Конституцию России (1993 год) и Федеральный закон „О свободе совести и религиозных объединениях“ (1997 год), то мы увидим, что в них присутствуют в том или ином виде все тринадцать пунктов декрета».

Прав ли господин уполномоченный? О да. И можно было бы поблагодарить его за честную констатацию факта: большевистский декрет, дискриминирующий верующих (на минуточку!) действует у нас до сих пор. Вдумайтесь: через 22 года после отмены пресловутой 6-й статьи и почти официальной декоммунизации. Все эти годы права верующих продолжают нарушаться. Печальный факт, согласитесь. Ощущение при этом такое, будто православных и иных верующих решили под шумок лишить права на постсоветское наследство. То есть права на реабилитацию и признание нанесенного ущерба. Попросту говоря, поспешили вычеркнуть из списков «жертв режима». Несмотря на тысячи взорванных храмов и расстрелянных священников.

Однако блюститель прав и свобод Лукин совсем не печалится. Оказывается, большевистский декрет был — ни много ни мало — «правовым актом строящегося светского государства в России, начальная точка которого в Феврале 1917-го года». Помилуйте, господин Лукин! Как же так можно? Какая такая «начальная точка»? Февральская революция провозгласила ровно то, что хотела провозгласить. Там не было фигур умолчания. И ничего похожего на большевистский декрет актами Временного правительства не утверждалось.

Одно дело «свобода совести», совсем другое — научный материализм и диктатура пролетариата. Одно дело равенство конфессий и идеологий, другое — «отделение Церкви». А почему тогда не «отделены» носители других идей?

Но у Лукина своя логика. Хотя господа Керенский, Милюков и проч. с господином уполномоченным наверняка не согласись бы. А ведь Лукин — человек образованный и уважаемый, создатель вполне респектабельной партии «Яблоко». Обидно.

Так что же случилось у нас в стране с понятием светскости? Беда в том, что в России, в отличие от просвещенного забугорья, это понятие по-прежнему приравнивается к антиклерикализму и атеизму. Что Владимир Лукин нам и демонстрирует. Ленинский расчет превратился у нас в грубейшую ошибку. Или это новый расчет? Не знаю.

Внимание, вопрос. Был ли СССР светским государством? Разумеется, нет. СССР был государством идеократическим, а конкретно атеистическим. Как раз светскостью (сиречь идейной равноудаленностью) в строго юридическом смысле там и не пахло. Зато прослеживались элементы сциентистского (в основе неоязыческого) государственного культа. Для сравнения. Современные Польша, Италия, Израиль, США — несмотря на огромную популярность в этих странах католических, иудейских, протестантских религиозных воззрений, — государства, безусловно, светские.

Нет, правильно говорил булгаковский профессор: не надо читать за обедом советских газет. Но поскольку других газет у нас по-прежнему не водится, что и доказал нам, вдохновившись пламенным ленинским декретом, блюститель прав человеческих Владимир Лукин, — то никаких не надо читать. По-моему, так.

Нельзя, от жизни отстанешь — возразят мне (и уже возражают) чуткие товарищи. Что ж, выход один: самим писать прессу. Для начала надо придумать, что называется, контент. Вот этим-то и займется наш «Клуб рассерженных прихожан» в ближайшие месяцы. Если у кого-то уже есть советы и предложения, можно присылать прямо сейчас по адресу lev@religare.ru. На все ваши письма мы обязательно ответим.

С Крещением вас, мои дорогие!

http://www.religare.ru/2_99 110.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru