Русская линия
Невское время Сергей Ильченко04.08.2004 

Война, которая должна была состояться
90 лет тому назад, 1 августа 1914 года, для России началась Первая мировая война.

Формальным актом вступления Российской империи в мировую бойню стало официальное объявление ей войны со стороны Германии 1 августа 1914 года. Этому отчаянному шагу со стороны немецкого кайзера Вильгельма Второго предшествовала целая серия драматических событий, которые сегодня, с высоты проблем ХХI века, выглядят достаточно поучительно.
Событием, которое непосредственно привело к войне, многие историки считают убийство наследника австровенгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда и его супруги Софьи сербским националистом Гаврилом Принципом в Сараево. Этот день — 28 июня 1914 года — стал роковым для Европы и всего мира.
«Убили, значит, Фердинанда-то нашего…» — эта фраза начинает бессмертный роман Ярослава Гашека о бравом солдате Швейке. Она приносит его вымышленным персонажам много неприятностей, вплоть до обвинений в государственной измене и взятия под стражу. Однако в политической реальности 1914 года эта фраза пришлась по сердцу многим сильным мирам сего, мечтавшим лишь о поводе к началу передела уже поделенного мира.

Кому это было выгодно?

Великобритания и Франция явно жаждали ослабления Германии. Причем наследники галлов хотели вернуть себе проигранные в 1870—1871 годах Эльзас и Лотарингию, а заодно вытеснить немцев из северной Африки (особенно из Марокко). Попутно им не хотелось пускать Германию на Ближний и Средний Восток. Германии хотелось отвоевать новые колонии у тех, кто захватил их раньше, а заодно и потеснить Россию на Балканах. Австро-Венгрия не скрывала своих аппетитов в отношении Сербии как последнего оплота панславизма в том же проблемном регионе. Перед этим австрийцы аннексировали Боснию и Герцеговину.
А что же матушка Россия? Мы поддерживали, как могли, борьбу братских славянских государств против наседавших на них Германии и Австро-Венгрии. Потихоньку российские политики лелеяли мечту о том, чтобы получить контроль над Дарданеллами и Босфором, к чему империя была так близка во время освобождения Болгарии в 1870-е годы. Но этого, естественно, никак не хотела Турция. Да и экономические интересы Германии требовали ограничения влияния нашей страны в Европе, особенно в вопросах экспорта зерна.
К августу 1914 года в Европе сформировались две группы государств «по интересам». Германия, Австро-Венгрия и Италия образовывали так называемый Тройственный союз, скрепленный соответствующими договорами и взаимными обязательствами. В противовес ему Россия, Франция и Великобритания организовали свой, названный Тройственное согласие и впоследствие поименованный в Антанту. Говоря обыденным языком, европейские страны четко определились: с кем и против кого они будут дружить в случае возникновения военного конфликта.
Кому не нужна была война, так это Сербии и Бельгии. Эти два небольших европейских государства оказались зажатыми между мощными противостоящими державами и в конце концов стали заложниками борьбы их интересов. Бельгия была оккупирована практически за несколько дней, а многострадаль-ная Сербия отчаянно сопротивля-лась Австро-Венгрии, и только
поражение последней позволило ей воссоединиться с другими родственными странами, образовав Югославию.

Хроника нарастающего безумия

Если вернуться к последовательности событий и действий, приведших к необратимому — войне, то с удивлением замечаешь, что логика конфликта исходила из старых правил отношений большой политики.
Все это время шли интенсивные консультации между Веной и Берлином о возможной поддержке немецкой стороной требований Австро-Венгрии. Такое согласие было получено, и тогда настал черед более резких ходов.
Ультиматум Сербии был предъявлен 23 июля 1914 года. Он состоял из десяти пунктов, которые нынче кажутся невыполнимыми без ущерба для национальной гордости страны. Тем не менее сербское правительство согласилось выполнить девять из них. Кроме одного — допустить полицейские органы Австро-Венгрии к расследованию террористической деятельности организации «Молодая Сербия», членом которой состоял Гаврило Принцип.
Однако через два дня Австро-Венгрия разрывает дипломатические отношения с Сербией. Любопытно, что в эти же дни в России с официальным визитом находился президент Франции Раймон Пуанкаре, но ни он, ни российский император Николай Второй (который приходился кузеном Вильгельму Второму) не сделали никаких шагов, чтобы урегулировать вспыхнувший конфликт.
Впрочем, разгорающийся пожар еще можно было погасить. 24 июля 1914 года английский министр иностранных дел Эдвард Грей предлагает кандидатуры четырех великих держав в качестве посредников в балканском кризисе. Однако Сербия предпочитает обратиться за помощью к России. В ответ Австро-Венгрия 26 июля объявляет мобилизацию и сосредотачивает войска у границ с Россией. 28 июля нервы руководства Австро-Венгрии сдают, следует объявление войны Сербии и начало артиллерийского обстрела Белграда. На следующий день Россия начинает мобилизацию в пограничных с Австро-Венгрией округах. А 30 июля объявляет всеобщую мобилизацию.
Еще 31 июля Германия требовала от России прекратить призыв в армию, в то время как сама проводила мобилизацию. Этим же самым занимались Австро-Венгрия и Франция. И вот наступил тот самый роковой день — 1 августа.

В августе 1914-го

Есть документальное свидетельство того, что русский и германский императоры накануне обменялись телеграммами, призывая друг друга успокоиться. При этом их обращения звучали по-домашнему — Никки и Вилли. Родственные связи не помогли. 1 августа 1914 года Германия официально объявила войну России. На следующий день она оккупирует Люксембург и ставит ультиматум Бельгии. Россия отвечает вторжением в Восточную Пруссию. В стране происходит бурный всплеск патриотизма. На этой волне патриотизма высочайшим указом Санкт-Петербург переименовывают в Петроград.
Далее события развиваются с феерической скоростью. Следует череда взаимных объявлений войны. Сегодня это выглядит как некая всепланетная коммунальная склока, где вместо сковородок и крепких слов в ход пошли новейшие средства уничтожения людей, вплоть до отравляющих газов.
Из всей этой лихорадки первых военных дней и недель стоит выделить два любопытных обстоятельства. Италия заявила о своем нейтралитете, а Япония объявила войну Германии. Через четверть века в начале мировой бойни номер два все эти три страны станут «державами оси» и союзниками.

Проигравшие и победители

Ответ на вопрос «кто проиграл?» известен. Германия и Австро-Венгрия прежде всего. Австрия, например, сузилась до территории в семь раз меньшей, чем перед началом войны. Венгрия вообще лишилась двух третей своей территории. Германия оказалась повязанной на многие годы репарациями и обязательствами не иметь армию и флот, не говоря уже о колоссальных колониальных потерях. Впрочем, дальнейшая история показала, как опасно ставить побежденную державу на колени. Недаром Гитлер в 1940 году заставит представителей Франции подписывать капитуляцию в том самом пассажирском вагоне, в котором после Первой мировой войны державы Антанты юридически оформляли крах Германии.
Великобритания и Франция потвердили свой статус мировых и европейских лидеров, хотя и получили совершенно новую проблему в виде Советской России. Больше всех выиграли и меньше всех потеряли людей в Первой мировой войне США, которые вступили в нее весной 1917 года.
Для России империалистическая война оказалась чревата двумя революциями, крахом империи, большой потерей территорий и приходом к власти большевистской партии. Дальнейшее известно: коммунистическая модернизация нашей страны не увенчалась успехом, но с точки зрения глобальной мировой истории мы все же сделали рывок вперед. Хотя и заплатили за него слишком дорогую цену.
Дорого заплатило за безумство мировой бойни номер один и все человечество. Она длилась 4 года 3 месяца и 10 дней. Только по официальным данным девять с половиной миллионов человек были убиты и умерли от ран. Двадцать миллионов были ранены, из них три с половиной миллиона человек навсегда остались калеками. Что впоследствии привело к демографическому кризису во многих странах, в том числе и в России. В войну оказались втянутыми 38 государств с общим населением в полтора миллиарда человек.
Мир забыл о потерях и страданиях Первой мировой на удивление быстро. Потребовалась жизнь только одного поколения, чтобы военное безумие в масштабах планеты вспыхнуло вновь. Шанса на третье нам не дано.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru