Русская линия
Мегаполис-Экспресс Александр Маринин06.07.2004 

Чертовщина
Большие бесы достали маленького человека

Владимир Тишенков, самый маленький (по росту) певец на нашей эстраде, выступающий в ночных клубах и варьете под сценическим псевдонимом Вовчик, что называется на собственной шкуре прочувствовал последствия заигрывания с силами зла. С некоторых пор его одолевают кошмары, причем чаще наяву, чем во сне. «Наверное, я доигрался, — говорит Володя, придя со своим горем в редакцию „М-Э“. — Меня ведь предупреждали: Вовчик, смени репертуар, с чертями не шутят! Но я только посмеивался. Ну и теперь вот такие дела…»

Что это за «дела», которые в конце концов привели г-на Тишенкова в храм Божий, куда он раньше наведывался отнюдь не часто, а затем и в редакцию «М-Э», Володя рассказывал, то и дело осеняя себя крестным знамением.

Гроб с музыкой

— На самом деле это началось еще десять с лишним лет назад. Я тогда участвовал в концертах рок-группы «Коррозия металла», которой руководит Сергей Троицкий, Паук, довольно зловещая с виду личность. Что там творилось! Музыканты не ограничивались игрой, а выпускали на сцену обнаженных грудастых девиц, которые все как одна были «с пулей в голове». Они ездили с группой на гастроли и такое на концертах устраивали! Зрители приходили в экстаз. Ну, а кульминацией этого малоприличного шоу был торжественный момент, когда на сцену выносили гроб, из которого вставал карлик с вытаращенными глазами и всклокоченной гривой. Это был я. Тяжелая металлическая музыка, заводившая публику, голые женские телеса, оживающий покойник — все это здорово смахивало на сатанинские пляски… Но однажды случилась накладка. За кулисами меня, лежащего в гробу, накрыли крышкой, которая на сцене почему-то никак не хотела открываться, как будто гвоздями ее приколотили. Я чувствовал, что не хватает воздуха, вот-вот задохнусь. Стучу изнутри кулаками, но никто мне не может помочь. И в этот момент прямо перед собой я увидел рожу — косматую и с рогами. Ну просто дьявол, ни дать ни взять! Рогатый расхохотался мне в лицо, и я понял, что теряю сознание. В этот момент крышку все-таки сорвали, и кто-то из музыкантов мне кулак показал: чего, мол, заперся изнутри? Я выпрыгнул на цену, но, оглушенный адской музыкой и прожекторами, упал в обморок. Теперь понимаю — это был первый звоночек. Предупреждали меня…

Первый в мире, второй в Сибири

Потом я попал в варьете, пел в ресторанах в обрамлении кордебалета смазливых девиц, участвовал в зрелищных постановках вроде женской борьбы в грязи. В общем, шоу с шутками «ниже пояса». Публика разная приходила, в том числе дамы, ищущие приключений, экзотики какой-то. Бывало, западали на меня, ну и я не всегда отказывался. Тоже, как видите, не самый благочестивый период в моей карьере. Но вот прозвенел второй звоночек, пострашнее первого. Однажды после такого шоу ко мне в гримерку зашел мужчина — смуглый, с тяжелым свинцовым взглядом. Прическа такая типичная, как у братков. Сел напротив: «Ты Тишенков?» Да, говорю. «Родня в Сибири есть? В Тюмени?»

Я, если честно, про свою родню мало что знаю. Есть ли у меня родственники в Сибири — ума не приложу. Даже и не слыхивал. Но жизнь научила на всякий случай ни от чего не отказываться. «Вроде есть», — говорю. Мужик довольно улыбнулся: «Привет тебе от Ганса!» Я соображаю: Ганс — наверняка кликуха, значит, бандит. Привет мне передает — уже хороший знак: в случае чего, если кто обижать будет, сошлюсь на этого Ганса. Чем, интересно, я ему угодил? В Тюмени точно ведь не был!

Браток между тем продолжает: «Мы с Гансом большие кореша. В одном бизнесе трудимся. Он мне как-то сказал по секрету, что у него в Москве есть родственник, известный артист. И вот я прихожу сюда и слышу, как тебя его фамилией называют. Сразу все просек!»

Понятно, думаю. Спутали с кем-то. Но виду не подаю, улыбаюсь. Тюменский спрашивает: «Чего Юрке передать? Как ты здесь?» Я пожал плечами: «Трудновато, если честно. Квартиру снимаю, то, се…» «Сибиряки должны помогать друг другу!» — весомо заявил браток и полез в карман за бумажником. Достал из него пачку «зелени», отдал мне: «Спонсорские от тюменских!» «Спасибо, -говорю, — а Юре передайте привет!»

Не хотелось мне брать эти доллары — вдруг на них кровь? Решил дома поразмыслить, что с ними делать. Было уже поздно, темно. У подъезда стояла красивая девушка в манто. Я еще подумал: второй час ночи, как она не боится? Она впорхнула за мной в парадное, в каратистском приеме подняла ножку, благо задирать было невысоко, и въехала каблуком мне в лицо. Затем подняла сумку, которую я выронил, и спокойно удалилась. Дома я посмотрел на себя в зеркало — следов удара не было. Но наутро на лбу выросли две шишки — как два рога. Выступать с такой физией? Пришлось неделю сидеть дома. И все это время звонил телефон. Сниму трубку — там жуткий дьявольский хохот. Ну все, думаю, взяла меня в оборот нечистая сила. Пора в церковь! Но только выйду на улицу — или ногу подверну, или дождь с градом начинается. Как будто кто-то меня специально не пускает…

Очень страшное кино

Вскоре меня пригласили в мюзикл «Иствикские ведьмы» на роль Фиделя, слуги главного действующего лица Деррила ван Хорна, сущего дьявола во плоти (его роль исполняет Алексей Кортнев). Стал играть. Я на всякий случай приучил себя в антракте выходить подальше от сцены и креститься. Уж очень убедительно Алексей изображает ван Хорна, просто мурашки по спине бегут, когда рядом с ним стою. Иногда, кажется, даже исходящий от него запах серы улавливаю. Или я уже себя так накрутил?

Ну, а дальше больше. Пригласили меня сниматься в телевизионном фильме «Операция Голем, или Ключи от бездны». Фильм детективно-мистический, довольно страшный. У меня там была небольшая роль. Я перед тем, как выйти на съемочную площадку, наконец-то решил сходить в храм — исповедаться, причаститься… Вообще попросить прощения у Бога за то, что волею судьбы мне приходится играть роли, которые с точки зрения религии богопротивны. Батюшка, отец Феодосий, меня выслушал, но насчет судьбы возразил: ты, мол, сам выбираешь то, что лежит поближе. А рядом всегда лежат дьявольские соблазны. Значит, ты дьяволу служишь! В общем, заставил меня призадуматься. Но дальше случилось самое ужасное. Когда батюшка стал брызгать на меня святой водой, я заметил, что капли, попадая на мою кожу, шипят и испаряются, как на сковородке. И ноги подкашивались в этот момент, хотелось упасть, закрыть глаза… В кино снимался, ничем не выдавая своего страха, а сам все думал: что же это — неужели во мне злой дух укоренился? Выходит, я в самом деле доигрался? Вернее, заигрался? И кто сейчас мной руководит в действительности?

Володя Тишенков вопросительно обвел взглядом собравшихся послушать его жутковатую исповедь. Собственно, то, что он рассказал, не новость. Еще великий Гоголь предупреждал: помянешь черта — он тут как тут…

N 26 (716) 28 июня-4 июля 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru