Русская линия
Газета.GZT.Ru Сергей Расулов30.06.2004 

«Сел в такси и приехал на границу»
В Махачкале судят идеолога исламистов

В среду в Верховном суде Дагестана начались слушания по делу Магомеда Тагаева — одного из главных идеологов дагестанских сепаратистов. Он был задержан сотрудниками ФСБ 8 апреля этого года в Дагестане, после того как открыто перешел азербайджано-российскую границу с поддельным паспортом.

56-летний Магомед Тагаев последние годы находился в международном розыске. За ним числилось немало грехов. В 1997 году в Киеве была издана его книга «Наша борьба, или Повстанческая армия имама», спустя три года в Баку вышел еще один его опус — «Газават, или Как стать бессмертным». В обеих брошюрах содержались конкретные рекомендации по ведению боевых действий против «неверных», подготовке «борцов за веру», захвату власти и политическому устройству государства, 'освобожденного от русско-московской империи". «Наша борьба» стала, кроме того, своего рода сценарием вторжения боевиков в Дагестан в 1999 году. Сам Тагаев во вторжео находился в Грозном при Зелимхане Яндарбиеве (именно он помог Тагаеву издать обе рукописи).

После вторжения в Дагестан Тагаева объявили в розыск. В апреле 2000 года его задержали в Турции. В Стамбул прибыли представители правоохранительных органов России, имевшие с турецкой стороной договоренность о выдаче преступников. Однако дело Тагаева рассмотрел турецкий суд, который выпустил его на свободу. После этого Тагаев осел в Азербайджане. В сентябре 2000 года его арестовали в Баку. Российские власти вновь обратились с просьбой об экстрадиции. На улаживание всех формальностей ушло четыре года. По данным ГАЗЕТЫ, все это время Тагаев находился под подпиской о невыезде.

Тагаева задержали 8 апреля 2004 года в тот момент, когда он перешел российско-азербайджанскую границу с поддельным паспортом на имя Мовсара Джабраилова (как выяснилось, документ ему вручил Яндарбиев). На следствии задержанный утверждал, что пересек границу, чтобы сдаться российским властям. «Надоело скрываться», — сказал он. Магомеду Тагаеву предъявили обвинения по нескольким статьям УК РФ — возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, создание незаконного вооруженного формирования, незаконное ношение оружия, разбой, хищение огнестрельного оружия, вооруженный мятеж и использование заведомо подложного документа. Интересно, что статью за разбой Тагаев заработал за месяц до вторжения боевиков в Дагестан. 28 июня 1999 года он вместе с пятью соратниками подкараулил «Ниву» с сотрудниками Ботлихского РОВД и, обезоружив милиционеров, забрал три автомата, патроны и переносную рацию.

В среду на первом заседании Тагаев сначала отвечал на общие вопросы судьи. В частности, рассказал о судимости за антисоветскую агитацию, полученной еще в 1969 году.

Выслушав обвинительное заключение, зачитанное прокурором Умаханом Умахановым, Тагаев признал себя виновным частично. «226-ю и 327-ю признаю, а все остальное — абсолютный бред, и суду это станет понятно в ходе процесса, — заявил он. — А оружие я забрал, так как другого выхода у меня не было, мне самому надо было воевать». Защитник Тагаева, Шахназар Джабраилов, занял более жесткую позицию: по его словам, все обвинения бездоказательны.

Затем суд приступил к допросу подсудимого. «Когда Жириновский по телевидению говорит, что Кавказ нужно смять в промокашку, а аулы сжечь, я должен отвечать! — заявил подсудимый. — Я не имею ничего против русских — есть они, нет их…» Тагаев вспомнил о Салмане Рушди и его книге, «за которую надо расстреливать, а не Нобелевскую давать». Адвокат его остановил: 'Не будем трогать Англию'. На вопрос о том, можно ли квалифицировать его труды как разжигание национальной розни, Тагаев ответил: 'Сколько людей, столько мнений. Кто как прочтет'.

Тагаев рассказал о своих принципиальных разногласиях с Басаевым, Хаттабом и лидером дагестанских ваххабитов Багаудином Магомедовым. «Я был против присутствия Хаттаба, — утверждал подсудимый. — Кто он такой, неужели мы без Хаттаба ничего не можем?» По словам Тагаева, он предупреждал Хаттаба: «Если ты войдешь в Дагестан, будет трагедия». Хаттаб успокоил его: «У меня и в Чечне врагов хватает».

Уже в самом конце допроса подсудимый сделал ряд неожиданных заявлений. На вопрос судьи: «Какой, по-вашему, строй должен быть в Дагестане?» — Тагаев ответил: «Мы не выдержим исламский строй. Мы к этому не готовы. Нам ближе светский строй. Я всегда был социалистом по идеологии, и против советской власти я не шел. Просто мы должны развиваться самостоятельно и ни у кого ничего не просить. У Дагестана должно быть свое лицо. Никакого вреда для России в этом нет». Тагаев также сказал, что никогда не был вместе с ваххабитами: 'Я воевал с ними, а они меня называли полковником ФСБ!"

В заключение адвокат попросил подзащитного объяснить причину, по которой он решился на переход границы. Тот рассказал: «Я услышал, что меня называют в первой пятерке Интерпола вместе с Басаевым, Хаттабом. Я внимательно перечитал Уголовный кодекс и решил, что заслуживаю не больше четырех лет — за оружие. И тогда я сел в такси и приехал на границу».
29 июня 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru