Русская линия
Русский журнал О. Джемаль28.06.2004 

Исламизм в русском мире
Союз русских мусульман готовится к пропаганде ислама в России

Православие стало синонимом русскости. В общественном сознании это практически одно и тоже. В крайнем случае, общество более менее спокойно принимает русского атеиста, хотя и это не приветствуется, любое другое вероисповедание в глазах большинства россиян свидетельствует о том, что-либо у человека проблемы с этнической самоидентификацией, либо это «гнилой» интеллигент-вырожденец, от собственной неукорененности подавшийся в кришнаиты, баптисты, суфии.

Соображение, что православное христианство — всемирная религия, что, помимо русских, православными являются греки, сербы, болгары, грузины, большая часть палестинских арабов, в расчет не принимается.

Равенство понятий русский = православный устраивает не только широкие общественные массы, на эту установку исподволь работает и российская бюрократия, против такого положения вещей не возражает и священноначалие Русской Православной Церкви.

Всякое исключение из этого правила вызывает искренние недоумение. Именно такая реакция последовала, когда группа молодежи, собравшись в Омске, заявила об учреждении Национальной организации русских мусульман (НОРМ), а вернувшись в Москву, учредители устроили пресс-конференцию в медиа-центре газеты Известия.

В заявлениях нормовцев прозвучало несколько принципиальных моментов:

Они считают себя русскими, неразрывно связанными с русской культурой, с русским языком, с русскими политическими и национальными традициями. Доступ в их организацию открыт лишь для русских. Проверять русскость в НОРМе не собираются, верят на слово, но если мусульманин не считает себя русским, ему рекомендуют обратиться в соответствующую этно-религиозную организацию. Сопредседатель НОРМа Тарас Черниченко рассказал, что такие организации есть, и в пример привел Союз мусульман-украинцев и движение «Евреи за Аллаха»

НОРМ заявляет о себе не только как об умеренно националистической организации, но и как об организации патриотической. Они считают себя государственниками, то есть привязанными не только к русскому народу, но и к территории России, а исламизацию русских считают условием процветания российского государства.

Являясь русскими националистами и патриотами, с одной стороны, и мусульманами — с другой, нормовцы утверждают, что их главной задачей будет миссионерская деятельность. Они собрались, чтобы пропагандировать ислам исключительно в русской среде.

Сейчас фраза «исламизация русских» звучит, как провокационная шутка, но учредители НОРМа поставили хоть масштабную, но в перспективе вполне реальную цель. Они честно признались, что их оценки количества русских мусульман далеки от пропагандистской цифры, мелькающей в Интернете, — 80 тысяч человек. Таковых они насчитали лишь 2−2,5 тысячи, но много, по их мнению, и не надо. Они считают, что репутацию России как православной страны создают 10−15% воцерковленного православного населения. Если среди русских появится 5% граждан, практикующих Ислам, то они также станут делать погоду, и процесс исламизации России станет необратимым.

Достаточно очевидно, что НОРМ не просто компания «мятущихся интеллигентов», у них вполне концептуальный политический подход, а значит, если даже сам НОРМ как организация сойдет на нет, идея останется и рано или поздно кто-то возьмется за ее реализацию.

Эта концептуальность отличает их от ранее образованных общин русских мусульман, таких как движение «Прямой путь» (преимущественно московская община, состоящая из мусульман-суфиев по большей части русского происхождения) или петрозаводский джамаат, община карельских мусульман, более чем на 50% состоящая из русских, карелов и даже вебсов.

Надо отметить, что у журналистов пресс-конференция русских мусульман вызвала легкий шок. Представители вполне светских и либеральных СМИ растерянно спрашивали: Не предательство ли это веры христовой? Не значит ли это, что через 100 лет в Златоглавой на месте каждой церкви будет мечеть?

Но не только журналисты оказались неготовы к появлению русских мусульман. Прежде всего, к этому оказалось неготово традиционное исламское духовенство — официальные муфтии. Вот обширная цитата из интервью муфтия Татарстана Гусмана Ицхакова: «Меня, как муфтия, не радует, что русские принимают ислам… пусть кряшены и русские остаются православными, а татары — мусульманами. И Русская Православная Церковь будет вести проповедь среди народов, которые традиционно исповедуют православие, а мы — среди народов, традиционно исповедующих ислам. Каждый пусть держит свою паству, сеет в своем огороде. Да и потом, примеры русских, перешедших в ислам, не слишком обнадеживающие: у них обычно повышенная агрессивность, да и менталитет у них совсем другой… Мне кажется, что каждый должен свои исконные обычаи, нравы, традиции хранить».

Показательно, что интервью татарским муфтием было дано не по поводу появления НОРМа, а незадолго до того. Это не реакция, это установка. Прежде всего, вызывает недоумение: с чего это вдруг мусульманский лидер не радуется пополнению, ведь дауат (призыв к исламу) — его обязанность, и если традиционные муфтии дистанцируются от русских мусульман, то кто станет их лидерами?

Сами нормовцы отвечают на последний вопрос просто: в исламе нет легитимных священников, нам не требуется никакого духовного окормления «сверху», выдвинем лидера из своей среды. Среди нас достаточно образованных людей (имеется в виду знание арабского языка, Корана и высказываний пророка Мухамеда), чтобы возглавить нас. С теологической точки зрения они, безусловно, правы, но интересно другое, почему традиционное исламское духовенство России устранилось от контроля над этим процессом?

Не секрет, что «официальные» муфтии нужны, в первую очередь, государству. Они, прежде всего, удерживают мусульманские массы от экстремистских настроений, от радикализма. Будучи признанными, с одной стороны, властями, с другой, значительной частью российских мусульман, они замыкают на себя контакты с мусульманскими лидерами других стран. В той или иной степени все они консультируются с Администрацией президента, региональными администрациями, силовыми структурами. С их помощью блокируется антигосударственная благотворительность некоторых арабских фондов, контролируется издание исламской литературы и процесс религиозного образования. Кому как не им опекать русских неофитов?

Но помимо отношений с властями, у муфтиятов есть отношения и с главной религиозной организацией России — Русской Православной Церковью. Существует даже межрелигиозный совет, где лидеры РПЦ, российских мусульман, буддистов, иудеев вырабатывают общие согласованные решения.

На площадке этого совета между РПЦ и представляющими ислам муфтиями был заключен негласный «пакт о ненападении». Суть его, собственно, и сформулировал муфтий Татарстана Гусман Ицхаков — православные священники призывают ко Христу среди русских, муфтии к исламу — среди татар, башкир или народов Кавказа. Соблюдая условия этого договора, муфтии и шарахаются от русских мусульман как черт от ладана.

Такое решение было принято не без давления радикальной православной общественности. Такие фундаменталистские структуры, как Союз православных граждан, не раз бросали упреки российским мусульманам в прозелитической деятельности, и РПЦ была вынуждена учитывать эти настроения.

Союз православных граждан давил не только на РПЦ. Попытку в Приволжском федеральном округе взять под контроль религиозное исламское образование (проект Русский ислам), введя кафедры исламской теологии в госвузах, активисты союза расценили как государственное покровительство мусульманским миссионерам, и под их нажимом проект свернули.

Собственно, к чему привело последовательное отстаивание смысловой связки русский — православный? В первую очередь, к тому, что процесс принятия ислама русскими стал стихийным. Теперь некого упрекнуть в прозелитизме, но и никто не отвечает за умонастроения русских мусульман.

Пока ничего страшного не произошло, но события в дальнейшем могут развиваться двояко.

Можно продолжать делать вид, что русские мусульмане — маргинальное явление, они будут вариться в собственном соку и крайне медленно прирастать численно. Но как только кто-то сочтет их «интересным инструментом», у них появятся связи, деньги, организационный ресурс. Они станут сначала «модными», а затем и массовыми, и далеко не факт, что этот «кто-то» будет использовать русских мусульман в интересах России и русского народа.

Можно уже сейчас признать это тенденцией и использовать заряд патриотизма и умеренного национализма русских мусульман для преодоления пока не катастрофического конфликта между Россией и исламом.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru