Русская линия
Парламентская газета Геннадий Михеев27.04.2004 

Там холм среди воды стоит

Помните песенку, которую пел Андрей Миронов в «Бриллиантовой руке», — про остров, «весь покрытый зеленью»? И про то, что «ребятня и взрослые пропадают там зря"…

Шайтан-гора

У Свияжска потрясающая история. Раньше, когда Волга ещё не была перекрыта плотинами, здесь был высоченный холм, поросший лесом, который татары называли Шайтан-горой. Почему? А среди местных людей — татар, черемиси и чувашей — ходили легенды о том, что якобы на Шайтан-горе обитают страшные призраки, по ночам издающие жуткие звуки, и случайные путники, не знающие, что место заговорено, бесследно пропадали.

Так вот, именно на этой горе Иван Грозный после очередного неудачного похода на Казань решил построить город-крепость, должную стать форпостом в борьбе с татарами. Под руководством дьяка Ивана Выродкова русские под Угличем нарубили лес, свезли его на судах вниз по Волге и 24 мая 1551 года, срезав с горы «шапку», приступили к постройке твердыни. Через четыре недели Свияжск уже представлял собой законченное фортификационное сооружение, продуманное по всем правилам мировой военной науки того времени.

Одна из церквей, Троицкая (деревянная), сработанная еще в Угличе и собранная, по преданию, за один день, стоит на острове по сию пору.

Самым трагичным для города явился XX век. Началось все ещё в Гражданскую, когда Лев Троцкий, следуя своему плану монументальной пропаганды, поставил здесь памятник… Иуде, грозящему небу кулаком. Но и это ещё был не самый плохой период, который по-местному называется «до большой воды». Переломным стал 1954-й, год создания Куйбышевского водохранилища, превратившего Свияжск в рукотворный Остров-буян. Большая часть города скрылась «в пучине волн», и на поверхности остался лишь «обрубок Шайтан-горы, богато усеянный церквами.

«Лицо свияжской национальности»

Два раза в день ходящий теплоходик типа «Москва» — вот единственная ниточка, связывающая остров с землей. Встречает теплоходы бородатый мужик с задумчивым лицом и в телогрейке. «Женя, местный блаженный» — так вам его представят (если вы, конечно, полюбопытствуете). Когда вы попытаетесь с ним заговорить, он смущённо отвернётся и даже попытается убежать. Со знакомыми общается громко и почти всегда матом. Тем не менее аборигены его любят.

Я пытался за ним наблюдать. «Блаженный» Женя появляется везде и в курсе всего, что происходит. Он переносит хлеб из местной пекарни в магазин, участвует в дележе дров между пенсионерами, но самое главное — он принимает и подаёт на пристани трап. Кто-то должен подавать его обязательно, хотя должности такой не предусмотрено. По нашим временам какой дурачок станет это делать за так? Но лишь только теплоходик отваливает от пристани, Женя резко отворачивается и, опустив голову, стремительно растворяется в острове…

5 лет назад здесь жили 300 человек (и взрослых, и детей), сейчас — 260. Свияжская школа в этом году выпустила 6 девятиклассников, в первый класс приходит один. За весь год на острове родился один ребенок, умерли 10 человек. Такова демографическая картина. Тем не менее на остров приезжают жить.

Сюда их привела любовь

Судьбы людей, попавших на остров, мягко говоря, необычны, и сходны они только в одном: приезд был сознательным и основан он был на любви с первого взгляда. Любви к Свияжску и не только.

Из бывших некогда в Свияжске 11 храмов на сегодняшний день осталось 6. Приходской является только церковь св. Константина и Елены (остальные храмы находятся в комплексах двух свияжских монастырей). Настоятель церкви о. Сергий Коробцов впервые оказался на острове 12 лет назад, как он считал, «по случайному недоразумению». Теперь абсолютно уверен в Божьем промысле.

Тогда он был профессиональным ювелиром, и супруга Людмила, искусствовед, буквально притащила его сюда на какую-то конференцию. Ещё на теплоходе их порядочно запугали «картинами» психов, бродящих по острову, бандами уголовников и прочими страшилками. Но по прибытии Коробцовы обнаружили тихий островок, добрые лица его жителей и… «дыхание старины», которое ощущалось буквально в каждом камушке.

-…И мы захотели пожить в сельской местности, — рассказывает о. Сергий, — посмотреть, какая здесь зима. Купили домик, стали обживаться и узнали, что зимы здесь «мятижные» (у свияжцев особенный говор), то есть метельные. Да и вообще остров открыт всем ветрам. И приезжал сюда с материка один батюшка, о. Филарет Златоустов, бывший физик-атомщик, профессор. Останавливался у нас, и стали мы вместе оформлять документацию на общину. А потом он заболел. И по благословению владыки в священники рукоположили меня. Теперь уже семь лет я — батюшка, а Людмила — матушка… Так жизнь немного поменялась.

Матушка без дела не остаётся: преподаёт в местной школе историю и рисование. На острове родился их четвёртый ребенок, Симеон. И его-то можно смело назвать настоящим островитянином.

Младенец в утробе

Судьба Евгения Игнатьева и его супруги Марины тоже складывалась нестандартно. Они познакомились еще в институте, но потом их пути разошлись, они создали свои семьи, вроде бы всё в их жизнях складывалось благополучно, но в итоге оказались они в положении разведённых.

В Свияжске Игнатьев оказался, как и о. Сергий, случайно. Был большим начальником на заводе в Подмосковье и однажды приехал сюда на экскурсию. Марина тогда работала в Свияжске реставратором. Дело в том, что до того она имела «кабинетную» должность в солидном институте в Казани, но ей хотелось чего-то «живого» и взялась за реставрацию свияжских памятников. И снова «непреходящий» мотив влюблённости в остров, только звучащий из её уст:

— Для меня остров стал чем-то живым, как организм… - Марина показывает фотографию, — смотрите: это Свияжск из космоса. Как он похож на младенца в утробе! И остров сильно людей отсеивает; приезжают люди, восхищаются, но возвращается сюда далеко не всякий. Есть такие, которые сразу начинают метаться по острову, стремятся скорее убежать с него. В здешних людях присутствуют одновременно и замкнутость, и открытость…

…Евгений позже, за чашкой чая, вспомнил, как впервые заново увидел Марину, сидящую в ветхом свияжском домике и чистящую сазана. Что-то в этом было такое основательное, такое тёплое… вечное. Где-то через год они стали жить на острове вместе и по сей день все свои силы отдают работе по спасению Свияжска.

Сейчас Игнатьев работает в районной администрации, возглавляя отдел по реконструкции и развитию Свияжска, и проблем пока, к сожалению, больше, чем вариантов их решения.

Ну, а насчёт перспектив… Евгений Васильевич посоветовал нам сходить в монастырь и пообщаться с его настоятелем.

Игумен Успенского монастыря о. Кирилл Коровин встретил нас доброжелательно и с видимым удовольствием показал его достопримечательности, среди которых главной являются мощи святителя Германа. Увидели мы и фрески, и великолепные колокола. А на прощание о. Кирилл сказал:

— У нас много проблем, связанных с транспортом, с климатическими условиями, да и местные люди не воспитаны в вере. Ведь монастырь для них долгие годы не был святыней. Но остров для монастыря — это очень даже здорово. Это место призвано к тому, чтобы молиться за грехи людей, и, только если мы будем молиться здесь, сохраним и монастырь, и остров, и Родину нашу.

Если учесть, что до того, как возглавить этот монастырь, о. Кирилл был благочинным ныне знаменитого Раифского монастыря, который из груды руин за несколько лет превратился в истинную жемчужину русской земли, думается, будущее у Свияжска есть.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru