Русская линия
Совершенно секретно Сергей Палий13.04.2004 

«АУМ», честь и совесть нашей эпохи

Последняя пятница этой зимы выдалась в Токио на редкость серой и будничной. Многомиллионный мегаполис, окруженный свинцовыми водами Токийского залива, жил своей жизнью, расписанной по минутам и секундам. Вечно спешащая многотысячная толпа на Гинзе — центральной улице японской столицы — равнодушно скользила мимо витринных манекенов, одетых в дорогие меха, которые по случаю окончания сезона продавались с 70-процентной скидкой. Таксисты в белых перчатках предупредительно распахивали дверцы надраенных до блеска лимузинов перед застегнутыми на все пуговицы чиновниками и служащими банков и корпораций. Стайки беззаботной молодежи с выкрашенными в зеленый и розовый цвет волосами занимали теплые места у игральных автоматов в клубах Pachinko. Или перемещались с одной улицы на другую, несмотря на дующий с залива холодный сырой ветер, припадая к банкам пива «асахи» или «кока-колы», которую здесь называют «кора».

А между тем именно в этот день, 27 февраля, в Токио судили Секо Асахару. Но, казалось, этот город навсегда забыл или сознательно не хотел вспоминать то, что произошло здесь без малого девять лет назад, 20 марта 1995-го, когда после теракта в токийском метро страна пережила «Хиросиму в миниатюре». Причем, как выяснилось позднее, настоящей Хиросимой те события не стали по чистой случайности. И только у здания Токийского окружного суда собралась толпа из тех, кто ничего не забыл, — около четырех тысяч родственников и друзей жертв Секо Асахары и его секты. Они тщетно пытались прорваться в зал заседаний, рассчитанный всего на 36 мест, или хотя бы встать на пороге суда, чтобы услышать «приговор века».

«Ему мало смерти»

Чтение обвинительного заключения растянулось на четыре часа. Голос судьи Седзи Огавы звучал бесстрастно и тихо, и со стороны могло показаться, что судят какого-то мелкого воришку или неплательщика налогов, а не человека, пытавшегося облачить в белые робы и поставить перед собой на колени 120-миллионную Японию. А затем, чем черт не шутит, возможно, покорить весь мир. «Он обвиняется в попытке стать правителем Японии путем создания секты „АУМ Синрике“, вставшей на путь вооруженной борьбы. Он обвиняется в убийствах людей, пытавшихся противостоять его заговору. Он заслуживает высшей меры», — медленно выговаривая каждое слово, читал приговор судья.

«Виновник торжества правосудия», которого ввели в зал суда в наручниках, слушал приговор стоя и безразлично смотрел на судью своими подслеповатыми глазами. От его длинной бороды и прежней густой шевелюры ничего не осталось — в тюрьме гуру подстригли под арестанта. Белую робу проповедника сменила черная, арестантская. Казалось, в своих мыслях Асахара находился где-то очень далеко. Возможно, он уже представлял, как оставляет телесную оболочку и уходит в астрал. Подслеповатый гуру давно был готов к смертному приговору и поэтому решил «не суетиться» и войти в историю как «самый страшный нарушитель мирских законов». Даже без судебных разбирательств, растянувшихся на целых восемь лет, мало кто в Японии сомневался в его виновности. Примерно так же в России отнеслись бы к Шамилю Басаеву, угоди он на скамью подсудимых. Общество ждало максимально сурового приговора, и вот он прозвучал.

«Хорошо, что его приговорили к виселице. Это то, чего я так ждала. Сегодня утром я побывала на могиле своего мужа и пришла сюда узнать вердикт вместе с его духом. Сейчас я испытала облегчение», — делилась своими мыслями стоящая в толпе Сидзю Такахаси, чей муж был станционным рабочим токийской подземки и задохнулся во время устроенной «синрикевцами» газовой атаки.

В собравшейся у Токийского окружного суда толпе было немало и тех, на кого даже находящийся под стражей гуру наводил подсознательный мистический ужас. И слушая этих людей, можно было сделать вывод, что Асахара по-прежнему умудряется контролировать их сознание. А они, сами того не желая, остаются его адептами. «Я уверен, что эта проклятая история никогда не закончится. Я не думаю, что в ней уже можно ставить точку», — заявил Хироюку Нагаока, один из активистов, боровшихся с сектой в середине 90-х и переживший не одно покушение на его жизнь со стороны сектантов.

Свидетельств того, что Хироюку Нагаока прав и «АУМ Синрике» никуда не исчезнет, вполне достаточно. Полицейские обыски, проводимые сегодня в молельных домах «АУМ Синрике», показывают, что там по-прежнему висят гигантские портреты Асахары.

«Суд не вник в наши доводы и механически воспроизвел мнение прокуратуры. Это бессмысленный приговор, и мы его немедленно обжалуем», — заявил главный адвокат Асахары Осаму Ватанабе. В условиях Японии процесс апелляций может растянуться на многие годы, которые для японцев станут косвенным подтверждением того, что с «великим и ужасным» Асахарой ничего поделать нельзя.

Вертикаль власти Секо Асахары

Секо Асахара родился в 1955 году на южном японском острове Кюсю в семье мелкого торговца соломенными циновками и был подслеповат от рождения. Звали его Тидзуо, а родовая фамилия была самой обыкновенной — Мацумото (что-то вроде Сосновский в переводе на русский). Рассказывают, что маленький инвалид с детства был обижен на судьбу. Не исключено, что именно поэтому первым объектом своей мести он впоследствии выбрал городок с названием, напоминающим о его собственной фамилии, — Мацумото.

В интернате для слепых Тидзуо освоил иглоукалывание и массаж. Именно там будущий пророк впервые узнал о мистических учениях Южной Азии и Тибета, к которым большинство японцев интереса не испытывают.

Поначалу молодой массажист приторговывал спиртовой настойкой, настоенной на мандариновых корочках, которой приписывал магические свойства. За врачевание без диплома он чуть было не угодил в тюрьму, но инвалида пожалели, и Тидзуо создал школу для любителей йоги, постепенно превратившуюся в клуб мистиков. Именно тогда ему пришла в голову мысль сделаться пророком. Сменив постылое родовое имя на Секо Асахара («Сияющий Свет в долине конопли»), кандидат в пророки уехал в Индию.

Известно, что там он встречался с далай-ламой, ездил на место прекращения земной жизни Будды.

Спустившись с Гималаев, он создал собственную религию — вначале «Общество горной истины», а затем «Учение истины АУМ» («АУМ Синрике»). Доктрина Асахары представляла собой «адский коктейль» из перевранных, надерганных и нередко противоречащих друг другу положений и принципов разных религий. Так, умиротворяющая буддийская идея бесконечных перерождений приобрела у него не свойственную ей кровожадность. Отрицание окончательности смерти помогло Асахаре убедить его боевиков в том, что убийство противника или грешника — не преступление, а перевод заблудшей души в другое качество. На жаргоне секты мокрое дело так и называлось «поа» (в переводе с санскрита — «путешествие души»).

Из христианско-иудейской традиции Асахара перенял доведенный до абсурда культ пророка-мессии и идею Апокалипсиса. Свою истерическую веру в скорый конец света и «Последнюю войну добра и зла» гуру замешал на модных предсказаниях Нострадамуса. Положенное в название его секты слово «АУМ» было позаимствовано у древних индийцев. Это состоящее из трех букв слово кто-то переводит как «прошлое-настоящее-будущее», кто-то — как «рождение-смерть-жизнь».

Свою организацию Асахара выстроил как жесткую вертикаль власти. Нижний этаж образовали сочувствующие, которые посещают молельные дома, снабжают секту пожертвованиями и пополняют ее бойцами. Второй этаж составили главные ударные силы — монахи самана (древние буддисты называли так свои монашеские общины). Послушники самана порывали с семьями и отказывались от жизненного успеха на «гражданке», чтобы попробовать себя в фантастическом мире Асахары.

Жена Асахары поначалу относилась к деятельности мужа неодобрительно. Ей не нравилось, что он целыми днями не бывает дома, занимаясь делами «АУМ Синрике». В 1988 году между супругами произошла шумная ссора, после которой Асахара приговорил Томоко к 50 дням лишения света. Все это время Томоко Мацумото провела в полной темноте в наглухо запертой комнате. Чтобы сломить волю жены, Асахара распорядился давать ей наркотики. После окончания 50-дневной пытки жена Асахары стала его самой верной последовательницей, занимавшейся производством видеоматериалов и анимационных фильмов для сектантского агитпропа.

К началу 90-х Асахара попытался было легально войти во власть, однако из этого ничего не получилось. Он бросил огромные средства на парламентские выборы, но все закончилось унизительным провалом. В парламент не прошли ни он, ни его выдвиженцы.

Именно тогда на волне чудовищной обиды гуру решил: греховный мир не понял предоставленного ему шанса и должен умереть. Через подставные фирмы секта закупила тонны ядохимикатов для изготовления отравляющих веществ. Изготовление зарина и нервно-паралитического газа VX шло полным ходом на главной базе «АУМ Синрике», у подножия священной для японцев горы Фудзияма. По стратегическому плану отравляющие вещества предполагалось распылить над Токио, убив сразу несколько десятков тысяч человек. После этого отряды сектантов-смертников должны были захватить правительственные здания и парламент. Асахара особо не задумывался над тем, что делать дальше, — к тому времени он сам убедил себя в том, что конец света близок.

Ощущение наступающего конца света свалилось на японцев 20 марта 1995 года, когда «АУМ Синрике» устроила газовую атаку в токийском метро. По нынешним страшным российским меркам для «катастрофы века» жертв было немного — 11 убитых. Правда, еще около пяти тысяч человек попали в список «отравленных» — у кого просто слезились глаза, а кто-то стал инвалидом на всю жизнь.

Для японцев это было шоком. В свободное время люди стали по большей части сидеть дома, а если и выходили на улицу, то пугливо оглядывались по сторонам и подозрительно всматривались в лица прохожих. Билеты на концерты и обожаемые здешней публикой бейсбольные матчи продавались с невероятным трудом — даже когда выступали звезды, залы и стадионы были пустыми или полупустыми.

Организация атаки в токийской подземке стала главным пунктом среди 13 обвинений, предъявленных Асахаре. К счастью, во время той атаки апостолы Асахары напутали с концентрацией отравляющего вещества. Если бы раствор был погуще, число покойников исчислялось бы тысячами.

Приказано выжить

Сразу после теракта в метро Следственное управление общественной безопасности Японии стало вести дело к тому, чтобы запретить «АУМ Синрике» на основе принятого еще в 1952 году антикоммунистического закона о подрывных организациях. Если бы его тогда привели в действие, то организации Асахары сегодня не существовало бы. Однако крутая мера не прошла. Религиозные организации категорически осудили саму идею «запрета веры и идеологии». Их поддержали оппозиционные партии и влиятельные силы в парламенте, не желающие ссориться с действующими в Японии церквями, которые неожиданно встали на защиту «АУМ». Против запрета организации Асахары выступили даже некоторые влиятельные члены правящей Либерально-демократической партии.

В итоге власти испугались шумных протестов со стороны либералов, коммунистов и правозащитников, грозивших «дойти до ООН». Все ограничилось тюрьмой для прежней верхушки «АУМ» и судебными приговорами о выплате компенсаций ее жертвам. Понеся ощутимые потери, «АУМ» не погибла: если в период расцвета ее численность составляла около 30 тысяч человек, то сейчас их осталось полторы тысячи. Однако руководство секты это не смущает. Оно исходит из известного принципа «воюй не числом, а умением».

Масштабы деятельности «АУМ Синрике» просто изумляют. Молодые и энергичные руководители недобитой организации смиренно выплачивают все компенсации жертвам Асахары — а это 960 миллионов иен. Столь внушительная сумма их нисколько не смущает, поскольку доходы «АУМ» с лихвой покрывают издержки. Только в зоне Токио секта создала около сорока подставных компаний. Молодые японцы не могут выложить две-три тысячи долларов за последние модели компьютеров. Ну, а послушники «АУМ» собирают их из дешевых деталей и продают с неправдоподобными скидками. Как правило, персонал их магазинов и мастерских даже не получает зарплаты. Вот вам и весь нехитрый секрет «АУМ Синрике» как преуспевающего экономического предприятия.

«Дорогой господин Лобов»

История проникновения «АУМ Синрике» в Россию начинается в конце 1991 года. Сегодня уже почти никто не помнит, что одним из первых решений российского руководства стало решение о создании так называемого Российско-японского университета (РЯУ), расположившегося в величественном старинном особняке по адресу Петровка, 14, и с первого дня своего существования оказавшегося под патронатом свердловского друга Ельцина Олега Лобова, ставшего президентом РЯУ. 13 ноября 1991 года Борис Ельцин подписал постановление правительства РСФСР N 2, посвященное проблемам российско-японских отношений, в котором Госкомимущества было поручено разместить РЯУ по вышеуказанному адресу. В постановлении также говорилось, что по условиям материально-бытового обеспечения и медицинского обслуживания сотрудники РЯУ «приравниваются к соответствующим категориям работников органов государственного управления РСФСР».

По замыслу его создателей, РЯУ должен был стать мощным пылесосом, вытягивающим из Японии инвестиции на благо начинавшихся в России рыночных реформ. Здесь же, на Петровке, 14, на площади 221,3 квадратных метра впоследствии расположилось представительство «АУМ Синрике».

Вскоре после создания РЯУ выяснилось, что осторожный японский бизнес в Россию не спешит. И тогда на сцену вышел человек, давший понять, что может совершить чудо и пролить над изможденной десятилетиями коммунизма страной золотой дождь. Этим магом оказался Секо Асахара со своими апостолами в разноцветных пижамах-униформах. Из письма Секо Асахары Олегу Лобову, датированного 24 октября 1992 года: «Дорогой Олег Иванович! Я очень благодарен Вам за ту поддержку, которую Вы и члены руководства японского фонда оказали нам в организации филиала „АУМ Синрике“ в России… Надеюсь увидеть Вас в ближайшем будущем. Искренне Ваш, Секо Асахара».

Асахара сразу внес в лобовский университет около 5 миллионов долларов и энергично стал расширять свое присутствие в охваченной хаосом бывшей сверхдержаве. Непосредственно в России «АУМ Синрике» потратила около 50 миллионов долларов на телевизионную и газетную рекламу, оклейку московского метро броскими плакатами, а также на подношения и покупки. В России с ее любовью к чудесам решили, что это и есть тот самый добрый волшебник.

После того как сектанты вышли на Лобова, бывшего в разные годы вице-премьером, министром экономики, секретарем Совета безопасности, а также председателем экспертного совета при правительстве, а затем при президенте, знакомства на высшем уровне завязывались на удивление легко. Говорят, что «синрикевцы» чуть было не встретились с самим Ельциным, которого в последний момент российская сторона заменила на вице-президента Александра Руцкого. В марте 1992 года Асахара имел беседу с председателем тогдашнего Верховного Совета Русланом Хасбулатовым. Контакты были налажены и с ведущими научными центрами, включая Институт им. Курчатова. Как показало японское следствие, в России сектанты были настолько ошеломлены вседоступностью, что стали всерьез подумывать, а не купить ли им здесь собственную ядерную бомбу.

Имя Олега Лобова впервые официально прозвучало в Токио в связи с делом «АУМ Синрике» 23 апреля 1997 года, когда бывший «шеф разведки» сектантов Есихиро Иноуэ дал показания в суде. Японское информационное агентство «Киодо Цусин», ссылаясь на них, распространило информацию, согласно которой осенью 1993 года Лобов якобы передал «АУМ» технологию производства зарина, получив за это в Париже 10 миллионов иен (около 100 тысяч долларов). На допросе в Генпрокуратуре Лобов категорически отрицал факт получения взятки.

Представший перед судом во второй половине 90-х еще один член высшего руководства «АУМ», главный врач секты Икуо Хаяси, также свидетельствовал, что документация по производству зарина была куплена членами секты в 1993 году. По его словам, члены секты заплатили Олегу Лобову за технологию производства зарина 10 миллионов иен. Таким образом, в показаниях Икуо Хаяси фигурирует та же сумма, что и в показаниях Есихиро Иноуэ.

После этого российские генералы неоднократно отрицали саму возможность «русского следа» в бурной военно-химической деятельности японских религиозных фанатиков. Пытаясь всячески откреститься от «АУМ» после теракта в токийском метро, российские военные ссылались на широкое распространение в мире технологии изготовления зарина. Сам Олег Лобов в одном из интервью не без обиды на «раздутую вокруг этого дела шумиху» прокомментировал свои связи с «АУМ Синрике» так: «Действительно, я встречался с Асахарой. Но правительство Японии, их спецслужбы должны были предупредить меня, если уж он такой нехороший человек». В общем, во всем виноваты оказались японские власти.

К показаниям видных сектантов не проявила интереса и ФСБ. Тогда ее представители отметили, что японская система следствия — многодневные беспрерывные допросы — направлена на то, чтобы заставить подозреваемого сознаться в том, что было и чего не было. Кроме того, ФСБ, судя по всему, сочла убедительным объяснение российских экспертов, что зарин может сегодня сделать каждый студент-химик четвертого курса.

Однако на это японская сторона возражала: в самом деле, существует более 100 способов синтеза этого отравляющего вещества. Однако только в бывшем СССР и в тайных лабораториях Асахары его почему-то делали одним и тем же способом.

Кумир российской прессы

Бурная деятельность «АУМ Синрике» в России поначалу разворачивалась на крайне благоприятном для нее информационно-пропагандистском фоне, созданном для Секо Асахары и его последователей ничего не подозревавшими ведущими российскими СМИ. Безусловно, сказались и немалые вложения секты в рекламную кампанию. В итоге блеющий пророк стал регулярно появляться на третьем канале российского телевидения со своими «медитативными молитвами». Центральные газеты заполонили материалы, авторы которых взахлеб рассказывали о новом чудесном способе достичь гармонии с окружающим миром.

Так, в статье «АУМ Синрике» — дорога к счастью", опубликованной в одной популярной газете, автор описывал посещение открывшегося центра «АУМ Синрике» на Звездном бульваре, в двух шагах от ВДНХ, в следующих выражениях: «Если сравнивать с обычно угрюмыми лицами наших сограждан, то можно сказать, что в „АУМ“ я встретила счастливых людей». В статье приводились «многочисленнные примеры чудесного исцеления россиян» от депрессии, наркозависимости, «многочисленных телесных недугов». Когда же автор начинал говорить о сомневающихся в секте, его тон становился агрессивным:

«Несмотря на такой многочисленный положительный опыт, находятся определенные группы, у которых появление новой религиозной организации вызывает реакцию отторжения. Некоторые родители, не разобравшись в сути ее деятельности, всячески препятствуют своим детям посещать занятия в «АУМ». Мне, честно говоря, было грустно слушать рассказ 26-летнего молодого человека о том, что родители доставили его силой в психиатрическую больницу, пытаясь доказать, что он ненормален, и обвинить в этом «АУМ"…» В конце статьи давались телефоны «АУМ Синрике».

Другая популярная газета в публикации «Как спасти бессмертную душу?» со всей силой обрушивалась на «Комитет по спасению молодежи от тоталитарных сект», который в ту пору отчаянно и безуспешно пытался воспрепятствовать проникновению «АУМ» в Россию. «Все обвинения в адрес этой организации грубо сфальсифицированы», — утверждалось в статье. О самом же Асахаре и его вкладе в возрождение России говорилось следующее: «Частый гость в российской столице и сам учитель Асахара. Его неоднократные выступления с лекциями во многих вузах Москвы, встречи с учеными и общественными деятелями, широкая благотворительная деятельность, серьезные научные исследования и разработки, вызванные стремлением объяснить явления духовного мира, — все это вызывает растущий интерес к деятельности «АУМ» и позволяет назвать Асахару религиозным лидером нового типа».

в 1995 году в США проходили допросы одного из лидеров секты Юмико Хираоки (за ширмой) в связи с его причастностью к газовой атаке в метро.
АР

Где сегодня все эти журналисты, ученые, общественные деятели, вместе с российскими политиками сформировавшие легион Секо Асахары в России, или, точнее, его группу захвата, позволявшую «АУМ Синрике» завлекать в свои сети неискушенных людей? Разбежались, легли на дно, рассчитывая, что сегодня уже никто не вспомнит о том, что они говорили и делали.

Между тем, как стало известно позднее, в центре на Звездном бульваре, который так трогательно описывали СМИ, происходили страшные вещи. В этом центре «АУМ» испытывала на российских верующих отравляющие газы, впоследствии пущенные в токийской подземке. В руках японских следственных органов оказался так называемый «дневник наблюдений за ядовитыми газами», который с января по март 1995 года аккуратно велся в российском отделении «АУМ». В этом журнале фиксировались случаи «загадочных выбросов» отравляющих веществ в опорных пунктах секты в Москве. Обратите внимание на совпадение дат: «дневник наблюдений» заполнялся вплоть до марта 1995 года, когда в Токио произошла та самая зариновая атака. А затем записи в дневнике обрываются…

Следствие закончено, забудьте

17 апреля 1994 года в подмосковном лесу близ железнодорожной станции Партизанская (Можайский район) в 100 метрах от Минского шоссе был найден повешенным пропавший за несколько дней до этого 35-летний Владимир Немчинов, который в российском отделении «АУМ» числился монахом и имел номер РОО7 200. За два месяца до своей загадочной смерти Немчинов неожиданно решил уйти из секты и прервал все отношения со своими японскими наставниками. 1 апреля, за две с половиной недели до гибели, он жаловался другу, что за ним следят и его хотят ликвидировать. 10 апреля к Владимиру домой приходил «психолог» из секты, назвавшийся Сергеем Николаевичем. Обо всем этом впоследствии рассказала мать Владимира Немчинова. Уже после того, как Немчинов исчез, Сергей Николаевич позвонил матери, еще не знавшей о смерти сына, и сказал: «У вас осталась только внучка. Позаботьтесь о ней».

Как Владимир Немчинов оказался в подмосковном лесу, навсегда останется тайной, хотя в том, что к его смерти приложила руку «АУМ», вряд ли стоит сомневаться. Все тот же почерк. Все то же «поа"…

Вообще с деятельностью «АУМ Синрике» в России, как и с деятельностью ее дочерней структуры — Российско-японского университета, связано много темных историй. Отыскать их концы сегодня практически невозможно. 26 марта 1995 года, то есть всего через шесть дней после теракта в токийском метро, на Петровке, 14, при загадочных обстоятельствах вспыхнул пожар. Больше всего почему-то пострадали именно те комнаты, где находились документы, связанные с деятельностью «АУМ Синрике» и РЯУ в России. В огне сгорели ценные документальные свидетельства, без которых начавшемуся позднее в России следствию было суждено захлебнуться.

Уголовное дело в отношении «АУМ Синрике» в России было возбуждено в 1996 году и расследовалось Генеральной прокуратурой. 21 февраля следователь Валерий Николаев вынес постановление о прекращении расследования… ввиду изменения обстановки. Следователь посчитал, что три члена московского филиала «АУМ» — граждане Японии Тосясу Оути, Ре Андо и Кэйдзи Танимура, обвинявшиеся по статье «Организация объединений, посягающих на личность и права граждан», — больше не представляют никакой опасности для России. Они тут же покинули нашу страну. Позднее, правда, выяснилось, что Оути обвиняется японской полицией в убийстве.

В апреле 1997 года в связи со скандалом, разгоревшимся вокруг Олега Лобова, по указанию тогдашнего Генпрокурора Юрия Скуратова Генпрокуратура вновь заинтересовалась «АУМ Синрике». Некоторое время деятельностью секты в России занимался старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Борис Уваров, также известный тем, что вел «дело Листьева». Тогда Борис Уваров пригласил в Генпрокуратуру для дачи показаний Олега Лобова, Руслана Хасбулатова и Александра Руцкого. Однако расследование вновь захлебнулось. В российской прессе появились сообщения, что по вине японской стороны. Дескать, российская Генпрокуратура направила в Японию несколько запросов, желая допросить арестованных руководителей секты, в том числе и Асахару. Однако японские следственные органы на запрос российских коллег тогда вроде как не ответили.

Наконец, в связи с «АУМ Синрике» можно вспомнить еще одно судебное решение, принятое в Москве. В 1995 году Останкинский межмуниципальный суд Москвы присудил взыскать со столичного филиала «АУМ» 20 миллиардов тогдашних рублей в пользу 26 российских граждан, пострадавших от деятельности секты. Среди них — бывшие российские члены «АУМ», нуждающиеся в психологической реабилитации, семьи, лишившиеся кормильца, лица, пожертвовавшие секте свое имущество, родители, чьи дети покончили жизнь самоубийством. Однако решение суда так и не было выполнено. Российские жертвы «АУМ» не получили ничего.

Вертолет для Асахары

«Вы можете вволю насладиться стрельбой боевыми патронами на российской военной базе, окутанной тайной. Специальная программа обучения в спецназе и стрельба боевыми патронами. В течение 10 дней будете находиться среди бойцов спецназа. В стрельбах, которые будут проводиться… на российской военной базе под Москвой, будет использовано самое различное стрелковое оружие: АК-47, АКС-74, РПД, СВД Драгунова, РПГ-7».

Это цитата из листовки, которую в 1995 году «АУМ Синрике» распространяла в японских университетах, предлагая своим адептам пройти курс военной подготовки в России. Позднее заместитель генерального директора Российско-японского университета Александр Муравьев, подполковник КГБ СССР в отставке, уволенный из органов в 1991 году, направил в адрес командования Московского военного округа письмо, в котором, ссылаясь на указание министра обороны, просил организовать показательные стрельбы для группы японских «бизнесменов». Ими оказались боевики из ближайшего окружения Асахары. (Впоследствии профессиональный контрразведчик оправдывался, что ни сном ни духом не знал, с кем имеет дело.)

В декабре 2001 года во Владивостоке состоялся суд над российскими членами секты, планировавшими взрывы в японских городах ради освобождения Асахары
АР

Между тем все предпринимавшиеся в России попытки разобраться в том, чем же занималась здесь «АУМ Синрике» на протяжении 90-х, свелись к нескольким журналистским расследованиям, авторы которых сталкивались с одними и теми же препятствиями и приходили к одному и тому же выводу — по какой-то причине российские правоохранительные органы и спецслужбы ничего не обнаруживали и неизменно спускали расследование на тормозах.

Независимые расследования деятельности «АУМ» проводились не только в России, но и в Японии. Такое расследование, в частности, в конце 90-х годов провела группа японских парламентариев во главе с депутатом Коки Исии, которая заинтересовалась еще одной загадочной историей, связавшей «АУМ Синрике» с Россией. Речь идет о вертолете Ми-17, который каким-то непостижимым образом был доставлен к подножию Фудзиямы, где, напомним, находилась штаб-квартира «АУМ Синрике». В ходе расследования удалось выяснить, что приобрести вертолет людям Асахары помог некий «высокопоставленный деятель» из бывшего Верховного Совета России. Вертолет, по некоторым данным, вывезли из Казани в Азербайджан, где была оформлена сделка купли-продажи, после чего его доставили вначале в Австрию, а затем в Голландию, где в порту Роттердама погрузили на судно и морем привезли в Японию.

Одновременно в Москве в одном из аэроклубов два члена «АУМ Синрике» прошли курс управления Ми-17. По данным Исии, за вертолет было заплачено более 700 тысяч долларов, включая солидные комиссионные вышеупомянутому деятелю Верховного Совета. Зачем Асахаре понадобился вертолет, остается загадкой. По одной из версий — для распыления отравляющих веществ, которое могло стать для японцев очередным напоминанием от Учителя о скором конце света. После ареста Асахары вертолет долгое время сиротливо стоял без дела, привлекая мальчишек из соседней деревни, которые свинтили с него все, что могли, пришел в негодность, после чего, как говорят, его приобрела на запчасти некая российская фирма.

Как уже говорилось, всего секта потратила в России свыше 50 миллионов долларов. По данным японских следственных органов, часть этих денег может до сих пор храниться на явках «АУМ Синрике» в Москве. Например, в квартире, где, как утверждают, живет женщина, носящая почетное звание последней любовницы преподобного Учителя.

Сегодня «АУМ Синрике» в России, как и в Японии, легла на дно. По некоторым оценкам, в России до сих пор сохраняется около 300 сектантов, которые по-прежнему собираются на конспиративных квартирах и в других укромных местах. Японцы утверждают, что по крайней мере до конца 90-х в одной из деревень под Москвой находился центр сторонников «АУМ Синрике» — «Белый лотос». Есть информация, что сектанты действуют и на Украине, используя для явок монастырь приверженцев нестандартных восточных культов на улице Луговой в Киеве.

В заключение хочется напомнить, что ни один из одиннадцати сектантов, приговоренных к смерти, так и не был казнен. Вполне возможно, что каким-то чудесным способом избежит виселицы и гуру. А вдруг он однажды все расскажет? Роттердама погрузили на судно и морем привезли в Японию.

Одновременно в Москве в одном из аэроклубов два члена «АУМ Синрике» прошли курс управления Ми-17. По данным Исии, за вертолет было заплачено более 700 тысяч долларов, включая солидные комиссионные вышеупомянутому деятелю Верховного Совета. Зачем Асахаре понадобился вертолет, остается загадкой. По одной из версий — для распыления отравляющих веществ, которое могло стать для японцев очередным напоминанием от Учителя о скором конце света. После ареста Асахары вертолет долгое время сиротливо стоял без дела, привлекая мальчишек из соседней деревни, которые свинтили с него все, что могли, пришел в негодность, после чего, как говорят, его приобрела на запчасти некая российская фирма.

Как уже говорилось, всего секта потратила в России свыше 50 миллионов долларов. По данным японских следственных органов, часть этих денег может до сих пор храниться на явках «АУМ Синрике» в Москве. Например, в квартире, где, как утверждают, живет женщина, носящая почетное звание последней любовницы преподобного Учителя.

Сегодня «АУМ Синрике» в России, как и в Японии, легла на дно. По некоторым оценкам, в России до сих пор сохраняется около 300 сектантов, которые по-прежнему собираются на конспиративных квартирах и в других укромных местах. Японцы утверждают, что по крайней мере до конца 90-х в одной из деревень под Москвой находился центр сторонников «АУМ Синрике» — «Белый лотос». Есть информация, что сектанты действуют и на Украине, используя для явок монастырь приверженцев нестандартных восточных культов на улице Луговой в Киеве.
В заключение хочется напомнить, что ни один из одиннадцати сектантов, приговоренных к смерти, так и не был казнен. Вполне возможно, что каким-то чудесным способом избежит виселицы и гуру. А вдруг он однажды все расскажет?


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru