Русская линия
НГ-РелигииПротоиерей Димитрий Григорьев07.04.2004 

Нет причин оставаться в расколе
Обвинения в «сергианстве» и «экуменизме» несправедливы

Нельзя не приветствовать начало переговоров и появившуюся возможность установления нормальных отношений Русской Зарубежной Церкви с Русской Церковью-Матерью. Церковный раскол всегда трагичен, всегда ранит сердца верующих людей.

Казалось бы, причин продолжать раскол теперь не осталось. Ведь он возник в результате братоубийственной войны и потери родины многими ее гражданами.

Сразу после падения богоборческой власти Святейший Патриарх Алексий II призвал Зарубежную Церковь к единению. Слава Богу, движение к сближению Церквей началось. Но непонятно, почему у некоторых оно вызывает такие затруднения. Почему продолжаются обвинения многострадальной Русской Церкви в «сергианстве» и «экуменизме»? Если вникнуть в суть этих обвинений, они окажутся весьма несправедливыми.

Попытки Церкви выжить в условиях советской власти правильнее было бы назвать не «сергианством», а «тихонианством». Ведь митрополит Сергий (Страгородский) не начал, а продолжил путь, начатый Святейшим Патриархом Тихоном, который, думая только о сохранении Церкви, пошел на контакт с воинствующей богоборческой властью.

Патриарх Тихон поначалу громогласно осуждал и анафематствовал советскую власть, но впоследствии он пришел к убеждению, что это лишь усугубит и без того бедственное положение верующих: «Вознося молитвы наши о ниспослании благословения Божия на труд народов, объединивших силы свои во имя общего блага, мы призываем всех возлюбленных чад Богохранимой Церкви Российской в сие ответственное время строительства общего благосостояния народа слиться с нами в горячей молитве ко Всевышнему о ниспослании помощи рабоче-крестьянской власти в ее трудах для общенародного блага. Призываем и церковно-приходские общины и особенно их исполнительные органы не допускать никаких поползновений неблагонамеренных людей в сторону антиправительственной деятельности, не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что советская власть — действительно народная рабоче-крестьянская власть, а потому прочная и непоколебимая».

«С глубокой скорбью мы должны отметить, — писал святитель, — что некоторые из сынов России, и даже архипастыри и пастыри, по разным причинам покинули Родину, занялись за границей деятельностью, к коей они не призваны, и во всяком случае вредной для нашей Церкви. Пользуясь нашим именем, нашим авторитетом церковным, они создают там вредную и контрреволюционную деятельность. Мы решительно заявляем: они чужды нам, мы осуждаем их вредную деятельность. Они вольны в своих убеждениях, но они в самочинном порядке и вопреки канонам нашей Церкви действуют от нашего имени и от имени Святой Церкви, прикрываясь заботами о ее благе. Не благо принес Церкви и народу так называемый Карловацкий Собор, осуждение коего мы снова подтверждаем». (Акты святейшего Патриарха Тихона и позднейшие документы, 1917−1943 гг. — Москва, 1994).

Некоторые пошли в катакомбы. Но ведь просуществовать в катакомбах как Церковь, смогло лишь ничтожное число духовенства и верующих. Советские спецслужбы были значительно эффективнее и технически оснащеннее, чем их «коллеги» времен римских цезарей. И только некоторые, как, например, святой страстотерпец Тихон и последовавшие за ним «сергиане», жертвуя своими убеждениями и репутацией в глазах тех, кто оказался вдали и на свободе, или тех, кто был пленен, пытались сохранить структуру Церкви.

Известное послание митрополита Сергия (Страгородского) 1927 г. истолковано было не совсем правильно. Особенно возмутила зарубежных церковных деятелей фраза: «Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой — наши радости и успехи, а неудачи — наши неудачи». Но ведь в ней «радости и успехи» относятся к родине, а не к Советскому Союзу.

А вот что сказал покойный епископ Василий (Родзянко) по радио в серии бесед «Русская Церковь в XX веке»: «В 1927 году митрополит Антоний (Храповицкий) написал скорбную статью, где говорил о своем ученике и друге Сергии с явно проступавшими слезами. Он уговаривал его не идти путем, которым пошел, а «принять венец мученический». Много позже, когда политические страсти разнуздались, Антоний писал в частном письме: «А у меня образ Сергия никак из сердца не выходит».

Теперь об «экуменизме». В «Архипастырском послании» — итоговом документе Епархиального Собрания РПЦЗ, состоявшегося в Нью-Йорке 27−29 мая 1962 г. находим такие строки: «Современный мир вместо истинной Христовой спасающей Церкви желает насадить на земле ложную Церковь… Так называемое «экуменическое движение» пошло по фантастическому и неосуществимому пути создания «земного» царства Христова… Не могут иметь никакого оправдания и заслуживают сурового осуждения так называемые «православные экуменисты», которые для одного сотрудничества с мировым экуменизмом искажают учение о Церкви Христовой и приспосабливают его к требованиям современной моды».

Но ведь это обвинение не соответствует истине. Экуменическое движение и Всемирный Совет Церквей (ВСЦ) не ставят своей целью создание «сверх-Церкви». Православные вполне отдают себе отчет в том, что с ВСЦ, в котором количественно преобладают различные протестантские деноминации, у них часто нет желаемого взаимопонимания. На экуменических встречах православные участники стараются знакомить мир с православием. При этом ни на какие компромиссы в отношении веры православные не идут и в совместных богослужениях не участвуют. А в чтении молитвы в начале или в конце собрания всеми его участниками ничего предосудительного и греховного нет.

Если бы Господь и его ученики не шли на контакт с мытарями и фарисеями, с самарянами и римлянами, не было бы Церкви. Господь сказал своим ученикам: «Идите, научите все народы…» Это значит: не ждите, когда люди придут к вам, а идите к ним сами.

Об авторе: Протоиерей Дмитрий Григорьев — почетный настоятель Вашингтонского Свято-Николаевского кафедрального собора Православной Церкви в Америке


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru