Русская линия
Газета Дона Оксана Ливицкая03.03.2004 

Чудеса батюшки Сергия

«Он чудотворец, — рассказывают про отца Сергия (в миру — Сергей Маштанов) новочеркасцы. — Он исцеляет от бесплодия, он практически без денег построил храм». «Это не я действую, это благодать божия», — объясняет чудеса отец Сергий.

Детский врач

Странное дело, но в храм Донской иконы Божьей Матери, что на Хотунке почему-то тянет детей и молодежь.

— Раньше родители приводили детей в церковь, а теперь дети — родителей, — улыбается отец Сергий.

При храме функционирует воскресная школа, где занимается до сорока детишек. Собирается и молодежь от восемнадцати и старше. Одних послушников в алтаре у отца Сергия человек десять.

— Просто он способен на чудеса, — сказали мне про отца Сергия местные жители.

Одним чудом новочеркасцы называют исцеление от бесплодия хозяйки магазина «Дорожный», что находится неподалеку от храма. Женщина не могла родить ребенка от любимого мужа. К отцу Сергию пришла просто так, честно признавшись, что неверующая и ни на что особо не надеется. Батюшка исповедал ее, потом женщина рассказывала, как у нее полегчало на душе. А через месяц она забеременела и потом родила чудесную дочку.

Недавно к отцу Сергию обратилась за помощью супружеская пара. Их новорожденный младенец в тяжелейшем состоянии находился в реанимационном отделении Ростовского института акушерства и педиатрии. У малыша были серьезные проблемы с сердцем, и врачи не давали практически никаких шансов на то, что он выживет.

— Они попросили, чтобы я крестил ребенка, — рассказывает отец Сергий. — Приехали в институт, врачи не стали нам препятствовать. Малыш лежал, весь окутанный трубками и проводами. Как только я начал обряд, все (а в палате интенсивной терапии находились и врачи, и родители мальчика) заметили, глядя на экран компьютера, как сильнее забилось сердце ребенка.

А вскоре малыш пошел на поправку, и уже через месяц счастливые родители принесли его для восполнения обряда крещения (мальчиков ведь нужно заносить в алтарь).

— Это не я действую, это благодать божия, — объясняет все чудесные явления отец Сергий.

Храм на Хотунке

Хотунок считается самым неблагополучным в городе. Здесь почти в открытую торгуют наркотиками, много «испорченной» молодежи. В 1989 году местные казаки выпросили небольшое здание, где был опорный пункт милиции, под часовенку. В часовне потом сменилось два настоятеля, но как-то никто не приживался. Вплоть до 1994 года, пока сюда не был назначен настоятелем отец Сергий.

— Помещение было настолько маленьким, что могло вместить лишь человек 20−30, — рассказывает отец Сергий. — По большим праздникам здесь от недостатка кислорода даже гасли свечи.

Отец Сергий решил строить храм. Казаки привезли тогдашнего владыку Владимира в часовню и попросили: «Благослови, владыка, на строительство храма». Он благословил.
Место под храм нашлось неподалеку, в трехстах метрах от часовни — на пустыре, формально принадлежащем городским киносетям, но давно уже этими сетями брошенном. Местные предприниматели пытались купить эту землю. Одному, решившему построить здесь увеселительное заведение, даже удалось оформить все необходимые документы. А потом что-то у него все равно не получилось.

— Господь хранил это место под храм, — говорят сейчас новочеркасцы.

Первый камень под храм заложили в 1995 году. Здание должно было быть деревянным, так как близко подходящие к земле грунтовые воды не позволили бы долго выстоять более тяжелой конструкции.

Епархия почти не помогала в строительстве храма. В то время возрождали Старочеркасский мужской и Ростовский женский монастыри, и все деньги ушли на них. Тогдашний мэр Новочеркасска выделил на строительство 80 тысяч рублей. И все. Как вы понимаете, для такой стройки — капля в море. Все остальное — это добровольные пожертвования прихожан и организаций, в большинстве своем пожелавших остаться неизвестными.

В апреле прошлого года архитектуру храма Донской иконы Божией Матери пришлось немного подкорректировать. Ночью 20 апреля, как раз на день рождения Гитлера, в центральный купол храма выстрелили из ракетницы. Сторож заметил, как подъехала машина, из нее выстрелили, потом она быстро уехала.

— Это дело рук сатанистов, — считает настоятель храма отец Сергий. — Хорошо, что дерево успели обработать противопожарным составом, — иначе не избежать бы настоящей трагедии. Но для пущей безопасности наружные стены все-таки решено было обложить кирпичом.

Сейчас храм Донской иконы Божией Матери уже работает, хотя строительство еще далеко не завершено. Все упирается в деньги.

Братья-священники

— У нас была обычная советская семья, — рассказывает отец Сергий, настоятель храма Донской иконы Божией Матери в Новочеркасске. — Мама работала на швейной фабрике, отец — в местном стройтресте.

Валентин Александрович Маштанов, глава семьи, — ветеран Великой Отечественной, инвалид второй группы. У него две медали «За отвагу» и орден Красной Звезды.

— Когда он уходил на фронт, мама повесила ему на шею медный крестик, с которым он прошел всю войну, — продолжает отец Сергий. — Папе уже семьдесят пять, но он до сих пор не расстается с этим крестиком, хотя и истерся он уже весь, превратился в тоненькую пластинку.

После войны Маштанов-старший стал уверенно продвигаться по, так сказать, производственной линии. Потом вступил в партию, стал занимать руководящие должности. Благодаря его авторитету и высокому профессионализму (Маштанов-старший был знатным строителем), партийные деятели прощали ему то, что жена его верует в бога, ходит в церковь и даже поет в церковном хоре.

— Папа часто ездил в командировки, — вспоминает настоятель храма Донской иконы Божией Матери, — а мама водила меня и троих моих братьев в церковь. В храме было интересно. Эхо, иконы, красивое пение. Да еще на ночь мама читала нам «Житие святых». Мы быстро успокаивались и засыпали.

Отец сильно ругался, когда узнавал, что жена и дети опять были в церкви. Тем более что возле храмов особенно в дни больших религиозных праздников дежурили комсомольцы и не пускали в церковь.

— Мы или старались приходить намного раньше, или мама придумывала какую-нибудь причину, чтобы попасть в храм. К примеру, однажды сказала, что забыла внутри ключи, — рассказывает старший сын.

По словам отца Сергия, они с братьями росли самыми обыкновенными мальчишками. Стреляли из рогаток, баловались на уроках в школе. И дневники их так же, как и у других пацанов, пестрели грозными замечаниями.

У каждого были свой характер и разные способности. Объединяло их, по словам старшего брата, только то, что они все были честными, добрыми и порядочными людьми.

Старший, Сергей Маштанов, после школы поступил в Новочеркасский политехнический институт. Хотел стать горным инженером. Параллельно ходил в Константино-Еленинский храм, пономарил. Зачем ему это надо было? Об этом не принято спрашивать. Если у человека есть тяга к Богу, он идет к нему.

Первым из братьев был рукоположен Сергей. Сначала, в 1989 году, в дьяконы, потом в священники. На тот момент у отца Сергия уже была жена Людмила — девушка из порядочной, верующей семьи. Будущих супругов познакомили родители.

Все у них складывалось удачно. Вот только одна беда — не было деток. Шестнадцать лет батюшка Сергий и матушка Людмила не могли обзавестись потомством. Но супруги не теряли надежды, ездили по монастырям, особенно часто — в Сергиев Посад, в Троице-Сергиеву лавру, где хранятся мощи преподобного Сергия Радонежского. И вот в июне 2002 года у них родился мальчик. Назвали его Сергеем, в честь Сергия Радонежского. В это время как раз в самом разгаре было строительство храма Донской иконы Божией матери под руководством отца Сергия.

На вопрос, кем бы хотел видеть настоятель храма своего собственного сына, он ответил, что, конечно же, как и любому отцу, ему хочется, чтобы мальчик пошел по его стопам. Но на все воля Божия — главное, чтобы ребенок стал человеком с большой буквы.

Второй сын Маштановых, Василий, до принятия сана работал на шахте в Украине. Также успел жениться до своего рукоположения, имел двух дочерей. Сейчас Василий — священник и одновременно благочинный (главный над всеми священниками) в Тацинском районе. У него в жизни случилась большая беда. Во цвете лет умерла его матушка, и теперь Василию нужно поднимать в одиночку двух дочерей. Жениться еще раз, по обету, им данному, он не имеет права.

Евгений Маштанов — самый музыкально одаренный из всех братьев. После школы поступил в Московское военно-музыкальное училище. Играл на тромбоне. Потом поступил в консерваторию им. Чайковского. Казалось бы, удача сопутствует ему во всем. Но не лежало у него, вероятно, сердце к этому делу.

Сегодня Евгений — приходской священник в Белой Калитве и отец шестерых детей. Он, как и другие братья, успел жениться до вступления в сан.

Младший, Александр (между всеми братьями Маштановыми разница в возрасте два года), как и Сергей, пошел учиться в Новочеркасский политехнический. После окончания работал на заводе «Магнит». Одновременно был у отца Сергия послушником в алтаре.

— Я пригласил его к себе, когда понял, что у него так же, как и у всех нас, лежит душа к этому делу, — говорит отец Сергий. — Александр потом женился, поступил в Московскую семинарию. Сейчас он священник в станице Багаевской. Также построил храм на средства прихожан.

К сожалению, братья сейчас видятся очень редко. У каждого полно забот, проблем и практически нет свободного времени.

Сейчас сердце священника болит за храм. Его нужно достроить. Но новочеркасская администрация только во время предвыборных кампаний вспоминает о церкви и дает обещания, которые потом не выполняет. Ну что говорить? Хозяева своего слова. Сами дали, сами забрали.
«Газета Дона» (Ростов-на-Дону), 9(273) от 03−03−2004


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru