Русская линия
Труд Н. Седов19.02.2004 

Сашкин крест
Только чудом удалось спасти ребенка, над которым издевалась родная мать

От привычных дел на подворье Наталью АлександровнуКалайда отвлек детский плач. Такой жалобный, обреченный, что, как она говорила потом, аж сердце в груди стыло. Прислушалась — и, бросив все, побежала к соседнему дому.

От того, что увидела там, в глазах потемнело: на сетчатом заборчике в глубине двора висел мальчонка, облепленный мухами. Посиневшие руки его были прихвачены к оградке ржавой проволокой. Сердобольная женщина, царапая пальцы, начала снимать путы с запястий мальца, приговаривая:

— Это ж кто тебя распял, как на кресте?

— Мама, — сквозь слезы выдавил обессилевший мальчуган.

Разгневанная Александровна нашла мамашу у соседей. Там стоял дым коромыслом…

Происшедшее в станице Новолабинской буквально переворачивает душу. На что крепкие нервы у работников прокуратуры, но даже они не могли скрыть чувств, рассказывая об этом судебном деле, взбудоражившем весь Усть-Лабинский район.

— Это просто не укладывается в голове, — говорил зам. районного прокурора Алексей Щучкин, — чтобы мать, родившая троих детей, так измывалась над ними. Это не «просто» садизм. Это неизвестно откуда взявшееся убеждение: мои дети — что хочу, то с ними и делаю.

Из протокола допроса Жуковой Надежды Иннокентьевны, 1975 года рождения, гражданки РФ, окончившей 8 классов, временно не работающей:

«Воспитанием детей я не занималась, так как не было желания… Я осознавала, что причиняю сыну сильную боль, но я по-другому не могу воспитывать ребенка».

Последнее — это о Сашке, которого соседка Александровна сняла с забора, как с креста. Он не знал и не мог знать, что у него есть сестренка и братишка. В апреле 2002 года Надежда Жукова родила дочь, которую они вместе с сожителем нарекли Галиной. Но очередной семейный роман длился недолго — гражданский муж исчез. Мама запила горькую, ее лишили родительских прав, и маленькая дочка очутилась в детском доме Армавира.

Как звать его младшего брата, Сашка, видимо, вообще никогда не узнает. Родив его в марте прошлого года уже от нового «мужа», мама «в связи с тяжелым материальным положением» оставила малыша в роддоме. Но это не улучшило, а, наоборот, ухудшило положение самого Сашки.

Жуковский сосед Владимир Грунский, проработавший в местном колхозе комбайнером 46 лет, рассказывал:

— Малец всегда был голодный. Грязный, голопузый, вечно что-то искал на земле. Найдет — и в рот. Смотрит на тебя и жалобно так: «Деда, ням-ням…»

Из протокола допроса Н. Жуковой:

«Кормила я его, только когда были деньги с шабашек. А когда он канючил, я его била, несколько раз сажала в подвал — ни воды, ни пищи не давала…»

Говорят, Чехов плакал, когда писал о своем Ваньке Жукове — знаменитом страдальце русской литературной классики. Сашка Жуков мог бы сказать: «Мне бы твои заботы, Ваня…»

Станичный Маугли, предоставленный самому себе, обживал свои «джунгли». Чаще всего пасся под вишнями и под алычой, что стоит во дворе. Падавшие с веток ягоды были его лакомством. А когда их не было, голодный пацан не гнушался и куриного помета — это не раз видели соседи. А однажды они стали свидетелями жуткой картины. Пьяная Жукова, рассердившись за что-то на сына, с силой ударила его головой о ствол алычи. Потом еще раз, еще… Еле отняли соседи. Шрамы остались на голове у Санька, наверное, на всю жизнь. А в душе?

Уж не знаю почему, но лучшего друга для себя малыш выбрал не среди людей. В конуре на подворье жила собака Ирка со щенками. Вот к ней и притулился белоголовый мальчонка, чувствуя всем своим существом, что та не обидит, не прогонит. Как рассказывали соседи, когда в миске собаки что-то изредка появлялось, малыш тоже пользовался этими благами вместе со щенками. Собачья мать на него даже не ворчала. А вот его кровная «мамаша» решила воспользоваться этой привязанностью сына и однажды, отправляясь на очередную пьянку, изуверски посадила на собачью цепь.

Та же Наталья Александровна Калайда рассказывала:

— Я своими глазами видела, как ребенок сидел в собачьей будке и ел из той же миски, что и щенки.

Из протокола допроса Н. Жуковой:

«…Я посадила его на собачью цепь, привязав за шею, чтобы он нигде не бегал».

Скорее всего, малыш принимал это за игру, даже улыбался. Вся беда в том, что мать — не играла. Она сама была посажена на цепь дикарских представлений о методах воспитания…

— Самое страшное — это безучастие к происходившему окружающих, — сказал зам. прокурора Усть-Лабинского района Алексей Щучкин. — Ведь продолжалось это не день, не два — годы. Молчали. И только когда ситуация накалилась до предела, постучались в администрацию.

Сама Надежда на суде не плакала. С каким-то преувеличенным вниманием вслушивалась она в вопросы, механически давала ответы. Подтвердила и цепь, и собачью будку, и распятие сына на металлическом заборе… А в итоге «распяла» себя саму, лишившись родительских прав на троих детей.

Гражданка Жукова обвинена решением Усть-Лабинского районного суда по двум статьям Уголовного кодекса РФ: 117, ч. 2, п. «г» — «Причинение физических и психических страданий путем систематического нанесения побоев и иных насильственных действий в отношении несовершеннолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии»; 156 — «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем, соединенное с жестоким обращением с несовершеннолетним».

Назначенные судом пять лет лишения свободы когда-нибудь пройдут. Одиночество, на которое она обрекла себя, бросив детей, — не кончится.

P. S.

Когда уже была поставлена точка в этом грустном повествовании, мне позвонили из Усть-Лабинского районного управления народного образования. Ведущий специалист Ольга Гребенюкова обрадованно сказала: «У Сашеньки Жукова, кажется, наметилась светлая полоса в жизни. Малыша взяла под опеку хорошая женщина, которая со временем хочет его усыновить. Сашин брат уже усыновлен — попал в добрую, дружную семью».

Усть-Лабинский район Краснодарского края


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru