Русская линия
Гражданский клуб Борис Фаликов17.02.2004 

Кришна с нами
Realpolitik способствует религиозной терпимости

В конце прошлого года в столице разыгрался скандал. Мэрия решила выделить участок земли неподалеку от Ходынского поля под строительство кришнаитского храма взамен старого, подлежащего сносу. Общественная организация «Союз православных граждан», известная своей борьбой с глобализацией и иноверием, вознегодовала: негоже возводить «языческое капище» посреди Москвы. Союз поддержала межфракционная группа думцев-защитников традиционных ценностей, заподозрившая «наличие у сектантов громадных денежных средств». Дело запахло раскрытием очередного международного заговора. Мэрия заколебалась. «Эхо Москвы» провело блиц-опрос: разрешать кришнаитам строить храм или нет? Большинство москвичей, проявив душевную широту, высказались «за». Москва, мол, город многонациональный, пусть и у индусов будет свой храм. Кто такие кришнаиты, они явно не понимали.

Индусы-агенты ЦРУ

Один из толков индуизма, бенгальский кришнаизм, возник в начале 16-го века. В конце 19-го он претерпел реформу, а во второй половине 20-го, благодаря усилиям Бхактиведанты Свами Прабхупады (1896−1977) распространился за пределы Индии. Созданная им организация Международное общество сознания Кришны (МОСК) прославилась обращением в индуизм западной молодежи. В самой Индии идея превращения индуизма в мировую религию и выхода его за пределы страны вначале натолкнулась на сопротивление. Кастовое общество тяготеет к самоизоляции и сторонится чужаков. Традиционные брахманы (индусская жреческая каста) инициативу категорически не поддержали. Они утверждали, что миссионеры искажают сущность индуизма, нарушая многочисленные ритуальные запреты, и не признавали саму возможность обращения в индуизм иностранцев, рожденных вне кастовой системы.

Москву Бхактиведанта посетил впервые примерно тридцать лет назад, от него и получили посвящение первые российские кришнаиты. Вначале их как будто не замечали, потом заподозрили в связях с ЦРУ и отправили на перековку в пермские лагеря. В конце 80-х на волне религиозной свободы им удалось зарегистрировать свою организацию, ее отделения появились во многих городах России. Москвичи помнят первые кришнаитские киртаны (ритуальные танцы и песнопения) на Арбате и Красной площади. Но свобода длилась недолго. Архиерейский Собор РПЦ 1994 года, озабоченный наплывом в страну иностранных миссионеров, создал любопытный богословский казус, отлучив кришнаитов от православия. С таким же успехом можно было отлучить от него буддистов и мусульман.

Танец белых слонов

Инициаторы «отлучения», солидаризировавшись с брахманами, объясняли его тем, что никакие кришнаиты не индусы, а вредные сектанты: индусами рождаются, а не становятся. Но обвинители не учитывали того, что в конце 19 века индийские религиозные реформаторы, решив посоревноваться с христианством, объявили обращение западных людей в индуизм вполне допустимым. Из этой среды и происходил Бхактиведанта.

После обретения Индией в середине ХХ века независимости реформаторы парадоксальным образом сомкнулись с фундаменталистами. Фундаменталист всегда убежден, что в прошлом его религия являла собой образец совершенства. Поэтому надо возродить ее в первозданной чистоте. Образ идеального прошлого, как правило, далек от исторической истины. Индусские фундаменталисты уверены, что в давние времена существовал некий единый индуизм (чего никогда не было), со временем распавшийся на многие течения. Отсюда его слабость. Индуизм должен вернуться к прежнему единству, а это возможно только за счет унификации учения и общей организации вроде церкви у христиан. Религиозное единство приведет к национальному, а там, глядишь, не за горами и прежнее величие. Эта логика чревата парадоксами. Внутри страны она ведет к усилению нетерпимости: религиозные меньшинства (а меньшинства эти очень велики — одних мусульман 130 миллионов, но есть еще буддисты, парсы, христиане) сопротивляются такому национальному единству, в котором главная роль предназначается индуизму.

В отношении внешнего мира подобные настроения, напротив, ведут к росту терпимости. Единый индуизм готов «забыть» о кастах и открыть свои объятия тем, кого в старину индусы именовали млеччхами — варварами и с кем предпочитали не общаться, страшась осквернения. Под это подводится и соответствующая (весьма фантастическая) идея о том, что в достославные времена индусское единство существовало на всех просторах Евразии. А посему, обращаясь в индуизм, проживающие там народы, возвращаются к вере своих далеких предков. В 1966 году был создан «Вишва хинду паришад» (ВХП, Всемирный совет индусов), который придавал большое значение работе с растущей день ото дня индийской диаспорой. Мечты об индусском единстве очень сильны в этой среде. Поэтому индусы, живущие за рубежом, охотно посещают кришнаитские богослужения.

Более того, в ноябре этого года, завершая свой московский визит, индийский премьер Атал Бихари Ваджпаи встретился не только с лидером Ассоциации индийцев России, но и с главой российских кришнаитов Бхактивигьяной Госвами. Московский биохимик Вадим Тунеев лишь недавно получил это монашеское имя, став первым в России санньясином (высшая стадия отречения в индуизме). Премьер поблагодарил российских кришнаитов за уважение к индийским духовным ценностям и обещал содействие в строительстве нового индусского храма. Тридцать лет назад такое и в голову не могло прийти.

Все это свидетельствует об «индуизации» кришнаизма, то есть обретении им более традиционного облика. Западных кришнаитов все охотнее привечают и в самой Индии, куда они совершают свои паломничества. Там их иронично, но вполне безобидно кличут «белыми танцующими слонами». Важно понимать, что индусы-эмигранты и, тем более, обратившиеся в индуизм иностранцы никогда не уподобятся своим единоверцам-фундаменталистам в Индии. Причина проста: вне Индии они всегда религиозное меньшинство, а значит хорошо осознают, что только принцип свободы совести дает им правовую гарантию выживания. Последовательное продумывание этого принципа в отношении себя и других делает их решительными сторонниками религиозного плюрализма и демократии. В этом духе постоянно высказываются все без исключения лидеры отечественного кришнаизма. И не верить им нет основания. Мечты их индийских единоверцев о том, что индуизм станет основой национального единства Индии, для них не более чем абстрактная идея. И о том, что это может быть связано с насилием, они предпочитают не думать. Напротив, всячески превозносят принцип ненасилия (ахимса), не без основания побаиваясь, что силу могут применить против них.

Религия в салатнице

Начав распространяться на Западе, кришнаизм тоже поначалу столкнулся с сопротивлением. Особенно со стороны протестантских фундаменталистов. Однако со временем и те к кришнаитам притерпелись — давняя традиция религиозного плюрализма взяла свое. Ну, а среди самых радикальных протестантов сильны были апокалиптические настроения. Для них смешение народов — симптом близящегося конца света. Присутствие соседей-иноверцев это лишнее доказательство того, что Армагеддон не за горами. А значит, не за горами и спасительная победа истинно верующих, к которым фундаменталисты относят в первую очередь себя.

Православные их собратья продолжают нападать на кришнаитов с прежней удалью. И это при том, что российские кришнаиты — не чета американским. Бхактиведанта начал свою проповедь на Западе во времена молодежного бунта, и среди его поклонников было немало хиппи, привлеченных заморской экзотикой. Почему, борясь с западной культурой, они прельстились гораздо более консервативной восточной, сказать трудно, но контркультурное прошлое давало о себе знать — возникали скандалы с наркотиками. В России учение попало на совсем иную почву — в кришнаиты здесь шли не столько бывшие хиппи, сколько те, кого не устраивала обмирщенность официального православия. Скандалы, подобные американским, среди них не возникали. Строгий кришнаитский уклад с его отказом от табака, алкоголя и сексуальных излишеств — был их сознательным выбором. Тем не менее, на отечественных кришнаитов автоматически переносились обвинения, в свое время предъявленные их западным единоверцам. По ходу дела выяснилось, что кришнаиты, оказывается, совершали тайные кровавые ритуалы и без устали шпионили на ЦРУ. «Науке лишь одно еще не ясно,/ Как делают они землетрясенье…» Борцы с сектами сражались за идею, и что на самом деле представляли из себя их оппоненты, было не так уж важно.

Идея же заключалась в следующем — мир поделен на конфессиональные вотчины, и нарушители границ подлежат наказанию с такой же строгостью, с какой преследуют контрабандистов. Именно этой логикой и объясняется диковинное отлучение кришнаитов от православия в 1994 году — если на «православной территории» появляется секта, даже никак не связанная с христианством, все равно она — еретическая.

Увы, этот мир сохранился разве что в учебниках истории. Экономическая интеграция ведет к перемещению больших масс населения, а вместе с ними перемещаются культурные и религиозные ценности. Американцы давно шутят, что их страна превратилась в салатницу, где соседствуют самые разные овощи. Нравится нам это или нет, но очень вероятно, что подобная участь ожидает со временем и остальной мир. Раньше мы рождались в своей религии и умирали в ней. Сейчас, с младых ногтей сталкиваясь с религиозным многообразием (причем не в книжках, это было и раньше, а воочию), мы волей неволей оказываемся перед необходимостью выбора. Некоторых это пугает, и они в отчаянии цепляются за безальтернативное прошлое. Некоторые не выбирают ничего. Некоторые выбирают то, что прежде было чужим.

Происходит это не только на Западе, но и на Востоке, где христианские миссионеры тоже не сидят, сложа руки. И тоже встречаются с немалым сопротивлением. То есть оказываются в том же положении, в каком оказались кришнаиты в России: Индустан — это земля индусов, и все пришлые религии от лукавого. Религии большинства никак не могут уяснить: в мире есть места, где их веру исповедует меньшинство.

P. S.

20 января Лужков подписал постановление правительства Москвы о передаче кришнаитам 1 гектара земли под строительство храма. Небольшой подарок индусам был приурочен к визиту министра обороны Сергея Иванова в Индию, где он заключил долгожданный контракт на модернизацию тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Горшков». Теперь крейсер будет носить имя Викрамадитьи (кстати, этот великий царь известен не только своими победами на поле брани, но и тем, что поставил храм на месте явления Кришны) и в 2008 году пополнит ряды ВМС Индии. Realpolitik выполнила несвойственную ей функцию религиозной терпимости. Конечно, в том, что противники насилия кришнаиты невольно поспособствовали делу милитаризма, заключается немалая историческая ирония. Но вот Союзу православных граждан, бодро воспевающему боевые доблести и мощь русского оружия, трудно будет найти весомые аргументы против такого поворота событий.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru