Русская линия
Аргументы и факты Д. Макаров17.12.2003 

Антисемитизм в России: от Сталина до олигархов

УДИВИТЕЛЬНО, но в наш просвещенный ХХI век проблема антисемитизма вдруг снова стала актуальной. Заговорили об усилении этого явления в Европе европейские СМИ. Резким высказыванием на ту же тему «прославился» недавно премьер-министр Малайзии Махатхир Мохамад.

В России тема еврейства вновь привлекла внимание в связи с выходом двухтомника А. Солженицына «Двести лет вместе» и книги «Сталин и еврейский вопрос» Жореса МЕДВЕДЕВА — биолога по образованию, историка по призванию и диссидента по жизни, вот уже 30 лет живущего в Англии. С ним беседует обозреватель «АиФ» Дмитрий МАКАРОВ.

— СЧИТАЕТСЯ, что все проблемы евреев после Второй мировой войны были связаны с патологической ненавистью Сталина к евреям, что он возвел антисемитизм в ранг государственной политики.

— Ни антисемитом, ни тем более юдофобом Сталин не был. Юдофобия — это болезненная ненависть к любому представителю еврейской нации. Так, в любой своей речи Гитлер и его ближайшие соратники что-нибудь да говорили по «еврейскому вопросу». Удержаться от этого они просто физически не могли.

У Сталина этого не было. Нет ни одного высказывания ни в официальных его выступлениях, ни в архивных документах, которое можно было бы процитировать как антисемитское.

— Тогда как же быть с убийством в 1948 г. великого артиста Михоэлса, расстрелом членов Еврейского антифашистского комитета, «делом врачей», начатым по инициативе Сталина?

— Эти процессы связаны не с юдофобией, а с политической конъюнктурой. Все свои политические шаги Сталин обдумывал не торопясь и всегда действовал по заранее составленным сценариям. Это видно по всем его репрессивным кампаниям. Антисемитские акции советских властей были частью «холодной войны» против Запада, и именно так их и нужно рассматривать.

— При чем здесь Запад?

— Антисемитизм властей стал как бы реакцией на две достаточно массовые произраильские демонстрации московских евреев возле главной синагоги в октябре 1948 г., связанные с посещением ее послом Израиля в СССР Голдой Меир.

Болезнь или политика?
— В ЧЕМ состояла политическая конъюнктура второй половины сороковых годов, которая привела к преследованиям евреев в СССР?

— После войны здоровье Сталина стало быстро ухудшаться. В октябре 1945 г. у него случился первый инсульт, и он на два месяца выбыл из игры. Ходили даже слухи, что он умер. Это вызвало в Политбюро острую борьбу за власть в кругах высшей элиты, и борьба эта вылилась в многочисленные репрессивные кампании. Каждая такая кампания инспирировалась одной группировкой членов Политбюро против другой. В итоге в сложном положении оказался Вячеслав Молотов, считавшийся преемником Сталина. Уязвим он был со стороны жены-еврейки, Полины Жемчужиной. После революции, в которой она принимала участие, Жемчужина сделала блестящую самостоятельную карьеру.

Преследовать Жемчужину начали еще в 1939 г., когда она занимала пост наркома рыбной промышленности. На нее дали показания, что она якобы связана с агентами иностранных разведок. В результате ее убрали из кандидатов в члены ЦК и сильно понизили в должности. Жемчужина действительно была связана с сионистами в СССР и за рубежом, имела близких родственников в Америке и Палестине. Прекрасно зная обо всем этом, Сталин тем не менее в конце тридцатых санкции на ее арест не дал.

— Почему?

— С политической точки зрения в тот момент ему было выгодно разыгрывать еврейскую карту в противовес Гитлеру, который евреев преследовал. Поэтому и после снятия Жемчужиной ее муж Вячеслав Молотов продолжал занимать все свои руководящие посты.

— Но помимо Молотова очень многие другие партийные деятели и крупные военачальники сталинского времени были женаты на еврейках. Это что, мода была такая?

— Здесь много причин. Прежде всего в то время редко кто обращал внимание на национальную принадлежность, скорее на классовую. Кроме того, еврейки более активно, чем женщины других национальностей, участвовали в революции. Служили комиссарами, работали в партийных, государственных и профсоюзных органах. Создавая новое государство, большевики сутками пропадали на работе. На долгие поиски жен у них просто не было времени. Поэтому ими чаще всего становились женщины, которые работали рядом. Тот же Молотов был уже секретарем ЦК, когда познакомился с секретарем райкома Жемчужиной. Точно так же мой отец, бригадный комиссар Александр Медведев, познакомился с моей матерью Юлией Рейман.

Личные чувства
— БЫЛИ ЛИ у Сталина какие-то личные причины не любить евреев?

— В семье у него было много проблем с мужьями и женами его близких родственников, которые были в браке с евреями. Но он всегда рассматривал конкретно саму проблему без привязки ее к национальности. Например, у дочери Светланы первый поклонник был известный кинорежиссер Алексей Каплер. Как человек Каплер Сталину, несомненно, нравился. Он был одним из создателей фильмов «Ленин в Октябре», «Ленин в 1918 году», где Сталин был изображен вторым после Ленина деятелем партии.

Но как отец Сталин категорически не хотел, чтобы у его дочери были близкие отношения с этим человеком. Сорокалетний Каплер был женат, у него было много любовниц, и, прежде чем отправить его «в места не столь отдаленные», его через работников госбезопасности не раз предупреждали, чтобы он перестал кружить голову 16-летней девушке. Каплер дружеских советов вести себя порядочно не послушал, за что и был отправлен в ссылку в Воркуту на 5 лет. Затем Светлана вышла замуж за Григория Морозова, тоже еврея. Они прожили вместе всего 3 года, у них родился сын. Сталин своего зятя за эти годы ни разу увидеть не пожелал, но на судьбе Морозова это никак не отразилось, он даже закончил престижный МГИМО и сделал хорошую карьеру.

— Но в конце сороковых Сталин посадил не только Жемчужину, но и жен других высокопоставленных руководителей. И все они «почему-то» также были еврейками.

— Все они были подругами или просто водили знакомство с женой Сталина Надеждой Аллилуевой. Есть предположение, что Сталин посадил их, так как подозревал, что они, возможно, знают о каких-то его семейных и личных тайнах, которые у вождя приобретают значение государственных, и могут выдать их. Но сажал он их именно по этой причине, а не потому, что они были еврейками.

Миф о геноциде
— ПОЧЕМУ же в мире возобладала теория еврейского геноцида в СССР?

— Это было очень важно с точки зрения сионизма: необходимо было убедить евреев, что в СССР для них места нет. Поэтому надо, чем скорее, тем лучше, уезжать на историческую родину в Израиль.

— Нельзя не признать, что антисемитизм в СССР продолжал развиваться и после смерти вождя. Евреям не давали занимать руководящие должности, не выпускали за рубеж, сажали за идеологические преступления.

— Это был замкнутый круг. Запрет на выезд из СССР, естественно, подхлестнул у евреев сионистские тенденции, желание во что бы то ни стало уехать и, соответственно, антисемитизм у властей. Евреев старались «не пущать» на руководящие должности из-за боязни того, что они могут уехать и увезти с собой какие-то секретные сведения, вызвать в мире волну антисоветизма и т. д. Но все эти попытки властей носили ограниченный характер. И в послесталинскую эпоху евреи в СССР продолжали играть очень весомую роль в общественной жизни страны.

— Значит ли это, что антисемитизм — явление непреодолимое?

— Нет. В СССР после Октябрьской революции вся идеология была направлена на то, чтобы создать новое общество с единой нацией по типу американской. Если бы такая политика продолжалась еще лет 50−70, то «единая общность — советский народ» действительно была бы создана. Сами евреи в этом процессе ассимиляции всех наций, в том числе и своей, активно участвовали и поддерживали.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru