Русская линия
Правда.Ru И. Кулагина30.10.2003 

Чёрный миф о политических репрессиях

Россию в очередной раз обманули. 30 октября в России заявлен как день жертв политических репрессий. И сама дата, и сам вопрос далеко не так однозначны, как принято считать. Нельзя не считаться с тем, что в 1920−50-е годы действительно пострадало очень много невинных людей, однако, перефразирую известную фразу, репрессии устраивали фанатики, а их плодами пользуются подонки
История такая штука, в которой реально происходящие события очень быстро забываются, зато очень легко создаются мифы, разрушить которые подчас очень трудно. Особенно на рубеже веков, когда сменилось поколение, воспринимающее только то, что им говорят. Очень легко верить, что Николай II был кровавый, Ленин был добрый, а Сталин — жестокий. Почему? Да потому, что создавая миф о тёмном и плохом прошлом можно скрасить не менее тёмное настоящее, не забывая при этом и о своих, зачастую меркантильных интересах. Поэтому давайте будем хотя бы думать над тем, что нам внушают. Чтобы отсеивать злостные наветы, чтобы не соучаствовать их распространением в убийстве родного существа и в собственном самоубийстве.

30 октября 1991 года Верховный Совет РСФСР, вслед за принятием закона «О реабилитации жертв политических репрессий», установил как одноименную памятную дату, тем самым, якобы, признавая ошибки прошлого и отдавая дань памяти пострадавшим. Но не всё так просто. Закон о реабилитации, представляемый обществу как символ восстановления законности, на самом деле является очередной политической дубинкой в руках политиков: реабилитируя одни жертвы, он допускает появление других.

Говорите точно, сколько вешать

По словам Председателя Комиссии при президенте России по реабилитации жертв политических репрессий Александра Яковлева, «жертвами политических репрессий стали около 32 миллионов человек, в том числе 13 миллионов — в период Гражданский войны». С учетом неродившихся детей, начиная с 1917 года, народы СССР лишились более 100 миллионов человек. Также нуждаются в отдельном рассмотрении дела таких политических деятелей, как Берия, Ягода, Ежов, поскольку в свое время они были осуждены и расстреляны по ложным обвинениям в шпионаже, тогда как их надо судить за уничтожение людей, подчеркнул Яковлев. Вот так в один большой котёл были сметены и жертвы и палачи — и всё только для того, чтобы показать гигантский размах сталинской преступной политики. Как известно, чем страшнее и бесстыжей ложь, тем больше шансов, что в неё поверят. Тем более, что и сами статистики дают совершенно разные данные — от 20 до 40 миллионов пострадавших. Откуда взялось такое невероятное количество заключённых? Ведь 40 миллионов заключённых — это население тогдашних Украины и Белоруссии вместе взятых, или всё население Франции, или всё городское население СССР тех лет. Содержать всю эту массу в лагерях не представлялось возможным просто физически.

А жертвы кто.

Что же, не будем оспаривать утверждения о десятках миллионов жертв. Но тогда возникает справедливый вопрос: почему, в таком случае, в официальных данных сообщается, что жертвами политического террора стали 4 миллиона человек, откуда взялась эта цифра?

Историк Виктор Земсков, который в 1989 году, выполняя директиву Политбюро, занимался вопросом о реальном числе жертв политических репрессий, объясняет это тем, что репрессии можно истолковывать различным образом, в данном же случае речь идёт о политзаключенных, то есть о тех, кому была инкриминирована статья 58 УК (контрреволюционная деятельность и другие тяжкие преступления против государства) и которые были приговорены к расстрелу или другим мерам наказания. С 1921 по 1953 год таких было около 4 млн. человек, из которых были расстреляны или погибли в лагерях 1,4 млн. человек.

Однако суть даже не в количестве. Если пострадали невинные люди, то уже не столь важно было их 4 миллиона или в 10 раз больше. Гораздо больший интерес вызывают те, кто попал в эту статистику.

А между тем, в неё не вошли так называемые «кулаки», депортированные народы и т. д. Дело тут вот в чём. «Кулаки» подразделяются на 3 категории. В одну из них входят арестованные и осужденные как политические преступники, которые были учтены в статистике. Две другие, самые многочисленные группы, составляли арестованные и высланные на север, а также те, кто просто был изгнан из деревни и стал работать на заводе. Таким образом, получается, что конфискация имущества или депортация не являются репрессиями.

Кто же тогда попал в те самые 4 миллиона? Уже школьники знают, что пик репрессий пришёлся на злополучный 1937 год, когда преследованиям подвергались представители гуманитарного и технического слоя общества. Одновременно с ними по политическим статьям проходили и действительно невиновные люди, но о них вспоминают лишь как о фоне, скорбя в основном по невинно убиенной интеллигенции. Впрочем, о том, насколько все они были «невинны» стоит ещё поспорить. Достаточно вспомнить одну из «жертв», «героя» Гражданской войны маршала Тухачевского, не стеснявшегося травить газом крестьян в родной Тамбовской губернии. Не очень охотно вспоминают тех, кто уехал добровольно из страны ещё в 1917 году, а уж они, несомненно, составляют цвет отечественной интеллигенции.

Сила права или право силы?

Говоря о незаконно репрессированных, стоит говорить не об отдельном эпизоде и не об отдельных людях, а всей политической системе существовавшей тогда. Ведь диктатура пролетариата, которую отрицает закон «О реабилитации», как известно, была вполне современным и успешно примененным средством развития общества в России. Государство вправе защищать себя, и это относится не только к СССР.

Например, 26 октября 2001 г. в США вступил в силу так называемый «Патриотический акт США», предоставляющий полиции и спецслужбам право втайне от подозреваемых ими в терроризме граждан обыскивать их квартиры, прослушивать телефонные разговоры, отслеживать связи в Интернете, получать информацию о частной их жизни без предъявления серьезных доказательств вины подозреваемых. Печать сообщает о возможном применении пыток к подследственным. Президент США также подписал указ о создании за пределами этой страны военных трибуналов, предназначенных, в частности, для проведения суда над гражданами других государств.

В ноябре 2001 г. парламент Великобритании принял закон о борьбе с терроризмом, отменяющий действие презумпции невиновности, допускающий проведение ареста и заключение в тюрьму без предъявления обвинения, закрытый суд без участия присяжных.

Если принять во внимание всю существовавшую в Союзе тоталитарную систему, то к жертвам «политических» репрессий в СССР необходимо отнести всё население страны, а не отдельных её представителей. Ведь декларируемых сегодня гражданских свобод были лишены, в большей или меньшей степени, практически все. Можно ли, к примеру, считать жертвами политического террора со стороны государства крестьян, не имеющих паспортов и фактически насильно прикреплённых к земле? Наверное можно. И подобных примеров можно привести немало. Об этом не говорят. Почему? Рассуждая дальше в духе гуманистов и правозащитников можно и вовсе дойти до абсурда. И в настоящее время до сих пор раздаются крики тех же самых защитников угнетённых советским государством о наличии политических осуждённых в современной России. Григорий Пасько, «деятели» НБП заявляют о преследовании по политическим мотивам. Значит ли это, что существующая власть действует незаконно и подлежит ликвидации? Об этом не говорят. Почему? Определённой категории лиц гораздо выгоднее использовать придуманный миф для собственных нужд. Не случайно и в материальном плане политическая реабилитация практически ничего не дала, да и не могла дать в условиях разрушаемой экономики и повального ограбления населения различными способами.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru