Русская линия
Южнорусский Вестник Игорь Тепляков10.09.2003 

XIII годовщина государства, которого нет на политической карте мира

Никто и не спорит, что «чертова дюжина» лет — мизер, мгновение, миг в масштабах вселенской истории. Однако, ежегодно, 2 сентября, находясь на центральной площади Тирасполя, невольно приходит мысль: «республика прожила еще один год — дай Бог не последний».
То, что 13-я годовщина со дня образования Приднестровской Молдавской Республики может стать последней — к этому ныне существует достаточно весомые предпосылки. Приднестровская Молдавская Республика (ПМР) — государство, прямо скажем, маленькое: и по площади, и по населению (4163 км2 и порядка 660 тысяч человек соответственно). Однако, и геополитическое положение Приднестровья тому причиной, на этом клочке земли (как его очень метко назвали журналисты «ОРТ» «Осколок Империи») столкнулись интересы США, объединенной Европы и России. По посещению всяческими миссиями и делегациями с Запада, Приднестровье, пожалуй, является рекордсменом среди государств, принадлежащих, т.н. СНГ-2 — Союзу Непризнанных Государств, куда кроме Приднестровской Молдавской Республики входят Абхазия, Южная Осетия и Нагорно-Карабахская Республика.
Геополитическое положение Приднестровья таково — небольшой кусочек Балкано-Карпатской гряды (откуда начались обе мировые войны), и к тому же через Приднестровье пролегает кратчайший путь с Балкан на Восток.
Западные дипломаты разного ранга неоднократно без тени смущения и дипломатического «политеса» заявляли и официально, и неофициально, что Приднестровская Молдавская Республика, как государство состоялась. А что касается, будто бы республика — не субъект международного права, так это очень легко поправить — стоит лишь сменить ориентацию на прозападную и полностью откреститься от праматери России. Кстати, Приднестровская Молдавская Республика — единственное в бывшем Союзе государство, где введено двойное гражданство, и в качестве государственных на всей территории функционируют сразу три языка: русский, молдавский и украинский. А более трети населения ПМР — граждане Российской Федерации, что и численно, и в процентах к населению больше чем где-либо за пределами РФ. И это даже несмотря на бюрократические рогатки со стороны работников Консульского отдела Посольства РФ в РМ (Республике Молдова), на огромные очереди в этот самый Консульский отдел и на, будем говорить прямо, поборы, коими до недавних пор занимались российские дипработники (например, оформление российских загранпаспортов стоило для приднестровцев в три раза дороже, нежели для граждан в самой России*). К слову, к осени прошлого года началась мощная паспортная экспансия России в Абхазию и Южную Осетию. Там российские внутренние паспорта чуть ли не раздавались всем желающим принять гражданство РФ (по данным автора этой статьи, к настоящему времени в Абхазии российскими гражданами стало порядка 100 тысяч человек, в Южной Осетии — около 50 тысяч). Ни для кого не секрет, что все 4 государства, входящих в СНГ-2, имеют откровенно пророссийскую ориентацию. Однако, в чем тогда причина подобной избирательности России по отношению к непризнанным мировым сообществом государствам? Может быть, с Грузией официальная Москва менее считается, чем с Азербайджаном и Молдовой?
Дело в другом. Итогом прошлогодней встречи Президентов России и США стал прелюбопытнейший документ, в котором Главы двух государств очерчивают сферы влияния в странах СНГ и Балтии. Речь также идет и о конфликтных регионах (Абхазия, Карабах, Приднестровье, Южная Осетия). И если карабахская проблема целиком отдана на откуп Армении и Азербайджану при посредничестве Минской группы ОБСЕ (в которой все большую и большую роль начинают играть, несмотря на протесты Нагорного Карабаха и Армении, представители Турции), то Абхазия и Южная Осетия, согласно этому документу, являются зоной интересов России. О Приднестровье же упоминается вскользь. Право же, документ подписывается не какими-то торговцами, а Главами «сверхдержавы» и бывшей «сверхдержавы» (с их стороны было бы не солидно откровенно говорить, что Приднестровье — своеобразная плата Штатам за Абхазию и Южную Осетию). Подобная недосказанность вызывала настороженность не только в Тирасполе (в Кишиневе к этому отнеслись, как к само собой разумеющемуся, ибо руководство Молдовы пророссийских позиций придерживается только на словах), но и в общеевропейских структурах. Европа «сделала ход конем», которого не ожидали ни в Вашингтоне и Москве, ни в Тирасполе и Кишиневе. На свет появился проект ОБСЕ (Организация по Безопасности и Сотрудничеству в Европе) о федерализации отношений между Молдовой и Приднестровьем.
В настоящее время в мире существует 24 федеративных государства, схожесть которых заключается в том, что подобная форма государственного устройства закреплена их Конституциями. Тем не менее, несмотря на все разнообразие федераций в мире, их все можно разделить на две группы — конституционные и договорные. Принципиальная разница между ними в том, что в первых — объем полномочий субъектов федерации определяет федеральный центр. Одними же из основных принципов договорной федерации являются равносубъектность и субсидиарность, то есть делегирование субъектами федерации центру того объема собственных полномочий, с которыми они не могут справиться по отдельности. Именно на договорной федерации настаивает руководство Приднестровской Молдавской Республики. То же, что предлагает на переговорах официальный Кишинев, и вовсе федеративным устройством государства назвать трудно. Но к позициям сторон в переговорном процессе мы еще вернемся, пока же сделаем небольшой экскурс в историю. Идея федерализации отношений между Приднестровьем и Молдовой отнюдь не нова. И инициаторами здесь выступили не власти Молдовы (как этоо хочет представить Президент Воронин) и даже не европейские дипломаты со своим проектом. Начнем с того, что Приднестровская Молдавская Республика, созданная в результате всенародного референдума, первоначально именовалась ПМССР, а следовательно, выходить из состава Союза, скажем в отличие от все той же Молдовы, не собиралась. К тому же следует заметить, что создание ПМССР было продиктовано приходом к власти в Кишиневе националистов Народного Фронта, принятием дискриминационного закона о языках (в качестве единого государственного в Молдове вводился румынский), начавшейся дискриминацией по языковому признаку. И все это на территории Молдавской ССР, где испокон веков население было многонациональным (согласно последней переписи населения в СССР — в Молдавии проживали представители 96 национальностей).
Еще Петр Сумароков в своей книге «Путешествие по всему Крыму и Бесарабии в 1799 году» свидетельствует: «Тирасполь, пограничный город, находящийся в 89 верстах от Овидиополя, стоит на том месте, на котором несколько лет назад молдавская слобода Суклея имела свое население. Новый сей город выстраивается по плану широкими улицами, имеет в себе до 350 дворов, и жители оного суть русские старообрядцы, малороссияне, молдованы, валохи, евреи и цыганы».
Спустя почти 200 лет народнофронтовцы во время своих митингов и демонстраций скандируют лозунги в адрес представителей, как сейчас принято называть, нетитульной нации, наиболее мягкими из которых являются: «Чемодан — вокзал — Россия» или «Евреев в Днестр — русских за Днестр». Кстати, последний лозунг частью народнофронтовцев был претворен в жизнь — русскоязычное население стало перебираться в Приднестровье, ибо даже в Кишиневе, где по большей части проживали русские, говорить на языке Ломоносова и Пушкина было небезопасно. Меж тем, националистическая истерия, особенно в интеллигентских кругах, достигла апогея. Чего стоит, например, венчание поэтессы Элеоноры Лари с памятником молдавскому господарю Штефану чел Маре (Штефану Великому). Предварительно господаря вполне официально работники центрального ЗАГСа «развели» с сестрой московского князя Ивана III. Известный же актер Михай Волонтир по родным Бельцам (город тоже был с преимущественно русскоязычным населением) прогуливался исключительно с переводчиком, ибо общаться на «языке оккупантов» Будулай отказывался напрочь.
Логическим итогом общемолдавской политической забастовки (главным требованием была отмена закона Молдовы о языке) и стало провозглашение ПМССР 2 сентября 1990 года. С самых первых дней существования республики ее руководство готово было пойти на компромисс с кишиневскими властями. Варианты предлагались различные: от придания русскому языку статуса второго государственного до оформления ПМССР в языково-культурную автономию в составе Молдовы, правда, с правом на сетессию (выход) в случае объединения последней с Румынией. Ответом на все эти инициативы приднестровского руководства были неоднократные попытки официального Кишинева задавить ПМССР силой. Спустя два месяца после провозглашения республики в Приднестровье пролилась первая кровь. Трое безоружных РОСМовцев (Рабочий Отряд Содействия Милиции), кстати, все молдаване по национальности, были застрелены молдавскими полицейскими при попытке ОПОНа (Отряд Полиции Особого Назначения) прорваться в Дубоссары, дабы сорвать проведение референдума по поводу сохранения Союза. Даже после окончания боевых действий в марте-августе 1992 года приднестровская сторона не отказывается от своих инициатив по федерализации отношений с Молдовой**. Правда, Приднестровье теперь согласно рассматривать варианты построения общего государства в рамках конфедерации или договорной федерации. Начинается затяжной переговорный процесс, в котором конспонсорами выступают 2 страны-гаранты — Россия и Украина, а также сторона-посредник — ОБСЕ. Одновременно начинается самая успешная в мире миротворческая операция (столь же успешно повторенная затем в Южной Осетии). В зону безопасности (места недавних боев) вводятся 3-сторонние миротворческие силы, состоящие из воинских контингентов*** недавно конфликтовавших сторон и России, как страны-гаранта переговорного процесса. Создан 4-сторонний институт военных наблюдателей (те же три стороны — РФ, ПМР, РМ плюс Украина). Параллельно и независимо от наблюдателей миротворческих сил в зоне безопасности работают и военные наблюдатели ОБСЕ. Почти все посты миротворческих сил в зоне безопасности трехсторонние. Трехсторонним является и командование миротворцев, которое непосредственно подчиняется 4-сторонней ОКК (Объединенная Контрольная Комиссия), еженедельно заседающей в Бендерах при обязательном присутствии представителей ОБСЕ. Схема миротворческой операции в Приднестровье идеальна и могла бы служить образцом для проводимых операций под эгидой ООН. Но всегда существует одно «но». Ведь если проанализировать миротворческие операции организации, начиная с 1949 года, то можно сделать вывод — их цель была не столько разрешение конфликтов, сколько принуждение к миру одной из сторон, доходившее часто до откровенной военной поддержки второй. Учитывая это, становится ясно, почему в Кишиневе все чаще и чаще заводят речь о необходимости изменения формата военно-гарантийной операции. И что самое интересное, к подобным предложениям правящих кругов Молдовы прислушиваются не только на Западе, но и в странах-гарантах переговорного процесса — России и Украине…
*- Справедливости ради стоит отметить, что лица (не будем называть их) виновные, так скажем, в самоуправстве, после вскрытия этих фактов были уволены с дипломатической службы.
** - Война 1992 года началась 2 марта с нападения ОПОНа Молдовы на полк Гражданской Обороны 14-й армии РФ в селе Кочиеры под Дубоссарами с целью захвата оружия. В отражении нападения вместе с военнослужащими 14-й армии участие приняли и приднестровские гвардейцы. С обеих сторон были убитые и раненые. За день до этого в Дубоссарах переодетыми полицейскими был убит начальник Городского отдела милиции И. Сипченко. Российский МИД по поводу Кочиерского инцидента предпочел отмолчаться. Кульминацией агрессии Республики Молдова против народа Приднестровья стало вторжение молдавской армии в г. Бендеры 19 июня 1992 года. В этом же году армия РМ фактически, несмотря на численное и техническое превосходство, потерпела поражение. До сих пор Молдова не опубликовала число погибших и раненных со своей стороны. По оценкам специалистов, армия, полиция и волонтерские подразделения Молдовы потеряли только убитыми от 5 до 7 тысяч человек. В то время, как Приднестровская Молдавская Республика потеряла, включая мирное население, 809 человек. Это притом, что боевые действия велись исключительно на территории ПМР. Цели, которые были поставлены перед вооруженными формированиями Молдовы, достигнуты не были. Приднестровскую Молдавскую Республику ликвидировать военным путем не удалось.
*** - В состав миротворческих контингентов изначально входят военнослужащие, не принимавшие участия в боевых действиях 1992 года.

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru