Русская линия
Труд Владимир Гаврилов06.09.2003 

Небоевые потери
Около 2000 военнослужащих ежегодно теряют вооруженные силы из-за халатности, дедовщины и прочих «нештатных» причин

На днях Главный военный прокурор генерал-полковник Александр Савенков обнародовал данные: за 2003 год погибло около 1200 солдат, прапорщиков и офицеров. Причем не в бою с чеченскими боевиками, не в жестокой схватке с наркокурьерами, пытающимися протащить через госграницу мешки с героином. А по причинам весьма прозаичным, но от этого не менее страшным. Более тысячи жизней молодых парней в военной форме унесли дорожно-транспортные происшествия, «игры» с оружием, казарменное хулиганство, самоубийства, пренебрежение элементарными требованиями безопасности при обращении с боевой техникой.

На всю страну прогремела недавняя трагедия в Баренцевом море, где вместе со списанной атомной подлодкой в ледяную бездну канули семь военных моряков, а еще двое, выбравшись из нее, не успели дождаться спасателей. По словам Александра Савенкова, один из виновников катастрофы уже найден. Прокуратура предъявила обвинение капитану 2 ранга Сергею Жемчужнову, руководившему операцией по буксировке К-159 к месту утилизации. Скорее всего, ему придется отвечать за нарушение разных технических норм. Возможно, наказание будет суровым. Но в любом случае погибших-то уже не вернешь.

Вероятно, пойдет под суд и руководитель полетов, по непонятным причинам разрешивший летчикам двух военных вертолетов на Дальнем Востоке совершить парную посадку. В результате этого сложнейшего маневра винтокрылые машины зацепились винтами и рухнули на землю. Нелепая, бессмысленная смерть настигла экипажи…

Я не случайно акцентирую внимание на происшествиях. Вопреки распространенному мнению, именно они уносят больше всего жизней военнослужащих. В прошлом году, к примеру, в происшествиях погибли более 1200 солдат и офицеров. Приблизительно такая же цифра фигурирует и в отчетах военной прокуратуры за 2001, 2000, 1999 годы.

Не сочтите за кощунство, но в подобной «стабильности» просматривается некая закономерность. Может быть, все дело в том, что Вооруженные силы последние годы в основном боролись за выживание. Боевая учеба почти повсеместно свелась к сидению в тесных классах возле макетов техники и раскрашиванию топографических карт, от дисциплины осталась одна видимость, контроль стал поверхностным, техника обветшала, институт военных воспитателей так и не стал на ноги. Вот и идут один за другим ко дну атомоходы, взрываются склады боеприпасов, терпят катастрофы самолеты и вертолеты, горят в боксах боевые машины, летят под откос автомобили. А при выяснении причин ЧП неизменно оказывается: ответственные лица свои обязанности знали «в общих чертах», требования инструкций и наставлений выполняли на глазок.

На том же Северном флоте некоторое время назад погибли двое старших офицеров-подводников: капитан 2 ранга Андрей Гуминиченко и капитан 3 ранга Владимир Гарцев. В шторм они вышли на верхнюю палубу атомной подлодки, чтобы устранить неисправность швартового оборудования. Хотя инструкциями это строжайше запрещено. В результате были смыты за борт в ледяную воду. Спасти их не удалось. Виноватых, как водится, нашли. Но жены остались без мужей, дети без отцов.

Трижды прав министр обороны Сергей Иванов, заявивший, что «ко всем приказам, инструкциям и наставлениям нужно относиться со 100-процентной серьезностью. Иначе рано или поздно будут наступать такие трагические последствия, в результате которых гибнут невинные люди».

Сейчас появилась надежда, что Вооруженные силы выйдут наконец из состояния «разброда и шатания». Следующие одно за другим учения, перевод частей постоянной готовности на контрактный способ комплектования не только повышают их боеготовность, но и, по заверениям командования ВС, укрепляют дисциплину.

Однако до полного торжества уставного порядка пока не так близко. По-прежнему в армии, на флоте, пограничных и внутренних войсках много случаев казарменного хулиганства. От дедовщины в этом году уже пострадало 2,5 тысячи человек. 16 военнослужащих погибли. Еще пятеро были убиты своими командирами. Это по данным Главной военной прокуратуры. Некоторые эксперты считают цифры заниженными. По крайней мере в прошлом году от рук своих сослуживцев пали 800 солдат и офицеров.

«Неуставщина» приводит военнослужащих к смерти разными путями. Не всегда это рукоприкладство с тяжкими последствиями. Например, подполковник Александр Бараненков, уподобившись помещику-крепостнику, направил восьмерых подчиненных работать к знакомому на дачу. Когда солдаты вырыли траншею, рядовой Дмитрий Кисилев стал равнять ее стенки лопатой — обвалился грунт. Вытащить из-под завала его вовремя не смогли…

Доведенные издевательствами и побоями до крайности, солдаты хватаются порой за оружие. Достается тогда и правым, и виноватым. Об очередном инциденте в армии с бегством, стрельбой, а зачастую и гибелью людей мы узнаем уже не реже раза в месяц. Впрочем, справедливости ради хочу заметить, что подобных случаев хватало и в Советской Армии, несмотря на ее мощный партийно-политический аппарат и тотальную систему контроля. Еще в лейтенантские годы мне пришлось быть членом политотдельской комиссии, которая разбиралась с чрезвычайным происшествием в саперном батальоне 16-й танковой дивизии. Там молодой солдат Сергей Калинин застрелил в карауле трех сослуживцев. Мы выяснили, что убитые долго издевались над парнем. Подписали они себе приговор, когда заставили Калинина, вернувшегося с поста, чистить туалет… зубной щеткой. Но обо всем этом было открыто сказано на заседании военного трибунала, которое проходило прямо в части. Наказание солдат получил сравнительно мягкое — 3 года лишения свободы. А любители «поучить» молодых надолго притихли. Добавлю, что каждый подобный эпизод расценивался как из ряда вон выходящий. Наказывали за них сверху донизу: от комдива до командира отделения.

Сейчас же нередко создается впечатление, что трагические последствия дедовщины превратились чуть ли не в рядовые события. Более того, родителей погибших из-за издевательств солдат пытаются обмануть, подделывая медицинское заключение. Или, наоборот, на дедовщину пытаются списать преступления, совершенные явно по другим мотивам. Скажем, когда пограничник Олег Проценко дезертировал, вооружившись автоматом, и расстрелял пять человек, его первоначально тоже объявили «жертвой дедовщины». И лишь потом выяснилось, что застрелившийся при преследовании солдат давно решил переквалифицироваться в разбойника с большой дороги.

В год около 300 военнослужащих добровольно уходят из жизни. Причины разные. Офицеры и прапорщики устают от бытовой неустроенности, неуверенности в завтрашнем дне, служебных неурядиц. Но все же 70 процентов самоубийств приходится по-прежнему на солдат-первогодков. И бороться с этой тенденцией одним командирам явно не под силу. Необходимы специальные методики, разработанные психологами, помогающие молодым ребятам адаптироваться к резкому переходу от дома к казарме. Такие методики давно есть. Еще в 1994 году мне показывали их армейские врачи. Только почему-то они до сих пор мало востребованы.

По оценкам независимых экспертов, мы потеряли за три прошедших года военнослужащих больше, чем за всю афганскую кампанию. Это — не считая погибших в боестолкновениях в Чечне, Таджикистане, Абхазии. Если проходящая нынче военная реформа способна остановить эту непрерывность стадания, череду бессмысленных смертей, — то уже поэтому на нее нельзя жалеть никаких денег.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru