Русская линия
Завтра Дмитрий Сладков06.08.2003 

Серафим — значит «Пламенный»
К 100-летию канонизации Серафима Саровского

Огромную известность Саров приобрел в связи с именем знаменитого русского святого, преподобного старца отца Серафима Саровского. А секретный город ядерщиков Арзамас-16 (так назывался Саров до 1995 года) прославился в истории тем, что именно здесь Россия создала свое самое грозное оружие. Преподобный Серафим говорил: «Стяжи дух мирен — и тысячи вкруг тебя спасутся».
Случайно ли всё это? Почему на земле знаменитой русской святыни оказался самый крупный в стране научно-исследовательский институт, работающий по множеству самых разнообразных научных направлений, имеющий мощную экспериментальную и расчетную базу, современные опытные производства? Случайно ли, что уже в наше время именно здесь, под сенью многовековых сосен, помнящих преподобного Серафима, собираются на молитву верующие закрытого ядерного города?
Преподобный Серафим Саровский обладал совершеннейшим даром любви, умея проникать в самые глубины человеческой души. И главное — всегда умел указать путь исправления и очищения человека. Всех, к нему приходящих, Серафим встречал низким поклоном и целованием, всех приветствовал: «Радость моя!»
Загадка Сарова, тайна пророчеств и обетовании, связанных с этим удивительным местом, до сих пор остается неразгаданной.
…Нам вести грустные пришли,
Что зыбь Арала в мертвой тине,
Что редки аисты на Украине,
Моздокские не звонки ковыли,
И в светлой Саровской пустыне
Скрипят подземные рули…
Николай Клюев написал эти строки в 1934 году. Советский атомный проект стал прирастать к саровской земле через 12 лет после этого. Так что же такое российское ядерное оружие для России и мира? И почему оно появилось именно здесь, на земле Сарова?
До поры ядерно-оружейными секретами владел только американский Лос-Аламос. Как легко приходит в действие ядерное оружие, которое находится в одних руках, хорошо узнала Япония. Но напротив Лос-Аламоса встал, вознесся наш Саров. Ядерное противостояние, взаимное ядерное сдерживание и было дано человечеству как уникальный шанс избежать катастрофы. Конец ядерной монополии США был положен здесь, в Сарове.
20 августа 1945 года, через несколько дней после атомной атаки США на Японию, Государственный Комитет обороны принял решение запустить советский атомный проект, к которому была подключена вся страна, сотни институтов и предприятий.
По мере продвижения вперед стала очевидной необходимость «мозгового центра» — особой организации для конструирования и отработки самого «изделия». Шел поиск места для размещения сверхсекретного объекта. Рассматривались разные варианты. Весной 1946 года советские ученые-ядерщики Ю. Харитон и П. Зернов осмотрели Саров, где прежде находился монастырь, а теперь размещался завод № 550 Наркомата боеприпасов. В итоге выбор остановился на этом месте, всё еще очень уединенном (легко было организовать закрытую зону), удаленном от крупных городов и одновременно имеющем начальную производственную инфраструктуру. Мне, как и многим, довелось уже в последние годы жизни Юлия Борисовича услышать его рассказ об этом выборе.
Научно-производственная деятельность КБ-11 происходила в обстановке строжайшей секретности. Постановлением Совета Министров СССР за подписью Сталина КБ-11 было отнесено к особо режимным предприятиям с превращением его территории в закрытую зону. Саров был изъят из административного подчинения Мордовской АССР и исключен из всех учетных материалов. Летом 1947 года периметр зоны был взят под войсковую охрану.
Скрытый от посторонних глаз, словно легендарный Китеж, этот город имел разные имена: Москва-Центр-300, Кремлев и, наконец, Арзамас-16.
Совет Министров СССР определил жесткие сроки исполнения проекта. Часть лабораторий разместилась в монастырских строениях.
К январю 1949 года был отработан весь комплекс вопросов по РДС-1 (такое условное наименование получила первая атомная бомба). 21 августа состоялось первое испытание советского атомного оружия. Оно было успешным. В 1953 году ядерное оружие стало поступать в войска.
Отношения Ядерного центра со своим прошлым были сложными. Многое было разрушено. Главные соборы Саровской пустыни взорвали в начале 50-х. Говорили, что их надо разобрать из-за ветхости, чтобы чего не случилось. Но когда стали взрывать — а специалисты-взрывники здесь всегда были лучшие в стране — провозились долго, и подорвать всё удалось с большим трудом и не за один раз, настолько прочная была постройка.
Борис Глебович Музруков, генерал, ставший в годы войны директором «Уралмаша», где наладил производство знаменитых танков Т-34, уже в 50-е был назначен в Саров. В самом конце пятидесятых годов с его участием произошла удивительная история.
Сверху был спущен приказ — подорвать сохранившуюся колокольню Саровской пустыни, которая «демаскирует объект». Специалисты всё подготовили к подрыву. По устному преданию, Борис Глебович на свой страх распорядился приостановить работы и направил в Москву рапорт, в котором доказывал нецелесообразность уничтожения памятника. Так колокольня была спасена. Совершенно секретный объект, созданный для реализации атомного проекта, преобразовался со временем в крупнейший в стране многоцелевой научно-исследовательский и опытно-производственный центр. Сейчас он называется Российский федеральный ядерный центр — ВНИИ экспериментальной физики. Среди его 18 с половиной тысяч сотрудников — 70 докторов и 500 кандидатов наук, 250 лауреатов Ленинской и Государственной премий. Вокруг Института вырос город с населением почти 90 тысяч человек. Открыто о нем стали говорить с 1990 года. В 1995 году усилиями горожан при поддержке российских деятелей культуры закрытый ядерный город обрел историческое имя. Но закрытость города сохраняется и сегодня.
Саров живет сегодня сложно. Жаловаться грех — уровень жизни выше среднего по стране. Но колючая проволока может задержать нарушителя, однако не может отделить закрытый город от страны, нездоровье которой очевидно. И вместе с тем будущее Сарова уже нельзя представить в каком-либо одном измерении. Оно уже не может быть связано с одним лишь ядерным центром, равно как и с одним лишь историческим прошлым Саровской пустыни. Интересы жителей города разнообразны, точно так же многомерны общероссийские интересы и ожидания, связанные с Саровом.
Это уникальное место. Такого переплетения людей и судеб нет более ни в одном уголке Земли. События, произошедшие здесь, настолько значимы, что не покидает уверенность: взоры и надежды многих тысяч, а может быть, и миллионов людей, духовно обращены в это место. Эти надежды не могут быть напрасны.
В Сарове сошлись воедино живая память народа и Церкви о преподобном Серафиме, выдающийся уровень науки, последняя возможность защиты Отечества силой грозного оружия. Не может быть, чтобы это соединилось случайно. В новом тысячелетии от Рождества Христова Россия мыслится как держава, где Православие — не музейная достопримечательность, а надежная опора людей, создающих передовую науку и технику, современную культуру, крепкое государство. И Саров может явиться местом, органично объединяющим церковную и светскую мысль, глубокую молитву и высокопрофессиональную работу. Если опыт подобного единства появится, и появится именно здесь, под покровительством преподобного Серафима, значение этого для будущей России может быть принципиальным.
С момента рассекречивания закрытого Сарова (1990 год) тема «Преподобный Серафим и Ядерный центр» обсуждалась много раз.
Действительно, если бы преподобный Серафим не позволил здесь создать ядерную бомбу, ничего бы и не вышло. Все чаще вспоминают слова акафиста (хвалебного молитвословия) Серафиму: «Земли Российской щит и ограждение». К Серафиму обращаются не только как молитвеннику о прочности ядерного щита России. Серафим (по-древнееврейски — «пламенный») видится и как покровитель ученых-ядерщиков, и шире, как покровитель всей современной науки, в первую очередь связанной с высокими энергиями.
Сегодня Россия нуждается в том, чтобы восстановить разорванное единство своей истории и судьбы. В Сарове — православной святыне и ядерном центре — единство подвигов народа, совершенных в разные исторические эпохи, явлено воочию.
Все непросто. Но, если прислушаться, можно почувствовать разлитое в воздухе города нежное, чуть уловимое благоухание обетования и надежд. На этой земле все так переплетено, что если прорваться к свету здесь — именно Саров может стать тем ростком, из которого вновь поднимется и развернет свои листья под солнцем вечно живое и зеленое дерево России.
Дай Бог, мы еще успеем все это увидеть. А перед этим — послужить Отечеству, полной мерой использовать дарованные нам предками всех поколений ум, руки и сердце.

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru