Русская линия
Независимая газета Татьяна Дмитриева11.08.2003 

Страна самоубийц
Ежегодно в России добровольно уходят из жизни 60 тысяч человек — больше, чем где-либо

В опубликованных недавно отчетах Всемирной организации здравоохранения имеется раздел о количестве самоубийств в разных странах мира. Россия занимает в этом списке первое место (на втором — США, на третьем — Япония). Причем число суицидов среди детей и подростков превышает показатель среди взрослого контингента. Что заставляет человека — и особенно ребенка — переступить последнюю черту? Является ли самоубийство следствием психического расстройства или его причины надо искать в социальной среде? С этими вопросами корреспондент «НГ» обратился к директору Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского, профессору, доктору медицинских наук Татьяне Дмитриевой.

-Татьяна Борисовна, Россия вышла в лидеры по количеству суицидов — это звучит шокирующе.

— Более того, речь здесь идет не просто о суицидальных попытках, а о смерти в результате суицида. Ежегодно в России добровольно уходят из жизни около 60 тысяч человек. Это население небольшого города.

— Но почему это происходит? Суицид — это результат психического расстройства или его причины лежат значительно глубже?

— Сравнительно небольшой процент людей, идущих на суицид, это больные с тяжелыми формами психических расстройств. Обычно по бредовым мотивам, из альтруистических, как им кажется, побуждений, предположим, ради спасения душ своих детей или супругов, такие люди нередко уходят из жизни не одни. Со слезами на глазах они душат своих детей, а потом кончают с собой. Но такое бывает крайне редко. Как правило, это или дефект работы психиатра, или такие люди просто не дошли до врача. У нас ведь не существует активного выявления психических расстройств. И если человек сам не идет к психиатру, то болезнь может принять тяжелый характер и в результате закончиться трагедией. А если говорить о дефектах в работе, то тут речь в первую очередь идет об амбулаторном лечении. При сегодняшней нагрузке на врача психдиспансера просто невозможно уделить пациенту достаточное количество времени. За 20−30 минут по душам не поговоришь. А значит, велик риск что-то упустить, вовремя не заметить скрытые симптомы.

Однако число таких самоубийств незначительно. Большая часть причин суицидальных попыток — социальные. Неожиданное банкротство, потеря работы, смерть любимого человека, то есть какая-то личная трагедия. Обычно целый клубок проблем, изначально обусловленных социальным стрессом. Находясь какое-то время в этом состоянии, человек все больше запутывается и уже не видит выхода из создавшейся ситуации. И вот тогда на этой почве проявляется депрессия, невротические расстройства. Целый комплекс постстрессовых расстройств. То есть, подойдя к суициду, человек кроме своих житейских проблем имеет ряд психических расстройств, протекающих иногда незаметно для окружающих. Существует так называемая «улыбающаяся депрессия», когда человек шутит, улыбается, и только специалист может по глазам, по мимике определить, что у этого человека глубочайшая депрессия. В такой ситуации только сам человек и может себе помочь.

— Существуют ли возрастные или иные группы, более предрасположенные к суициду?

— Да, в России есть своя специфика. Количество самоубийств среди мужчин у нас в 6 раз выше, чем у женщин. Женщины оказываются более устойчивы к стрессу при всех тяготах женской жизни. Среди взрослых можно выделить категорию особого риска в возрасте 45−59 лет. Существует и этнокультуральный фактор. У народов финноугорской группы — как-то: удмурты, марийцы — число суицидов выше, чем у представителей других народностей. Среди коренных народов Удмуртии число суицидов составляет 120 на 100 тысяч населения. Это при том, что ВОЗ считает критической цифрой 20, средний показатель по России — 38, а среди мужчин — 60 на 100 тысяч. Причина такого положения в национальных традициях, уходящих глубоко в прошлое. Если для православных народов самоубийство — страшный грех, то у народов финноугорской группы таких барьеров исторически не было. Напротив, существовал и существует элемент социального поощрения самоубийства. Удмурт, например, чтобы отомстить своему обидчику, нанести ему глубокую эмоциональную травму, готов повеситься в его сарае. Но это данные по этническим группам. А по абсолютному количеству самоубийств после мужчин на втором месте стоят подростки.

— Но ведь это странно и страшно. Почему из жизни уходят те, кто еще и не успел в нее в полной мере вступить?

— У подростков свой, очень эмоциональный мир. Максимализм в этом возрасте развит очень сильно. Подросток все переживает более остро. Родитель просто пожурил ребенка, а тот воспринял это как глубокую обиду, личную трагедию. Но в большинстве случаев ребенок совершает суицид потому, что ощущает свою невостребованность, ненужность в семье. Ребенок может пережить бедность, отсутствие одного из родителей, но он должен чувствовать себя любимым. И нет разницы, в богатой или в бедной семье живет ребенок. Ребенку нет разницы, бродит ли он по улице, пока его мать-одиночка в три смены добывает пропитание, или он оставлен своими богатыми родителями на попечение гувернантки. Так или иначе ребенок лишен эмоциональных проявлений родительской любви. Если с таким ребенком что-то случается, то он остается наедине со своей бедой, он не идет к родителям, он даже не знает, что такое бывает. В результате ребенок и подходит к суициду. Иногда делая это назло родителям, чтобы отомстить им за какие-то обиды, за нелюбовь. И тут еще важно отметить, что у подростков несколько иное понимание ценности жизни, а точнее сказать, его отсутствие. Оно формируется к 20−23 годам. Дети не верят в смерть и, следовательно, не боятся ее. Для них переступить эту черту значительно легче, чем для взрослых.

— Психические расстройства у детей и подростков — это актуальная проблема?

— Среди детей психических расстройств всегда выявлялось больше, чем у взрослых, примерно в 2,5 раза. И увеличивались они пропорционально. Но если посмотреть на цифры последних лет, то дети, конечно, попадают в группу риска. И тут важно отметить, что психическое здоровье ребенка напрямую зависит от здоровья матери. Большинство психических расстройств и отклонений закладываются еще во внутриутробном развитии. Если мать в период беременности недоедает, получает недостаточное количество витаминов, испытывает стрессы, это крайне негативно влияет на развитие мозга ребенка. И в этом плане за последние 10 лет ситуация у нас сильно ухудшилась.

Многие заболевания появляются в первые годы жизни. Когда-то у нас была налаженная система йодирования. Более половины регионов России имеют дефицит йода, и для нас это национальная проблема. Недостаток йода для ребенка — это нарушения в развитии мозга. Как следствие, врожденное или приобретенное слабоумие. Кроме того, многократно выросли нагрузки в школах, а физическое развитие не успевает за растущими умственными нагрузками. Год-полтора назад ситуация с детской физкультурой была просто катастрофической. А мозг не может развиваться отдельно от тела. Занимаясь спортом, ребенок дает себе разрядку и снимает стрессы. Спорт — это действенная профилактика психических расстройств, которые могут возникнуть у ребенка из-за перегрузок. Опасность кроется в том, что эти расстройства становятся благодатной почвой для любых стрессов. Такой ребенок очень болезненно воспринимает и обиду, и агрессию. А дальше подключается все тот же социальный фактор. Если ребенок любим, то он справится со стрессом. В противном же случае возможны любые формы протестного поведения, в том числе самоубийства.
Роман Уколов


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru