Русская линия
Псковское агентство информации16.07.2005 

«Мужественно пронести свой крест до конца — это была личная заслуга Царя»

17 июля Русская Православная Церковь будет отмечать память своих Царственных мучеников, страстотерпцев. В этот день в 1918 году семья последнего русского Царя, сам Николай Александрович, его жена — царица Александра Федоровна, царевич Алексий, великие княжны Ольга, Татиана, Мария и Анастасия были жестоко казнены в Екатеринбурге, в доме купца Ипатьева, а потом сожжены бесследно… Информационная служба Псковской епархии предлагает высказывания псковских священников в связи с этой трагической датой, к которой псковская история имеет прямое отношение — на нашей земле Николай II подписал акт отречения от престола.

Настоятель храма св. Николая в Любятове, протоирей Владимир Попов: «Очень многие тогда ненавидели Родину в лице монархической власти».

В Книге царя Соломона говорится, что есть время рождаться, есть время умирать, есть время убирать камни, есть время разбрасывать, время насаждать и время вырывать посаженное. И если долго пожить на белом свете, то увидишь разное время: и время, когда собирают камни, и время, когда их разбрасывают. Есть такая поговорка: «мирская молва, что морская волна». Мирская молва, конечно, определяется какими-то внутренними причинами, но и определяет отношение к важнейшим событиям нашей истории. На протяжении моей жизни о Царе говорили только отрицательно, немного по-другому заговорили, когда появились книги Солженицына, и стали более свободно сравнивать эпоху самодержавия с последующей советской эпохой. Но плотная завеса клеветы постоянно сопровождает Царственных мучеников, и в целом отношение к Царю было скорее отрицательное, чем положительное. Даже среди высшего духовенства отношение к царской власти, к Царю Николаю II было не совсем положительным. Царя осуждали за слабохарактерность, или за стремление к самодержавию. За то, что не хотел поступиться своей властью ради Государственной думы, каких-то демократических начал в стране. Т. е. осуждали за прямо противоположное.

Подобные обвинения были вызваны тем, что в стране нарождался новый тип человека. В самом начале XX века знаменитый поэт Валерий Брюсов писал: «Я действительности нашей не вижу, я не знаю нашего века, Родину я ненавижу, я люблю идеал человека». И очень многие ненавидели тогда Родину в лице монархической власти. Эта ненависть постоянно усиливалась в начале XX века. Нарождался новый тип человека, и традиционная самодержавная власть все более и более не соответствовала этому человеческому типу. Она вызывала в обществе органическое отвращение. Мало — помалу исчезало то естественное чувство любования царской властью, которое еще было свойственно православному народу в начале XIX века. Достаточно прочитать «Войну и мир», где можно увидеть это чувство восторга народа по отношению к Александру I, которого обожали в войсках, которого любил народ. Царь был и главой государства, и главой Церкви. В лице самодержца воплощалась и слава России, и ее могущество, и ее преуспеяние. Народ был в целом еще православным, и православное чувство было опорой царского трона. Ведь царский трон не держался насилием, и ни в какое сравнение не идет с системой насилия послеоктябрьской революции. Царская власть при всех событиях была очень либеральной, это была, по сути дела, власть отца. Но по мере того, как исчезало православие из русского народа, о чем много говорили Константин Петрович Победоносцев, знаменитый и уважаемый митрополит Московский Макарий (Невский), один из благодатнейших Архиереев Русской земли. Вместе с Иоанном Кронштадтским они говорили о необходимости любви народа к трону, к царской власти. Потому что без этого прольется море крови. Но левой либеральной прессой они были за это запечатлены как мракобесы. Их слово не было услышано.

В такой ситуации, которая тогда сложилась в России, царская власть должна была самоликвидироваться, или должна была стать более жесткою, или партийной. Но сам принцип самодержавия зижделся не на партийности, конечно, а на общей любви народа к Царю, и партийный путь этот был тупиковый. На мой взгляд, царская власть в России была обречена, какой бы царь не был добрый, или злой. Вся интенция русского народа шла в противоположную сторону. Не случайно в начале века зарождаются сатанинские течения в искусстве: знаменитые музыкальные поэмы Александра Николаевича Скрябина, поэзия — пронизаны воспеванием сатаны. Многие русские поэты отдали дань сатанизму. И это было видимой стороной того, что происходило в душах человеческих. Иными словами, произошел внутренний надлом в душе русского человека. И многие батюшки начала XХ века жаловались, что в деревне возникло хулиганство, явление неслыханное в XIX веке. Крестьяне ругались. А так как Бог попускает зло только в той мере, в какой оно может быть спасительным, то в России и произошло то событие, которое должно было отрезвить человечество раз и навсегда: рай на земле построить нельзя. Можно построить ГУЛАГ.

В ситуации, которая сложилась вокруг Государя, Николаем II был выбран наиболее правильный и верный стиль поведения из всех возможных, а именно, он действовал так, как нужно действовать, несмотря на то, что корабль тонет. Он сделал все возможное, чтобы сохранить существующий порядок, не нарушать нововведениями сложившуюся жизнь народа, и сам он не имел поползновений ни к партийной системе, ни к тирании. Он был носителем не земной власти: Самодержавие — это икона Царства Божьего на земле. И как живая икона, Царь вынес на себе всю ту, скопившуюся веками, ненависть к Христу. Ненависть скопилась, начиная с Французской революции, а, может быть, еще и раньше. И беспощадное отношение к Царю, его ритуальное убийство, было продиктовано теми интернациональными силами, с тем же поклонением сатане, которое и сейчас свойственно Европе. Мне кажется, что история России всегда определялась идеологическими течениями: в Европе нарождались какие-то идеи, а воплощались они на русской почве, чтобы дать возможность одуматься другим, и не повторять реализации таких идей. В ситуации, когда все было против тебя (ведь Николай Александрович родился в день Иова праведника), мужественно пронести свой крест до конца — это была личная заслуга Царя, его глубокой веры, преданности Христу. И в этом смысле он проявил себя как христианин. Его можно осуждать во многом, у него были ошибки. Он не совсем адекватно повел себя во время покушения японского полицейского, когда он был Цесаревичем, и японский двор умолял простить их за это событие, но Николай Александрович оказался непреклонным, тем самым, обидев японскую династию, что привело впоследствии к позорно проигранной русско-японской войне.

Но быть святым — это вовсе не значит — быть совершенным. Святость не заключается в том, что человек выполняет все назначения, обладает всеми добродетелями. Святость — это, прежде всего, когда в решительный момент тебя спрашивают: «да» или «нет», и ты говоришь Господу «да». Несмотря ни какие угрозы, которые перед тобой. И в этом смысле император Николай II проявил себя как безусловный христианин.

А всякая гнусная клевета в адрес Императора и его дома оказалась разоблаченной. Ведь Временное правительство готовило показательный суд над Царем, пытаясь заклеймить его как тирана, безнравственного человека, членом суда был и поэт А. Блок. Но следственная комиссия не нашла ничего, что могло бы скомпрометировать Императора: ни в его личной жизни, ни в политической биографии. Поэтому суд оказался невозможен. И закончился он бессудным расстрелом в доме Ипатьева уже другими лицами. И огромная вина за случившееся с Царем лежит на Временном правительстве, на либеральных слоях общества, интеллигенции. Царь отрекся, и он является обыкновенным гражданином России, но Временное правительство держит его в узах без всяких на то оснований. Это абсурдная и противозаконная ситуация. Как будто для большевиков оставили. Ясно, что в этой обстановке христоненавистничества, как раз первый удар и был направлен против Царской семьи. Ведь это великое достоинство и благодать умереть за Христа. Такая мученическая смерть и была дарована нашему Императору.

После расстрела Царской семьи история православной страны закончилась. Она начиналась как христианская история с княгини Ольги и закончилась на Псковщине. И такие эпохальные события имеют глубокий внутренний смысл. Большая православная страна превратилась в «малое стадо», возможно, это «малое стадо» станет будущей закваской, но требуется глубинный поворот руля, чтобы что-то изменилось. Человека, оказывается, легко оболванить и легко им управлять, потакая его низменным страстям. Этим пользуются СМИ и те, кто за ними стоят. Средства массовой информации дрессируют «обреченных на погибель», тех, кто будет осужден Господом. Повседневное сознание человека, его самосознание очень далеко ушло от христианства: люди не испытывают потребности в молитве, не чувствуют живого Бога. Это наполняет душу большой печалью за будущее. Но пример Царственного мученика, Императора Николая все-таки говорит еще и о том, что можно совершать свое дело вопреки всему, делая то, что велит тебе Бог. В семье Императора был патриархат. Влияние самого Царя, его нравственная сила и мощь были определяющими в семье. И так он воспитал своих детей, что и он, и они были едины. Они потому мужественно разделили судьбу отца, потому что не мыслили себя в отдельности.

Русский человек был создан и выпестован Церковью, и когда он оказался вне Церкви, он стал просто умирать. И этот процесс вымирания народа, который мы сейчас наблюдаем, естественное следствие отсечения от дерева своих корней. Я не знаю, что должно произойти, чтобы нация пробудилась. Люди не только не обращаются к Богу, но и не хотят ничего слышать о Боге, о Христе. Особенно молодежь, которая переживает сейчас какое-то окаменнное нечувствие. Эта внутренняя катастрофа человеческого духа выльется в грандиозные исторические катастрофы. Как это произошло в доме екатеринбургского купца Ипатьева".

Настоятель храма Василия на Горке в Пскове, священник Андрей Большанин: «Все общество уже не хотело ни Царя, ни Православия».

Многие не понимают подвига Царя Николая, многие его осуждают, думают, что прославлен он неправильно, под давлением Запада, или еще по каким-то другим причинам и мотивам. Такое мнение определяется советским воспитанием, оно наложило отпечаток на людей. И подвиг Царя Николая в том и заключался, что при полном непонимании всего общества, он должен был нести свой крест. Это самое страшное. Сравнивать с Господом никого нельзя, но каждый святой идет по пути своего Учителя, Господа нашего Иисуса Христа. Когда человек выходит на высокий духовный уровень и начинает нести свой крест, кругом встречает полное непонимание. Он делает доброе дело, а его за это доброе еще и наказывают. В жизни Царя — мученика что происходило? Во-первых, наша Россия дожила до такого состояния, что все общество, за небольшим исключением, уже не хотело ни Царя, ни православия. Хотели демократии, свободы, гласности, как на Западе, чтобы ничего традиционного не осталось. Но вопреки этому Господь дал лучшего Царя за всю историю. В каком смысле? Он был самым добрым. Другие Цари были лучшие Цари, как управителя государства, но такого кроткого и доброго Царя не было никогда. Именно России в тот момент это было как упрек. Если бы был жестокий Царь, он бы все подавил, но это ничего бы не изменило. Людей жестокостью не изменишь. Поэтому был дан самый кроткий Царь, чтобы не было чем оправдаться нашему российскому обществу. Мы потому такое тяжелое наказание потом и понесли. Десятки миллионов людей были погублены, большевики — бич Божий, которые и наказали народ за отречение от своего Бога, за отречение от своего Помазанника. Можно вспомнить убийство бомбистами — революционерами Царя — освободителя Александра II, но тогда общество с ужасом пережило эту мученическую смерть и покаялось. Известные факты, что в Михайловском замке Павел I оставил свой ларец, в котором было пророчество монаха Авеля, о том, что произойдет с Царем и его семьей. Иоанн Кронштадтский предсказывал, что Царя ждет либо мученичество вместе со своей Родиной Россией, либо он должен стать странником, либо уехать за границу. Он мог спокойно уехать на Запад и жить припеваючи. Но Царь решил пострадать вместе со своим народом. Преподобный Серафим Саровский через Пашу Саровскую, блаженную, передал задолго ему письмо, когда сам еще жил. Царю была известна его судьба, какой крест был уготован ему Богом и он мог от него отказаться, а мог и не отказаться. Он не отказался. При полном неприятии Царя обществом, всех его слоев, как сам Царь писал «везде предательство, обман», он свой крест донес с честью, кроме того, семья его — тоже. Он хотел семью отправить за границу, но Императрица Александра Федоровна, будучи по крови не русской, сказала, что мы должны разделить с мужем этот подвиг. И вся семья добровольно осталась в России: и дети, и супруга. При полном непонимании, отторжении, унижении, когда все отказались. Поэтесса Ахматова описывала событие, когда расстреляли Царя, а на улице стоят люди, бегают мальчишки с криками «Царя расстреляли! Царя расстреляли!» — и никто на это не обращал внимания. Ничего не шевельнулось в душе не только у интеллигенции, но и простых людей. Это было отторжение всей России. Общество пресытилось хорошей жизнью, хотелось чего — то этакого. Еще Иван Шмелев писал в одном из своих романов о чаяниях русской интеллигенции: вот бы нам как в Англии, вот бы нам как в Англии. Вот и дождались. Пока Царя — мученика не осознает каждый, весь его подвиг, который он понес, пока русские люди этого не осознают, в России никаких перемен настать не может. Потому что мы все те, кто придвигал революцию в России. Пока наше сознание не изменится и мы не осознаем, как говорил Достоевский, что «русский человек без Бога — дрянь». Пока русский человек будет пить, гулять и не видеть смысла жизни. Раз Бога нет — все дозволено и можно все. Русская душа широкая — пока в Бога верит, это сдерживается, и широта идет на пользу, а если страха Божия нет, то все без края, и русский человек приходит в животное состояние.

Царственных мучеников у нас не было раньше. Они же и страстотерпцы. Страстотерпцы — чисто русское каноническое определение Церкви святости. По разному переживают муки и страдания наши святые. В Западной церкви нет уточнений, там просто святые, а в Греческой Церкви и в нашей — есть разделение по подвигу и мирскому чину. Но все — мученики, в основном, мученики за веру, принявшие страдания за Христа. Царственные мученики страдали. Они — страстотерпцы. Все святые, да и обычные православные должны подражать своей жизнью Христу. Царственные мученики подражали Христу в своем служении народу.

Настоятель храма Варлаама Хутынского в Пскове, священник Виталий Герусов:

Царственным страстотерпцам.

Царь Николай, царица Александра,
Четыре дочери и вымоленный сын,
Вы райских семь цветков у олеандра,
Которые взрастил Предвечный Сын.

Вы семь светильников, горящих за Россию,
Семь гроздий у Божественной лозы,
Вы ангелы, которые Мессию с мольбой склоняют —
Не отнять росы от той страны, где грех братоубийства,

Порок и горе разлились рекой,
Где женщины грешат детоубийством,
И юношам поют за упокой.
О, Царские святые страстотерпцы,

Молитва ваша русским так нужна,
Как изголодовавшемуся — хлебцы,
Как блудному — прощение Отца.
И верится, молитва превозможет,

И сгинет «трусость, подлость и обман»,
И вновь на трон взойти Избранник сможет
На благо Церкви верных христиан.

Лазарева суббота, 2005 год.

http://informpskov.ru/church/21 937.html


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика