 |
| Raskolam.net | 28.05.2026 |
Четвёртую годовщину Собора УПЦ в Феофании Церковь встречает в смешанных чувствах. По факту произошедших за последние годы событий можно с уверенностью сказать о том, что полноценной рецепции в отношении решений Собора на самом деле не произошло. Это ясно по многим факторам, крупнейшие из которых мы бы хотели обсудить отдельно.
Антикриз четыре года спустя: qui prodest?
Нынешней годовщине Собора в Феофании предшествовало крайне странное явление, которое можно назвать слабой попыткой аутотрейнинга. Интервью с отдельными архиереями Церкви, которые один за другим публиковал рядовой клирик Одесской епархии УПЦ, невольно вызывают реакцию классика Станиславского: «Не верю!». И ведь это не была попытка хоть как-нибудь обосновать или аргументировать решения Собора. Это был именно антикриз. При этом, далеко не самый удачный. Приведём несколько примеров.
Пресловутое «дуло автоматов», о котором некогда сказал митрополит Феодосий в контексте несвободности Собора, конечно же не стоит понимать буквально. Разумеется, на самом Соборе в 2022-м в Феофании никто не стоял ни с какими дулами. Однако если говорить о том, что было до Собора, то даже самые активные сторонники Собора указывают на то, что давление таки было. К примеру, в одном из упомянутых интервью, митрополит Винницкий Варсонофий рассказывает о том, как перед Собором к нему неоднократно приходили сотрудники СБУ, которые убеждали архиерея в необходимости радикальных решений внутри Церкви, чтобы не раздражать общество.
Нашей редакции известно, что такие «беседы» происходили со всеми без исключения архиереями УПЦ. Именно с этим связаны ка по свистку записанные обращения иерархов Церкви с осуждением позиции Патриарха и прочие «коллективные» акты, как-то, к примеру, незабвенное заявление в поддержку бывшего митрополита Донецкого Илариона и прочие «сборы подписей» за то и за сё. В этом плане у спецслужб ничего не изменилось, поэтому все эти «массовые реакции» являются стопроцентным свидетельством того, что они сделаны именно под давлением. Если кому-то не нравится это слово, тогда мы можем сказать иначе, например, под убеждением.
И ведь «аргументов» у спецслужб предостаточно. Они, надо сказать, внятные и крайне убедительные. Их можно наблюдать по епархиях УПЦ до сегодняшнего дня. Всё просто. Если архиерей «идёт на встречу», в его епархии прекращаются захваты храмов и монастырей, а если нет — усиливаются. Так, к примеру, внезапно прекратились централизованные захваты храмов УПЦ в ряде западных областей, где, казалось бы, такие явления наоборот должны были иметь массовый характер. И напротив, такие процессы обострились в отдельных епархиях в центре и на востоке страны, где захваты храмов происходят просто в беспрецедентных масштабах.
Что же касается Лавр и крупных монастырей — это отдельный способ давления, рассчитанный лично на Предстоятеля УПЦ. Каждая такая ситуация, будто говорит: «Ребята приходили, но не договорились». Каждый акт недоговороспособности Предстоятеля УПЦ — минус Лавра/монастырь/исторический храм. Кстати, запрет УПЦ и прочие «инициативы» власть имущих в отношении Церкви за последние годы говорят именно о том, что не договорились. Давление было, есть и будет до тех пор, пока УПЦ не «проглотит» все требования правительства.
Обращает на себя внимание также озвученная архиереями информация о процессе подготовки к Собору. Митрополит Хмельницкий Виктор (Коцаба), к примеру, утверждает, что перед Собором якобы не знал, что он пройдёт именно в таком формате. То есть, он «думал, что едет просто на собрание». Однако, если это просто собрание, тогда для чего же на него были затребованы делегаты от всех церковных сословий? Ясное дело, что владыка не скажет всей правды, тем не менее, по нашим данным, абсолютно все архиереи прекрасно понимали, что будет именно Собор, а многие наивно шептались о том, что будет провозглашена автокефалия.
Тоже самое касается опросов, которые массово проходили по епархиям, предваряя сам Собор. Митрополит Варсонофий, в частности, указал на то, что опрос духовенства по вопросу поминовения/непоминовения Патриарха Кирилла был открытым (что это, если не давление?), и даже в такой ситуации он показал, что едва ли не половина духовенства Винницкой епархии не готова отказаться поминать Предстоятеля РПЦ. Это, конечно, не массовая ситуация. Есть большое количество священников по всей Украине, которые приняли такую идею с воодушевлением. Тем не менее, факт на лицо, поэтому его никак нельзя игнорировать.
Ложки дёгтя добавляет и сама структура этих интервью. Может никто и не обратил внимания, но они были полностью одинаковые. Просто «под копирку». Вопросы, которые архиереям задавал рядовой клирик Одесской епархии были, по ощущению, заученными. Мы перестали цитировать их уже после интервью митрополита Сумского Евлогия, поскольку они просто повторяли друг друга, иногда даже слово в слово. Кто писал этот сценарий? Почему в таких вещах принимают участие одни и те же люди? Кому была нужна эта нелепая постановка? А самое главное — для чего? Неужели, чтобы убедить самих себя в том, что решения Собора в Феофании в результате себя оправдали?
Другая сторона медали: почему решения Собора в Феофании не прошли проверку временем?
В большинстве случаев, за тех, кто выступает против решений Собора, отдуваются всего двое архиереев: митрополиты Черкасский Феодосий и Запорожский Лука. Хотя все прекрасно знают, что их намного больше. Митрополиты Бориспольский Антоний, Хустский Марк, Тульчинский Сергий, архиепископ Фастовский Дамиан и Бог весть кто ещё! Все эти люди совершенно очевидно несогласны с Феофанией. В тоже время, по всей Украине сотни священнослужителей продолжают поминать Патриарха Кирилла, а некоторые даже гнушаются Мира, которое было приготовлено в Киеве.
Такой порядок вещей свидетельствует о том, что ни о какой рецепции Собора в Феофании речи быть не может. Едва ли этого не понимает Предстоятель УПЦ. Понимает вполне ясно. Именно потому уже который год подряд не оправдывает «надежд» желающих окончательно утвердить Украинскую Православную Церковь как раскольническую и не подыгрывает разговорам о том, что «Онуфрий вот-вот провозгласит автокефалию». Это же, к слову, понимают и в Русской Православной Церкви, почему и не рубят с плеча, отказываясь подкармливать ожидания чающих «запретами в служении» и прочих канонических прещений.
Как бы там ни было, дискуссии, — иногда часто нелицеприятные, — вокруг Собора в Феофании свидетельствуют об одном: Украинская Православная Церковь в очередной раз демонстрирует свою незрелость к автокефалии. Даже упомянутые выше интервью показали, что большая часть решений — это обиды и эмоции, но отнюдь не выверенные и канонически оправданные решения. Безусловно, в сложившейся ситуации, когда российско-украинская война уносит жизни десятков тысяч и калечит судьбы миллионов, люди имеют право быть эмоциональными. Однако эти эмоции не должны и не могут влиять на бытие Церкви, тем более, когда это влияние губительно.
Тем не менее, не стоит спешить «хоронить» всю УПЦ, огульно обвиняя в расколе и придумывая различные «казни египетские». Тех, кто желает восстановить отношения с Константинополем или войти в состав какого-нибудь экзархата, в Церкви значительно меньше, чем это может представиться. В тоже время, это всё ещё люди, у которых есть свои переживания, мысли и чувства, которые нельзя просто взять и предать обструкции. Именно с этими людьми, рано или поздно, придётся считаться и строить новый мир в любви и взаимоуважении, а не по принуждению.
#От_редакции
